Глава 7

Захожу в палату, девчонка же задумчиво на меня уставилась и вновь водит пальцами по губам. Помаду ей что ли купить, жуть какие губы сухие, такое ощущение, что сейчас треснут. Присаживаюсь обратно на стул и так же, как и она меня, начинаю ее разглядывать. Кто-то из нас должен быть более адекватным, по всей вероятности, этим человеком должен быть я, но почему-то не могу найти слов, чтобы спросить интересующие меня вещи.

- Вы обиделись на бандита, да? Ну просто вы очень похожи на него, таких в кино часто показывают. Пальто у вас такое было…расстёгнутое и вот эта щетина. Нет, не щетина, больше,но вроде и не борода еще. И машина! У нас таких больших не встретишь, точно, как в кино.

- Если ты приняла меня за того самого бандита, на кой хрен попросила именно меня снять деньги?

- Так не было больше никого, да и потом, я подумала если вы он самый, то зачем вам деньги мои красть с такой машиной. Вам итак хватает.

- В логике тебе не откажешь, но я не он самый.

- Я поняла, простите. Спасибо за то, что помогли и сюда привезли.

- А ты ведь мне совсем не благодарна. Ты же умереть хотела или я что-то напутал?

- Нет, не хотела… не знаю, как это объяснить. Просто… не знаю, что мне делать без денег, - ну начинается, сейчас уже слезы потекут.

- Деньги, деньги и снова деньги. А для чего они тебе нужны, Оля?!- как-то само собой вырвалось ее имя, странно, учитывая тот факт, что я никак ее не ассоциирую с этим именем. Девчонка и все.

- Странный вопрос. Чтобы жить, для чего же еще?

- Ну не скажи, кому-то нужны деньги на наркоту, на проституток, на бухло. И это совсем не жизнь. Тебе точно на жизнь надо?

- А как вы меня нашли в лесу? - вот тебе и на. Классно меняет тему разговора.

- Гулял по лесу, белку искал. Смотрю что-то лежит, оказалась не белка, а ты.

- Снова шутите.

- Ты на вопрос не ответила.

- Вы тоже.

- Ты мне сейчас будешь указывать на что отвечать? Не доросла еще.

- Я не указываю. А у вас дурацкий вопрос.

- А мне кажется дуростью, что восемнадцатилетняя девчонка, найденная мною в лесу, не хочет жить, потому что без денег ей домой никак. Вот это истинная дурость! А дома там что? Где твои родители?

- А вы не знаете, когда меня выпишут? – ну пи*дец, адекватный здесь точно только я.

- Ты дура или притворяешься?

- Не притворяюсь, стало быть первое. Мне просто не нравится здесь. Холодно тут очень, у нас дома и того теплее.

- Тебя выпишут ровно тогда, когда посчитают это нужным. Но не думаю, что это случится скоро. К тебе менты приходили?

- Приходили.

- И что?

- Ничего.

- Мне тянуть все из тебя надо? Тебе вроде не пять лет. Что ты им рассказала?

- Правду. Что напали двое, как только из автобуса вышла и в лес вошла. Деньги просили, я не дала, конечно, сказала, что их нет. Но они откуда-то знали, что я их спрятала под кофту. Куртку расстегнули и забрали деньги.

- Ты что-то забыла. А порезали тебя как?

- Ну я деньги пыталась забрать.

- Ясно, дура все-таки, - в который раз не знаю, что мною движет. Я просто достаю из бумажника деньги и кладу на прикроватную тумбочку. – Здесь ровно столько, сколько у тебя забрали. Не отказывайся, не надо исполнять роль клинической идиотки, которая с гордо поднятой головой почешет пешком домой, и конечно же найдет новые приключения на свою пятую точку. Я обеспеченный «бандит», для которого эта сумма ничего не значит. Я напишу тебе номер моего телефона и когда-нибудь ты мне их типа отдашь, без процентов, конечно, ну это так, чтобы успокоить твою душу. Вижу, ты спросить что-то хочешь?

