Глава 16

               Открываю глаза – еще не рассвело. Тянусь к тумбочке. Где-то на ней я оставила свой телефон. Смотрю: пять сорок и не верю. Такая рань, а я абсолютно бодрая и выспавшаяся. Наверно, сказалось то, что вчера мы завалились спать около десяти. Чувствую, как зашевелился Никита, и оборачиваюсь.

               – Доброе утро, – сексуально хрипло звучит в тишине любимый голос. – Уже проснулась?

               – Да, – шепчу в ответ. Я не хотела его будить.

               – Сколько время?

               – Пять сорок.

               Он молчит, а я, ощущая себя виноватой, тихо пищу:

               – Прости, что разбудила.

               – Фигня.

               В подтверждение своих слов парень притягивает меня и целует в уголок губ. Скорее всего, в полумраке он промахнулся.

               – Собирайся.

               – Куда?

               Похоже, мой голос звучит слишком растерянно и вызывает его тихий смех.

               – Ты не готова идти со мной на край света?

               Не задумываясь, отвечаю:

               – Готова.

               Возможно, это пафосно, но за ним я действительно пойду куда угодно.

               – Тогда зачем спрашиваешь?

               В его голосе звенят смешинки. Ему когда-нибудь надоест подтрунивать надо мной?!

               – Любопытно.

               – Шевелись! У нас не так много времени в запасе.

               Вскакиваю с кровати и, больше не задавая вопросов, собираюсь.

               Мы выходим на улицу, и я вздрагиваю от утренней свежести. Рука Никиты тут же прижимает к себе, согревая меня своим теплом и прогоняя неприятные ощущения. Парень направляет нас вверх по улице, и я послушно позволяю себя вести.

               Небо уже не просто подернулось, а посветлело, но легкая дымка висит над старинными запутанными улочками, создавая атмосферу загадочности, и от этого мне еще больше не терпится обо всем расспросить, но я терплю и жду, когда он сам расскажет или я увижу это своими глазами.

               Минут через пять мы выходим на небольшую площадь, и в глаза бросается оранжевая полоса горизонта над водной гладью, и я понимаю, для чего Никита привел меня сюда.

               Поворачиваюсь и дарю ему самую нежную и счастливую улыбку и сверкающий искрами чувств влюбленный взгляд. Кто бы мог подумать, что этот парень окажется таким романтичным!

               Губы Ника широко растягиваются в ответ.

               – Вчера мы провожали солнце – сейчас его встретим.

               Мы подходим вплотную к металлическому ограждению смотровой площадки, где уже собрались подобные нам любители романтики и фотографы, и руки невольно тянутся к телефону, чтобы тоже запечатлеть это умопомрачительное зрелище.

               Мягкие предрассветные лучи, оранжевые крыши белых домов, заполонивших все вокруг, гладь широченной реки Тежу, которую легко можно было бы спутать с океаном, если бы она не была так спокойна и покладиста.

               Сделав пару видео, непроизвольно шепчу:

               – Волшебно!

               – Это одно из самых красивых мест, где можно наблюдать восход солнца под Альфамой!

               – Альфама – это же старинный район в Лиссабоне?!

               – Да. Единственный, переживший землетрясение в восемнадцатом веке. Здесь до сих пор уцелела хаотичная средневековая застройка.

               Удивленно смотрю на Никиту. Обычно историческими познаниями снабжаю его я.

               Он усмехается, поняв, о чем я подумала, и отвечает на мой безмолвный вопрос:

               – Я уже был несколько раз в Лиссабоне. Кое-что осталось в голове.

               Видя, что я собираюсь расспросить о его предыдущих посещениях города, он опережает меня и предлагает сфотографировать. Любопытство против женского тщеславия?! Конечно, выигрывает второе. Выведать информацию я могу попробовать потом, и мы тратим оставшееся время до рассвета, занимаясь фотосессией.

               Едва я хочу предложить сфотографироваться вместе, как Никита произносит:

               – Пойдем, а то пропустим самое интересное.

