Глава 20

Завтрак с его величеством — привилегия, доступная одному проценту аристократов королевства. По крайней мере, так было принято считать. Сюда рвались, ради такого выслуживались, а я… А я как всегда. Даже в такой привилегии видела подводные камни, мешающие моим вялотекущим, но все же планам.

Еще полгода назад я была бы счастлива тут оказаться, это был бы весомый повод для гордости. Сейчас, заходя в просторную салатовую столовую, испытывала гнетущее напряжение, разрастающееся в груди.

Даже попытка отвлечься на убранство не помогла.

Хотя, должна признать, дизайнеры постарались на славу. Вполне уютная обстановка, без вычурности и броскости — как в других столовых дворца. Чувствовался тонкий вкус и в красиво сервированном столе,  и  в тяжелых темно-зеленых портьерах, украшенных золотой нитью. Что-то мне подсказывало, что это фракская однотонная парча, но я могла и ошибаться. Никогда не была знатоком в подобных вещах.

В центре столовой находился длинный стол из темного дерева с тонкими ножками, верх которых украшали выточенные умелой рукой мастера львиные головы.

Надо ли говорить, что мы с Ричардом прибыли одними из последних? Все остальные уже восседали на отмеченных  именными карточками местах. То ли дело в том, что мы не особо спешили, то ли в том, что нам по какой-то причине сообщили неверное время.

И вообще, как бы там Ричард ни отнекивался, я не могла поверить, что он  не испытывал никакого похмелья. Так не бывает. Перебрал алкоголя, будь добр расплачиваться за это наутро.

Одно радовало, короля еще не было. Иначе это было бы абсолютным неуважением к коронованной особе с нашей стороны. Зато принц Карл восседал по правую руку от его величества с безучастным  выражением лица.

А я только когда увидела количество блюд и их разнообразие, поняла, как сильно проголодалась. Желудок буквально скрутило в узел от запаха запеченного мяса и грибного соуса. А уж как привлекал взгляд трехъярусный торт с экзотическими фруктами, которые простому населению даже не показывали.

— У тебя такой голодный взгляд, что я начинаю бояться, — подшутил Ричард, подводя меня к двум пустующим стульям — практически у главы стола! — прямо напротив старшего из принцев.

Что-то мне совершенно не нравится такое явное приближение к его величеству. И интуиция буквально вопит, что все это неспроста.

Надо отдать Ричарду должное, его попытка разрядить атмосферу помогла. Я даже как-то дышать иначе стала. По крайней мере, до того момента, пока не встретилась взглядом с бабушкой.

И только тогда вспомнила, что плюнула на придворную моду с высокой башни. Вчерашний прием настолько сильно отбил у меня желание доставать еще одно платье, что утром я вытащила из «Муи» брючный костюм.  С красивой вышивкой, из дорогой ткани, но… брючный.

Тогда подумалось, что это будет отличным способом указать графине Роунвесской, что я уже не та маленькая девочка, которой можно понукать. И, судя по бабушкиному взгляду, у меня получилось.

Так, Эрналия, вдох-выдо-о-ох. Хорошо. Очень даже хорошо. Видеть ее в таком состоянии  — бесценно.

Успокоившись, я опустилась на свое место, приняв помощь Ричарда. И только потом обвела всех собравшихся взглядом.

За столом находились по меньшей мере двадцать приближенных к королю. Почти всех я знала в лицо, но вот с именами вышла беда. Когда-то я точно могла с легкостью поприветствовать каждого поименно, теперь… Вышел бы казус.

Хотела было поздороваться лично с родителями Ричарда, проявить уважение к его матери и показать отцу, что у него не получилось запугать меня вчерашним представлением, но не успела. Распахнулись двери в столовую, а глашатай дурным голосом прокричал о приближении его величества.

Синхронно поднявшись на ноги вместе с остальными приглашенными, я столкнулась с одной весьма неожиданной проблемой. Присесть в реверансе без юбки оказалось несколько проблематично.

— Доброе утро, — послышался довольно бодрый и радостный голос его величества. — Рад встречать новый день в таком теплом, почти семейном кругу. Леди Уилкенс, вам очень к лицу эти серьги. Леди Рифтор, отличная шляпка. О, леди Браунс-Роунвесская, какой чудесный наряд.

Вот тут-то все и скрестили на меня взгляды. А я впервые задумалась о том, что поступила несколько опрометчиво. В глазах старшей родственницы прочиталась более грубая интерпретация моей мысли.

