ГЛАВА 16. Химия

Под утро все же удалось увидеть хоть что-то продуктивное. Оделамора явилась – не запылилась. Еще и спросила ехидно так:– Ну, догадалась, как мою волю выполнить, Посланница?– Хоть ты бы не подкалывала, – укоризненно попросила я, – знаешь же, что не посылала меня никуда.– Вот ничего себе! – Оделамора присела на край моей кровати. В этот раз она решила не заморачиваться а приснилась мне прямо в интерьере комнаты.– Так ты и правда думаешь, что случайно сюда попала, Ларисоль?Я хихикнула:– Для богов и богинь просто Лариса.– А мне твое здешнее имя больше нравится, – заупрямилась Оделамора, – конечно, это я тебя послала сюда. Как бы ты попала в наш магический мир из своей скукотищи? А твои способности грешно прятать. Они нам тут пригодиться могут.– Да какие у меня способности? – удивилась я.– Какие надо, – улыбнулась богиня Луны, – ты в курсе, что твое гадание на Таро сбывается? Только я пока сама не поняла, ты все так верно считываешь, или реальность меняешь? Особенно с Омерфором смешно вышло.– С ним у меня смешно через шесть дней выйдет, когда выйдет отведенное герцогом время, – вздохнула я.– Ты справишься, – уверенно сказала Оделамора, – всего-то тебе надо внести гармонии в Рианурт. Раскрыть глаза и уши, да дышать полной грудью.– Да уж, плевое дело, – я села в кровати, – знаешь, ты мне сейчас не помогаешь!– Мне бы самой кто помог, – богиня выглядела огорченной, когда это говорила, – я даже свою форму потеряла, являюсь человечеству в таком виде, что самой временами стыдно. Ладно, подсказку я тебе дала, действуй!И она просто исчезла. А я проснулась сразу, сидя в кровати. И поняла, что новый день уже наступил. Был ли сон, что называется, в руку? Если да, то я и правда – Посланница. Но от этого что-то не легче никак.Что там она советовала – уши и глаза раскрыть? Можно подумать, я до сих пор слишком зашоренная была. Вон какая открытая к новому.Но мне просто необходимо дальше продожать изучение старинных книг. Вдруг да озарит. И еще тот нелепый текст, что меня заставили читать, пока замуровывали…свиток, точно. Куда я его потом дела, после спасения? Вышла из своего обморока, увидела жреца, удивилась и обрадовалась. И забыла за рулончиком-то присмотреть. А между тем этот напыщенный спич можно положить в основу ритуала. Да, в умной книге написано, что мол ритуалы не сработает, забудь, посланница уважаемая про волшебные заклинания… ну, то есть не прямо так конечно. Но смысл тот.После завтрака, состоявшего из пары вареных яиц и местного типа вроде как йогурта, я велела Барселле оставаться за старшую, нацепила шляпу, подхватила метелку, чтобы опять ее не умыкнули, и отправилась к новым приключениям. А точнее, в свою новую избу-читальню. Там еще оставалось много полезной литературы. До “Идите к Лешему!” добиралась пешком. И приятно удивило, что кажется, горожане ко мне наконец-то начали привыкать и меньше пугаться. Возможно, моя суперспособность гадать на Таро свое сыграла. Смешно, конечно, но после слов скорее всего воображаемой богини я даже перестала чувствовать вину перед приятными людьми, которые жадно внимали моим “пророчествам”. Раз Оделамора сказала, что гадание настоящее, так оно и есть. Пусть даже сама она всего лишь мне снится.В лавке все было на своих местах. Я сильно побаивалась, что жрецы решат разорить это благословенное место, поскольку им владела особа, которую они принимают за ведьму. А ведь еще вопрос, можно ли Меленхен так назвать. На метле она не летала, зельями меня не потчевала и заклинаний колдовских не читала. Ох, и как ей там приходится, в склепе этом? Вот теперь стыдно стало. Я тут прохлаждаюсь а она третий день с мышами летучими. Жива ли вообще? А может умом тронулась.