               Слышу, как кто-то кричит:

               – Olhar! Olhar!

               И замечаю, как в оранжевой полосе над горизонтом появляется маленький кусочек солнца и начинает медленно, неторопливо выплывать из воды, и эта полоса с каждой секундой становится все ярче и насыщеннее.

               Объятия любимого мужчины, крышесносная панорама, волшебный рассвет... Думаю эти кадры я пронесу сквозь всю свою жизнь. Это незабываемо!

               Распрощавшись с проснувшимся солнцем, продолжающим дальше свое ежедневное путешествие по небу, мы поворачиваем обратно к гостинице, но не успеваем пройти и сто метров, как я замечаю громыхающий и привлекающий внимание ярко-желтый трамвай. Готовясь к путешествию, я читала про легендарные трамваи, курсирующие по Лиссабону более века. В любом другом городе они бы давно уже стали экспонатами музеев, но тут являются неотъемлемой частью сети общественного транспорта. Скорее всего, потому что для современных трамваев совершенно непригоден подобный маршрут из-за множества крутых поворотов, виражей, подъемов и спусков.

               Никита, перехватив мой взгляд, командует:

               – Бежим!

               И мы несемся, чтобы сесть в него и проехать всего одну остановку.

               Плюхаюсь на свободное деревянное сиденье, ощущая себя нереально счастливой в этом старом железном динозавре, что едет со скрипом и скрежетом. Остановись, момент! Замри! Я хочу и дальше чувствовать себя так прекрасно!

               Никита едва успевает оплатить проезд и подойти, как трамвай останавливается. Бледно-фиолетовое старинное здание отеля в двух шагах, и мы, держась за руки, выходим и идем к нему.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

               До начала нашей культурной программы еще больше часа, и Никита уходит в душ, а я, примостившись на широком подоконнике, смотрю на старинную улицу, где проезжают раритетные трамваи знаменитого двадцать восьмого маршрута, и листаю миллиард фото в телефоне. Наверно, счастье красит человека, поскольку никогда еще мне так не нравились мои снимки.

               Неожиданно в голову приходит более приятный способ, как скоротать время, и с пытающимся выскочить из груди от шальной идеи сердцем иду на шум воды. Я хочу присоединиться к Никите в душе и... Раньше я такого себе не позволяла и не потому, что скромница – просто не возникало желания, а с ним это желание бьет ключом и дает знать совсем в неподходящих местах и так сильно, что я поддаюсь ему и напору Ника. Чего только стоил секс на пляже! От одного упоминания о нем у меня снова пылают щеки. А если бы нас кто-нибудь застукал. Ох. Хотя если признаться самой себе, то это был лучший момент в моей жизни. Я реально оказалась в раю и побывала в роли прародительницы, живущей со своим Адамом на необитаемом острове.

               Ручка послушно поддается, и я вхожу в просторное помещение. Санузел в гостинице, как обычно, совмещенный, но реально большой, и душ очень вместительный. Там точно можно не только мыться… Пипец! Я могу думать о чем-то другом, кроме секса?! Хотя, когда передо мной такой великолепный представитель мужского пола в одной мыльной пене, едва ли прикрывающей интимные места, разве можно думать о чем-нибудь еще?!

               Сбрасываю сарафан, белье и подхожу к стеклянной перегородке. Смелее! Открываю и, сделав шаг, попадаю в царство воды, пены и любимого мужчины.

               – Это я! – сообщаю, оправдываясь, и тут же себя ругаю. Неужели не могла придумать слова получше! Радует, что вода заглушила сказанное, или Нику все равно, о чем я бормочу, и еще: он не задает глупых вопросов, а мгновенно притягивает меня к себе и целует куда-то в шею.

