Глава 31

Глава 31

Клим

После вчерашнего разговора остался тяжелый осадок. Да ещё и Ясмин сбежала... Нет, я, конечно, не идиот и понимаю, почему. Вряд ли очень приятно слышать про то, что ты настолько мешала, что тебя могли убить. И вряд ли я поверил бы на ее месте чьим-то заверениям, что такой вариант не рассматривался. Но я его действительно не рассматривал, хотя понимал, почему мне его предлагали. Это был бы самый эффективный и быстрый выход из моих проблем. Но я не смог его даже предположить в своей голове. Потому что стоило мне задуматься об этом, как я вспоминал Анины похороны: воющую возле гроба мать, вмиг постаревшего отца, и вечный укор в их глазах, что не сберег. И себя в коляске после операции, потому что стоять не мог. Не знаю, была ли вообще моя вина, в том, что случилось. Мы просто пошли в парк гулять. Было жарко, Аня захотела пить. Подошли к ларьку. Там была компания нерусских. Шесть человек. Им что-то не понравилось. Кто-то из толпы бросил оскорбление в адрес Ани. Я и сейчас не самый терпеливый человек, а тогда вспыхивал мгновенно. Я ответил, как имел их мам. Они кинулись. До того, как попал в деревню, я занимался. Хотел пойти в спорт. А в деревне, через три двора от нас жил дядя Андрей. Не знаю, из-за чего он выделил меня. Может, из-за настырности моей. Но однажды, выудив меня из дорожной пыли, после того, как мне снова досталось от деревенских, он стал меня тренировать. И очень скоро я свободно мог противостоять толпе. А потом и познакомился с его племянником - Федей, с которым у нас была десятилетняя разница в возрасте. Однако, это нам не помешало.

И вот эта моя самоуверенность, что я смогу противостоять толпе, сыграла против меня. В драке я раскидал их. Но... затем в ход пошли ножи. И я не думал, что тронут девушку. Беременную девушку, у которой был уже заметен живот. Да еще и прямо в этот живот... У моего сына не было шансов сразу же после удара. Меня тоже зацепили, но я отобрал нож, кого-то порезал.

Прохожие вызвали полицию. К нам ехал Абрамов, который хотел со мной поговорить. Подъехал он вовремя. Мы с ним загрузили Аню и помчались в больницу. Там несколько часов ее пытались спасти. Но она умерла на операционном столе. Об этом я узнал, когда сам отошел от наркоза. И потом еще долго пытался смириться с произошедшим. Только жуткое чувство несправедливости от того, что чудесная девушка ушла совсем молодой, не успев пожить, осталось со мной. Поэтому - нет, с Ясмин бы я так поступить не смог.

Тех, кто это сделал, я нашел сам. Потратил кучу времени и денег, но нашел. В живых не оставил никого. Но об этом я никогда не распространялся. Пусть говорят, что месть не приносит облегчения, что это неправильно, что я - преступник. После этого мне стало легче жить. В ушах перестал звенеть Анькин крик, когда она истекала кровью на моих руках.

Но любой подобный поступок меняет человека. Я сам стал жестче и безжалостней. Теперь под мою броню очень сложно пробиться. Это и плохо, и хорошо одновременно. Только вот Ясмин удалось. Возможно, из-за чувства вины перед ней. И осознания простого факта, что сам я оказался не лучше тех, кого приговорил к смерти.

Чтобы Ясмин мне поверила, эту историю необходимо рассказать ей полностью. Но я не могу. Пока или вообще. Со дня смерти Ани я про то, что случилось, никому не рассказывал. Лишь дал объяснение перед своей операцией. И всё. Потом даже показания не давал. В полиции сказали, что найти будет сложно. Я обошелся без их помощи.

Но рассказывать об этом в подробностях не могу до сих пор.

Когда Ясмин ушла от меня, я убрал всё на кухне. Не терплю беспорядка. Посидел в кабинете, пялясь в потолок. Работать не смог. Пошел спать. Ворочался полночи. В итоге пошел снова к ней, ощущая себя полным придурком.

Не знаю, как это работает, но рядом с Ясмин уснул быстро. С утра меня разбудил будильник. Ясмин не проснулась.

Мне пора вставать, готовиться к командировке, а я лежу и рассматриваю ее ресницы. Еще дыхание слушаю. И так не хочу ни в какую Англию...

Поцеловать бы ее сейчас... Потрогать... Интересно, какие у нее теперь груди? Во время беременности что-то там меняется... Очень хочется проверить. А еще лучше всю зацеловать...

Только хрен тебе, Климушка, что светит. Разве что по роже.

Как сделать так, чтобы она меня простила и согласилась быть со мной? Пожалуй, мне самому к психологу надо, потому что я очень хочу узнать ответ на этот вопрос. Если он есть. Потому что Ясмин мне нравится. Так, что хочется быть рядом. Сделать ее своей во всех смыслах. Это зависимость. Но впервые за долгое время она меня не тяготит. Я хочу еще и еще. Я чувствую себя живым возле нее. И не испытываю вину за то, что остался жив.

Наверное, почувствовав, что я смотрю на нее, Ясмин сонно приоткрывает глаза. И замирает, разглядывая меня. Она же помнит, что разрешила мне остаться?

Похоже, помнит. Не ругается, во всяком случае.

Наклоняюсь и быстро целую ее в губы. Слегка. Они теплые и нежные. Сейчас бы...

Но отстраняюсь сам и тоже быстро.

-Ты-ы-ы, - тянет местоимение, начиная хмуриться.

-Просто ты - очень красивая, а я уезжаю. Мне можно, - скатываюсь с постели и тороплюсь уйти.

Не хочу портить сложностями такое прекрасное утро.

Тем более, что вместо будильника звонит Федя.

Прижимаю телефон к уху, выхожу из комнаты. Не оглядываюсь. Не хочу, видеть, что Ясмин рассердилась. Лучше буду представлять, что ей понравилось.

-Поднимайся, одевайся, на работу собирайся - рэпом читает Федор мне по телефону.

Офигеваю.

-Федя, тебе - пятый десяток. Ты - почтенный отец семейства, уважаемый бизнесмен, благотворитель и ...

-Сам такой же придурок, как и я, - парирует Федор, - И без шуток - будешь выкаблучиваться, я приеду, засуну тебя в чемодан. И так и повезу.

-Да собираюсь я уже...

-Люди, которых я тебе обещал, заезжают на территорию твоего поселка. Встреть их и проинструктируй.

-Хорошо. Заезжать за мной не надо. Встретимся в аэропорту, - а то ведь и правда припрется.

Охрана докладывает о прибытии усиления. Одевшись, выхожу к ним, объясняю задачу. Мужики по виду напоминают карательный отряд, но вполне профессиональный. Должны справиться.

Пью кофе, привожу себя в порядок. Мне еще в офис заехать нужно.

Перед отъездом нахожу Ясмин на кухне. Чай пьет.

-Ясмин, если что-то будет нужно, звони. Если не отвечаю, пиши сообщения. И, пожалуйста, будь умницей, - не удержавшись, прикасаюсь губами к шелковистой макушке.

Она не отпрыгивает и не пытается отстраниться.

-Пока! - слышу мелодичное за своей спиной, когда иду на выход.