Глава 9
Сидела на бортике и нетерпеливо ждала Эллана. По моим подсчетам, ему давно пора вернуться. Неужели среди полей притаилась опасность?
Странная местность, от нее у меня дрожь по телу. Вроде, обычный пейзаж… Или замок на меня так влияет? Угрюмый, древний, давно покинутый хозяевами.
Чтобы чем-то занять себя, потянулась к дару. Теперь я ясно ощущала его, но, увы, не могла найти применения. Духи, которых почувствовала у рва, больше не давали о себе знать. Плохой из меня вышел медиум!
Дурное предчувствие никуда не делось.
Скользнула по замшелому камню на землю.
Да что же это такое!
Зябко повела плечами и постаралась отыскать источник опасности. Может, что-то изменилось? Вроде, нет. Не скрипит дверь, не ухают совы, не буравит затылок взгляд убийцы.
Не в силах стоять, мерила шагами площадку перед входом, напряженно посматривая на полуразвалившуюся громаду. Интересно, сколько еще она простоит? Без магии, без должного ухода – век от силы, а после на камнях совьют гнезда птицы. Пока же замок облюбовали летучие мыши. Я видела парочку, спящую под стропилами. А еще ворон – они с карканьем кружились над остовом крыши западной башни.
Если Эллан не идет, я отправлюсь ему навстречу.
Арка ворот осталась за спиной.
Равнина распростерлась как на ладони, благо замок возвели на холме. Увы, пейзаж не радовал: леса и сухостой. Ни единого признака жилья, мы угодили в забытый всеми уголок мироздания.
Если в Веосе сейчас царило лето – холода там наступали поздно, по словам Эллана, воздух в столице не остывал вовсе, – то здесь уже пожелтела, пожухла листва. Алые пятна мелькали то здесь, то там. Торчали, словно руки скелетов, почерневшие деревья. Трава на склонах холма вызывала желание засеять землю новой. Она не знала косы, но и солнышко ее давно не баловало.
Почва от дождей раскисла. Осторожно, чтобы не упасть, двигалась вдоль стен посолонь.
На камнях расплодился мох. Мягкий, зеленый, он напоминал ковер.
Завернув за угол, обнаружила кладбище – курган без единой надписи, характерно обложенный валунами. Так хоронили ланги во время войны. Некогда было высекать надписи, главное, зарыть тело, чтобы оно не досталось зверям и людям. Сейчас поступали иначе: магией выводили имена на камнях. Еще два столетия назад подобными вещами не утруждались. По человеческим меркам это большой срок, для магов – всего одна жизнь. Только вот мало кому удавалось уцелеть, не попасть в горнило войны или межродовой распри. Обычно хоронили молодыми. Хотя тот же магистр Онекс, мой так называемый отец, погиб в возрасте ста сорока лет.
Болезни тоже никого не щадили. Они не смотрели, есть дар или нет.
Подошла к кургану и задумчиво обошла вокруг. Сколько их там, в земле? Они нападали или защищались?
На кладбище меня нашел сумрачный Эллан. Он ничего не сказал, кивнул в сторону замка и зашагал по камням. Потом спохватился, что я в туфельках, и взял на руки.
Удобно устроив голову на плече лорда, слушала биение его сердца – неровное, быстрое. Значит, волнуется. Бег исключала: кожа прохладная.
– Вы что-то нашли? – напрямик спросила я.
Вряд ли лорд тревожился за меня – речь о конкретной опасности.
– Магия, – неохотно признался Эллан, легко взбираясь по замшелым камням. – Ее что-то глушит. Найти источник не смог. Не так далеко природный портал. Его делали светлые.
– Светлые? – встрепенулась я. – Портал вниз по течению?
– Филипп Соурен пронес сквозь него? – ответил вопросом на вопрос лорд.
– Именно. – Что толку скрывать, после допроса Соланжа Альдейна тайн у Филиппа не осталось. – Эллан, а почему вы говорите мне «вы»?
В сложившихся обстоятельствах подобная холодность казалась странной. Пусть уж расскажет об еще одной особенности темных мужчин.
– А вы? – усмехнулся лорд и поставил перед крепостной стеной.
– Неудобно как-то, – замялась я.
Право слово, не первой же на «ты» переходить! Инициатива для сильного пола.
– Мне пока рано, да и вы разрешения не давали.
– А как же постель? – преодолев смущение, напомнила о прошлой ночи.
– Что – постель? – Голубые глаза оттаяли. – У женщин много мужчин, стоит ли каждому мимолетному любовнику говорить «ты». Вот появятся отношения, снова поднимем тему. А сейчас быстро закончим осмотр. Замок и окрестности мне категорически не нравятся. Как Чувствующий, говорю: тут полно смерти. Не удивлюсь, если рядом прорыв в Сумеречный мир.
В Сумеречном мире обитали демоны.
Тесно прижалась к Эллану. Он ободряюще похлопал по спине и заверил: сил открыть портал обратно в Веос хватит. Раз так, никакие демоны не страшны.
– А сейчас мы где? – пора, наконец, выяснить.
– В Сопределье.
Меня прошиб холодный пот.
Сопределье – край, затерянный между живыми и мертвыми. Теперь понятно, отчего здесь пустынно. Я сама бы с удовольствием сбежала, если бы не мама. Нужно раскрыть ее тайну и хотя бы положить цветы на могилу.
– Вы уверены? – шепотом переспросила я.
Может, Эллан ошибся? Мало ли мест, куда не добрались землепашцы?
– По всем признакам это именно Сопределье, – лишил надежды лорд и тут же утешил: – Обычные миры недалеко, поэтому местность привычная. Только вот аномалии… Не стоит задерживаться здесь, Дария, – в заключении попросил Эллан и повел в замок.
Вызывалась стать проводником и без труда отыскала кухню. Тут все осталось по-прежнему: и стол, и лохань, в которой мы с Филиппом мылись, и яблоки. Только они сгнили и жутко воняли.
Осторожно толкнула дверь и пошла по переходу в основную часть замка. Постоянно вздрагивала и бросала испуганные взгляды наверх, на покрытый паутиной неровный потолок: вдруг обвалится? Если бы не Эллан, наверное, не решилась бы сделать больше десятка шагов.
– Дайте-ка!
Лорд обогнал меня, попросил закрыть глаза и обвел ладонями контуры тела.
– Все, – он отступил, любуясь работой, – теперь вам не страшны упавшие балки. Укреплять перекрытия не хочу: вдруг сработает ловушка?
– Разве тут действует магия? – Вытянула руки перед собой и попыталась найти хоть какие-то изменения. На вид не изменились, даже не светятся. – Вы сами говорили.
Может, Эллан решил успокоить? Наверное. Так часто поступают с больными. Я сама иногда внушала тяжело раненным, что дала им лекарство, хотя налила лишь укрепляющий настой. И ведь помогало!