               Я таю от его прикосновений, от рук, которые совмещают мытье моего тела с ласками, и готова уже кричать: «Я сдаюсь!» Собственно, для этого я и пришла, но Ник все тянет и продолжает прелюдию. Наверно, он хочет, чтобы я взвыла от желания, скрутившего меня. Отбираю гель для душа и решаю отыграться. Теперь я то ли мою, то ли ласкаю его тело особенно нежно и старательно. Мой план быстро срабатывает. Никита, прижав меня к мокрой кафельной стене, решительно соединяет наши тела так, что я роняю флакон.

               Ловлю его ритм, сбившееся дыхание губами и задыхаюсь от чувств, от наслаждения, от счастья.

               – Проголодалась?

               Киваю. Если учесть, что вчерашний ужин мы пропустили, а я не питаюсь солнечными лучами, то это вполне естественно.

               Никита смотрит на часы.

               – Раньше девяти ничего не откроется.

               – Потерплю, – отмахиваюсь я и убеждаюсь, что ждать осталось минут пятнадцать.

               – Если подождем чуть больше, то завтрак вообще будет незабываемый.

               Его слова интригуют, и я естественно соглашаюсь потерпеть ради такого обещания.

               Пока я прихорашиваюсь, Никита уходит в «mini supermarket», находящийся через дорогу, и возвращается с загадочным видом.

               – Готова?

               Киваю и с аппетитом поглядываю на пакет в его руках.

               – Пойдем.

               Удивленно таращусь на парня и перевожу голодный взгляд на продукты, мысли о которых вызывают урчание желудка.

               – А разве мы сначала не поедим?

               – Нет. Потерпи немного.

               Вздыхаю и выхожу вслед за Никитой.

               Первый пункт в нашей культурной программе, что мы наметили вчера – замок Святого Георгия. Это сакральное место для португальцев. Ведь в двенадцатом веке именно с завоевания мавританской крепости, стоящей на высоком холме в устье реки Тежу, Доном Альфонсу Энрикешем начала свое существование страна под названием Португалия и город с именем Лиссабон. К тому же замок находится примерно в пятистах метрах от нашего отеля, и до него легко можно дойти пешком.

               Дорога по витиеватым улочкам, сохранившим средневековую застройку, сначала приводит нас к смотровой площадке, которую мы посещали утром, а потом направляет в сторону, на гору, где располагается замок.

              Оплатив вход и взяв рядом с билетной кассой брошюру с пояснениями к осмотру на русском языке, Никита ведет меня к стенам крепости. Ух, какой там простирается вид! Сногсшибательный! Создается ощущение, что с этого холма можно осмотреть Лиссабон практически со всех сторон и даже нескромно заглянуть в маленькие дворики, расположенные под самыми стенами замка. А еще прикоснуться к по-настоящему древним камням и словно почувствовать все события, что им довелось лицезреть.

               Когда Никита приводит меня к круглому каменному столику рядом со стеной крепости и встроенными в нее скамейками и начинает выгружать провизию, что приобрел в магазине, я понимаю и оцениваю его задумку. Завтрак с видом на панораму восхитительного города в компании любимого человека – это и правда незабываемо.

               Я помогаю ему сделать бутерброды и разложить продукты и послушно сажусь напротив, удивляясь его продуманности, ведь он прихватил из отеля даже ложки, нож и чашки.

               Возле нас, почуяв запах еды, мгновенно появляются вполне откормленные котики, и мы щедро делимся с ними мясной и сырной нарезкой.

               Никогда, наверно, обычные бутерброды, фрукты, йогурт, булочки и сок не казались такими восхитительно вкусными, и, несмотря на всю туристическую раскрученность замка и посетителей, проходящих мимо, здесь, на вершине холма меня охватывает одухотворяющее ощущения покоя и неспешности бытия. Возможно, это Никита оказался тем волшебником, что прекратил безумную гонку моей жизни.

               Насладившись и запечатлев виды, сытые и довольные мы направились дальше, впитывая в себя всю незабываемую красоту этого места, которому добавляли очарование свободно разгуливающие по территории павлины и упитанные довольные жизнью вышагивающие или лежащие котики.

