И снова здравствуйте! Академия

– Ну, знаете. Вы каждый раз будете упускать преступника, а я под лезвием ножа ходить? Нет уж. Сами приманкой выступайте. – сложила руки на груди. – У тебя все равно нет выбора. Тебе нужно отработать месяц. Или… Или, что там, уважаемый декан? – спросил Базиль. – Простите, вы глава управления правопорядка? Я верно понимаю? – уточнил Марсель. – Да. Хотя, странно, что вы меня не узнали. – Узнал, просто не думал, что вы так молоды. По существу, да, Джэли ждет значительный денежный штраф. Каменный век какой-то. Отменили ж рабство. Тогда что это такое? Знают ведь, что платить мне не из чего. Иначе бы я не оказалась в этой… дыре. И стоят, смотрят на меня, глазенками хлопают. Хоть бы кто возразил. Так себе герои, надо сказать. Егор погладил меня по голове. – Ты не переживай, мы тебя в обиду не дадим. Я и один раз спас, и второй спасу, и третий. И столько, сколько нужно. – Да и с Сэмом в академии договоримся, он что-то придумает. – добавила Груня, взяв меня за руку. Хотелось, конечно, встать в позу, постлать все в далекие дали и гордо уйти по росе вдаль. Но, что я докажу? Кому от этого будет легче? Вздохнула, закрыла глаза, чтобы успокоиться и подумать. – Хорошо. Но, тогда, Базиль, прошу вас, как главу ведомства, освободить меня от работы после академии в течении пяти лет. Зачесть месячную практику за весь период отработки. После этого я буду распоряжаться жизнью так, как сама посчитаю нужным. – проговорила свои условия, смотря в стену. Смотреть в глаза было страшно. Так-то понимала, что обнаглела, вариантов у них нет. Но ведь и я здоровьем рискую. – Хорошо. Я подготовлю документ. – Вот как подготовите и подпишите, так я и поеду. А сейчас пошла работать. – Стоять. – Базиль дошел до стола и взял ручку с бумагой, написал что-то – вот, читай. Взяла лист бумаги «….зачесть месячную практику в академии… за весь период отработки, назначенный после бесплатного обучения…». – А печать? – А может кровью расписаться? – Не надо кровью, не передергивайте, но печать не помешает. – глава ведомства скрипнул зубами, понажимал что-то на перстне и шлепнул печать на бумагу. Ах ты ж жук навозный! Она у тебя с собой, а ты ломаешься! Поджала губы и сощурила глаза. – Что? Вообще-то никто не должен знать, что печать у меня с собой. Мне пальцы пока еще дороги. – Ну, да, ну, да… Мне вот жизнь дорога, и то, не жужжу. – аккуратно сложила бумагу и положила в карман. – Все, декан, забирайте девушку.– раздраженно произнес Базиль. – Я же в форме. Я не могу так поехать. Мне нужно переодеться, сменить прическу. – Раздевайся. – Что? – Китель снимай. Я стояла и сверлила мужчину глазами. Совсем беда с головой у мужика. Я, конечно, служащий его ведомства, но ведь не бесполая гусеница. Он, правда, хочет, чтобы я прямо сейчас сняла верхнюю часть формы и осталась в прозрачной нижней рубашке на тонких лямочках? Лоран вон уже и так знаком с моими нижними девяносто. Увидит верхние и составит полную картину. Все, тайн не останется. – Нет.– Вцепилась в свою одёжку. – Да, что я там не видел? Я хочу, чтобы ты сняла китель! – Хотеть я вам запретить не могу, но трогать меня не смейте! И не посвящайте в свои пошлости о том, сколько вы видели, и не дай бог узнать, сколько перетрогали женской груди. Или грудей. Не важно. Не смейте прикасаться ко мне! – Да кому ты нужна со своими комплексами! – проорал Базиль. Вот здесь было обидно. Я что, без него не знаю, что кроме моих зомби моя жизнь никому не интересна, что ей никто не дорожит? А сейчас оказалось, что я и как девушка не заслуживаю уважения. Даже капельки уважения не заслуживаю. В этом месте нижняя губка задрожала, глаза наполнились влагой, покатилась первая крупная слеза. – Базиль, ты не прав. Даже если твой порыв благороден, защитить девушку от ненужных вопросов, реализация его безобразна. – сказал Лоран, закрывая меня от взбешенного главы