69

Словно боясь отпускать, сразу устроил меня у себя на коленях и крепко обнял. А потом всё же спросил:

– С чего ты вообще взяла, что я стану тебе изменять?

– Ну-у-у, – протянула я, не зная, как бы выразиться тактичней. – Просто понимаешь, количество твоих добрачных отношений – даже тех, о которых я знала – создавало некоторые… опасения. Если помнишь, я, когда предлагала тебе сделку, не ставила верность условием. Вот и…

– Понятно, – перебил Герхард, продолжая прижимать меня к себе. – Моя ошибка, на самом деле, что я не поговорил с тобой откровенно. Просто темы показались слишком деликатными, и я не хотел их поднимать. А стоило.

И всё же, перед тем как объясниться, с минуту мой муж помедлил, подбирая слова.

– Я всегда знал, что моё положение наследника герцогства Аква весьма шаткое, – начал он неожиданно. – Как можно заметить, я оказался полностью прав. Но в любом случае я понимал, что, как бы ни повернулась ситуация, а жениться мне придётся по расчёту – либо для усиления магии герцогства, либо ради процветания виконтства. Я вряд ли смог бы выбирать внешность или характер своей супруги. Между тем, родители у меня не слишком ладили между собой. Сказать честнее, не проходило ни дня, чтобы они не собачились, пока отец был жив. И, размышляя над всем этим, я твёрдо решил, что сделаю всё возможное, чтобы у меня с женой были хорошие отношения. Расшибусь в лепёшку, исполню все её прихоти, спущу с рук что угодно… И, естественно, в моём сердце не должно быть другой девушки. Смогу я полюбить жену или нет, я не знал, но прекрасно понимал, что жить с одной, а думать о другой – плохая идея.

Я слушала и боялась даже лишний раз вздохнуть. Мне оставалось только поражаться, насколько продуманно Герхард подходил к вопросу брака.

– Однако, – продолжил он, – любовь – это одно, а физическая близость – совсем другое. И тут я ущемлять себя не собирался. Борделями, правда, брезговал. Но кого-нибудь на одну ночь было найти не сложно. Я старался не заводить долгих отношений, чтобы не привыкать к партнёрше или чтобы она чего не надумала. Никогда никого не соблазнял – инициатива практически всегда исходила от женщин, хватало лёгкого флирта. Принципиально держал на расстоянии тех, кто мог рассчитывать на брак. Вот как-то так количество и увеличивалось…

Он замолчал. И я молчала. Теперь, конечно, многое вставало на свои места, однако у меня появились совершенно другие вопросы, которые я вновь отчаянно боялась задавала.

– А теперь, дорогая супруга, – заговори вновь Герхард, но уже совершенно другим тоном, – чтобы ты не надумала ещё какой-нибудь ерунды, выражусь чётко и прямо. Всё, что я говорил на свадьбе, чистая правда! Я действительно тебя люблю. Я невероятно счастлив, что женился именно на тебе. Я считаю, что в целом мире для меня не найдётся никого лучше. Это невероятная удача, что так сложились обстоятельства, и мы смогли быть вместе. В тот день в прошлом году, когда ты пришла ко мне, я сперва решил, что вижу волшебный сон. Смотрел на тебя, вмиг приручившую самую строптивую кошку в империи, и никак не мог понять, что это реальность. С тех пор не прошло и дня, чтобы ты не очаровывала меня всё сильнее. Я словно околдован тобой! Но, боюсь, в наш маленький договор придётся внести моё условие. Признаться, я не заострил на этом внимание раньше – я, знаешь ли, небезосновательно самоуверенный. Однако, на всякий случай проговорю: верность – обязательна. Я не знаю, что сделаю с тем, кому ты решишь построить глазки. И, во избежание проблем с законом, не хотелось бы проверять.

– О, тут можешь быть спокоен! – заверила я со смехом, чувствуя во всём теле необычайную лёгкость. Если бы Герхард не держал меня, клянусь, я бы пустилась в пляс. – Ты настолько восхитителен в постели, что у меня нет никакого желания изменять, а потом расстраиваться.

– Только в постели? – провокационно спросил муж, наклонив меня так, чтобы мы соприкоснулись лбами.

Конечно же он уже слышал моё признание, но мне было не жалко повторить:

– Нет. Ты потрясающий во всём, и мне никто другой не нужен. Я люблю тебя, Герхард.