– Вовсе нет, – поправил Эллан. – Я говорил, что магия местами глушится, но работает.
Спорить не стала и побрела дальше.
Память услужливо подбрасывала воспоминания о двух днях, проведенных в замке. Об отдельных хотелось забыть, некоторые вызывали множество вопросов.
На пороге зала с источником энергии остановилась. Страх мертвой хваткой вцепился в горло. Вдруг тут притаился еще один Шепчущий?
Эллан встал рядом со мной, повертел головой и прищурился.
Мимолетное прикосновение к плечу частично развеяло беспокойство. Лорд дал понять, что рядом и защитит.
– Я первый, – Эллан мягко отстранил меня к стене и переступил порог.
В руку лорда лег посох. Ох, не зря я насторожилась!
– Дария, можно слышать ваши мысли?
Кивнула. Пожалуй, сейчас это вопрос выживания.
Пару минут ничего не происходило.
Лорд стоял и не двигался, видимо, углубившись в чужую голову, а затем кивнул на камин. Ничего не сказал, просто вопросительно изогнул бровь. Подтвердила: там источник.
– Подойдите к нему, пожалуйста. Возможно, он только для светлых.
Понятно, не хочет рисковать. Своя жизнь всегда дороже.
– Вовсе нет! – оскорбленно выпалил Эллан и решительно направился к камину. – Если вы так хотите, я положу руку в пасть льва, хотя, свидетели Вседержители, если там светлая энергия…
Лорд не договорил и замер на полпути.
– Что там? – испуганно спросила я.
Эллан молчал. Он и прежде щеголял горделивой осанкой, а тут будто кол проглотил и широко развел руки. С пальцев левой руки к кончику жезла протянулась тончайшая магическая нить, вспыхнула и погасла.
– Это улавливатель, – пояснил Эллан. – Тут полно всякой всячины, мертвой и живой. Хватит работы для медиума. Ну-ка, Дария, докажите, что ходили на занятия не ради меня, а то иногда складывалось впечатление, будто вы по душам поговорить прибегали.
– Ну, – смущенно ковыряла пол носком туфельки, – вы одновременно правы и не правы.
– Значит, ко мне? – позабыв об опасности, лорд расцвел от гордости.
– Вам приятно? – спросила об очевидном.
Эллан хмыкнул в кулак и покачал головой.
– А вы как думаете? Но мне приятнее оттого, что вы еще и учились. Чувствующий – беспощадный наблюдатель.
Лорд немного помолчал и задал неожиданный вопрос:
– Зачем герцог Терский подарил вам «Книгу молодого дворянина»?
Покраснела и предпочла не объяснять. Пусть сам в мыслях прочитает.
Эллан помрачнел.
– Осторожнее, Дария, – предупредил он. – С такими вещами не играют. Когда вернемся, натаскаю по этикету и заставлю сдавать экзамены. Не хочется драться на дуэли из-за вашего прямодушия. Благодарите Вседержителей за уравновешенность его светлости. Надеюсь, вы попросили прощения?
Кивнула.
Авось, Эллан не поймает на маленькой лжи? Герцог простил, зачем ворошить прошлое. Но в одном лорд прав, моральные нормы навсеев для меня загадка, столько раз прокалывалась! С тем же Элланом. Не время и не место, но он сам поднял вопрос о дуэли.
– Эллан, – лорд весь обратился в слух, чуть склонив голову набок, – поединок с Геральтом Свейном уже состоялся?
– Да, – обескуражил ответ.
Бегло осмотрела любовника, силясь найти на нем хоть царапину.
Бред какой-то! Если бы Геральт его ранил, заметила бы. Уж в постели Эллан не утаил бы ни синяка. Так ничего, только наследие некроманта. Знаю я эти дуэли, бесследно бы не прошли. Лжет?
– Не верите? – Эллан легко прочитал сомнения на моем лице.
Он стремительно пересек разделявшее нас расстояние, поколебавшись, тронул волосы и тут же отдернул руку. Складывалось впечатление, словно лорд хотел приласкать, но боялся проявить чувства. Придется нам серьезно поговорить, дать понять, я не стану смеяться, наоборот, обрадуюсь любому прикосновению.
Лорд отошел в сторону, нахмурился и продолжил осматривать зал.
– Когда вы дрались, где? Что с Геральтом?
Прижав ладонь к губам, но поздно, слова слетели с языка.
Какой Геральт, дурочка! Ты только что сетовала на отсутствие ласки со стороны Эллана, теперь долго ее не дождешься. Элиза предала его, использовала ослепленного любовью, и вот теперь со стороны выглядело так, словно история повторялась.
Покосилась на лорда. Он сделал вид, будто не расслышал. Неужели ему все равно?
Лица не видно, а спина идеально прямая. Идеально прямая, Дария!
Подбежала к Эллану, крепко обняла, погладила по щеке. Лорд не двигался и ждал. Набрала в грудь побольше воздуха и прошептала:
– Прости меня, пожалуйста! Я не люблю его, я о тебе думала.
– Дария, зачем? – меньше всего на свете ожидала укора за раскаянье. – Мы дрались сегодня, на рассвете.
– Но ведь сегодня мы?..
То есть Эллан сбежал на дуэль, а вовсе не в Замок магов. Отчего он солгал? Видимо, не хотел тревожить, знал, непременно забеспокоюсь, прознав о поединке. Вот и теперь… Глупо, но я переживала. Очень сильно за Эллана и чуточку за Геральта. Как-никак первая любовь… Только вот Чувствующий мне дороже. Знаю, он темный, многого не договаривает, прячется в панцирь, играет, но любит. Сравнивая Эллана и Геральта в постели, многое поняла. Для лорда Марона я – женщина, для графа Местрийского – средство для удовольствия. Нужно только помочь, заставить поверить в наличие чувств… Только вот навсеи в них не верят. После предательства – и подавно. Эллан любил Элизу, поэтому ничего не видел. Он запрещал себе – как я с Геральтом. Обжегся и теперь боится ошибиться.
Великая Мать, какая я ж дурочка! Эллан понравился мне с первой минуты, там, на балу, я бегала к нему в любой непонятной ситуации – и дарила ласки другому.
И магия, Эллан сделал столь щедрый подарок. Пусть даже в качестве платы за спасение руки, но отдать часть себя…
Воистину, юные девушки глупы!
– Я не хотел волновать. Вы начали бы отговаривать, еще со Свейном бы связались, требуя отозвать вызов, – Эллан поморщился. – А так у меня нашелся лишний повод проучить графа. Результат интересует?
– Вы живы, остальное неважно.
Приподнялась на цыпочках и запечатлела на его губах поцелуй. Так, словно делала это всегда.