департамента. Базиль сорвал с себя камзол, отдал Лорану и вышел из кабинета, хлопнув дверью. Лоран развернулся, протягивая мне одежду. Не торопилась брать. С таким характером не уверена, что мужчина не выделяет яд всей поверхностью тела. Предмет гардероба мог представлять из себя оружие массового поражения. Меня обошел Егор и взял из рук капитана одежду. – Благодарю, капитан. Но хочу вас предупредить. Если ваш товарищ еще хоть раз позволит себе общаться с хозяйкой в таком тоне, я буду вынужден адекватно ему ответить. Не смотря на угрозу полного уничтожения. Ни одна девушка не заслуживает такого. А уж Джэли я знаю лучше него. Она храбрая, добрая и сильная девочка. Вам очень повезло, что она вам помогает. – Я знаю. – ответил Лоран и тепло улыбнулся. – Мы выйдем, а ты переоденься. Я отправляюсь с тобой. – он расстегнул, снял свой китель и повесил его в шкаф, оставшись в рубашке. Мужчины вышли. Я вытерла сопли, слезы и счастливая повернулась к зомби. – Все! Кролики мои! Месяц терпим и нас ждет свобода! – Я не пойму, так ты не расстроена отношением Базиля? – спросила Груня, подозрительно меня оглядывая. – Тю! Я была студенткой некромантского факультета. Думаешь, я стала бы себя вести как фиговый Антиллигент или рефлексирующая барышня? К тому же, эти господа через пару месяцев уже и не вспомнят кто я такая, да и я о них вспоминать не планирую. – Хм… Тогда наша единственная задача – выжить в ловле на живца? – предположил Егор. – А-то, вопрос безопасности будет нашей головной болью. Предлагаю собрать внеочередное совещание по прибытию в академию. Груня, ты обеспечиваешь явку Сэма. Груня взяла под козырек. Я, чтобы не выйти из образа, вышла, кутаясь в камзол и хлюпая носом. Марсель приобнял меня и повел к лошадям. Ох уж эти лошади… – А как Груня с Егором поедут? – спросила дрожащим голоском. – Ну, сюда Груня ехала со мной. И обратно может так же. А Егор, наверняка, с капитаном поедет. Отлично! Всех пристроили и отправились в академию. В академии вышел небольшой конфуз, когда капитан узнал, что мы с деканом живем в одной квартире. Мужчина потребовал поселить его там же. На аргумент о том, что там всего две спальни, спокойно ответил, что поспит и в гостиной. Меня стала напрягать такая чрезмерная опека. Намекнула на своих зомби, капитан напомнил «про элитную боевую единицу». Заткнулась, крыть нечем. Пришлось размещать Лорана в нашем жилье. Ужинали у себя. Ближе ко сну прислали вещи капитана. Декан сообщил, что представит Лорана ученикам с утра. Утром же выдаст мне задание и график работы. Удивилась, поскольку не понимала, что можно изменить в старом. Как показала практика – можно. Было одно, но значительное изменение. Сейчас я ходила за Марселем, как привязанная. Даже не я, мы ходили. Я, Груня, Егор. У декана была небольшая свита. Расписание на день:. 1. Представить Лорана пятому курсу некромантов. Представили. В какой-то момент заслушалась Марселя. Понятно, почему он декан. Так врать надо уметь. Даже у меня возникло желание срочно отдать честь и почку этому герою войны. К окончанию тирады плотоядно осмотрела Лорана, на предмет доступности, и стала просчитывать ходы на вечер, вспоминая злачные места в квартире, чтобы зажать там мужчину и проверить на наличие шрамов и увечий. Ну и что, что я девушка! Я же потрогаю, да отпущу на волю! На честь и совесть покушаться не планирую. Призывно улыбнулась. Весь пятый курс сделал шаг назад. Капитан слегка приподнял бровь. Кремень, а не мужчина! 