Но следующие слова его величества поразили не только меня.

— Я давно подумываю о том, что мода на женские наряды весьма консервативна. И даже успела устареть, — проговорил король, занимая свое место во главе стола. — Спасибо, что открыли мне на это глаза, леди Браунс-Роунвесская. Прошу вас, присаживайтесь.

Выдохнув, я пустилась на стул рядом с Ричардом, чувствуя, как руки дрожат от такого пристального внимания к моей персоне. И только потом я поймала взгляд Дарена, сидящего с другой стороны, чуть поодаль. Он сегодня оказался без своей вчерашней спутницы, что меня несказанно радовало. Но в остальном… его взгляд казался таким открытым. Даже откровенным! Он будто хотел мне что-то сказать, но по какой-то причине не мог.

— Ну что же вы, отведайте жемчужину сегодняшней трапезы, — задал темп разговору его величество. — Главный повар сегодня так старался над этим блюдом.

После этого беседа завязалась очень легко. И, несмотря на все мои опасения, оказалась весьма простой и дружелюбной. Бабушка больше не прожигала меня взглядом, как и Уилкенс-старший.

Лишь его высочество Карл не спешил вступать в дискуссию о том, каким в этом году вышло вино с виноградников семьи Амирт. Поговаривали, что оно даст фору лучшим фраксим сортам! Я украдкой бросала на принца взгляды на протяжении всей трапезы, пытаясь угадать причину его молчания. Но когда Карл поймал мой взгляд в ответ и хитро прищурился, любопытничать отпало всякое желание. И я переключила свое внимание на еду. По крайней мере, постаралась.

Правда, в какой-то момент, когда отвечала на простой и незначительный вопрос, все же заметила странный взгляд леди Уилкенс, который был направлен на его величество. Не знаю почему, но что-то меня в нем зацепило. В глубине души шевельнулись глупые подозрения. Одно хуже другого.

Пока мои мысли не завели в дебри, тряхнула головой и прислушалась к тому, что рассказывала одна из приглашенных дам в алом платье.

Не самый удачный цвет наряда для завтрака. Ну да не мне ее судить, в своем-то брючном костюме.

Несмотря на мои переживания, касающиеся этого мероприятия, все прошло довольно гладко. Никто не устраивал скандалов, не продолжал вчерашних допросов и не заикался о том, что ночь я провела в компании сразу двух мужчин.

Может, и это его величество пересмотреть решил? Ну, мало ли…

Ричард помог мне встать в ту самую минуту, как его величество отложил вилку и поднялся. Вслед за нами последовали другие приглашенные. В полном молчании проводили уходящего из столовой короля и сами медленно потянулись в сторону выхода, при этом продолжая вести незавершенные за столом беседы.

Я поймала еще один взгляд Даррена, замешкалась и чуть было не влетела носом в плечо принца.

— Ох, ваше высочество, прошу прощения! — выдохнула я, опасаясь поднимать на него глаза.

— Это вы меня простите, — медовой патокой разлился его ответ. А в ладонь неожиданно что-то ткнулось. Я инстинктивно сжала пальцы и спрятала в кулаке клочок бумаги.

Что бы это могло значить?

Дождавшись, пока Карл покинет столовую, я виновато улыбнулась Ричарду и направилась вслед за ним в коридор.

— Могу я украсть моего сына на несколько слов? — раздалось за спиной в ту самую секунду, как мы переступили порог.

Лорд Уилкенс-старший возвышался за нашими спинами хмурой скалой. Его вид не обещал ничего хорошего. Потому я кивнула и поспешно отступила, бросив друга чуть ли не на растерзание.

Стоило оказаться в одиночестве, я осторожно развернула переданную Карлом записку и нахмурилась.

На клочке бумаги тонким аккуратным почерком значилось всего две фразы. И их смысл мне совершенно не понравился.

«Теперь ты моя должница. До встречи после Первого дня».

 ***

— Как все прошло?

Стоило мне переступить порог нашей с Нирой комнаты, как подруга тут же накинулась с вопросами.

— Сколько было людей? Кто присутствовал? А-а-а-а, расскажи мне все!

Как только «Муи» влетел в комнату, развалившийся на моей постели Басик тут же подобрался. Вскочил и занял охотничью стойку, чемодан ответил резким взлетом и дразнящим трепетанием крыльев. Готова поспорить, и кот, и «Муи Крутон» успели соскучиться по этой игре.

