Глава 2

Глава 2

Клим

Выхожу из здания суда после того, как меня освободили. Служба безопасности отогнала журналистов и теперь я могу беспрепятственно пройти в свою машину. Полгода в тюремных застенках, а чувство, что отмотал приличный срок.

Вдыхаю полной грудью воздух... И он пьянит. Кровь мчится по венам с нереальной скоростью, принося давно забытый бешеный кураж.

Вскидываю руки вверх, задираю голову к небу и ору, наплевав на то, кто что подумает:

-Свобода-а-а!

Рядом останавливается Черный, криминальный авторитет, с которым мы схлестнулись в СИЗО. Останавливается, достает сигарету, прикуривает. Мои ребята напрягаются.

-Вышел? - спрашивает, оглядывая меня с ног до головы с заметным пренебрежением.

-Ты, я смотрю, тоже? - я не привык пасовать. Никогда и ни перед кем.

А этот сам виноват. Статья ему моя не понравилась. Так я и не ставил задачи, чтобы понравиться. Но я ему навалял. И шестеркам его тоже. Не зря с детства рукопашкой занимался. Правда, потом администрация рассадила нас с ним по одиночным камерам. И ни на какие уговоры изменить условия содержания не шла.

Он сплевывает себе под ноги.

-Чё, девку, которую снасильничал, замочили, и дело всё посыпалось?

Не считаю нужным ни отвечать, ни оправдываться. Бабы рождаются для того, чтобы их е*али. И ничего такого страшного я с этой девкой не сделал.

-Ты чего ко мне прицепился-то, мил человек? - копирую его манеру речи, - Тебя, что ли, за красивые глаза посадили?

Странные они, эти урки. Пытаются отстаивать какие-то моральные принципы в своей жизни, в которой этой самой моралью и не пахнет.

-Зря мне тебя опустить не дали... - цедит зло, затягиваясь сигаретой.

Скалюсь в притворной улыбке.

-Всегда знал, что тебе моя жопа просто понравилась. Ах, ты, шалунишка!

По глазам вижу, что еще чуть - и бросится. Даже, пожалуй, хочу этого. Агрессивность прет через край. Вместе с осознанием, что я вернулся в свою жизнь.

Окидываю взглядом улицу. Его ведь тоже встречают. И машины - отнюдь не русский автопром. Хорошо живет, гнида. Его люди тоже наготове. Драка сразу после того, как выпустили, перед зданием суда? А почему бы и нет?!

Конфликту не дает разгореться появление моего компаньона - Федора. Он лет на пятнадцать меня старше и похож на русского, былинного богатыря. Еще и рыжий. Кстати, из тюрьмы я вышел благодаря его усилиям. А попал - потому что тогда, когда меня задержали, он не впрягся. Да еще и орал, как резанный, что я - урод.

-Здравствуй, Юра! - говорит Федор и протягивает Черному руку для пожатия.

Всегда поражался, как много народа Федор знает. И как много людей, которые знают его.

Потому что Черный, который мне только что в глотку чуть не вцепился, отвечает на его рукопожатие.

-Здравствуй, Федя.

Я молчу. Ссориться с компаньоном мне не с руки. Я его уже подвел. Если не исправить положение, нам с ним грозят большие убытки. Собственно, из-за этого он меня и вытащил. Я бы и сам, конечно, справился. Не беспомощный. Но было бы дольше.

-Пошли, - обращается ко мне.

-А мне руку не подашь? Ты меня разочаровываешь, Федор, - замечаю, рискуя нарваться.

-Тебе могу только подзатыльник отвалить, - буркает он в ответ.

Иду следом за мощной фигурой, прикидывая в уме, зачем он притащился к суду. Черный, скрипя зубами, отправляется в сторону своего транспорта. Так, наверное, лучше. Причем для нас обоих.

Федор идет к своей машине, садится в салон.

-Чего встал? Садись, - рычит на меня. Слушаюсь, - Домой тебя отвезу.

Его машина трогается с места, Федор жмет кнопку. Между пассажирским и водительским отсеками опускается перегородка.

-Клим, я тебя вытащил. Хоть и не хотел. По мне - так посидел бы ты, сколько положено. Может, ума бы прибавилось.