2. Занятия Марселя (то есть, занятия, которые он ведет). Сначала было интересно. Даже пытались отвечать, тянули руки и кости, требуя к себе внимания. Декан скрипел зубами и делал вид, что нас здесь нет. Обиделись. Наделали бумажных самолетиков и запускали в аудитории. В итоге, за четыре урока в углу три раза стояла я, три Груня и один раз Егор. Именно в этом, отдельно взятом углу, и расцвел эпистолярный жанр. Передавая друг другу эстафету наказания, передавали и послания. Рассказывая об истязаниях бессердечного декана. Никто ж не знал, что в конце он дойдет до угла, помня, что Груня может накарябать на стене «декан стакан». В этот раз несколькими фразами не обошлось, текс был длиннее и заковыристей. Марсель обескуражено смотрел в угол, плотно исписанный убористым почерком, мы смотрели на Марселя. Надежда на то, что он прекратит нас таскать за собой как комнатных собачек, стала переходить в область сбывающихся мечт. Мужчина повернулся к нам, мы улыбнулись, демонстрируя сумасшедшинку в глазах. – Даже не думайте. Будете ходить со мной. После этого – тем более. Вечером закрашиваете собственные художества. Я в кабинет, вы в приемную. – ответил декан и пошел на выход. – Сатрап. – выдала Груня в закрывшуюся дверь. – Это мы, что, после работы снова работаем? У нас именно такая цель была? – спросил Егор, глядя на нас Груней. Поиск секретаря Вечером красили угол. В нем же проводили стратегическое совещание с Сэмом. Я рассказала, как меня похитили и что было после этого. Пришлось рассказать и про свою службу. Не, ну а что? Сгорел сарай, гори и хата! Я-то здесь планирую не больше месяца провести. Тем более, что декан «забыл» разместить вакансию на должность секретаря, а я нет. Да еще какое! Молодой, перспективный, неженатый, красивый декан ищет девушку секретаря. Жильем и довольствием обеспечит. – Ну, в академию, думаю, старший преподаватель не сунется. Все же понимает, что здесь его ждут. Тогда основная задача не выходить за территорию учебного заведения. – резюмировал Сэм. – Да, наверное, это будет единственно правильным решением. – ответила ему, докрашивая стену. – Джэли, раз тебя освободили от отработки, куда ты отправишься? Сложно же найти хорошую работу без рекомендательных писем. Если хочешь, я попрошу отца написать тебе такое письмо. – А кто у нас отец? – Некромант в пятом поколении, член гильдии некромантов. Точнее ее председатель. – ответил Сэм, старательно закрашивая на стене то, что уже было закрашено. – Вот это у нас связи! Так, поди мы и не пропадем! – встряла Груня. – Так может и место службы нам подберешь? – Груня! – одернула я эту нахалку. – Что Груня? Нам что, одного злачного места не хватило? Ну, да, хватило. Но Сэм друг. А на друзьях не паразитируют. Не хочется, чтобы он думал, что мы с ним из-за корысти общаемся. Хотя, мы же только что узнали о его родословной. Может это и не корысть вовсе? – Подберу. Можем вместе служить. При гильдии организовывают новый отдел, который будет заниматься услугами для населения. Под него получены государственные субсидии. – Яхонтовый мой! Пакуй чемоданы, будем путешествовать! Щас расцелую до засосов! – выдала Груня. Очень надеюсь, что это на радостях. Иначе придется заклеивать ей челюсть. – Груня, мне кажется, ты пугаешь нашего благодетеля своими предложениями. – присоединился к моим мыслям Егор. – Так, что? Ты согласна? – спросил Сэм, быстро на меня взглянув и снова уткнувшись в стену. – Конечно, согласна! Я же на приличную работу еще лет десять не рассчитывала! – ответила и крепко его обняла. Вот это я понимаю мужчина! Проблема еще только пытается нарисоваться, а он ее уже решил. С утра возле академии образовалась очередь. Пошла разбираться, что случилось. Когда дошла, у ворот академии было столько девушек и женщин, что, казалось, яблоку некуда упасть. – Уважаемые дамы, что дают, кого хоронят? – спросила у многоцветной толпы. – Как, что? Декана дают! – ответила одна из девушек, потряхивая газетой с объявлением. О-о! Хана декану. Сейчас на него охоту устроят. Причем по всем правилам, с силками, загонщиками и капканами. Надо как-то снизить накал страстей у дам. Да и у декана. Он же меня лично придушит, сделает чучело и выставит на видное место, для устрашения врагов. Или невест. Сморщила лобик, ища пути к отступлению. – Милые