Губы у Эллана твердые, но горячие. Справа небольшой порез, нижняя чуть обветрилась. Не удержавшись, лизнула ее и отстранилась, испугавшись, что отвлекусь от главной цели нашей поездки.
Лорд вздохнул. Значит, надеялся на продолжение.
– Не лучшее место для любовных игр, – он говорил совсем не то, что думал. – Я предпочел бы заниматься этим в обжитых местах.
– Значит, хотите? – уцепилась за его слова.
– Хочу. Глупо притворятся, будто вы мне безразличны. Я пытался, но не смог. Какое счастье, что вы сказали «да», Дария!
Он порывисто поцеловал руку и глубоко вздохнул.
Очертила контуры его лица и шепнула:
– Я не умею притворяться.
– Знаю, – столь же тихо ответил Эллан и прикрыл глаза.
– И не люблю лжи.
– Ее нет.
– Совсем?
Пальцы зарылись в волосы, заставив лорда млеть, словно уличного кота.
– Почти. Геральт Свейн жив и здоров, мы дрались до первой крови, – отбарабанил лорд, уйдя от скользкой темы. – Я его ранил. Когда очень хочется, – Эллан выразительно посмотрел на меня, – всегда добиваешься своего.
Странно, Геральт же получил от меня силу, почему же пропустил удар? Видимо, поплатился за самонадеянность. Или Эллан обладал большим стимулом? Он ведь знал о моих отношениях с Геральтом, и, если испытывал хоть что-то, похожее на любовь, на что я надеялась, безусловно, хотел наказать обидчика.
– Так, а теперь сосредоточились, Дария, – вернул из мира грез в реальность Эллан. – Я осмотрю источник, по возможности пополню магический резерв. Вы медитируйте и настраивайтесь на восприятие мира духов. Нам это очень пригодится.
Кивнула и неохотно отстранилась от лорда. На коже и одежде до сих пор сохранился его запах: горчинка осеннего дня. Хотелось уткнуться носом в собственный рукав и упиться создаваемой парфюмом любовника иллюзией защищенности.
Лорд подошел к камину и опустился возле него на корточки. Руки легли на гладкую облицовку. Странно, хозяева замка давно мертвы, а камину ничего не сделалось. Идеальный черный базальт. Наверху, на колпаке, тоже каменном, – грубо высеченная голова волка.
Пара движений, и от камина к пальцам Эллана потянулись разноцветные нити. Как завороженная, наблюдала за тем, как энергия перетекала из источника в лорда. Эллан даже начал светиться. Со стороны смотрелось жутковато.
– Все в порядке, – не оборачиваясь, заверил лорд. – Тут безопасно. Садитесь рядом и давайте руку. Даже интересно, что с вами произойдет.
Не нравятся мне его эксперименты! Хватит с меня остановки сердца и прочих фокусов, которые проделывал Эллан, стремясь понять, так ли я устроена, как навсеи.
– Дария, не бойтесь! Энергия нейтральная.
Лорд встал. Его окружал ореол, как на изображениях Вседержителей. Волосы цвета спелого каштана превратились в серебристые: так сильно преобразили их искры энергии, с шипением срывавшиеся вниз, на выщербленные плиты пола. Эллан легко смахнул их, вернув себе прежний вид.
Зачем мне энергия? Дар слабенький, колдовать все равно не умею. Эллан – другое дело. Ему энергия жизненно необходима. Но лорд не желал слушать возражений, ухватил под мышки и поставил возле камина. Пришлось коснуться камня.
Кончики пальцев засвербели. Их кольнули десятки невидимых иголок. Тело обуяло странное ватное тепло, словно я очутилась в мягком коконе пледа. Быстрее заструилась по жилам кровь, сердце, наоборот, забилось медленнее.
Прикрыла глаза и отдала себя на волю волн энергии.
Так хорошо, так спокойно, век бы стояла.
Увы, Эллан думал иначе. Он вырвал из объятий источника и кинул на пол. Больно ударившись, в недоумении взглянула на лорда: за что он так со мной? И ахнула: там, где мгновение назад я млела от неги, зияла дыра.
– Просто чудесно, Дария! – сквозь зубы процедил Эллан. – Ловушка! Вы ведь это тогда слышали?
Лорд прищелкнул пальцами, и в ушах раздался мамин голос: ««Уходи, откуда пришел, ланг, я не верю ни единому слову!»
Из глаз потекли слезы, а потом вспомнила: взрыв! Филипп уничтожил зал, отчего же все стены целы?
Вскочила и поспешила к Эллану.
– Все ил-л-люзия? – едва не прикусила язык от страха.
– Полагаете, универсальные источники для всех желающих устанавливают по доброте душевной? – сердито прошипел лорд. – Одно дело – светлый, другое – такой. Спасибо, я вовремя заметил.
– Можно подумать, я виновата!
Потерла скулу. Кажется, вскочит синяк.
– Нет, конечно, – уже спокойнее ответил Эллан. – Просто не стоило сюда приходить. Видите, к чему приводит сентиментальность? Эмоции – ловушка, подарок для врага.
– Значит, я враг, – чуть слышно прошептала в ответ, опустив глаза.
Эллан услышал и метнул на меня очень странный взгляд. В нем последовательно сменилась вся гамма эмоций; губы плотно сжались.
– Что вы чувствуете? – деловито осведомился лорд.
Он окутал нас серебристым облачком. Оно почти мгновенно слилось с воздухом.
– Пока ничего. – Вряд ли Эллан спрашивал о моих ощущениях – о духах.
Хотела обнять Эллана, но тот не позволил. Видимо, чтобы оставить руки свободными. И он прав, желанием защититься теплом чужого тела можно подписать обоим смертный приговор. Равно как и выяснением отношений. На месте Эллана я бы давно на себя прикрикнула.
Молчаливые тени. Они выстроились полукругом, отрезая пути к отступлению. Готова поклясться, прежде их тут не было.
Духи молчали, но кожей чувствовала: сейчас повторится полный боли и страданий вой, от которого некогда едва не сошла с ума.
– Ну? – нетерпеливо поторопил Эллан, перебрасывая посох из руки в руку, легко, как пушинку.
– Мы в ловушке, – опустив голову, признала правоту любовника и тихо добавила: – Прости.
Не могла я ему сейчас сказать «вы».
Дрожала, ощутив внезапный могильный холод. Посреди голых камней он казался и вовсе нестерпимым.
Не прижаться, не уткнуться лицом в грудь Эллана. Он наверняка все чувствовал, но не спешил раскрывать объятия. Правильно, милый, не надо. Пока ты утешаешь, подкрадется смерть.
Неужели сейчас вновь появится Шепчущий? Помнится, в прошлый раз он заманивал точно так же – маминым голосом. Видимо, Шепчущий каким-то непостижимым образом выяснял тайны и страхи каждого, создавал иллюзию, запускал в зал и отбирал душу.
