Глава 26

Принесли еду. Атмосфера за столом накалилась до предела.

Марко первым нарушил молчание. Он повернулся к Сергею, отодвинул тарелку и спросил, не скрывая скепсиса:

— Сержио, зачем тебе заместитель? У тебя есть Игорь, он толковый помощник. Вы вдвоём со всем справляетесь. Или ты решил расширяться так быстро, что не хватает рук?

Сергей спокойно отрезал кусок стейка, положил в рот, прожевал, не торопясь с ответом. Маша заметила, как Алиса бросила взгляд на Марко и тут же демонстративно отвернулась.

— Нас двоих уже недостаточно, — сказал наконец Сергей. — Компания растёт, задач становится больше. Мне нужен ещё один надёжный специалист, на которого я могу положиться. В Алисе я уверен. Она справится на все сто.

Марко усмехнулся, посмотрел на Алису — та сидела с каменным лицом, глядя в свою тарелку.

— Уверен? — переспросил Марко с лёгкой насмешкой. — Ты даже не знаешь, как выглядит её муж и готов ей доверить компанию?

Алиса резко подняла голову.

— Марко, — голос её зазвенел, — если ты сейчас скажешь что-то ещё о моём муже или о моей…

— Я ничего не говорю, — перебил Марко, поднимая руки в примирительном жесте, но улыбка его была колючей. — Просто констатирую факт. Сержио, ты уверен в людях, которых видишь только в офисе?

— Я уверен в её работе, — отрезал Сергей. — А личная жизнь — личное дело каждого. Кстати, с появлением зама у меня появится больше времени на личную жизнь. Так что, Марко, можешь меня поздравить, я решил, что пора жениться.

Маша почувствовала, как кольнуло внутри. Больше времени на личную жизнь. Значит, он думает о серьёзных отношениях. С Леной? А может с другой?

Она оборвала свои мысли, не дав им развиться.

Марко прищурился, глядя на друга.

— А ты что помирился с прекрасной Еленой?

— Нет, — коротко ответил Сергей. — И не планирую.

Алиса не выдержала. Она положила вилку, выпрямилась и посмотрела на Марко с холодным спокойствием.

— Может быть, мужчины, вы обсудите свои личные дела без нашего присутствия? — сказала она, кивнув на Машу. — Мери, я уверена, тоже не интересно слушать про чужую личную жизнь.

Маша открыла рот, чтобы согласиться, но Марко опередил её.

— А я не против обсудить и ваши личные дела, — сказал он, переведя взгляд на Машу. — Мария, вы когда-нибудь влюблялись по-настоящему?

Повисла тишина. Все трое уставились на Машу.

Она не смутилась. Внутри было спокойно — даже странно, как легко она восприняла этот вопрос. Может быть, потому что рассказывать было особенно нечего.

Маша задумалась на секунду, потом мягко улыбнулась.

— Я думаю, что моя первая любовь случилась в начальной школе, — сказала она. — Мне нравился мальчик из моего класса. Серёжа. Да, его звали Серёжа, — она бросила быстрый взгляд на Котова, но тот не шелохнулся. — Я даже представляла, что это мой будущий муж. Но оказалось, что любовью всей его жизни была светловолосая, голубоглазая девочка из параллельного класса. Мои волосы, — Маша провела рукой по своим тёмно-русым локонам, — были совсем не как у прекрасной принцессы. И до сих пор, кстати, тоже.

Она широко улыбнулась.

— Моё маленькое сердце оказалось разбито, — продолжила она. — Я страдала целых три дня. А потом решила, что лучше займусь учёбой. И так усердно вжилась в роль прилежной ученицы, что закончила школу с золотой медалью.

Марко слушал внимательно, не перебивая.

— А более взрослые истории будут? — спросил он, и в голосе прозвучало искреннее любопытство.

Маша спокойно посмотрела ему в глаза.

— Нет, — сказала она. — Взрослых историй не будет. Потому что их у меня никогда не было.

Напряжение за столом испарилось, тишина была теперь ошеломлённой.

У Марко приподнялись брови — он явно не ожидал такого признания. Алиса, которая до этого сохраняла невозмутимость, округлила глаза. Её рот приоткрылся, но она ничего не сказала.

И только Котов сидел, откинувшись на спинку стула, и загадочно улыбался.

Так, будто он знал что-то, чего не знали остальные. Будто этот ответ был для него давно не секретом.

Маша встретилась с ним взглядом и почувствовала, как внутри всё сжалось.

«Он знает, что у меня никого не было и даже никто меня не целовал до него».

Она опустила глаза в тарелку, сделала глоток воды. Горло пересохло.

Сергей поднял бокал. Не спеша, глядя на Машу поверх стекла.