-Федя, чего ты мне заливаешь? Я тебе нужен. Вот ты меня и вытащил.

Тяжело вздыхает.

-Попросить тебя хочу. Надеюсь, прислушаешься. Девочку не трогай. Ей и так по твоей милости досталось.

Поворачиваю голову в его сторону.

-Федь, ты меня совсем за отморозка не держи, ладно? Что по-твоему я с ней делать буду? У нее срок какой? Шесть месяцев? Пузо уже на нос лезет... И диагноз...

-Да, кто тебя, придурка, знает...

-Не до такой степени я идиот. И потом, она всё-таки моего ребенка носит.

-Не думал, что тебя волнуют такие мелочи.

-Волнуют, Федь, волнуют. Тебя твои дети волнуют же? Ты за них любому голову оторвешь. Почему меня мои не должны волновать?

-Потому что! - вызверяется он, - Потому что так их не заводят!

-Заводят собак, Федя. Дети рождаются. Рождаются в разных ситуациях и у разных людей. Да, накосячил. Да, не следовало. Но, во-первых, уже сделано. А сделанного не воротишь. А, во-вторых, это мои тараканы, и я тебе про них рассказывать не буду. Не твое это дело.

-Значит, девочку трогать не будешь?

-Что ты под этим подразумеваешь? В стороне не останусь, по-любому. Это не мой вариант.

-А то, что её воротить от тебя будет - тебя не смущает? Да и вообще - беременным нервничать нельзя.

-Разберусь. Не маленький. Ей нужно лечение. Качественное и дорогостоящее. Возможно, за границей. Самоустраняться не буду.

-Денег дай. И не лезь.

-А ребенка потом отобрать, чтобы в окно сиганула?

-Да что б тебя! Что ж ты такой проблемный!

-Не знаю, Федь.

У меня звонит телефон. Отвечаю.

-Клим! Ура! Ты вышел, бро, - это Абрамов. Он икает. Нажрался, что ли, уже? - Приезжай в клуб. У меня для тебя сюрпри-и-из...

Последнее слово так противно тянет, что у меня начинает ломить зубы. Затем он сбрасывает меня.

И у меня срабатывает чуйка.

-Дай я в свою машину пересяду, - говорю Федору, который недовольно поджал губы.

-Отмечать освобождение собрались? Имей в виду, второй раз не впрягусь.

-Да ничего я не собрался, - я и правда не собрался. У меня завтра утром встреча с Ясмин в благотворительном фонде, который мне же и принадлежит.

От меня она, прямо скажем, не в восторге, так что может послать меня в пешее эротическое путешествие вместе с моими деньгами. Гордая дочь южного народа... Проблема в том, что для таких моих прогулок у нее не осталось времени. Анализы у нее и общее состояние - полный зашквар.

Пересаживаюсь в свой автомобиль, который везет меня в клуб, который обеспечивает мужикам с деньгами самый разнообразный досуг. Я бы сегодня туда наведался, чтобы сбросить напряжение. Но позже.

Только вот кажется мне, развлечения сегодня будут совсем другого рода.

В клубе меня встречают.

-Абрамов где? - спрашиваю, даже не утруждаясь приветствиями.

-В аллее, - отвечает администратор, - Вас проводить, Клим Александрович?

-Помню я, где, - и спешу туда.

Я, в принципе, знал, что Никита без башни. И временами мне это нравилось. Но решительно не сегодня.

Аллея - это роща, где иногда, перепив, проституток гоняют собаками. Развлечения бывают и такие.

Сейчас же там шум, гам, собачий лай. И могучий русский мат.

Когда добираюсь до места, чувствую, как страх скручивают внутренности. Несколько бойцовых собак, сбившись в стаю, кидаются на тренеров, которые их натаскивают. Кого-то защищают. Хотя само поведение псов за гранью. Такого не было никогда.

Смещаюсь, чтобы рассмотреть картину целиком. И делается не просто страшно, а холодный пот бежит вдоль позвоночника от ужаса.

Ясмин сидит на земле, одежда местами порвана и в грязи. Ее трясет, она озирается по сторонам. Но это еще не самое плохое. Один из рукавов ее блузки в крови. В свежей. Если она поранилась - вот это полный абзац.

-Уберите собак! - рявкаю на персонал, - Её в больницу надо. Срочно.