ГЛАВА 18. Шаман со своею шаманкой

Мы стояли на рыночной площади, и я глазела по сторонам. Это был праздник жизни и беззаботности. Вот все же без воды ни туды и ни сюды! Лица были другими. Люди были другими. Более радостными, приветливыми, не было в них той повышенной тревожности, которая искрила в Рианурте.Ряды оказались стандартными, как на наших ярмарках, по три торговых места под одной крышей. Приветливые продавцы не норовили вывалиться за возможным м клиентом через прилавок, а старались привлечь внимание другим способом.Под ближайшей к нам с Омерфором крышей вся троица торговцев отличалась креативностью. Один жонглировал мелкими предметами. Приглядевшись, я опознала бижутерию. Колечки, сережки, кулончики – все это летало в ловких руках коренастого лысоватого мужчины в белой рубашке навыпуск. Я невольно позавидовала, что им тут можно в белом ходить и хоть три раза в день одежду менять.Коллега этого виртуоза поражал всех художественным свистом. И что странно, звуки эти были совершенно не раздражающими. Хотя Омерфор и снова скуксился. Его, кажется веселость жителей Иолуши выводила из равновесия.Свистун не просто так ветер гонял, а вафли готовил. Или блинчики. Ну то есть что-то блиновафлеподобное, потому что все это происходило не в привычном мне мире и блюда несколько с нашими различались. Третий же молодец соображал напитки, вроде молочных коктейлей.Все это выглядело как детская игра в “найди лишний предмет”, поскольку продавец украшений сюда никак не вязался. Но при этом вся троица смотрелась замечательно.– Вот бездельники, – пробормотал властный пластилин, – если ты не желаешь попить, перекусить или приукраситься, хватит на них глазеть!– Не одобряешь? – я с интересом рассматривала этого буку. Надо же быть таким несгибаемым. Хотя, с утра он слегка погнулся, чего уж там. Я все же его ниже значительно, а он наклонялся ко мне, когда… ну, неважно.– Тебе может быть интереснее вон там, – жрец показал пальцем влево. И этот непосредственный жест меня позабавил.“Вон там” напоминало антикварную лавку. Наверное, это после магазинчика Меленхен у Омерфора обо мне сложилось мнение как о любительнице старины. Но и правда, стало любопытно и я с крейсерской скоростью добралась до места стоянки двух продавцов под одной крышей. И товар у них был на этот раз сходный. У одного – древние по виду лампы, кувшины и прочие археологические ценности. У второго – опять же, украшения, но не какие-то там легкомысленные цепочки и колечки, а благородно мерцавшие стариной широкие браслеты, длинные серьги и кажется, даже четки. О, да, это именно что четки! И в этом мире такое есть. А еще кучковались отдельными группками изящные фигурки, из камня, металлов и дерева. И это однозначно были боги, потому что я в одной я узнала Оделамору. Странно, Дариз говорила, что ту изображают непохожей на портрет, что у меня был. А эта статуэтка точно она и есть.– Дорогой, – услышала я слева от себя, – посмотри, какое чудо! Мы можем собрать целую композицию для своей божнички.Оглянувшись, увидела странную парочку. Женщина средних лет и мужчина гораздо ее моложе. И одеты чудно, хоть я и не местная и сама хожу в ведьминской шляпе с сарафаном, и то оценила.На парне был длинный серый балахон, словно в мешке сделали дыры для рук и головы, пришили бахрому вместо рукавов и натянули на него. А поверх мешка развешаны разные бирюльки на кожаных шнурках. Талисманчики, наверное. Дама выше своего спутника на полголовы, стройная, очень симпатичная с лицом, на котором словно крупными буквами был прописан позитив. Одета она была более элегантно, тоже в мешок, но зеленый, с вышивкой и приталенный.– О, а я вас знаю! – обрадовалась женщина. – Вы же валимея Ларисоль!Я заметила, что мужчина дергает ее за бахрому, призывая к осторожности. Но эта восторженная дама не унималась.– Я вас видела в “Мешке”!Сначала я подумала, что она о своем гардеробе так. Мол, видела меня в таком же платье как у нее.– Мы на втором этаже живем, я тоже к вам погадать хотела, но Ладик отвлек, – и она натянуто захихикала. Для такой открытой особы подобное напряжение выглядело странно.– Так вы соседи мои? – ахнула я. – Кажется, валл и валимея Битики? Шаман и его супруга?