- А зачем вам это все? - хороший вопрос, на который я так и не придумал ответ в своей голове.

- Просто так. Хочется. Иногда бывает.

- А я возьму деньги. Спасибо вам.

- Ну слава Богу.

- Я бы не взяла, но меня теперь с работы уволят.

- Больше ничего не хочешь сказать?

- Нет.

Не хочет и ладно, чего я к ней вообще пристал? По сути, посторонний мужик пристаёт с какими-то вопросами, бред какой-то. Встаю со стула и поднимаю пакеты.

- Здесь лекарства, которые врач написал. Прочитаешь как и что надо делать или медсестрам отдай. Продукты тут всякие, в холодильник надо положить. Поняла?

- Нет, не поняла. Зачем вы все-таки это все делаете. Люди злые пошли и не помогают просто так. Вам что-то нужно от меня? У меня все равно ничего нет. И если вам вот то самое надо, тоже не дам.

- То самое?

- Вы поняли, не притворяйтесь.

- Ты про секс что ли?! Господи, это последнее, о чем я думаю при виде тебя, - то самое, кому скажи- не поверят.

- Тогда извините. Все равно не понимаю зачем все это.

- Просто так. Деньги в полку положи и вообще не свети ими, лучше под матрас убери, в общем сама разберешься. Все, поправляйся.

- Спасибо, я за вас помолюсь. А как вас зовут?

- За себя помолись, тебе нужнее.

- Нет, я за вас, ну скажите, пожалуйста.

- Миша.

- Спасибо за все, Михаил. До свидания.

Да нет, тут уж ни до какого свидания, прощай и точка, херней какой-то занимаюсь, иначе не назвать. Ничего не говорю, молча разворачиваюсь и выхожу из палаты. Странная все-таки девчонка, может ее головой приложили, хрен разберешь. Хотя она и на лестнице у банка была уже с приветом. Сажусь в машину и отправляюсь к родителям. Хватит с меня всей это ерунды, пора бы и нормально отдохнуть.

                                                           ***

- Что-то плохо клюет.

- И не говори, - закуривая очередную сигарету, соглашаюсь с отцом. - Может ну его и домой?

- И придем без единой рыбешки? Нет, так позориться перед матерью мы не будем. Я рыбак со стажем, это даже неприлично.

- Давай съездим в город и купим рыбы, выдадим за наш улов.

- Ты за кого меня принимаешь? - наигранно возмущается отец. - Она же замороженная, не прокатит.

- А мы найдем незамороженную.

- Думаешь поверит?

- Ну давай попробуем, я уже всю задницу отморозил, терять все равно нечего.

- Давай.

Садимся в машину и отправляемся в город. Обошли кучу магазинов и везде только замороженная рыба, наконец в самом последнем нашлось то, что было необходимо. Купили немного, дабы не вызывать лишних подозрений. И смех, и грех. Стоим на кассе и вдруг взгляд падает на гигиеническую помаду. Сразу вспомнились эти потрескавшиеся губы, и рука сама собой потянулась схватить эту штуку.

- Триста двадцать рублей, - недовольным голосом произносит кассирша.

- И вот это, - кладу помаду. Отец странно на меня косится, но ничего не говорит.

Садимся в машину и отправляемся домой. После того, как мы привезли «свой улов», тут же сажусь в машину. Я уже не ищу оправдания своим поступкам. Оставил родителей вдвоем, а сам поехал в больницу.

Стою на пороге палаты и перевожу дыхание. Открываю дверь и вхожу внутрь. Трудно сказать, что я ожидал увидеть, но точно не сидящую на кровати девчонку, с наслаждением поедающую колбасу.

- Здрасте, - проговаривает девчонка.

- Привет. Как дела?

- Колбаса у вас очень вкусная, просто пальчики оближешь.