дамы, декан очень занятой человек. Поэтому, в день он может принимать не больше десяти кандидатов. Запишитесь по алфавиту. Учитывается первая буква фамилии. – дамы возмущались, но все же записывались. Очередь растянулась на четыре месяца вперед. В моих интересах найти секретаря за неделю. Иначе, членовредительства не избежать. Ноги мне точно переломают. – Так. Первые десять человек за мной. От толпы отделилось десять девушек и неся себя, как трехмачтовые фрегаты, двинулись в путь. Навстречу нашему флоту приближался капитан. Осмотрев процессию, выдернул меня из этого цветника и проникновенно спросил: – Джэли, что происходит? – Как, что? Секретаря ищу! Я так понимаю, этим вопросом никто, кроме меня, не озаботится! Вот! – и я обвела рукой кандидаток. – Слава всевышнему! Я думал, что ты бардель в академии открыть планируешь. – Что?????? А что, можно? – Нельзя. И посмотри на них. Ты уверена, что они работу секретаря ищут? Критически осмотрела дам. Да… Где-то в объявлении я совершила стратегическую ошибку. Может не нужно было писать, что он красивый? Или, что он неженатый. Что же делать? Если они сейчас выложат все свои достоинства перед деканом, он точно откажется, секретаря нового брать. И что? Мне же нельзя остаться, у меня такие перспективы маячат перед носом! – Лоран! Намек понят. Ситуацию исправим. – повернулась и пошла к дамам, капитан хмыкнул мне в спину. – Девушки. Декан ищет секретаря. Свои матримониальные планы реализуете позже. И чем вы будете скромней, тем вероятнее их воплощение. Все понятно? – в течение пары минут были закрыты все декольте, стерты яркие помады и убраны волосы. Красота! Дойдя до кабинета, устроила их всех в приемной и стала дожидаться декана, предвкушая его реакцию. Егор угощал дам и меня чаем. Марсель, зайдя повернулся ко мне что-то сказать, потом замер и медленно развернулся в сторону девушек. Поморгал глазами, видимо, в надежде, что морок пройдет, повернулся ко мне и показал на дам. Я утвердительно кивнула головой. Не знаю, что он спрашивал, но вид у него был такой, что лучше согласиться. На все. Не зависимо от вопроса. Декан задумался. Оглядел нашу теплую компанию, меня, Груню и Егора, расстегнул воротник, вытер вспотевший лоб и хрипло произнес: – Ко мне в кабинет. Быстро. Занеслись с крейсерской скоростью. Развернулись и сжались. Хотелось прикинуться ковриком, картинкой, занавеской. Марсель стоял красный. Все, кажется, переборщили с инициативой. – А сейчас внятно, соблюдая хронологию, сообщая только суть, рассказали мне, что происходит. Почему в приемной сидят эти женщины? Да кому они там мешают то? Может они чай попить пришли. Сообщать о том, что это кандидатки не хотелось от слова совсем. Все же я не бессмертная. Жалобно посмотрела на Егора, он сделал шаг вперед. – Многоуважаемый декан. – начал скелет, Марсель посмотрел в мою сторону и нахмурился. Не понимаю почему. Многоуважаемость я ни разу не оспаривала. – Зная, что нам вскоре придется расстаться, мы решили передать вас в добрые руки. А найти такие, ой как не просто. Поэтому мы объявили отбор. – декан снова посмотрел на меня. Я затрепетала ресницами и сделала вид, что смахиваю слезу. Ну, натурально выдавить ее, конечно, не смогла. Не актриса, а жаль. – Значит, передать меня решили? В добрые руки, да? – прошипел декан. Мы мимикрировали под обстановку. – Ну, что ж. Давайте посмотрим ваших кандидаток. Будете со мной на встрече присутствовать. Во избежание недоразумений. Зовите первую. В общем, прав был капитан. Бардель! Бардель мне надо было открывать, а не секретаря, с такими вводными в объявлении, искать. Такого прямолинейного и хищного напора я еще не встречала. Видимо, на дам повлияла жесткая конкуренция и количество претенденток. После собеседований сидела в углу и осознавала глубину пропасти, в которую я себя загнала. Декан хищно улыбнулся. – Позвольте узнать, мой драгоценный секретарь, где