— В целом, все нормально, — покривила я душой.

Те подозрения, что закрались в голову, не давали покоя. Я все больше убеждалась в том, что попала в полный… переплет. И чем активнее участвую в этих событиях, тем толще книга. Единственное, в чем я, наконец, уверилась — стоит поговорить с Дареном. Судя по всему, это единственный человек, которому мне стоит доверять. Впрочем, помимо доверия были еще причины, по которым мне стоило с ним поговорить.

— В трех словах и не расскажешь. — Я поморщилась. — Но все прошло лучше, чем  я ожидала.

На самом деле хуже… Сильно хуже. Но эту тайну я никогда в жизни не смогу рассказать Нире. Мне даже мысленно ее сложно оформить, не то что вслух произнести. Интересно, догадывался ли Морэн? Есть подозрение, что с ним мне тоже предстоит серьезная беседа.

— А ты слышала… — начала подруга, а затем вдруг как-то стушевалась и отвела взгляд. А вот это мне ну совсем не понравилось. — Впрочем, неважно. Это просто сплетни.

— Что случилось? — сухо поинтересовалась я, скидывая неудобную обувь.

—  Ну-у-у, в «Канторовском сплетнике» вышла довольно странная статья, — подруга говорила неуверенно и  явно не хотела смотреть мне в глаза. — Я не хочу лезть в чужую личную жизнь, но, наверное, будет лучше, если ты узнаешь об этом от меня.

Нира без лишних слов подошла к столу, извлекла из груды эскизов свежий номер газеты. Собрав все эмоции в кулак, я приступила к чтению.

«Утро добрым не бывает, но наша газета изо всех сил старается скрасить кружку крепкого кофия самыми свежими сплетнями.

Только учтите, все, написанное тут, является бо-о-о-ольшим секретом! Никому не говорите…»

Я временно отвлеклась от прочтения. Вспомнила, почему никогда не читала эту газету. Ни тон, ни манера донесения информации мне не импонировали. Уж не знаю, отчего «Канторовского сплетника» так любили в народе.

«...журналисту нашей редакции удалось пробраться на бал. И — вы не поверите! — остаться там до самого финала. Даже понаблюдать за допросом высших аристократов. Кто бы мог подумать, что среди них окажется дочь экономического преступника, который в данный момент выпущен под залог. Всю информацию по мистеру Браунсу дублируем на последней странице  нашего издания. Но это не самая горячая сплетня, которую нам удалось разнюхать…

Сидите? Если нет, обязательно присаживайтесь. Самый горячий холостяк нашего королевства… женится. Не поняли, о ком речь? Дарен Вестлей Неррс, ректор Высшей Канторовской академии, наследник огромного состояния и просто потрясающий мужчина появился на балу с Беатри Уитни! Ну, появился и появился, скажете вы, это еще ничего не значит!

Ан не-е-е-ет! Значит. Нашему журналисту удалось подслушать многозначительную беседу двух голубков, из которой смело можно сделать вывод, что Уитни выйдет замуж за Того Самого Неррса.

Если вдруг вы не слышали про то, кем является леди Уитни, вы точно не наш читатель! Но если вдруг запамятовали, прилагаем криминальные сводки на предпоследней странице издания».

— Что за бред?! — не удержалась я.

Верила ли я этой идиотской статье? Допускала вероятность. Куда больше меня удивлял тот факт, что из-за Уитни и Неррса раздули огромную статью, а вот про леди Вилонс промолчали. Это наталкивало на определенные подозрения. Либо этот загадочный журналист присутствовал на допросе у лорда Уилкенса и просто не смог обойти магический запрет. Либо… эта идиотская газетенка вполне поддавалась дрессуре, и некто мог фильтровать темы для статей.

— Мне тоже показалось, что бред. Я вообще не читаю эту газету, просто мне нужно было для новой картины бумага… — Нира попыталась оправдаться, но я махнула рукой.

— Забей.

Сказала и в тот же момент поняла, что внутри засел маленький недовольный червяк сомнений. А что, если… Р-р-р-р.

— Я… пойду схожу к… — продолжить не смогла, но подруга поняла меня без лишний слов.

— Да-да, конечно. (3303c)

Уже подойдя к двери, я обернулась и улыбнулась. Как бы то ни было, есть кое-что действительно важное.

— Нира, мы сможем на будущей неделе наведаться в гости к твоему отцу?

Соседка по комнате, если и удивилась, показывать этого не стала. Просто согласно кивнула.