– Мамы здесь никогда не было, верно? Голос – обманка?
Эллан не ответил и поднял палец, призывая к тишине.
Голос зазвучал вновь, явственно, отчетливо.
Перед Элланом сгустилась дымка, воздух пошел рябью – лорд плел очередную паутину колдовства. Пальцы работали быстро и четко, без единого слова. Предельно сосредоточенный Эллан уставился в одну точку, со стороны казалось, он окаменел.
Сотканная же из воздуха картина обретала материальность.
Я увидела женщину с рвано остриженными светлыми волосам в длинной ночной рубашке. Большой живот до предела натягивал ткань. Под рубашкой ничего нет: отчетливо видела выпуклости сосков и контуры большой налитой груди. Босоногая женщина до побелевших костяшек сжимала кинжал.
Гулко прозвучали в тишине знакомые слова: «Уходи, ланг».
Картинка мигнула и сменилась на другую. Мама лежала на полу. Рубашка задралась до шеи, кинжал валялся рядом. Женщина силилась его достать, но не могла: мешал мужчина. Он… он насиловал беременную! Пальцы грубо сжимали грудь, толчки сотрясали бедра и живот несчастной. Лица мерзавца не видно, но и без него понятно: магистр Онекс. Значит, вот, как я родилась, вот как на самом деле поступил мой так называемый отец, который столько лет морочил голову мнимым родством! Обманул, изнасиловал и добил, когда ребенок издал первый крик.
Омерзительно!
Отвернулась, чтобы не слышать довольного сопения ланга и стонов матери. С удовольствием бы подняла кинжал и воткнула в спину магистра. И не просто, а провернула.
– Жаль, он мертв, а то бы подсказал, как лучше.
Эллан хлопнул в ладоши, и картинки прошлого исчезли.
Недоуменно глянула на него, силясь разгадать смысл последней фразы.
– Тот ланг. Вы мечтали его убить, но, насколько я знаю, он уже ушел к предкам. А так бы, будьте уверены, помог свершить месть. Простите за увиденное, но вы жаждали найти мать…
– Ничего, – сдавленно ответила я, все еще не в силах прийти в себя после картин прошлого.
– Это не моя инициатива, – лорд говорил со мной, а взгляд блуждал по стенам. – Вместе с голосом сюда принесли воспоминания. Значит, враг знаком с вашим даром. Вывод сами сделаете, или помочь?
Промолчала.
Меня трясло и тошнило одновременно.
Магистр Онекс называл темных ублюдками? Из горла вырвался нервный смех. Ублюдок называл других ублюдками! О, я давно поняла, что все разговоры о добре и зле ничего не стоят. Одни убивают других в угоду собственным интересам.
– Дария, не время для истерик! – прикрикнул Эллан. – Или пощечину дать?
Покачала головой и тихо спросила:
– Все правда?
Лорд помрачнел и кивнул.
– Вы правы, я мог все придумать, – глухо признал он. – Чувствующий мгновенно угадывает чужие страхи.
– В таком случае я тоже Чувствующая, потому что знаю, вы себя оговариваете.
Эллан ответил кривой улыбкой и попросил:
– Держитесь ближе к камину: там безопаснее.
Кивнула и сделала робкий шажок в сторону. Хотелось к лорду – пришлось от него.
– Тут одни духи, Дария. Пока, – Эллан сделал ударение на первом слове, – нечего бояться.
Кажется, я совершила большую ошибку, отправившись в замок. Некто сыграл на моих сентиментальных чувствах и теперь наверняка хохотал, наблюдая за метаниями наиви.
Убедившись, что я в относительном порядке, Эллан крутанул жезлом, примериваясь, как его лучше взять. Он заметно вырос в размерах, превратился в полноценный посох.
– Алларио! – громогласно прозвучал под сводами зала голос лорда. – Соамар ней!
«Соамар ней!» – вторило неизвестно откуда возникшее эхо.
Очертания зала задрожали, по камням побежали трещины. Ойкнув, обратила на это внимание Эллана, но он и бровью не повел. Казалось, меня для него не существовало.
Контуры лорда видоизменялись, обретая боевую форму. На-ре вышло из тела и вилось рядом.
Отныне Эллан ступал неслышно, будто скользил над плитами. За спиной возникли крылья-тени, тело пропускало свет, как у духа. Кисти лорда светились ровным зеленым светом. Со стороны смотрелось жутко.
Широко открыв глаза, наблюдала за метаморфозами любовника. Я уже видела его в боевом облике, но все равно испытывала трепет. Темный во всей красе! И я – мошка, которую он уничтожит, если захочет.
Словно в продолжение мыслей Эллан резко обернулся и метнул в меня бледно-зеленое облачко. Испугалась, понимая, что не успеваю увернуться, а потом поняла: лорд накинул щит. Он укутал со всех сторон, надежно оберегая от бед. Даже звуки стали тише. Значит, что-то взорвется, и Эллан решил уберечь мой слух.
Лорд взглядом спросил, все ли в порядке, и больше не отвлекался. Он сосредоточенно плел сеть заклинаний. Странно, замысловатый язык чар казался смутно знакомым. Пусть я его не знала, но, определенно, когда-то слышала. Язык светлых? Помнится, некогда Геральт проверял мою принадлежность к наиви, угрожая на неведомом наречии.
Духи заволновались. Стоило Эллану направить на них посох, они и вовсе разлетелись, однако недостаточно далеко для магии навсея.
С пальцев лорда сорвалась голубая искорка. Она превратилась в шипящий вращающийся шар и взорвалась, положив конец посмертному существованию минимум десятка духов.
Мысленно поблагодарила Эллана за приглушение звуков, иначе бы оглохла.
Съежившись, наблюдала за лордом. Второй раз я видела перед собой навсея, таким, каким предстал окровавленный Геральт в комнате Алексии. Мягкость слетела, черты заострились, приобрели хищное выражение. Посох превратился в продолжение руки. Движения отточены. Эмоции? Глядя на Эллана, сомневалась, будто он способен их испытывать.
Боялась ли я? И да, и нет. С одной стороны, темный непредсказуем, особенно Чувствующий, чей дар сильно влияет на личность. Поразмыслив, поняла, откуда странности в поведении Эллана и поразилась его выдержке. Пропускай я через себя чужие мысли и эмоции, давно бы сошла с ума или превратилась в истеричку. А он… Всего лишь маленькие странности, которые нас и сблизили.
Так вот, с одной стороны навсей, а с другой – близкий человек, поклявшийся не причинить вреда. И я ему верила. Теперь верила. Слишком он рвался защитить, слишком открывался, слишком… любил. Да, именно так. Для темных нежность интимна, а ночью меня в ней искупали. Геральт не говорил таких слов, не стремился прикоснуться, не жаждал ответной ласки.