И я с тройным усердием принялась изучать историю Рианурта. Как оказалось, этот город часть королевства Ратенари, а мир, в котором все это находится, носит имя Акфелис. Лишний раз восхитившись прекрасными местными топонимами, я продолжила знакомство с новой для меня вселенной. Особенно порадовало, что отношение к мироустройству в разных королевствах тоже различалось. Например в Акферансе признавали науку и магию. Вот почему я туда не попала? Там бы меня в такой ситуации как наша, скорее попросили бы помочь в научных разработках. Я с сожалением смотрела на журнал “Вестник научной магии”, неведомо как попавший в эзотерическую лавку. Если я правильно понимаю календарь Акфелиса, номер был датирован прошлым годом. На обложке была целая толпа народа со счастливыми лицами, причем на первом плане – жених с невестой. Но заголовок рассказывал не о свадьбе, а об изобретении телепорта группой гениальных ученых. Особенно гениально выглядела дамочка с фиолетовыми волосами. Почувствовав что-то вроде зависти к цивилизованному государству, в котором не было дремучих жрецов-фанатиков и не проводили странных религиозных обрядов, я кинула с досадой журнальчик через плечо. И поняла, что попала куда-то. Точнее, в кого-то.– Вот это навыки ведения боя, – сказал этот кто-то голосом дремучего жреца-фанатика, – ты еще и спиной чувствуешь?– Конечно, нас этому сызмальства учат, – постаралась я не растеряться и обернулась к Омерфору, – ничего тебе не повредила?– Кроме самолюбия – ничего. Но я привык.Он смотрел на меня вполне дружелюбно, будто даже прибить не хотел. Тоже, наверное, привыкает уже.– Странно видеть тебя с научной литературой, – сказал Омерфор, скосив взгляд на лежащий у него под ногами “Вестник”.– А с чем не странно?– С какой-нибудь книгой колдовства. Наводящей чары на окружающих.– Какие-такие чары? – насторожилась я, вставая со старинного низенького пуфика, чтобы поясницу размять после долго изучения всякого полезного.– Любовные, к примеру.Я хотела взоржать, но невольно обратила внимание на выражение глаз Омерфора. Они вроде как потемнели и кажется меня гипнотизировали слегка. Или не слегка.– И кому я любовных чар накладываю, по-моему? Тарелочку с горочкой!Под его взглядом мне стало странно и неловко. Но не сказать, чтобы неуютно. А ответа и не потребовалось. Вероятно, бравый жрец решил, что я его привораживаю…но…это значит, что он что-то ко мне чувствует? Необычное и личное. Я почувствовала, что к щекам приливает кровь, а сердце начинает биться в ускоренном темпе. Только бы себя не выдать сейчас. Или уж выдать? От этой мысли стало совсем уж горячо.16.1Мы стояли и смотрели на друга, как два не очень умных человека. Румянец на моем лице разгорался все ярче, вот-вот и без инквизиторского костра можно будет обойтись.– Э-э-э… и вот еще о том, что можно почитать, – выдохнула я, и Омерфор, кажется, был мне благодарен, что я разорвала это молчание. Или разочарован?– Помнишь тот свиток, который мне Дагаюловы мальчики дали?Омерфор поморщился, но кивнул.– Там интересно так все написано было… А потом от делся куда-то. Хотелось бы его вновь увидеть, изучить. Мы можем туда вернуться?Омерфор поскреб подбородок. Этот жест был таким… человеческим, что ли. Я умилилась даже чуточку. Я подумала, что ведь наверняка парнишки, владеющие строительным инструментом, уже обратно вернулись. И поспешила перед Омерфором извиниться:– Прошу прощения, не хотелось в ваши культурные и религиозные разногласия влезать. Наверное очень неудобно будет вернуться за бумажкой. Конфликт обострять.Мои слова возымели совершенно обратное действие. Честно, я его на “слабо” брать не собиралась, оно само!– Как это мне, верховному жрецу может быть неудобно? – вспылил Омерфор. – Собирайся! Экипаж ждет!На улице меня ждал сюрприз – экипаж был без возницы и жрец ловко запрыгнул на козлы. А потом приглашающим жестом похлопал рядышком.– А я влезу? – места мне показалось совсем мало.– Хочешь внутрь? Или на метле своей, может? Сюда-то наверняка на ней летела.Ой, и правда, так же можно было! Чтоб пешком не идти. Никак не привыкну, что я – ведьма. Да еще, возможно, настоящая.