Глава 10. Поиски, секреты, идеи

– Кстати, те семена ты можешь посеять на террасе, – внезапно сказал Алистер, когда мы обсудили вкусовые достоинства разных видов джема. – У нас есть терраса? – удивилась я. – Не совсем терраса, помнишь, то помещение с большими окнами? Оно почти пустое и вполне годится для оранжереи. Я вспомнила. – Ал, но там же, получается, можно разные растения посадить? – внезапно подумала я. Эльф кивнул. – Если тебе с твоей магией несложно будет их вырастить  при недостатке света, то можешь использовать помещение на свое усмотрение. В производстве мыла оно не участвует. Я обрадовалась.  Попросив Алистера поискать ящики для растений, ушла на прогулку. Ему сказала, что на почту и в библиотеку, но у меня были, в том числе и другие планы. Эльф легко отпустил меня. Я давно заметила, что без меня ему привычнее.  А я уже потихоньку осваивалась в этом городке. Сама же хоть и отправилась на почту, но начала с письма своему профессору из Академии. Я взяла бумагу и принялась писать. Коротко обрисовав проблему, попросила рассказать все, что она знает об этом  синекрыльнике: для чего его использовали, как выращивать и правда ли, что оно давно исчезло. Я старательно выводила буквы, ведь на меня оказал большое впечатление изящный почерк эльфа. Конечно, я не приблизилась к нему ни насколько. – Зато профессор не будет сомневаться, что это написала я, – вздохнула, глядя на свои каракули. Сложив лист и подписав конверт, я заверила его отпечатком своей магией. Затем написала письмо Огюсту Жабраилу. Рассказала о смерти бабушки, спросила про рецепты и написала несколько вопросов о том, чем она интересовалась. Еще сделала пометку, чтобы он получателем ставил только меня. На случай если ответ привезут в мыловарню в мое отсутствие. Отправив письма, пошла к библиотеке. К сожалению, там не было информации о редком растении. Мне порекомендовали обратиться в Магическую Академию в столице. Собственно, именно ее я и так знала как свои пять пальцев. Вздохнув от огорчения, начала искать информацию о той истории трехсотлетней давности. А также все, что имело отношение к клану эльфов Селебриан. Но тут тоже были лишь общеизвестные факты. Это произошло более трех веков назад, в нашем мире даже тогда жили в некоем содружестве разные расы: маги, эльфы, оборотни, тролли и другие. Хоть и недолюбливали друг друга, порицая смешанные браки, но открыто не враждовали.  Эльфы всегда были высокомерны, за счет своей красоты и невероятных умений. Они были богаты, жили почти во всех городах и среди них тоже имелись как аристократы, так и менее знатные представители этой расы. Клан Селебриан уже тогда  считался одним из самых богатых и влиятельных.  Но страной правили люди  с магическими способностями, и их власть была непоколебима. Королевская династия тогда и сейчас была одна и та же. Наша наследная принцесса поссорилась с одним из представителей клана Селебриан. Молодой эльф оскорбил эту девушку, и та отомстила позже. Больше никаких подробностей не было. Даже причины ссоры. Эльфы считали, что принцесса безответно влюбилась в эльфа и, получив от ворот поворот, разозлилась. А официальная власть считала его преступником и достойным своей кары.  Такое ощущение, что информацию нарочно не сообщали. Но под удар попал весь клан. – И все равно ничего не понятно! – с досадой я захлопнула книгу. – Похоже, Этьен прав, и надо искать в архивах. Надеюсь, он сможет достать пропуск и для меня! Вспомнив приятного молодого финансиста, я улыбнулась. Они с Алистером разительно отличались и не терпели друг друга, я же между ними была как барьер. У всех нас были свои причины вернуть  славу моей мыловаренной мануфактуре и заработать  денег. И всем троим нужно было как-то сработаться.  