Однако не время и не место для воспоминаний. И если лорд не пугал, то стремительно менявшиеся события вселяли ужас.
Духов не осталось. Эллан уничтожил всех до единого. Одно движение посоха – и призрачный огонь пожрал остатки тонкой материи.
Лорд огляделся – медленно, цепко. Мазнул взглядом и по мне, заставив поежиться.
Какая же я мошка, и какие они все!..
Глаза Эллана остановились на дальнем углу зала. Он замер и неожиданно подпрыгнул, легко, словно сильф. Раз – и Эллан уже стоял на колпаке камина, легко балансируя на неровной поверхности. Казалось, ему не составляло никакого труда удерживать равновесие.
Отчаянно пыталась разглядеть хоть что-то среди теней.
Кого увидел Эллан?
– Алларио! – вновь прогремел изменившийся голос лорда – голос мага, привыкшего сеять смерть.
И она пришла, обрушив стены зала. Он на пару мгновений стал реальным, таким, каким я его запомнила после убийства Шепчущего, а потом все полетело в тартарары. Стены задрожали, потолок обрушился, а зал превратился в груду камней. Эллан закончил то, что некогда начал Филипп.
Плотное облако пыли укрыло лорда. Кажется, он мелькнул справа, вроде, замахнулся посохом. Или просто отчаянно пытался удержать равновесие, сметенный взрывом?
Щит спружинил, хотя на ногах я все же не устояла и бухнулась на колени. Зато осталась живой и невредимой. Синяки не в счет.
Уцелел и камин, куда я со страху забилась. Видимо, его уберег источник.
Закашлялась и кое-как, придерживаясь за стенку камина, поднялась с пола. Ноги подрагивали; казалось, пыль забилась в легкие. Ну да, известка…
Пару раз чихнула и часто-часто заморгала.
Облако все не оседало, потому не могла разглядеть, цел ли Эллан. Ума ни приложу, зачем он так поступил! Похоже на деяние сумасшедшего.
И тут я увидела кровь. Она текла по плитам к моим ногам. Самая обычная, алая, только очень вязкая.
Широко распахнув глаза, уставилась на тоненькую струйку.
Колпак камина. Та груда камней похожа на колпак камина! Если сам он уцелел, то обшивку разворотило взрывом.
– Эллан! – испуганно позвала я.
Губы едва шевелились, голос охрип.
Сердце болезненно сжалось, и крик таки вырвался наружу, крик отчаянья и безысходности:
– Эллан!!!
Великая Мать, только не он! Я… я сама руками… Я жизнь…
Рванулась, чтобы помочь или хотя бы попытаться, но щит не пустил. Колотила по нему руками и ненавидела.
Слезы градом катились по щекам, а внутри стало так холодно, словно вместо сердца вставили льдинку.
Влюбленность в Геральта Свейна испарилась прибрежным туманом, отныне мысли занимал другой. Остро поняла: не хочу без него! Совсем не хочу.
Соланж Альдейн? Как можно сравнивать? Вы еще скажите: радуйся, что у тебя осталась левая рука.
Мой Эллан…
Шумно хлюпнула носом и услышала заветное:
– Я жив. Навсеи редко кончают жизнь самоубийством.
Едва не захлебнувшись воздухом, замотала головой, силясь разглядеть лорда. Тщетно!
Взвесь улеглась, зал как на ладони – развороченные глыбы, вздыбленный пол, рука, безвольно свешивающаяся из-под обломков. Кровь уже не текла: мертв.
– Кто это? – указала на длань покойника.
– Шепчущий, – равнодушно ответил Эллан и подсказал: – Я наверху. Только осторожно, не споткнитесь.
Лорд устроился на развороченном взрывом колпаке камина. Эллан не пострадал, даже одежда не запылилась. Умеют же темные ставить щиты!
Избавившись от боевого облика, Эллан вновь напоминал человека. Возле глаз и на лбу залегли морщинки. Видимо, я видела только часть того, что ему пришлось совершить.
Взгляд поневоле вновь упал на окоченевшую кисть.
Эллан убил Шепчущего. По-моему, достаточный повод для морщин, которые, к слову, уже исчезли. Навсеи не показывают слабостей. Эллан пошел дальше: он скрыл детали убийства.
– Он выжидал, чтобы напасть, но напоролся на Чувствующего, – пояснил лорд и спрыгнул в паре шагов от меня. – Теперь вы понимаете, Дария, отчего мне подобных ненавидят ланги?
– Догадываюсь.
Признаться, пока не очень понимала.
– Мне не нужны глаза, чтобы видеть, – пояснил Эллан.
– А вы?.. – Вопрос вертелся на языке, но никак не решалась его задать. – Вы служили в армии или допрашивали?
– В армии служили все, – рассмеялся лорд и проверил, не рухнет ли еще что-нибудь. – Конкретно я проводил зачистки. Но давайте выбираться, – поторопил Эллан, поспешно сменив тему. Видимо, заметил опустившиеся уголки губ. Богатое воображение – зло, Дария. – Вашей матери тут все равно нет, а ловушка может оказаться не последней.
Умом понимала, он прав, но сердце возражало. Тут сохранилась частичка мамы, рядом бывали светлые. Да и Шепчущий, не стал бы он прыгать по мирам в поисках наживки. Значит, взял где-то поблизости.
– Эллан, тут точно нет светлых следов?
Оглянулась на камин.
Источник. Он не темный, однозначно. Судя по книгам, наиви селись вокруг таких.
Эллан помедлил с ответом и неохотно признался:
– Есть.
– Где? – уцепилась за призрачную ниточку, соединявшую с прошлым.
Вот не просто так тут витал голос мамы, не в Шепчущем дело! Именно в замке дар медиума проявился особенно сильно. Такое случается, когда обретаешь связь с предками.
– Например, у реки, – Эллан всячески давал понять, разговор ему неприятен. – Я рассказывал о портале и вашей находке на кладбище. Оно мне особенно не нравится.
– Почему?
Неужели лорд испугался духов? Смешно!
Кладбище как кладбища. Ну, старое, запущенное, зато традиционное.
– Там стационарный портал, – огорошил Эллан.
– Что?
Замотала головой.
Бред! Какие порталы в Сопределье? Таких и в Веосе не так много, а тут вдруг в глуши, куда добровольно никто не сунется.
– Стационарный портал, – терпеливо повторил Эллан и подхватил под локоток, увлекая по развалинам к выходу. По иронии судьбы им стало окно.
Пол-этажа вверх, подтянуться, взобраться на подоконник и спрыгнуть. Надеюсь, на руки Эллану.
Мысли завертелись с бешеной скоростью.