               Мавританский квартал с экскурсоводом мы посетить не успели, группа уже ушла. Сама археологическая зона нас не впечатлила: одни фундаменты. А вот в камеру обскура, которая находилась в башне-сокровищнице или башне-архиве, мы попадаем. Суть аттракциона заключается в том, что хитрое, чисто механическое устройство проецирует виды Лиссабона на вогнутое зеркало. С помощью рычага экскурсовод перемещает изображение по нему и, показывая собравшимся разные памятники и здания города, и рассказывает о них на английском языке. (Хорошо, что теперь у меня всегда рядом любимый переводчик, который нашептывает и поясняет происходящее куда-то в шею, специально или случайно отвлекая от сути действа). В итоге за двадцать минут мы рассмотрели практически весь город.

               Выйдя из башни, мы покидаем территорию замка и направляемся вниз с холма, как указывает мой неизменный помощник maps.me, ко второму пункту нашего плана: культовому месту – лифту Санта Жушта. Когда-то этот подъемник, которому больше ста лет, работал на паровой тяге, а сейчас – на электричестве, и, по слухам, он никогда не ломался.

               Наш объект располагается в самом центре Лиссабона и соединяет три нижние улицы Ауреа, Санта Жушта и ду-Карму с верхней площадью – Ларгу-ду-Карму. То есть по факту связывает низкий район города Байша с высоким Шиаду.

               Добираемся мы до него минут за пятнадцать и расстраиваемся из-за того, что желающих попасть внутрь немало. Однако сама изящная стальная конструкция с непохожими друг на друга ярусами арок, возвышающаяся над улицей, безусловно приводит меня в восторг. К тому же я помню, что это детище любимого ученика знаменитого Эйфеля, и этот факт уже впечатляет.

               Купив билет и отстояв в очереди, мы входим внутрь одной из двух элегантных деревянных кабинок, которые поочередно поднимаются и спускаются. Она довольно вместительная и даже имеет скамеечку для уставших ждать своей очереди, и еще в ней работает лифтер.

              Очень быстро мы оказываемся на тридцать один метр выше и поднимаемся на верхнюю смотровую площадку над лифтом по металлической спиральной лестнице, где открывается неплохой вид на Лиссабон. Перед нами район Байша, площадь Россиу, видно замок Святого Георгия, кафедральный собор Сэ и широченную реку Тежу.

               Дальше за потоком людей мы выходим на Ларгу-ду-Карму, и по сдвинувшимся к переносице бровям Ника понимаю: быстротечный аттракцион не впечатлил парня. Просовываю свою руку под его и заглядываю с улыбкой в глаза.

               – Что?

               Губы сами собой растягиваются шире, тянусь к нему и провожу пальцем по складке на лице.

               – Развод! Платишь деньги, стоишь как дурак в очереди, чтобы за пятнадцать секунд подняться на смотровую площадку. А потом еще и обнаруживаешь, что со стороны старого города имеется совершенно бесплатный вход сюда же.

               – Воспользоваться лифтом стоит, во-первых, чтобы оценить инженерный шедевр начала двадцатого века, во-вторых, чтобы почувствовать себя настоящим коренным лиссабонцем.

               – Сомнительное удовольствие.

               Целую его в щеку и тихо признаюсь:

               – А мне с тобой везде нравится.

               После моих слов лицо Никиты разглаживается, и, кажется, он выбрасывает весь свой негатив.

               Мы направляемся дальше к триумфальной арке на Террейру-ду-Пасу.

               Торговая площадь – также известная как Дворцовая, поскольку находится на месте дворца Рибейра, разрушенного землетрясением, считается самой знаковой.

               Читаю Никите на ходу:

               – Это символ города и его реконструкции. Основная достопримечательность – статуя короля Жозе I в центре площади.

               Направляемся к бронзовому памятнику, чтобы запечатлеть его, сквозь еще один символ: живописную триумфальную арку, украшенную барельефами и статуями. Осматриваемся.