Вот только слишком много тайн хранила моя бабушка, и с этим тоже следовало разобраться. Библиотеку я покидала разочарованной. На обратном пути я прошла по аптечным лавкам, но так и не нашла никаких сведений о синекрыльнике. Либо его не использовали как лекарственное снадобье, либо оно и впрямь было очень редкое. Ходила я лишь по центральным улицам, не заглядывая на окраины. Боялась заблудиться, ведь хоть этот город и был для меня родным, сейчас он казался чужим. А вот дойдя до мануфактуры, я увидела любопытствующую девочку. Лет восьми или шести, мне было трудно определить ее возраст, так как я редко общалась с детьми. Заинтересовавшись, я пошла чуть медленнее и продолжала наблюдать за ней.  Она во все глаза смотрела на кусочки мыла, разложенные в нашей витрине. Одежда на ней была вполне обычной, бедной, хоть и чистой. Я про себя отметила, что девчушка явно из семьи простолюдинов.  А таких среди наших покупателей обычно не было. Когда я вошла внутрь, девчушка несмело зашла за мной. Потянув носов воздух, она прошептала: – Как вкусно пахнет! И во все глаза начала рассматривать бруски мыла и другие товары. За прилавком стоял Алистер и хмуро глядел на гостью. Других посетителей у нас не было. Похоже, день прошел не особо успешно. – Нашла что-нибудь? – спросил меня он. Я отрицательно махнула головой и сообщила, что мой профессор из Академии, возможно, что-нибудь знает о синекрыльнике. Тем временем девочка набралась смелости и спросила: – А у вас есть мыло для моей мамы? У нее все руки в трещинах! Мы переглянулись с эльфом. – Почему у нее руки в трещинах? – спросила я в ответ. – У всех прачек такие руки, – ответила девчушка и так посмотрела с укоризной, что мне вдруг стало неловко. Действительно, прачкам приходится очень много стирать, а я никогда не рассматривала их руки. – Прачки не покупают наше мыло, оно для них слишком дорогое! – возразил эльф. – У тебя наверняка нет столько монет, чтобы хоть раз вымыть руки нашим продуктом. Девочка сложила брови домиком и развернулась, чтобы уйти, а мне внезапно ее так жалко стало! – Подожди, – окликнула ее. – А чем твоя мама стирает белье? – Водой и щелоком, когда белье чересчур грязное, – всхлипнула девочка. – Но по утрам вода в реке такая холодная, а щелок такой кусачий, что ее руки сначала белеют, затем краснеют, а затем трескаются! И это очень больно! Она даже плачет по ночам, когда думает, что я не вижу. Из моих глаз выступили непрошеные слезы. Поддавшись внезапному порыву, я бросилась к корзине со скидочным мылом и вынула оттуда один кусочек. – Возьми, это бесплатно! – сказала я и вручила мыло девочке. – От него кожа станет мягче. Эльф фыркнул от возмущения. – Если мы будем все раздавать… – Прекрати! – прервала его и обратилась к вмиг повеселевшей девочке. – Скажи, а много прачек стирают белье на реке? И у всех руки в трещинах? – Много,  за северными воротами, на реке их очень-очень много, – ответила она и, поблагодарив меня, выбежала из мануфактуры. Алистер продолжил: – Мы разоримся быстрее, чем… – Ты не понял! – пояснила я и повернулась к эльфу. – Значит, белье стирают едким щелоком, почему не мылом? – Потому что оно слишком дорогое! – ответил он. – Вот именно! Знаешь, что это значит? – воскликнула  я. – Нет, не представляю!  – он сложил руки на груди. – Это значит, что завтра  с самого утра мы идем на реку, смотреть на прачек! -воскликнула я. – И что с твоими глазами?  Они так заблестели вдруг. Заболела? Может, лихорадку подцепила, жар не ощущаешь? – внезапно обеспокоенно  спросил он, всматриваясь в мое лицо. – Ха-ха-ха! Нет, Ал! Но завтра я тебе все расскажу! – Точно, лихорадка, наверняка заразилась от того хлыща,– сам с собой согласился Алистер. Но я не обиделась, идея сама собой пришла мне в голову. Оставалось лишь протестировать ее и посоветоваться с Этьеном.