Мой лорд – отчего-то нравилось называть Эллана именно так – намекал, что в ловушку нас заманили ланги. Только они знали о даре. Темных отмела сразу: зачем убивать в Сопределье, когда проще проделать все дома? Зато серые в миры темных попасть не могли, поэтому выискивали способы завладеть беглянкой. Только где ланги нашли Шепчущих? Они сами по себе, ни с кем не общаются, не брезгуют душами любой окраски.
– Эллан, – свесила ноги с подоконника, на который бережно усадил лорд, – Шепчущие всегда изгои?
– Не всегда, – подтвердил догадку Эллан и пристроился рядом. Протянул руку, забрал повисший в воздухе жезл и положил на колени. – Если они принадлежат к правящей элите, на некоторые особенности закрывают глаза. До поры, разумеется.
– Например, королева может спокойно жить и ничего не бояться?
Рискованный вопрос! Он может стоить головы, но должна же я кому-то доверять?
– Ее величество не Шепчущая, – заверил Эллан, пристально всматриваясь за горизонт. – Не спорю, задатки были, но их вовремя подавили.
– То есть вас не удивило?..
Поежилась и обхватила себя руками.
Не слишком ли много сомнительных талантов для Евгении Онор? Энергетический вампир, Слышащая, несостоявшаяся Шепчущая и, возможно, бывшая Одержимая?
– Ваш вопрос? Нет. Скорее, я бы удивился, если бы вы его не задали.
Эллан робко коснулся плеча и, не встретив сопротивления, обнял, делясь теплом. Наверняка чувствовал бившую меня крупную дрожь, но промолчал.
Оказалось, если уткнуться в плечо Эллана, не так страшно. И высота не чувствуется.
– Боитесь?
Кивнула. Когда тебе открыто угрожают и намекают, что лучше бы самой умереть, невольно начнешь опасаться за собственную жизнь.
– Образуется. – Мне бы оптимизм Эллана! – А вот Твейн Онор – это проблема. Воскресшая проблема, я бы сказал, – вполголоса добавил лорд.
Он ничего пояснять не стал, сообразив, что сболтнул лишнего. Только о родственных связях королевы с похитившим меня некромантом я уже догадалась.
Значит, отец – иных мертвых родственников нужной профессии у Евгении не водилось. Тогда понятно, в кого она. Твейн Онор сам сойдет за Шепчущего. Только куда он подевался, отчего объявился именно сейчас? Не покидало ощущение надвигающейся беды. Словно некто двигал по шахматной доске фигуры.
Королева-жертва медленно, но верно превращалась в палача. Уж не разыграла ли она историю с отравлением? Отец вполне мог помочь, с его-то знакомствами с демонами! Для чего? Уж не ради развлечения, такие дела творят ради власти и мести, и лучше мне притвориться слепой.
– Откуда взялись Шепчущие? Живут они здесь. – Эллан продолжал отвечать на вопросы и делиться откровениями. – Знаете, теперь я не уверен, что вас заказал не Твейн. В его духе. Семейство Онор идет по трупам и не гнушается любых средств.
– Как и все темные, – не удержалась от шпильки.
– Некоторые из них темнее, – парировал любовник. – Посему, Дария, крепко-крепко обнимите меня и закройте глаза.
Догадалась: будем прыгать, и в точности исполнила требования лорда.
Ветер засвистел в ушах. Мы летели с подоконника второго этажа, но какого этажа! Ноги переломаем! Обошлось. Эллан будто приземлился на мягкую подушку и со смехом разрешил расцепить скрюченные судорогой пальцы.
– Дария, Дария, по-вашему, маги не проходят физподготовку? – продолжал потешаться лорд. – Экая невидаль, не с башни планировали!
– А можно с башни?
Отчего-то полагала: можно.
– Если очень захотеть, – уклончиво ответил Эллан, вновь став серьезным.
Понятно, очередная тайна.
Слезла с лорда, которого бесстыже обвила ногами, оправила юбки и огляделась. Эллан тоже осматривался: искал место, чтобы начертить портал. Захотелось обнять его, но не знала, помешаю ли, поэтому лишь положила руку на плечо. Не скинул, мельком улыбнулся и вновь погрузился в раздумья. Ну да, эмоции для него – открытая книга.
Местность казалась враждебной, неуютной, поневоле тянуло к теплу, но я училась не прятаться за чужими спинами. Вот и теперь убрала ладонь и приняла активное участие в поисках ровной площадки. Эллан велел далеко не уходить, все время оставаться на виду. Да я бы сама никуда не полезла. Тщательно проверяя, куда ступаю, крутилась между низким кустарником и покрытыми мхом камнями. По-видимому, замок стоял на месте жилы, вот она и выступала из земли россыпями побуревшего песчаника.
Справа кладбище. Пару раз глянула в его сторону, вспомнила про свою находку, но заговорить с Элланом не решилась. Если тот полагает, что портал опасен, не стану спорить. В конце концов, не лез же лорд во врачебные дела.
Опасность в воздухе только сгущалась. Она покалывала кожу острыми иголочками, отзывалась холодком в желудке.
Все чаще оглядывалась на Эллана, хотела попросить проверить, не притаилось ли нечто за камнем или кустом, но раздумывала. У страха глаза велики, вот и мерещатся вместо развалин укреплений враги. Эллан – Чувствующий, неладное бы сразу заметил.
– Далеко собрались? – хрипло спросили одновременно с выстрелом.
Стрела вошла под ноги лорду. Тот по-звериному зашипел и ответил магией. Бил наверняка, очевидно, злясь на досадный промах. Ума не приложу, как Эллан мог прозевать чужака! Однако факт оставался фактом, репутация лорда требовала отмщения. И оно последовало.
– Дария, сюда!
Эллан ухватил за шкирку и втащил за укрытие в виде осколка камня. Вовремя – с легким скрежетом по известняку съехал болт.
Сердце набатом ухало в груди, однако я не потеряла способности думать. Может, потому, что уже битый час жила в страхе.
Арбалетчик один, на перезарядку оружия требуется время. Все не так плохо. Только вот камень не щит, едва до груди достает, слишком мал для того, чтобы укрыть обоих. И так сижу на земле, вжавшись в Эллана. Тот одной рукой шарил под курткой, другой гладил по волосам: успокаивал.
– Сдавайся, навсей!
Очередной болт чиркнул по воздуху.
Мамочки, он заходит слева! Еще немного, и мы станем отличной мишенью.
– Сдохни, ланг!
Кто бы сомневался, Эллана чужая наглость только раззадорила. За его спиной вновь затрепетали крылья.
Лорд, наконец, нащупал, что хотел, снял с шеи кулон в виде птички и быстро надел на меня. Легкое покалывание возвестило: магия ушла в тело. После Эллан аккуратно, чтобы не упала, отстранил и заверил: никто не уйдет живым, он чувствует всех троих.