               – Красиво. Есть где «разгуляться».

               Улыбаюсь. Комментарии от Никиты – фишка наших экскурсий.

               – Это одна из самых больших площадей в Европе.

               Кивает.

               Продолжаю:

               – Здесь на набережной португальская знать, купцы и простолюдины встречали корабли Васко де Гамы, приходящие из дальних странствий и приносящие в своих трюмах богатства из пряностей, экзотических фруктов и прочих благ.

               Площадь реально огромная. По периметру располагаются правительственные здания, а еще здесь красивый вид на реку Тежу с мостом «25 апреля». Хорошо!

               – Отлично подготовилась, умница, – произносит Никита в своей ироничной манере, и я, смотря на его улыбающееся лицо и смеющиеся глаза, не знаю: он меня реально хвалит или это снова очередная подколка. Думаю, все так и останется непонятно. Мне не прочитать его.

               – Давай перекусим.

               Не дождавшись моего ответа, парень тянет меня к какой-то своей намеченной цели.

               Практически на углу площади вижу столики летнего кафе и читаю вывеску «Troppo Squisito».

               – Пиццей по-скорому подкрепимся, и я отведу тебя в знаковое место.

               Я снова заинтригована и не спорю. Пицца так пицца, в конце концов ее должны быстро приготовить, и мы не потеряем время, которого сегодня катастрофически мало.

               Мы действительно шустро расправляемся с едой и забираемся в подошедшее такси, что Никита вызвал по приложению Uber.

               Минут через пятнадцать мы на месте, и парень ведет меня к зданию в светлых азулежу с ярко-синим тряпичным козырьком, на котором бесконечно повторяется «Pasteis de Belem».

               – Кафе? – разочарованно тяну я.

               Никита ухмыляется и притворяется, что не замечает мой скисший вид.

              Перевожу взгляд на толпящихся у здания людей и, удивленно вскинув брови, опять поворачиваюсь к моему нелюбителю очередей.

               – Но мы только оттуда.

               – Мы всего лишь пиццу съели, а это культовое место – самая известная пекарня, и здесь пекутся не менее знаменитые португальские пирожные: паштел-де-ната.

                Видя мой скептический вид, он добавляет:

                – Только тут можно узнать, какими должны быть настоящие паштел.

               В голове всплывает информация – пирожные из слоеного теста с заварным кремом. Да, я хотела их попробовать.

                – Место обязательное к посещению для таких любителей национальных изысков как ты! – продолжает убеждать меня он.

                Входим внутрь и встаем в очередь. Смотрю по сторонам.

                Место, в котором располагается кафе «Pasteis de Belem», очень живописное: синие азулежу на стенах от простых до причудливых панно, а еще чашечки, тарелочки с синими узорами и названием бренда и даже пакетики корицы и сахара для посыпки, что добавляют всем к заказу, тоже с логотипом заведения того же цвета. Вроде бы мелочи, но картинка складывается именно из этихпазлов-мелочей.

                Кроме знаменитых пирожных, тут продается и прочая сдоба, и сладости, и еще чай-кофе.

                – Здесь реально вкуснейшие паштел. Они отличаются по вкусу от тех, что продаются в каждом втором кафе, – словно уговаривая, сообщает мне Никита, и я киваю.

                Отстояв очередь в кассу, мы получаем рядом заказ и садимся за свободный столик.

                Знаменитые португальские корзиночки действительно бесподобны, и я не замечаю, как съедаю две из шести.

               В двухстах пятидесяти метрах от потрясающего кафе располагается следующее запланированное нами к посещению место, и мы менее чем за пять минут доходим до него. 

               Жеронимуш – грандиозный памятник португальского зодчества –впечатляет с первого взгляда. Еще бы: трехсотметровый фасад из светлого камня, украшенный ажурной резьбой, высокими окнами в замысловатых рамах и башенками со шпилями.

