Глава 38

5 лет назад Кристофер нежно обнял Лану со спины, положив подбородок на ее макушку. Та смущенно улыбнулась и прижалась ближе, стараясь укрыться от холодного ночного ветра. С неба срывались звезды, оставляя за собой яркие полосы, а под ними журчала река. Они вдвоем на границе города, и мир в это мгновение принадлежал только им. – Спасибо, – нежно и искренне прошептал Кристофер на ухо. – За что? – смущенно спросила девушка, не сразу поняв, о чем идет речь. – Ты одна во всей школе не отвернулась от меня после позора, – хмыкнул он стыдливо. – Это просто школа, – пожала плечами Лана. – Любой мог оказаться на твоем месте, но это не значит, что нужно вычеркивать человека из общества. С того футбольного матча прошло пару месяцев, а никто кроме нее, так с Крисом и не заговорил, более того, и от Ланы тоже отвернулась большая часть подруг и одноклассников. Крис еще крепче прижал к себе Лану, и бабочки запорхали в животе, наполняя ее счастьем. – За это я и полюбил тебя, Лана, – сказал он робко. На глазах девушки выступили слезы. Она не поверила сначала, что Крис это сказал. Лана обернулась к нему, а дальше их губы осторожно соприкоснулись в невинном поцелуе. Парень аккуратно вытер мокрые дорожки с ее раскрасневшихся щек и заглянул в глаза. – Я влюбился в тебя, сразу как впервые увидел, – неловко признался Кристофер, но боялся к тебе подойти. – А я в тебя, – в ответ призналась Лана. В ту ночь они впервые были близки друг с другом. В ту ночь они дали клятву всегда быть вместе, и ведь у них почти получилось. Воспоминание возникло в воспаленном сознании словно мираж. Та ночь стала самой счастливой для нее. Сейчас она напоминала о том, что все уже в прошлом. Лана жалела, что не умерла в этот момент. Возможно, так было бы проще. В какой-то промежуток времени она перестала дышать. Сердце в груди остановилось, и наступила оглушительная тишина. Попытки пошевелиться не увенчались успехом. Лана мучительно замычала, раскрыв, тяжелые, как свинец, веки. Лицо резко окатили ледяной водой. – Отлично, просыпайся, нам о многом надо поговорить, – говорил Кристофер издевательским тоном. – Что тебе нужно? – устало ответила Пожирательница, взглянув на него исподлобья. – Что задумал твой дружок, Зейн. И не ври, что ты ничего не знаешь, – злобно твердил Охотник, размахивая перед ней осиновым колом. Убей их всех!– вспомнила слова Ады. Лана тихо рассмеялась, ощущая резь в пересохшем горле: – Сначала меня мучила твоя подстилка Белла, теперь ты сам… – Все-таки мои родители и Ник были правы насчет тебя с самого начала, а я, влюбленный идиот, не верил. А ведь, если подумать, Лана, родителей убила ты. Не своими руками, но ты. Зейн тут из-за тебя. Знаешь, даже, чувства были не настоящими, а внушенными Пожирателями как раз, чтобы заставить меня защищать тебя вопреки всему. И это сработало. Ты до сих пор в моей голове, хоть я и знаю, что ты за чудовище, – распылялся Кристофер, ожесточаясь все больше при каждом своем жесте. От него сочилось столько подавленной ненависти, что должно было страшно. Лана едко усмехнулась: – Наша любовь нас и погубила… Ведь если подумать, то именно чувства друг к другу и привели их к этому моменту. Если бы они, два влюбленных идиота, не цеплялись друг за друга, как за воздух, а еще в школе нашли способ отпустить, то удалось избежать бы этих пагубных эмоций. А еще лучше им было и не сходиться вовсе. – Согласен, – холодно отозвался Кристофер, буравя ее жестоким взглядом. Но Лана даже не шелохнулась и не показала, ни одной эмоции. – Ты так думаешь? – тихо спросила девушка, слушая, как бьется его сердце и пульсирует по венам кровь. Всеми фибрами тела, ощущала, как раскаляется обжигающий свет в его груди. Кристофер достал из внутреннего кармана куртки кольцо с рубином, испещренным трещинами. – Я, правда, любил тебя, – глухо произнес он. – Этот камень был заряжен искрой Охотника. Оно искусно подавляло твою искру до тех пор, пока ты его не сняла. А когда остановилось сердце, рубин погас окончательно. Только благодаря этому кольцу, я помню, что ты была, – Кристофер бросил кольцо в ее ноги. Лана смерила его взглядом. Руки и ноги очень тесно стягивали веревки. Вокруг стула блестела потемневшая бирюза. Голод все больше набирал обороты. Лана оглядывалась по сторонам, уловив свое отражение в небольшом зеркале коридора. Черные глаза, бледная кожа с прожилками синих вен. Клыки