Ладик вздрогнул, наверное, поражаясь моей прекрасной памяти.– Мы самые, – кивнула дама и представилась, – Алисад Битик.Так вот они, молодожены! Какая неожиданная пара! И выглядели они как шпионы в кино, которые изображают супругов. Держались почти на социальной дистанции друг от друга, а вовсе не за ручку.– Вы уже решили покинуть Рианурт? – заинтересовалась я.– Нет, – Ладик подскочил на месте, – выбрались в Иолуши, чтобы посетить как раз эту лавку древностей.– И ванну принять, – подсказала Алисад, – а вас тут что-то заинтересовало, валимея Ларисоль? Вы очень внимательно на прилавок смотрели, будто вот-вот что-то стащите.И супруга шамана захихикала. Нервничает она, точно!– Да, тут много всего, – кивнула я, – особенно вот эта статуэтка понравилась.Я показала пальцем на маленькую Оделамору.– Я слышала, что ее тут иначе рисуют. А она прямо как в жизни!Алисад пригляделась к моей знакомой, воплощенной в белом камне.– Да вроде бы нет, – сказала она, – вполне типичная Иналуру. Очень похожа на посвященные ей восхваляющие изображения.Я ушам своим не поверила. Как так? Ведь я в книжке ее видела… Впрочем, я тогда просто решила что это Оделамора, подписи-то не было. Значит, грош цена моим снам. Вообразила себе ожившую картинку и что нужно мне дофантазировала. А может, они сестры-близнецы? Я чуть было не спросила, но вовремя остановилась. Тогда уж Омерфор, который сейчас задумчиво перебирает фигурки богов, будто в солдатики играет, точно не поверит, что я посланница, раз уж не помню, как выглядит моя начальница.Битики увлеченно закопались в эзотерические погремушки, а я смотрела на статуэтку Иналуру, как на предательницу. И чувствовала, как вера в ее, да и в себя катится с горы колбаской.18.1Не очень помню, как мы приняли решение пойти обратно к экипажу. Кажется, Омерфор не увидел моей дальнешей заинтересованности в покорении рынка и спросил, успела ли я сделать выводы. Потом он сказал, что нам надо успеть вернуться в Рианурт до темноты, потому что сегодня светоч Оделаморы, как они называют, Луну, идет на убыль и в связи с этим у него много дел.Я погрузилась в свои невеселые мысли о том, насколько теперь можно доверять моим снам и ориентироваться на них в процессе поиска решения своей проблемы. Горящей такой проблемы. И пришла в себя, уже когда Омерфор расколдовал нашу карету с лошадью. В моей правой руке до сих пор была фигурка Иналуру. Вот конфуз!– Омерфор, – я смущенно разжала ладонь, показывая сувенир, – я кажется товар из лавки стибрила.– Ну, ты даешь? – жрец посмотрел на меня с удивлением, неужто мои криминальные таланты для него такой сюрприз! Он же ничего хорошего не ждет. – Я тебе ее купил, ты не помнишь? Выпускать не хотела ни в какую, я и решил, что проще заплатить пару корисов.Я и правда не могла отрыть такого воспоминания в своей голове. Здорово меня открытие Алисад подкосило. Кстати, о ней и о ее муже стоит подумать отдельно.– Так о чем ты настолько сильно задумалась? – спросил меня Омерфор, когда мы тронулись.– Об этой шаманской парочке, – выдала я заготовленный ответ, – моих соседях по “Мешку”. Тебе они не показались подозрительными? Они на молодоженов совсем не похожи. И вообще, зачем им останавливаться в Рианурте и ездить в Иолуши?– Да, странная парочка, – кивнул Омерфор, – надо бы к ним присмотреться.– Только сразу в склеп их не засовывай! – попросила я, с сожалением глядя, что мы вновь едем по местам повышенной засушливости.– За кого ты меня принимаешь? – возмутился жрец.– За достойного потомка инквизиции, конечно же, – сказала я примирительно. Его содействия мне лишаться не хотелось. Полезный мужчина оказался, в экипаже покатал, экскурсию в другой город устроил. Мало ли, на что еще сгодится. И тут меня осенило.– Валл жрец, – начала я скромно, – кстати, о склепах… Я бы очень хотела навестить Меленхен, распросить ее о некоторых вещах, прочитанных в книгах. Если она еще не успела умом тронуться от тамошней жуткой обстановки, то здоровь могла бы нам помочь.– Я попробую это устроить, – нехотя пообещал Омерфор, – но тебе пора бы уже наметить хоть какой-то план. Иначе, сама понимаешь.