               – Монастырь пятнадцатого века, – информирую я и добавляю: – Самое посещаемое место в Лиссабоне, одно из семи чудес Португалии, памятник ЮНЕСКО.

               Никита кивает, не отводя взгляд от храма, а я продолжаю:

               – Его облик сохранился таким, каким был при Васко да Гаме. Богатство и размах этого места отражают расцвет Португальской империи, времени, когда географические открытия буквально озолотили страну.

               Мы проходим через центральный портал и попадаем в фантастическое место. Покатые своды, причудливо покрытые каменной «паутиной», поддерживающие их внушительные колонны, обвитые лилиями и канатами, извлеченные умелыми мастерами все из того же твердого материала, а также узкие витражные окна, через которые льется мягкий свет на украшенные резьбой старинные скамьи. Завораживает!

               Встаю вплотную к Нику и читаю:

               – Церковь Санта Мария де Белем также выполняет функцию склепа. Тут покоятся короли, а на входе стоит гробница Васко да Гамы и известного в Португалии поэта Луиса де Камоэнса.

               Дальше мы идем смотреть бывшую жилую часть монастыря. Самое интересное из увиденного – внутренний двор. По центру находится сад с фонтаном, а по периметру возведена красивая двухэтажная галерея.

               Потом заглядываем в бывшую трапезную и поднимаемся на второй этаж, чтобы лицезреть великолепие церковного убранства сверху и окончательно убедиться, что в списке красивейших мест Лиссабона этот монастырь занимает одну из первых строчек.

               У входа в левое крыло привлекает внимание огромный черный якорь, он словно «рекламная вывеска» для Морского музея, но в него мы решаем не ходить, поскольку время сегодня летит со скоростью света, а в наших планах еще посещение находящейся неподалеку башни Белен.

               Из монастыря мы выходим порядком подуставшие, но с приятным чувством удовлетворения оттого, что мы наполняем этот день яркими запоминающимися событиями, а главное, разделяем их между собой.

               Через двадцать минут доходим до башни, находящейся прямо у реки, и направляемся ее смотреть. Нам удается сэкономить на стоимости билетов, а главное, на времени, поскольку, посещая монастырь, мы купили комплексный билет сразу на две достопримечательности.

               При приливе замок стоит полностью в воде, и мы идем по специальному мостику.

               После контроля заглядываем в экспозицию на первом ярусе. Это небольшое помещение с маленькими бойницами, орудиями и ядрами, а также сувенирной лавкой, и мы быстро покидаем ее и идем дальше.

               – Когда-то башня служила оборонительной крепостью, пороховым складом, тюрьмой, таможней и маяком, – читаю я найденную информацию. – Ее построили в шестнадцатом веке, в честь открытия Васко да Гамой морского пути в Индию. Торри-ди-Белен долгое время служила символом португальского могущества на земле и на море.

               Преодолев подъем в девяносто три ступени, оказываемся на смотровой площадке башни. Ух!

               – В стенах дворца чувствуется дух истории, – эмоционально произношу я и натыкаюсь на скептический взгляд. 

               – Все выглядит обветшалым, выцветшим и блеклым. Как будто короли бросили дворец и им больше никто не занимался.

               – В стенах дворца чувствуется дух истории, – упрямлюсь я. – Цель – сохранение старого, а не полная реновация.

               Никита притягивает меня к себе и целует в волосы, показывая, что больше не хочет спорить, и желание отстаивать свою точку зрения тут же испаряется. Волшебство!

               Полюбовавшись открывающимися видами, я делаю фотографии, пока есть такая возможность и не все желающие заполоняют смотровую площадку башни, а потом, дождавшись разрешения, (ввиду узости лестницы движение строго одностороннее) спускаемся вниз. На первом этаже Никита вызывает через приложение такси до гостиницы, и мы благополучно уезжаем отдыхать.

               Я валюсь на кровать без задних ног. Устала не то слово.