выпирали из-под ровной линии вишневых губ. Черты лица сильно заострились. Еще месяц назад, девушка ужаснулась бы при виде себя такой, но сейчас ей это даже понравилось. – Что Зейну нужно от тебя? – юноша задал, наконец, интересующий вопрос. Лана фыркнула, но отвернулась, а Кристофер провел по ее щеке лезвием кухонного ножа. Лана сморщилась от боли, ощущая, как опухает щека. И едва рана начала регенерировать, он залил ее настойкой белладонны. В глазах замелькали блики. – Ты об этом сильно пожалеешь! – плюнула в него Пожирательница, ощущая, как симметрично лезвие движется по ее лицу, оставляя порез за порезом. – Мучения можно прекратить, всего лишь рассказав о планах Зейна. Он же рассказывал тебе. Не ври, малышка. От этих прозвищ все больше изнутри поднималась волна злости. – Или свернув тебе шею, – прошипела Лана. – Мне кажется, что сейчас это у тебя не выйдет. И на примере Адулярии я уяснил одну очень интересную деталь. Даже, если тебя не убить, боль ты будешь испытывать все равно. Только если человек способен спрятаться от нее в беспамятстве или за болевым шоком, то тварь вроде тебя, будет ощущать ее намного острее. Как говорится, у одной медали две разных стороны. И дай угадаю, Зейн забыл тебе об этом рассказать! Кристофер словно наслаждался ее болью. Он срезал ей кожу, клоками, засыпая туда сушеную белладонну. Ошпаривал голову кипятком, резал вены, пуская кровь. – Надо же, а за окном уже светает, но никто так и не пришел тебя спасать. Может ты не настолько уж и важная фигура на его шахматной доске, – одним легким движением, Кристофер вонзил в ее грудь кол. В моменте мир для нее замер, затаив дыхание. Ни мыслей, ни образов в голове, только взгляд карих взгляд Кристофера, и боль, что огненной лавой, затронула все ее существо. Она должна была вспыхнуть, как спичка, но холод Тьмы оказался сильнее. Черные клубы потушили внутри нее пожар, а следом в груди загорелся осиновый кол, и глаза Пожирательницы застелила Тьма. Она погрузилась в черноту и внутри услышала весь город, как из-под земли. Шаги людей, громкие сигналы, взрыв подвала Беллы, со всеми ее припасами яда, и он стоит напротив, наблюдая, как сгорает помещение. – Зейн, – в мыслях призвала его Лана и почувствовала эту нить связи между ними. Присмотревшись получше, ощутила сотни тысяч этих нитей вокруг себя. Каждая тянулась к Пожирателям города и далеко за его пределами. Девушка потянулась к той, что связывала ее с Зейном. Она была самой крепкой нитью. Коснувшись ее, Лана перенеслась в его сознание, но смогла лишь слегка его коснуться. –Помоги мне, иначе они убьют всех нас!– взмолилась Лана голосом хрупкой запуганной девочки, какой он желал ее видеть. Но за этим, Лана ощутила его страх. Зейнар рассказал ей всю правду, кроме того, что всю жизнь его гнал страх, а не чувство справедливости. Этот страх, Лана распознала как холодную мерзкую слизь. Когда от кола в груди остался лишь пепел – рана в груди Пожирательницы заросла, оставив на коже красный след новой кожи. Девушка устало прикрыла веки, ощущая себя подобно ослабленной мумии. – Значит болью тебя не сломать… – заключил Кристофер, тяжело вздохнув. Его сердце билось размеренно ровно. Ни сожалений, ни раскаяния. Сквозь шторы пробивались первые солнечные лучи. Они немного припекали кожу, и слепили глаза. Крис, достав нож из-за пазухи, порезал себе ладонь. Лана мгновенно ощутила ее запах. Клыки напомнили о себе снова, напоминая о голоде. Низ живота скрутило в тугой узел. Под волей инстинктов Лана раскрыла рот, буквально кожей ощущая, как первая капля скользит по его ладони и срывается вниз в паре сантиметрах от ее лица и падает на пол, разлетаясь брызгами под ее ногами. Его сердце ускорило темп. Своего она не ощущала. Глаза налились смолой, вены под кожей зашевелились, взывая к силе внутри оболочки. – Кажется, я все понял, – задумчиво произнес Хейл. – Теперь ты стала связующим звеном между Пожирателями. Зейн же хочет разорвать эту связь, но как? Лана смотрела только на кровь, представляя, ее вкус. – Не знаю, – ответила Лана. Машина остановилась перед домом. Кристофер отвлекся от нее, выглянув в окно сквозь щелку. Из нее неспеша вышли Белла и Ник. У последнего в руках пульсировала солнечная сталь клинка. Охотники разложили защиту вокруг дома, и зашли внутрь, забаррикадировав дверь. – Плохи дела, Пожиратели преследовали нас до самого дома. И не