– Решила не привлекать к себе излишнего внимания, – ответила, тем не менее, благочинно поджав губы.– Это хорошо, а то я уж подумал, что ты теперь другого транспорта не признаешь. И мне придется с тобой на этой палке моститься, – засмеялся Омерфор.Ух, какой он веселый становится. Не к добру. Наверное, лучшее место у костра себе уже присмотрел и радуется.– Не поместимся мы на метле вдвоем, – сурово сказала я, – подвиньтесь, ваше преосвященство… Или как тебя правильно величать?Омерфор чопорно сказал, что валл Верховный Жрец – вполне достаточное для удовлетворения его амбиций звание. И мы тронулись. Я так и не поняла, почему он посадил меня рядом с собой, а не поместил внутрь экипажа. Скорее всего, причина была совсем банальная и ни разу ни романтичная. Так за мной было удобнее приглядывать. Но сердечко все равно трепыхалось, как я ни пыталась переключиться на мрачные мысли о грядущей расправе. Когда мы добрались до унылых берегов Рианури, я поспешно спрыгнула на землю. Хорошо что приехали и можно не выбирать уже, что делать: прижиматься к Омерфору или свалиться вниз под колеса. Но обрадовалась я рано. Жрец решил подняться в убежище “темных жрецов” тем путем, каким мы из него выбрались. Вверх по скалам, используя ступеньки, которые уже не казались мне устойчивыми и широкими, как до этого. И Омерфор любезно придерживал меня за талию, помогая забраться наверх.Если бы мы не были с ним фактически врагами, я бы опять подумала, что он за мной собирается приударить… (Главное, чтобы не меня приударил, а то я свалюсь). Но нет, если разобраться, мы не могли проникнуть в тайное логово моей дорожкой. То есть – свалиться в обрыв, по пути затормозить кошкой, проломить дыру в стене и упасть в тоннель. Вариант жреца более цивилизованный. Хотя по какой-то причине волнительный. Нет, я вовсе не влюбчивая девица, и последний роман у меня с треском закончился год назад. Я долго переживала, даже в новые отношения вляпаться не успела. Так что вот так тянуться к первому попавшемуся привлекательному мужчине – не в моем характере. Да пусть и ко второму. Не в моем! Это кто еще о привороте мог бы задуматься.– Не могла бы ты карабкаться чуть быстрее, валимея Посланница? – послышался позади меня голос жреца, – я уж притомился на солнышке, хочется в тенек.Я сердито подобрала юбки затопала чуть энергичнее, заодно стараясь, чтобы моя талия оказалась подальше от его рук. Нет, он меня не лапал, временами касался, очень предупредительно, чувствовалось, что исключительно с заботой. Это и злило!– Да не так резво, свалишься, – не оценил Омерфор моего усердия.– Тебе не угодишь! – я постаралась одолеть следующую пару ступенек изящным прыжком, чувствуя себя горной козочкой, изящной ланью, чувствуя… что я падаю, ёлки-палки!Жрец охнул, когда я попыталась пролететь мимо него. Даже не хваталась за его строгую черную рубашку свободного покроя, перехваченную широким атласным поясом. И не жарко ему в таком виде при ясном небе без признаков тучек? Хотя сейчас это не главное.Он подхватил меня, крепко прижав к себе. Тогда уж и я изо всех сил вцепилась в его фактурный торс, ощущая литые мышцы. Омерфор явно напрягся от такого внезапного перехода к интимности. Исходивший от него аромат каких-то трав или аромамасел кружил мне голову… а возможно, и не только мне. Жрец наклонился ко мне и я почувстовала его губы на своих. И это было настолько неуместно, что я ответила на его поцелуй, даже не думая. Да и кто бы на моем месте быстро успел задуматься?Я слышала его прерывающееся дыхание, видела сквозь полуприкрытые веки, что он явно получает от процесса удовольствие. А губы его были такими приятными. Мягкими, словно это не суровый жрец, живущий в сложных климатических условиях, а прекрасный, ухоженный молодой человек. Которым он, в сущности, и является. И целуется просто отлично. Так, словно официальных служителей Оделаморы где-то такому учат.Куда мы там шли? Я уже и не помнила.