вы разместили объявление? – В газете. – Отлично. Что написали в требованиях? Так, ничего не писала. Только декана расхваливала. Посмотрела на его довольное лицо. Зря, кстати, расхваливала. Приукрасила, похоже. – А вас не смутило, что в академии есть служба, занимающаяся подбором персонала? Молчу. Нет, не смутило. Невозможно смутиться от обстоятельств, о которых на знаешь. Ладно… Пора применять тяжелую артиллерию. Чтобы разрулить ситуацию нужен кто-то беспринципный, наглый и с административным ресурсом. Встала, кивнула декану, подмигнула зомби и вышла в приемную. Села писать письмо. «Дорогой Многоуважаемый УважаемыйБазиль! Не обратилась бы к вам, если б не крайние обстоятельства. Случилось страшное непредвиденное. Академию атаковали незамужние девушки жаждущие выйти замуж. А это, я вам скажу, страшная сила. Непредсказуемая, неуправляемая, разрушительная. Если вы не поспешите на помощь, возможно, кто-то пострадает. Постскриптум: приезжайте с секретарем, это решит вопрос в наикратчайшие сроки. Джэли.» Запечатала послание и передала Груне. – Вроде и верное решение. Но ведь это такая поганка, где он не появится, там локальный Армагеддон. Уверена, что стоит отправлять ему письмо и звать? – уточнила она. – Да. Чувствую, не решим вопрос сейчас, именно я четыре месяца буду собеседовать кандидаток. Нет гарантии, что они меня не попытаются совратить. С их то напором и отчаянием. – Ужас какой! – прошептал Егор. Жуткий кандидат В общем, как в воду глядела. Марсель выдал список требований к претенденткам и отправил меня их собеседовать. Когда перечитала, что бедный секретарь должен уметь, прочувствовала собственную ущербность и никчемность. Не, ну в принципе я была готова к тому, что круг обязанностей широк, список того, что делал прежний секретарь мне выкатывали. Но здесь… То ли декан психанул, то ли отпустил внутренние тормоза. Но соответствовать всему, что в эту писульку внес мужчина, просто нереально. Фактически, он выдал свернутый в рулон список, длинной не меньше полутора метров, и исписанный мелким, бисерным почерком. – Это точно все пожелания? – спросила у Марселя, разглядывая этот образец каллиграфического искусства. Декан задумался, потом встрепенулся, забрал рулон у меня из рук, развернул и что-то написал в конце. Приблизила к глазам текст с размером – «из жизни блох». – Заваривать чай, а не помои. – задумалась – А кто вам помои заваривает? – не очень дружелюбно спросила своего работодателя. Просто он помои то еще и не пивал. Вот со слабительными травками, это, да, помои. Надо, так я расстараюсь. – Это на тот случай, если не подойдет кандидат, а уволить будет не за что. В любой момент можно сказать, что чай, как помои. – ответил мужчина, еще секунду назад находящийся на волосок от несварения желудка. – А я, как завариваю? – Божественно. – Ну, ладно… – хотелось добавить – «живите», но ведь он буквально поймет. Сдаст меня в казематы, за желание приобщить его к наглядным экспонатам нежити в академии, и все, там только тараканам, да крысам чай таскать. – Тогда я пойду работать? Кандидатов ваших собеседовать. Есть пожелания по полу, фигуре, цвету и длине волос, частоте моргания, икания? – Зачем это? – спросил декан. – Ну, в вашем списке об этом ничего нет, вдруг придет бородатый гном и подойдет под все требования из перечня, а другие я не озвучу, что делать будете? У вас в 37 пункте, так… сейчас, найду… вот – носить скромное платье. Придется вам лицезреть, как гном носит скромное платье. Перенесет ли это ваша психика? Не, ну, конечно, всегда можно сослаться на чай. Но ведь пока он не заварил его, предъявить нечего. А заварить может и через месяцок, другой. Декан помрачнел. Надеюсь, представлял себе гнома в платье. Представила тоже и вздрогнула. Чур меня. – Джэли, может служба поиска сотрудников решит этот вопрос с кандидатами? Мне страшно оставлять вас один на один с