— За новую любовь, — произнёс он тихо, но отчётливо.

Маша вздрогнула. Марко перевёл взгляд с друга на неё и обратно, но ничего не сказал. Алиса взяла бокал.

Все выпили.

Повисла пауза. Марко повернулся к Алисе, и в его голосе зазвучала насмешка:

— Алиса, вы-то наверняка знаете, что такое настоящая любовь. Вы единственная из нас состоите в законном браке.

Алиса медленно подняла глаза. Посмотрела на Марко. На Сергея. На Машу. Её лицо было непроницаемым, уголки губ дрогнули.

— Уже почти не состою, — сказала она ровным голосом.

Опять повисла тишина.

Марко поперхнулся вином. Маша замерла с вилкой в руке. Даже Котов, который до этого сохранял невозмутимость, приподнял бровь.

— То есть как — почти? — переспросил Марко, ставя бокал. — А можно с этого места поподробнее.

Алиса горько усмехнулась.

— Всё банально, — сказала она. — Мой муж часто ездил в командировки. Подолгу. Я думала у него работа. А оказалось — вторая семья. Женщина, которая смогла родить ему ребёнка. В отличие от меня.

Последние слова она произнесла с такой горечью, что Маша почувствовала, как у неё самой защемило сердце.

Все молчали.

Алиса практически призналась в своей бесплодности при всех. При Марко, который был для неё почти посторонним. При Котове — начальнике. При Маше — новой знакомой, которую она практически не знала.

Маша смотрела на неё и понимала: накипело. Так накипело, что наконец прорвало. И сейчас Алиса говорила то, что носила в себе, возможно, годами.

— Все мужчины одинаковы, — продолжила Алиса, и её голос дрогнул. — Пока всё легко — они рядом. Но стоит столкнуться с трудностью… с какой-нибудь трудностью, которую ты не выбирала и не просила… они бросают. Им нужна удобная женщина. А не такая…

Она замолчала. Сжала вилку так, будто хотела её сломать.

Марко смотрел на неё. Не отрываясь. В его взгляде исчезла насмешка, исчезло всё — осталась только пугающая серьёзность.

— Я не боюсь трудностей, — сказал он тихо. — И я бы тебя не бросил.

Алиса подняла голову. Их взгляды встретились.

Маша почувствовала, как между ними пробежала… нет, не искра — молния.

Она перевела взгляд на Котова.

Сергей сидел, откинувшись на спинку стула, и улыбался. Спокойно, довольно. Как человек, который давно всё понял и теперь только наблюдает, как его догадки подтверждаются.

Маша вдруг осознала: он знал. Или догадывался о чувствах друга.

— Что ж, — сказал Сергей, поднимая бокал во второй раз. — За честность. И за новые начала.

Никто не чокнулся. Марко и Алиса продолжали смотреть друг на друга, забыв про остальных.

Маша опустила глаза в тарелку. Ей вдруг стало не по себе от того, что она присутствует при этом — слишком личном, слишком откровенном. И одновременно она чувствовала облегчение. Потому что теперь поняла: Марко не для неё. И никогда не был.

Она почувствовала взгляд Котова на себе, но не подняла глаз. Боялась, что увидит в них то, с чем не сможет справиться.

Ужин подходил к концу. Официант убрал тарелки, принёс счёт, но никто не торопился уходить. Слишком многое оставалось недосказанным.

Сергей взял бокал, сделал последний глоток, посмотрел на Машу. Потом перевёл взгляд на окно — за стеклом блестела вечерняя набережная, огни фонарей отражались в тёмной воде.

— Давайте прогуляемся по набережной, — сказал он негромко.

Маша подняла голову. Она ожидала, что Марко откажется — в конце концов, их свидание явно пошло не по плану. Но Марко, глядя на Алису, кивнул.

— Отличная идея, Сержио. Свежий воздух полезен.

Алиса молчала, не возражала. Лицо было задумчивым, растерянным — такое Маша видела впервые. Алиса всегда была собранной, неприступной. А сейчас сидела, опустив плечи, и смотрела в пустую чашку.

— Я не против, — сказала она наконец.

Маша почувствовала, что оказалась в меньшинстве. Четверо за столом, трое уже согласились. Если она откажется, это будет выглядеть странно.

— Хорошо, — сказала она.

Сергей поднялся, подал ей пальто. Она не ожидала, замялась на секунду, но он уже держал его на весу. Пришлось повернуться, позволить накинуть ткань на плечи.

Его пальцы задержались на её спине дольше, чем нужно.

Маша сделала вид, что не заметила, как он придвинулся ближе, чем требовал этикет, как она почувствовала его жаркое дыхание на своей шее. И, возможно, ей даже удалось скрыть мурашки, которые пробежали в этот момент по всему телу.