Глава 8

                                                  Глава 8

Господи, какая же она худая. Даже скулы выделяются, хотя бабы сейчас этому только радуются, но этой явно невдомек о современных модных тенденциях. Так и хочется ее накормить, да нормально приодеть. Свитер на ней какой-то убогий, явно не ее размера, и цвет паршивый, без слез не взглянешь.

- Вы не бандит, вы маньяк, - еле сдерживая улыбку, произносит девчонка.

- Сказал бы я кто ты, да боюсь обидишься. Это в порядке вещей ходить в минус десять в кофте?

- Так закаливание полезно для организма.

- Может ты впустишь меня в дом?

- А зачем? – недоуменно поглядывает на меня девчонка.

- Хороший вопрос. В туалет захотелось.

- Так он на улице, я как раз там и была, могу проводить, надо? - святая простота. Боже, куда я попал?

- Хорошо, я замерз, пусти погреться.

- Ваша машина стоит около забора, в ней точно тепло. Вы же с какой-то целью пришли, да? Наверное, все же не в туалет и не погреться.

- Да. Захотелось посмотреть где и с кем ты живешь и почему ты такая ненормальная, если сбежала из больницы, довольна? - Оля тут же меняется в лице.

- Я одна и у меня не убрано.

- Переживу. У тебя уже губы синие, может ты все же впустишь нас в дом.

- Так открыто. – О Господи, что за человек такой?!

Оля открывает дверь и пропускает меня вперед. Не знаю, что ожидал увидеть, скорее всего что-то обшарпанное, убогое и непригодное для жилья. Все оказалось совсем не так. В доме очень даже чисто и убирали, судя по стоящей в коридоре швабре и ведру, совсем недавно. Дом небольшой, мебель пусть и не новая, но все прилично, даже занавески имеются. Если бы мне сказали, что здесь живет пропащий алкоголик- я бы ни за что не по верил. Хотя с другой стороны, наверняка это дело рук Оли.

- Пойдемте на кухню. Чай хотите?

- Лучше кофе.

- А у нас его нет, - у нас значит, интересно где все-таки папаша, может это все слухи про алкоголика, мало ли что народ скажет. – Он невкусный, горький и противный.

- Ты просто не пила настоящий кофе. Ну давай чай.

Проходим на кухню и в нос сразу ударяет запах жареного картофеля. Значит ест все-таки, это хорошо.

- А хотите поужинать?

- Давай, - не задумываясь ответил я.

- Но у меня жареная картошка, вы такое едите?

- Картофель, а не картошка. И да, ем. Покажи мне человека, который его не любит.

- А у меня сестра не любила, говорила, что это напоминает ей сало. Вот, - тут же отворачивается и накладывает в тарелку картофель. - Как вы меня нашли? - ставит на стол тарелку. – И зачем?

- У матери спросил где живут Громовы, она здесь почти всех знает.

- Значит вы отсюда? Родились, а потом уехали в большой город строить карьеру?

- Типа того.

- И построили. А кем вы работаете?

- У меня такое чувство, что ты заговариваешь мне зубы. Я пришел поговорить не о себе.

- И все же кем?

- У меня своя строительная фирма.

- Здорово.

- А это нормально, что ты после всего вот так спокойно ходишь, работаешь по дому? У тебя там швы не разойдутся и что там с тобой делали?

- Все нормально. Ешьте, пока не остыло, - Оля ставит чайник и садится рядом со мной на стул.

- А ты есть не собираешься?

- Нет. Я уже поела, - врет. Руку даю на отсечение, что не ела. Отодвигаю картофель к Оле.

- Ты не ешь, потому что больше нет, да? Готовила на двоих?

- Нет. Я просто не хочу. Так зачем вы меня искали?

- Захотелось посмотреть, как ты живешь и все ли с тобой в порядке.

- В порядке благодаря вам.

- С кем ты живешь?

- Вы же знаете, зачем спрашиваете?

- Не знаю, всякое могут говорить. Верить надо только своим глазам и ушам.

- Я живу с папой.

- А где он сейчас?

- На работе.

- Зачем ты врешь? Если бы он работал, ты бы не страдала так о своих потерянных деньгах, - встает со стула, тянется к ящикам и достает оттуда чай. – Он пропивает твои деньги, да? Заставляет их отдавать ему?

- Нет! Ничего он меня не заставляет. Я сама ему их даю, честно.

- Зачем? - ни хрена не понимаю.

- Когда даю ему деньги, он тогда уходит пить к друзьям. А если не дам, то он приводит их сюда и пьет за их счет. Это раньше их было двое, а сейчас много. Они ко мне пристают и мне уже с ними не справиться. Они хоть и пьяные, но сильные. Мне проще дать ему денег и по ночам спать, чем… ну в общем вы поняли.

- А твой папаша знает, что они пристают?

- Не надо о нем плохо думать. Он хороший. Просто так сложилось.

- Да вообще зашибись, отец года, не иначе. Так знает или нет?

- Вы когда-нибудь сильно напивались?

- О, да.

- Помните, что вам пьяному что-то говорили? Вот и он нет. Днем он спит, а я на работе. Ну была раньше. Он хороший, правда. Как мама с сестрой умерли, так и начал пить, а до этого и не пил никогда. Просто маму сильно любил и...

- И что?! Я тоже любил, но остановился! Что за слабак такой?

- Не надо так. Все же люди разные, кто-то слабее, кто-то сильнее. Вот вы может сильный, а он не такой. Ну, не может он справиться. И он не всегда пьет, летом почти нет, он работает в городе, а зимой вот так. Он, наверное, и хотел бы не пить, но не получается. Я его к бабушке-знахарке в соседней деревне водила, она и заговоры читала и настойку какую-то ему давала, но не помогло.

- Это все чушь, Оля. Может, просто не хочет. Не должно так быть. Не должно. Знаешь, что делают человеку с гангреной ноги?