- Я понял, ты никогда не отвечаешь на поставленный вопрос, - беру стул, ставлю около кровати и сажусь на него.

- Я просто была увлечена колбасой. А дела хорошо. За три дня почти выздоровела. Деньги не украли, живот почти не болит, а с вашими пакетами жизнь заиграла новыми красками. Вообще чревоугодие- это грех, но есть почему-то очень хочется, никогда так не ела. Спасибо за праздник живота.

- Пожалуйста, тебе полезно жирка накопить, больно худая.

Сидит в какой-то убогой, по всей видимости, больничной сорочке, и болтает ногами. Ах ну да, и колбасу продолжает наяривать. Дите-дитем, только вот сложно не заметить, даже в такой убогой сорочке, грудь. Откуда она вообще взялась у такой худющей девчонки-остается загадкой.

- А вы зачем приехали? - сдается мне потому что дебил. Достаю помаду и протягиваю девчонке.

- Держи, Оля, - проглатывает колбасу и берет помаду.

- Неожиданно, - не то слово.

- Не сочти за дурь, просто губы у тебя жуть какие сухие. На морозе, наверное, обветрила.

- Наверное. Спасибо.

- Пожалуйста. Ладно, выздоравливай, - встаю и не оборачиваясь выхожу из палаты. Все, это точно наша последняя встреча.                                                        ***

Видимо, мужик подумал, мужик сказал и мужик сделал- это точно разные мужики, иначе не стоял бы я снова около больницы и не курил бы сигарету. Два дня прошло, а я приперся снова, зачем непонятно, уже разучился давать оценку своих поступков. Но еще более непонятным стало то, что в палате никого не оказалось. Выписалась. Точнее просто ушла, как сказал врач. Вот так просто свинтила, отлежав всего неделю. Не знаю, что я чувствую по этому поводу, наверное, что-то сродни разочарованию. Выбрасываю сигарету в снег, сажусь в машину и отправляюсь к родителям.

Не заезжаю во двор, чувствую, что на сегодня это не последняя моя поездка. Захожу в дом, мама вовсю готовит ужин, отец же похрапывает в гостиной.

- Миш, ты где был?

- В город ездил, интернет нужен был, тут ни хрена не ловит, - вру матери. - Мам, ты же у нас всех в поселке знаешь?

- Ну не всех, так в целом. А что случилось?

- А Громовых знаешь? Есть такие тут?

- Ну, Валерка есть, Громов он вроде.

- Точно. Валерьевна.

- Ты о чем?

- Не важно. А ты о нем что-нибудь знаешь? Кто он вообще такой?

- Да нормальный мужик. Ну когда-то был. Жена с дитем померла года два назад. Как запил, так и не вылез, вот что с людьми делает водка.

- А он один живет?

- Нет, дочка есть, я их так-то не вижу, он почти около самого озера живет. А что случилось?

- Ничего, мам, спасибо.

- Странный ты какой-то Мишка, точно ничего не случилось?

- Точно.

- Ладно, скоро будем ужинать. Грибы маринованные доставать?

- Как хочешь. Я пойду немного прогуляюсь.

- Ну иди.

Если прошлые свои поступки я еще хоть как-то мог объяснить, мол помощь ближнему и прочая фигня, то тут мне даже нечего придумать. Надеваю пальто, сажусь в машину и еду в сторону озера.

Домов, к счастью, тут оказалось немного. Прохожий мальчишка и вовсе сразу ткнул на дом Громовых. Подъезжаю ближе и выхожу из машины. Надо сказать, я ожидал увидеть что-то похуже. С виду дом не самый худший, на сарай не тянет и на том хорошо. Чего я добиваюсь непонятно, но ноги сами ведут к калитке. Захожу во двор и поднимаюсь на крыльцо. Стучу в дверь, но никто не открывает.

- Здрасте, - оборачиваюсь на голос и замечаю Ольгу, стоящую около меня без верхней одежды.

- Привет.