Троих? Я надеялась на одного арбалетчика.
А если магия?.. Уфф, она глушится, только вот у Эллана тоже.
В своего мужчину нужно верить, и я поверила. Он справится.
На-ре рассталось с хозяином и понеслось куда-то со скоростью ураганного ветра.
– Отдай девушку и уходи, темный.
Голос раздался совсем рядом. Как и предполагала, стрелок обходил наше укрытие. Да вот же он. Стоит, скалится, натянув тетиву.
Эллан предпочел разговорам дело и выпрямился. Зачем, зачем он подставляется?!
Закрыла глаза и принялась молиться.
Хоть бы ланг промахнулся, хоть бы у него не оказалось ножа!
Кто-то вскрикнул.
Сглотнула и подняла голову. Эллан вытирал клинок посоха о куртку убитого. Отрубленная голова валялась неподалеку.
С… с одного разу?! А как же?..
Арбалет серого валялся рядом с ним; нож зажат в руке. Не успел.
– Не смотрите, я разберусь, – криво улыбнулся лорд и развернулся, чтобы принять бой: показались остальные ланги.
К счастью, арбалетчик действительно оказался только один, остальные вооружены мечами.
Обхватила руками камень, уткнувшись лбом в холодную поверхность.
Вокруг меня защитные чары, ничего плохого не случится, только вот тело сотрясала крупная дрожь.
Среди путаных мыслей пробился лучик разума. Откуда в Сопределье ланги? Это наречие я узнаю из тысячи, сама говорила так же. Странная ситуация! Обрушились, как снег на голову, стреляли под ноги… Невольно закрались подозрения. Спектакль? Оказалось – нет, Эллана действительно хотели убить. Вряд ли тот мечник, который старательно заходил лорду со спины, был с ним в сговоре. Когда так замахиваешься, руку уже не остановишь. А ведь он метил в шею – одно из самых опасных мест, для игры подошел бы бок. И второй, с которым Эллан скрестил оружие, мощный, с перекошенным ненавистью лицом, жалел, что не прихватил мага, а то бы тот поджарил темного.
Лорд на угрозы не разменивался. Посох в его руке находился в беспрестанном движении. Эллан не притворялся, он дрался с холодной яростью матерого зверя, которого потревожили гончие псы. Обманчиво легкие быстрые движения, точные удары. И кровь, самая настоящая, льющаяся из вспоротого живота ланга.
Жгучий стыд от нелепых подозрений смешался с холодным потом тревоги. Нарушив приказ, прижимая руки к груди, не сводила взгляда с Эллана, вздрагивала, когда меч серого проходил в опасной близости от лица любимого лорда, и ликовала, когда тот парировал удары.
Трое нападавших один за другим лишились жизни. Покончив с последним, Эллан вернулся ко мне, заглянул в глаза и укоризненно покачал головой. В ответ потупилась. Знаю, виновата.
– Простите, я тоже ошибаюсь, – лорд развел руками. – Признаю, недостаточно быстро почувствовал первого. Это разведчики, выскочили из портала. Если бы не позерство стрелка… Давно не воевал, расслабился в аудиториях, – неожиданно признался Эллан и привел оружие в порядок, бегло осмотрев на предмет повреждений. – Как бы то ни было, уходить надо, Дария, и, боюсь, стационарным порталом. Новый начертить не успею, попытаемся перенастроить заброшенный.
Лорд говорил уверенно, спокойно, но напряженное, вытянувшееся в струну тело сигнализировано об опасности, и не где-нибудь, а рядом, на расстоянии вытянутой руки. А если Эллан торопится уйти, бой ожидает неравный. Навсеи не трусы.
Значит, с минуту на минуту серые вновь откроют портал и нагрянут целым отрядом, а то и двумя. Встречаться с ними не хотелось, поэтому поспешила вслед за лордом, предложив посильную помощь. Эллан отказался. Он двигался быстро, но постоянно останавливался – не только для того, чтобы подождать меня, но и чтобы убедиться в безопасности отступления.
Тяжело ощущать себя обузой. Эллан бы давно ушел, да что там, не попал бы в переплет, если бы не сентиментальная наиви.
Ладно, с лордом Мароном понятно: чувства, надеюсь, что чувства, а ланги? Зачем я им? Так и спросила, когда в очередной раз поравнялась с Элланом.
– Какой от меня теперь толк? Детей рожать? Силы-то уже нет.
– По-вашему, этого мало? – усмехнулся лорд. – Для расы, в которой кровосмешение стало нормой, а магии все меньше, вы – подарок судьбы. И любую рану вылечите, – несмотря на всю спешку, Эллан замешкался, чтобы поцеловать руку, – и светлую кровь вольете.
– А темные?
Тревожно огляделась: не полыхнул ли где портал? Вроде, тихо, но, как показали недавние события, мирная картина природы бывает обманчива.
– В принципе, для того же, только у нас с кровью все в порядке, просто хочется увеличить спектр возможностей.
Выходит, и тем, и тем важно только деторождение. Может, и Эллану всего лишь наследник нужен? Пусть лорд тепло ко мне относится, одно другому не мешает.
Эллан рассмеялся, выслушав теорию о племенной кобыле.
– Какие дети, Дария! Не беспокойтесь, при всем моем желании не выйдет.
– Почему? – удивилась я.
У лорда какие-то проблемы? Родриго говорил, как раз от сильного желания обоих наиви беременеют – и тут такое заявление. Как же дочери от Рины? Или неприятность случилась после их рождения? Застудился, например. Спросить побоялась, но по выразительному молчанию и стыдливо опущенному взгляду Эллан обо всем догадался. Странно, не обиделся.
– Я темный, Дария, вы очень сильно должны меня любить и хотеть детей, чтобы с сотой попытки что-то получилось. Да и всякий уважающий даму мужчина заботится о подобных вещах. Выберемся отсюда, покажу.
– Что? – испуганно спросила я.
В голову упорно лезло членовредительство.
– Лекарство от детей, капли, а не всякие ужасы. – Вот ведь Чувствующий! – Но давайте потом поговорим.
Мы, наконец, добрались до кладбища.
Эллан усадил меня на один из курганов, проверил крепость щита и велел в случае опасности воспользоваться медальоном Соланжа. Его собственный кулон, по словам лорда, впитает часть магии, но сохранить жизнь не сумеет.
– Так, Дария, – давал инструкции Эллан, расчищая от веток и дерна пространство между курганами, – если вдруг, не надо меня ждать, оглядываться. Шагаете, не думая.
– Но…
– Без «но»! – повысил голос любимый учитель, даже обернулся, чтобы подкрепить запрет грозным взглядом. – За себя я постоять сумею. Смерть на поле боя – достойный конец любого мага.