ними. Я печенью чувствую, что какие-то неприятности вы мне обязательно устроите. Надула губу. Не верит он в меня значит. Ничего, я еще докажу свою нужность. – Ну, я пошла. – развернулась и пошла в специально выделенный для данного мероприятия кабинет. Так прошло три дня. Декан распорядился принимать не по десять, а по двадцать девушек в день. К окончанию третьего дня у меня подергивался глаз, руки, из уголка губ медленно стекала слюна, волосы торчали в разные стороны, поскольку я периодически пыталась их на себе рвать. За этот период я услышала несколько слезливых историй, несколько историй в контексте «знаете, какие у меня связи», обещания «если что, отблагодарю». Были продемонстрировано большое количество чулок, белья, грудей. Парочку даже трогала. Не по своей инициативе, просто не успевала вовремя вырвать руку из крепких захватов кандидаток, а они, в свою очередь, пытались продемонстрировать свои преимущества путем пальпации моими конечностями. А Базиль все не ехал… На четвертый день плелась в этот злосчастных кабинет максимально усложнив маршрут на пересеченной местности. Подходя к зданию, где находился мой личный ад, заметила знакомую фигуру, хвостик и, подняв глаза, ехидную улыбку. Взвизгнула и понеслась к главе ведомства. У того округлились глаза от удивления. Не веря своему счастью, как я думаю, он впал в ступор и не двигался. А зря. Видя своего спасителя, я развила скорость небольшой скаковой лошади. Как лошадь же себя и повела. В галопе оттолкнулась от земли, запрыгнула на него, обхватив ногами поясницу, а шею руками и выдала кровожадно: – Базильчик! Мужчина, видимо, парализованный от свалившего на него счастья, получив в грудь снаряд в виде моей тушки, прямо так, плашмя, и упал на спину, придерживая меня за попу. На лице отразилась непередаваемая гамма чувств. – Тебя контузило что ли? – спросил он меня, лежа на спине. Потом отодрал одну руку от моей попы и приложил ко лбу. – Или бредишь? Решила добить его своим дружелюбием и чмокнула в нос, вложив в поцелуй всю надежду на скорейшее разрешение своего вопроса. – Лоран! Лоран! Где тебя демоны носят! Сними ее с меня, немедленно! Срочно!!!! Снимай! – надрывался подо мной глава ведомства. Я же положила голову ему на грудь, сцепила руки в замок на шее и тихо шипела: – Базиль, Базильчик мой, спаситель, щас, как покажет всем лютики цветочки у меня в садочке. Сзади, меня, пытаясь перехватить за поясницу, потянул Лоран. Я не отцеплялась. – Я как-то уже пробывал Джэли поднимать из этой позы, у меня ничего не получилось. – сдавшись сказал Лоран. Я покраснела, вспоминая демонстрацию своих трусов. – Давайте, я вас обоих подниму. Что-то мне подсказывает, что прямо сейчас, девушка тебя не отпустит. – и он поднял нас обоих. Руки Базиля снова оказались на моих нижних девяносто. – Так… Чудовище, слезь с меня. – Нет. Секретаря привезли? – Нет. Я думал, что это шутка. Что ты ищешь повод меня увидеть. – Тогда, считайте, что с этой минуты мы сиамские близнецы. Пока секретарь не найдется. – прижалась к нему поближе. – Ты с ума сошла??? Я тебя силой с себя сниму. – Я буду сопротивляться. И кричать. Что вы меня лишили последнего. Фантазия у людей отличная, каждый сам додумает, чего бы вы могли меня лишить. Может и не добьюсь ничего, но нервы вам попорчу. Ну и репутацию с ними. – Ах, так! – он убрал руки и перестал придерживать мою попу. Попа стала стекать вниз. – Сжала ноги сильнее. Базиль покраснел. – Ты хоть понимаешь, что это неприлично? Тем более для молодой незамужней девушки. – Неприлично сопли рукавом вытирать. А я рискую девичьей честью. И все почему? – Почему? – Потому, что какой-то самоуверенный хлыщ не воспринял серьезно мою просьбу. Базиль потер лицо рукой. Посмотрел на меня хмуро. Я строила из себя оскорбленную невинность. Не, ну по поводу девичей чести я, конечно, хватила. Все ж я не из графьёв. У нас, как бы, все попроще. И