Вот, пугать меня снова начал! А так хорошо разговаривали ведь. Остаток пути мы обсуждали архитектурные особенности Иолуши и различия двух городов. У соседа было два главных храма, один посвящен Иналуру, второй – брату ее Горину. Оделамора, любимая нашими жрецами, присутствовала в этих культовых строениях в качестве иллюстрации. На витражах и фресках.– А почему я в Рианурте не видела изображений Оделаморы?– Потому что мы такие вещи напоказ не вывешиваем, – оскорбился жрец, – это ж тебе не афиша о цирковых выступлениях. У нас храм конечно же тоже есть. Недалеко от Академии. Точнее, наоборот, учебное заведение рядом с ним специально построили, чтобы будущим жрецам на практику ходить было удобнее.– А можно мне и в храме тоже побывать? – попросилась я. – Поддержки богини попросить в ее доме, так сказать.– Вполне, – согласился жрец, – удивлен, почему ты только сейчас такое естественное желание изъявила. Значит, завтра в храм. Ну и к ведьме твоей сходишь, как я договорюсь.– С кем? – удивилась я. – Ты же верховный у нас тут!– С Герцогом, естественно, – пояснил Омерфор, – ладно, мы приехали уже, иди отдыхай. Насыщенный день был. Метелку не забудь.Я увидела, что экипаж действительно затормозил у гостиницы. Подхватила свой ценный инструмент, помахала Омерфору шляпой и побежала к себе, по пути думая, будут ли возвращаться сегодня в номера супруги Битики, и как они доберутся. Вряд ли тут трамвай ходит. Даже на конной тяге.Дариз мне обрадовалась, но при этом была какая-то нервная. Воду принесла уже не в кувшине, а в тазике, чтобы не мелочиться. Посудина была интересная, с четырьмя ручками. Если подумать, так действительно хвататься удобнее. С любой стороны взяла и понесла.Барселла исполнила в честь моего прибытия восторженный и в то же время обиженный танец, который вполне можно было назвать: “Встреча вероломной хозяйки”. Хотя, какая я ей хозяйка? Так, случайные соседки по комнате.Я попросила гоничную задержаться в номере, пока мы с кошкой ужинаем. Хотелось узнать последние новости. Да и о своих рассказать.– А вы что, с верховным жрецом в Иолуши взяли и поехали? – не поверила ушам девушка.– Да, валл Омерфор очень заинтересован в результате и содействие мне оказывает. Ну и следит за мной. Пристально очень даже.Тут я, кажется, покраснела слегка. И вспомнила еще кое о чем:– Скажи, Дариз, когда я тебе показала ту картинку и спросила, знаешь ли, кто это, почему ты не признала Иналуру?– А что, это она? – испугалась горничная. – Да нас, простых девушек, в храм не допускают. Откуда мне знать всех богинь в лицо. Кроме разве что Оделаморы, иногда на праздниках ее на площади жрецы чествуют и рисунки красивые показывают.Ясно с ней все. Совсем другой подход в Рианурте к почитанию божеств, я поняла. Кажется, я и на рынке ни статуэток ни других культовых изображений не видела. Интересно, имеет ли это какое-то значение?– Валимея Ларисоль, – робко сказала Дариз, – если вы все уже, то я пойду? Мне надо…И тут уж она пунцовым цветом по самую шею залилась.– На свидание торопишься? – подбодрила я ее.– Да. И надо до службы ночной успеть… ой!Она явно выдала мне лишнюю информацию.– До какой службы? – принялась невежливо допытываться я.– Чествование Оделаморы, – неохотно призналась Дариз, – сегодня ночное светило начинает уменьшаться, и положено в такое время напоминать богине, что все тут ждут ее возвращения, чтобы она не задерживалась.– А какое отношение к тебе имеет эта служба? – удивилась я, – девушек же даже в храм не допускают.– Ко мне – не имеет, – у Дариз, кажется и ресницы вот-вот запылают. Она извинилась, собрала в тележку пустые тарелки и спешно убежала.А я застыла второй раз на дню от удивительного открытия. Дариз, моя скромная горничная, встречается со жрецом! Вспомнились слова Омерфора о том, как много у него дел в связи с убывающей Луной. И как он на карту “Влюбленных” отреагировал. И Дариз, когда я ей жреца нагадала… Ничего себе, новости!Думать о том, что у горничной сейчас может быть свидание с Омерфором, отчего-то было очень неприятно. Я собралась было лечь спать, чтобы не расстраиваться. Но вспомнила, что мне и во сне теперь видеться не с кем. Тогда я просто рухнула на кровать, закрыла глаза и решила смотреть уж что покажут. И показали мне Омерфора, который держал за руку Дариз и ласково ей улыбался.