Спорить не стала: бесполезно, но мысленно решила: не оставлю Эллана умирать. Либо вместе, либо никак. Пусть Соланж забирает обоих, иначе королевский некромант может извести хоть всю вербену на свете, но ничего не добьется.
Запрокинув голову, Эллан постоял так с минутку. Очевидно, опасался драконов. Кто еще мог напасть с неба?
– А драконы тут водятся? – озвучила предположение.
– Нет, – под сапогами лорда зашуршали листья. – Гибнут они в Сопределье. Вам тоже здесь через некоторое время стало бы некомфортно. Светлая кровь требует солнца и радости, тут с ними негусто.
– А темные? – не унималась я, следя за высокой статной фигурой.
Как можно было сразу не заметить этих плеч, бедер, пластики? Геральт другой – крепче, как и полагается боевому магу. Эллан – как скрипка. И как она играет! Под моими пальцами. Моими, не Элизы Свейн. Я приручу его, избавлю от мнительности, покажу, что такое нежность. Женщины – вовсе не вероломные стервы, а любовь бывает спокойной и счастливой, как у Соуренов. Хочу, чтобы и Эллан, как Родриго, говорил, что мы умрем в один день.
– Добровольно тут никто не живет. А теперь не отвлекайте меня, пожалуйста, а то мы никуда не выберемся. Не знаю, как вы, Дария, я хочу жить. И, – губы лорда сжались, голова нервно дернулась, – подобные ошибки не повторятся.
– Вы не виноваты, – попыталась успокоить Эллана. – Тут глушится магия.
– Но не голова, Дария. Я не юнец, чтобы допускать такие промахи.
– Нужно давать себе право на ошибку, – ласково коснулась его щеки и улыбнулась. – Не ошибается только тот, кто ничего не делает, а идеальным быть невозможно.
– Придется, – хмыкнул лорд и прижал мои пальчики к губам. Поцелуй вышел мимолетный, словно касание воздуха. – Если хвастался умениями, должен соответствовать.
– Нет, – разрушила порочный круг навсейских обязательств. – Я люблю вас, а не идеальный образ.
– Осторожнее с «люблю»! – предостерег Эллан, но я-то видела, как он расцвел, расправил плечи. – Женщины достаются только победителям, Дария, и я намерен выиграть.
Позабыв об опасности, наградила лорда новой лаской.
– Ланги, – сурово напомнил он и с сожалением отстранился.
Понимающе кивнула. Судя по скупым фактам, сообщенным любовником, плен грозит Эллану крюком. Никакое любопытство, никакие беседы не стоят чужой жизни, особенно жизни близкого человека. Нас будто связывала ниточка, незримая, тонкая, но прочная. И то, что Эллан собирался защищать ценой собственной жизни, так много значило. Может, я ошибаюсь, но не станут пихать в портал постельную игрушку и оставаться умирать. Не станет темный млеть от простого поцелуя в шею. У него даже дрожь по коже пробежала.
Чувствующие, оказывается, эмоциональны. Кто знает, может, Эллан со временем сможет походить на светлого? Самую чуточку и только со мной. Не отказалась бы подержать его голову на коленях, зарыться пальцами в волосы и услышать, какая я красивая и замечательная.
Эллан расчистил нужное место от веток и листьев и, нахмурившись, смотрел на потускневшие, почти стершиеся от времени линии, вырезанные на гигантской плите – стационарный портал. Лорд не спешил его активировать, сначала проверил на ловушки. Он долго водил над ним руками, будто прислушиваясь, затем кивнул и приступил к работе. Эллан опустился на колени. Он, словно музыкант, настраивающий инструмент, возился с плетением чар. По словам лорда, магия здесь не приглушалась: сквозила из мира по ту сторону портала. Эллан даже сумел сотворить и пустить по округе два поисковых импульса. Один вскоре вернулся. Лорд поймал его в кулак, прижал к уху на минутку и снова отпустил в свободное плавание. Точно так же поступил со вторым.
Воздух начал гудеть. Плита с порталом чуть приподнялась.
Со смесью восхищения и страха наблюдала за тем, как оживают, вспыхивают линии.
– Это портал светлых, – пояснил Эллан и впервые за все время приготовлений обернулся ко мне. – Значит, окажемся где-то на их бывших землях. Перенастроить не могу: на темные заклинания не отзывается, допускает только общую активацию.
– Может, я попробую?
Сделала пару робких шагов к лорду. Тот рассмеялся:
– Вы колдовать не умеете.
Правда, за исключением одного «но»: с моей помощью можно открывать чужие порталы. Помнится, Геральт использовал меня как ключ к энергии замка. Да и простейшими бытовыми заклинаниями я владела, только они не работали в Веосе: не умела брать энергию из себя, а не из хранилища.
Подойдя, я ненадолго замерла у горящего круга и опустилась на корточки, смело потянула ладонь к специальному углублению в камне. Если не изменяет память, тут стоит защита крови, чтобы внести изменения, потребуется капелька крови. Высунется специальная игла, проколет палец, и защита снимется.
– Что вы делаете? – забеспокоился Эллан. – Дария, это опасно! Вдруг там яд?
Но я уже положила руку в углубление, только вот нажать на рычажок, поднимающий иголку, не успела: с воем вернулся один из импульсов.
– Быстро! – любимый подхватил подмышки и чуть ли не кинул внутрь треугольника. – Плевать, куда попадем, нужно скорее уходить!
Темные не трусы, опасность серьезная!
Подтверждая предположения, из земли донесся странный гул. Он все нарастал и нарастал. Не понимая, что происходит, завертела головой и завизжала, увидев огромную, чуть ли не выше замка, стену воды, стремительно надвигавшуюся со стороны реки.
Эллан мгновенно оказался рядом, одной рукой прижал к себе, другой активировал портал. Всего за пару мгновений до того, как нас закружило бы в смертельном водовороте. Оставалось надеяться, по ту сторону не ждут враги. Как успела убедиться, их у меня хватало. О любимом говорить не приходится: каждый навсей нажил хотя бы парочку, лорд Марон и вовсе перешел дорогу королеве и ее отцу.
Вслушивалась в биение чужого сердца и считала мучительно долгие мгновения. Перед глазами пронеслась вся жизнь, и я остро поняла: именно сейчас, как никогда, не хотела умирать. Обретя любовь и надежду, так не хочется их терять.
Куда же мы сейчас попадем? Не окажется ли Эллан в моем положении – единственным темным в светлом мире? Портал ведь светлый, пусть и активирован навсеем. Или древняя магия истончилась, и мы навсегда застрянем в безвременье?
Долго, безумно долго!
Когда начала сомневаться, выберемся ли, легкий, едва заметный ветерок коснулся волос. Выдохнула и утерла пошедшую носом кровь. Живы! Остальное неважно: рядом Эллан.