вот такое висение на неженатой особи трагедийно никто не воспримет, но ему, конечно, об этом знать не стоит. – Что ты хочешь, шантажистка? – Секретаря. В кратчайший срок. – Завтра устроит? Я задумалась, расцепила пальчики и неосознанно стала наматывать на палец прядь волос Базиля. – Хорошо. Но тогда, собеседования сегодня проводишь ты. – А без собеседований? Иначе я не успею найти секретаря. – Ладно уж. Пострадаю сегодня, последний день. – снова зацепилась за шею, разжала ноги и встала на землю. Поправила камзол на мужчине, перекрутившийся от тесного контакта с моими конечностями, в конце потянула за грудки, Базиль наклонился, и я повторно поцеловала его в нос. – Не забудьте, вы обещали. – и мурлыча себе под нос песенку, пошла собеседовать дам. – Её точно никто не кусал? Болезни новые? Отравил кто? – неслось мне в спину голосом главы ведомства. – Да, вроде, нет. – задумчиво ответил Лоран. После обеда оставалось пять претенденток. Дам, сегодня, особо не опрашивала, вопросы не задавала, со списком декана навыки не сверяла. Сейчас поиск подходящей кандидатуры был не на моих плечах, а Базиль пусть сам с требованиями разбирается. Видя, что до глотка свободы мне совсем чуть-чуть, Груню и Егора отпустила к Сэму. Он хотел понаблюдать за ними. В конце осталась одна дама. Высокая, видимо сильная. Вон, какие плечи. Да… Неплохой экземпляр. Если ее взять, неизвестно, кто кому чай заваривать будет. – Ну, что ж. Расскажите о своем опыте. – обратилась к ней. Вдруг, лицо девушки слегка подернулось дымкой, морок спал. – Ну, что, сладкая моя. Вот мы и встретились. – в кабинете, вместо девушки, стоял старший преподаватель. Я замерла, лихорадочно соображая, что мне делать. Зомби нет, даже если и крикну, никто не услышит. Окно у него за спиной, не проскачу, дверь далеко. Пока я соображала, он совершил молниеносное движение рукой и меня что-то укололо в шею. – Сейчас ты не сможешь управлять своим телом. Оно будет слушаться меня. Мы пройдем вместе к выходу из академии. Ты всю дорогу будешь утешать меня по поводу того, что я не получила место секретаря. А я старательно плакать. А там… А там, сюрприз! Мы поедем в мой дом. Мне так одиноко. А ты забавная. Нам будет весело вдвоем. Я внутренне вздрогнула от отвращения и страха. Что в его понимании, в его извращенном, черном сознании «весело»? Так, как он и планировал, мы добрались до ворот. На пути нам попался Базиль. Но, как только увидел слезы на лице женщины, состроил страдальческую гримасу и ретировался. Гад. У самих ворот нас догнал Сэм. – Джэли, Джэли! Ты уходишь? Мы же договаривались, ты не выходишь из академии. – проговорил он, глядя мне в глаза. Я молчала. Была установка от моего пленителя – выражать сочувствие по поводу неудачного собеседования девушки, ничего другого. Поэтому на вопрос молодого человека я не ответила. Он нахмурился и взял меня за руку. – Джэли, что с тобой? В этот момент морок спал, старший преподаватель выхватил нож, который был у него за поясом, и воткнул между ребер Сэму, со стороны спины. Сэм медленно осел на землю, под ним растекалось кровавое пятноо. Я стояла и смотрела. Я ПРОСТО СТОЯЛА И СМОТРЕЛА. Моя душа плакала и билась внутри неподвижной, физической оболочки, не в силах вынести горя, от потери друга, от своей беспомощности, никчемности. Сэм, как же так? Сэм! Мой добрый, светлый, сердечный мальчик! Это все из-за меня, это все я, я виновата! Всевышний, возьми мою жизнь за него. Я все выдержу, любое наказание, любую пытку, любую казнь, все, пусть только он дышит. Пусть его глаза светятся, пусть он будет счастлив. По щеке скатилась слеза. – Хм… Интересно. Разве я разрешал тебе плакать? Пойдем. Нас заждались. – он закинул меня на плечо и понес к закрытому экипажу, дежурившему неподалеку. А дальше темнота. Я потеряла сознание. Не знаю от чего. От страха перед грядущим, или от страха перед прошлым, за Сэма. Не знаю.