               – У нас час на отдых! – слышу у уха, но даже перспектива секса меня не вдохновляет.

               Никита, уловив мое состояние, не пытается соблазнить, а разминает плечи и советует:

               – Иди в душ. Вода освежает.

               – А почему лишь час на отдых? – до меня только доходит смысл его первой фразы.

               – Потому что потом мы пойдем в один классный ресторанчик.

               Классный и, скорее всего, дорогой. Если честно меня немного угнетает, что Ник теперь вообще не спрашивает и платит за все. Нет, я не феминистка и считаю, что в отношениях нормально, если мужчина может взять материальную ответственность за свою женщину и делает это, но в нашем случае... Я не знаю, что за отношения у нас, и сейчас не в состоянии выяснять это. Если честно, я попросту боюсь испортить сказку, в которую я попала. Все слишком хорошо и незабываемо, и мне трусливо хочется закрыть глаза на все остальное.  Сколько того отдыха осталось-то! Выбрасываю из головы портящие настроение мысли. Сейчас у меня точно нет ни времени, ни желания думать о них.

               После душа я реально взбодрилась и даже захотелось подкраситься. Благо Ник, строя свои волшебные планы за моей спиной, догадался прихватить мою косметичку. А вот с вещами дело обстоит хуже. Скорее всего, он посчитал: летний сарафан сгодится мне на все случаи жизни. Что тут скажешь – парень!

               Вхожу в комнату и встречаю сканирующий взгляд. Похоже, ему нравится то, что он видит! Это меня ох как воодушевляет!

               В такси я уже сажусь в приподнятом настроении. Красивое место, вкусная еда (в чем я ни на секунду не сомневаюсь), сводящий с ума парень… разве это не ожившие мечты любой девушки?!

               – Лиссабон знаменит не только архитектурой, но и ночной жизнью, – многозначительно произносит Ник, и я осознаю, что он точно вкусил ее по полной программе, когда был здесь в теразы, о которых упоминал.

               – Но поскольку денек выдался загруженный, с ночными достопримечательностями будешь знакомиться в другой раз. Остановимся на вечерних.

               Мы приезжаем в район, который Никита называет Байрру-Алту, и паркуемся на узкой улице с множеством модных ресторанов и баров. Парень берет меня за руку и ведет к зданию, где первый этаж выложен желтыми плитками частично с орнаментом, разными гитарами и танцующими парами, а сверху подсвечивается название «Adega Machado».

               Входим. Внутри заведения приятная атмосфера, пропитанная португальской культурой. Светлые стены, заполненные колоритными картинами от маленьких до огромных, бархатные портьеры, белоснежные скатерти и салфетки, блестящие бокалы.  Я сразу чувствую, что на мне слишком простенький сарафан, явно диссонирующий с местом, куда привел Никита, но, как только вижу сидящую в стороне дюжину китайских туристов далеко не в парадных одеждах, меня отпускает.

               – В кафе проходит два выступления в день, первое начинается в семнадцать, второе в двадцать один час, – кидает Никита, садясь за предоставленный столик, с которого тут же убирают табличку. Слова я не понимаю, но интуитивно догадываюсь – зарезервировано.

               Пытливо поднимаю глаза на парня.

               – Ты заказал заранее?

               Кивает.

               – Это лучше, чем потом бродить и не знать где приткнуться.

               Идеальный парень! Есть ли в нем что-то, что мне не нравится?! Да есть. Его манера убивать своею правдой без стеснения – в лоб, но зато сколько других плюсов!

               К нам подходит официант и о чем-то интересуется у Никиты. Тот кивает, и мужчина растворяется.

               – Что он хотел? – спрятав свое самолюбие подальше, не удержавшись от любопытства спрашиваю я.

               – Поинтересовался: будем ли мы заказывать что-то из меню или нам достаточно бокала вина и легких закусок, которые входят в стоимость билетов на представление.

               – Представление?!

               Он заговорщически улыбается.