плохо так нас потрепали. Они знают, что клинок у нас, – с порога заявил Ник, обведя взглядом кровавую ладонь племянника, а следом и Лану с клыками. – Боль она стерпела, но вот голод лучше развязывает язык, – твердо сказал Кристофер. – Я вообще-то еще тут, к сожалению, – недовольно прыснула Лана, сделав попытку порвать веревки, но ощутила себя слишком ослабленной и изголодавшейся. –Зейн, пожалуйста, – вновь взмолилась Лана, чувствуя, как он приближается и не один. – Дай клинок, – потребовал Кристофер, вытянув ладонь. Он был полон решимости. Ник косо взглянул на Лану. – Уверен, что справишься? – будто жалея его, спросил дядя. – Я должен, – сглотнул ком в горле бывший парень, а его сердце забилось быстрее. Он выглядел непоколебимым, но ему было больно. Лана слышала это. –Зейн, поторопись… На ее глазах выступили слезы. В зеркале отражалась слабая, измученная девушка, привязанная к стулу толстыми веревками в несколько слоев. Всего капля крови, и Лана сможет их разорвать. А ведь изначально она хотела просто поговорить и уйти из города еще до наступления утра. Дальше все началось двигаться для нее, как в замедленной съемке. Ник отдал клинок Кристоферу. Бирюзовая рукоять удобно легла в руку Охотника, и сталь загорелась ярким солнечным светом. За окном замелькали яркие вспышки света. – Ложись! – прокричал Ник, выталкивая племянника из-под огня. Звон битого стекла, и громкий взрыв. Если бы Лана была человеком, то однозначно была бы уже мертва. Через окно в дом проник Зейн, как самый настоящий герой, а за ним еще несколько Пожирателей. Охотники отвлеклись на них. Слабые новообращенные упыри быстро умирали от кольев и солнечной стали. Зейн легким движением порвал веревки, освобождая пленницу. Лана уже надеялась скрыться, но ее удержал Ник, крепко схватив за руку. Зейн выбил осиновый кол из его рук, а Лана, поддавшись зову инстинктов, впилась в его шею клыками. Первая капля крови в ее теле, подарила наслаждение подобно оргазму. Кровь растекалась по гортани, как хорошее дорогое вино. Мир вокруг приобретал более яркие краски. Слух, словно выкрутили на максимум, как и все цвета. Жар в комнате нарастал. Почувствовав сильный удар в бок, Лана ощутила, как деревянный кол снова пронзил грудь, а следом сгорел в ее теле. И едва вблизи мелькнул свет клинка, Лана выпрыгнула в окно, выбивая железные решетки, как деревянные прутики. Пожиратели перекопали участок, когда пробивались к ней, поэтому шаг на проезжую часть оказался слишком легким. Всего на мгновение Лана позволила себе обернуться и встретилась взглядом с Кристофером. Ненависть между ними приобрела осязаемую форму. Лана почувствовала ее на уровне инстинктов в каждом его вздохе, а следом – она на сверхскоростях ушла. Девушка бежала без оглядки вплоть до моста, где заканчивается город Хил-Росс. За руку ее поймал Зейн и прижал к себе: – Надо вернуться за клинком, – настаивал он с той же прытью, что и раньше. Лана мило улыбнулась и положила руку ему на грудь. В его лазурных глазах, все так же искрило солнце. По тонкой нити, Лана отчетливо осязала его страх вновь стать рабом, но подчинить его себе не могла, лишь оттого что обратил ее именно он… – Милый мой Зейнар, – больше ей не хотелось звать его выдуманным именем. Вторая ладонь девушки легла на его щеку, нежно выводя невидимые линии. – Мы должны разорвать связь, – напомнил он. Вместо ответа она прильнула к его губам, а следом к шее. – Ты всю свою жизнь делал все, чтобы уничтожить одного монстра, и своими же руками создал другого, – тихо произнесла Лана. Она взглянула в глаза врага, в которых отразилось понимание ее намерений, и промелькнувший ужас. Резко схватив его за горло, Лана нанесла удар. Резкое движение, и голова опустилась. Пуговицы на его кожаной куртке отлетели, когда тело обрушилось на асфальт. Все произошло так быстро, что даже окружающий мир на мгновение замер. Куртка медленно сползла с его плеч, и вскоре за ней последовало тело, упавшее на землю с глухим звуком. Следом парень вспыхнул, как спичка, огонь охватил его мгновенно. Теперь перед ней раскинулся целый мир, о котором девушка так мечтала. Она чувствовала, как растет сила внутри, как будто каждый вдох наполнял ее новой жизнью. Эмоции переполняли Лану. Теперь она могла творить свою судьбу. У нее была власть, сила и свобода. Больше ничего не держало ее в Хил-Росс, поэтому девушка ушла. Но навсегда ли?