               – Только не говори, что ты хотела побывать в Португалии и не услышать фаду?

               Киваю и расползаюсь в глупой улыбке.

               Музыкальный жанр фаду так же свойствен Португалии, как вальс — Австрии или фламенко — Испании. Ее своеобразная мелодика узнаваема с первых тактов, в ней переплетаются мавританские, африканские и бразильские напевы. Конечно, я хотела услышать хотя бы одну песню!

               – А ты уже слышал? Тебе понравилось? – накидываюсь я.

               – Без разницы: нравится кому-то такой стиль музыки или нет, главное, без романтического ужина при свечах, с традиционным исполнением фаду, в Лиссабоне не обойтись.

               Таю. Он специально привез меня в Лиссабон, чтобы окончательно похитить мое сердце?!

               Официант появляется с нашими закусками и вручает меню. Тут несколько вариантов. Один из них включает множество небольших эксклюзивных блюд и, естественно, а ля карт с нормальными порциями.

               Никита, видя мою растерянность, предлагает:

               – Давай рыбу на гриле возьмем?

               Перспектива разбираться в картинках и надписях на английском не радует, и я облегченно киваю.

               – Давай.

               Еда очень вкусная, особенно мне нравится выбранное Никитой основное блюдо: нежная свежая морская рыба с овощами на гриле и пикантно приправленным пюре; разговор простой, но теплый и откровенный. Ведь я так мало знаю о Никите, а тут он немного начал приоткрывать завесу своей жизни. Увлекательно!

               Вскоре выходят артисты, в зале приглушают свет, и посетители прекращают ужинать.

               – Когда поют фаду, есть считается плохим тоном. Предполагается, что гости успеют покушать в перерывах между представлениями, – шепчет Никита, отодвигая тарелку. – Я сделаю тоже самое.

               Буквально перед нами встают три музыканта, певец и певица, и начинает звучать музыка. Она струится, наполняя помещение своими звуками. То грустно плача, то кокетливо завлекая, но постоянно завораживая. Мужчина и женщина поют чисто акустически, по очереди, в сопровождении португальской и классической гитар. В конце оба певца объединяются для финала. Они поют от души, проникновенно, страстно, до мурашек и точно не оставляют равнодушной. Не понимая слов, по мелодии, льющейся в пространство, по душевности исполнения и мимике артистов я интуитивно догадываюсь, о чем она: конечно же о любви! О чем еще можно так проникновенно петь.

               После серии песен артисты уходят отдыхать, и гости возвращаются к своим тарелкам.

               Через полчаса музыкальное шоу возобновляется.

               В общей сложности были исполнены более пятнадцати песен, и мы могли бы услышать больше, но было уже поздно, и Никита вызвал такси и увел меня с собой.

               Сидя на заднем месте в машине, привалившись к плечу любимого парня и вспоминая пронесшийся в сумасшедшем темпе день, я думаю о том, что даже не предполагала, что Лиссабон – такой романтичный город. А может, все дело в том, что я провела его в португальской столице именно с Никитой, и эмоции, которыми я захлебывалась, перенеслись на общие ощущения?! Не могу удержать губы, улыбка просится на лицо от воспоминаний о том, как я ловила его взгляд на себе, от которого мгновенно стартовали взбесившиеся мурашки; как он прикасался ко мне при каждом удобном случае и даже бесстыдно зажал на бесконечной лестнице башни Белем и целовал до подкашивающихся ног, пока нас не прервали надвигающиеся туристы. Бесспорно, последние дни моей жизни можно, как любимые фотографии, пересматривать в памяти до дыр, и все равно они не надоедят. Волшебно!

               Завершаем вечер мы также прекрасно, показывая силу своего проснувшегося желания, распаляя его дерзкими ласками и укрощая, давая вырваться наружу в совместном стоне удовольствия. Уставшие, но счастливые быстро засыпаем, прижавшись друг к другу, осознавая, что завтра будет новый день и он будет хорошим просто потому, что мы вместе.