Глава 28

Лев стоял около окна, а рядом с ним валялись галстук и помятый пиджак. В воздухе чувствовалось напряжение — казалось, вся горечь и страдания мира, сконцентрировались на двадцати метрах кабинета.

Наверное, стоило сразу начать с извинений и оправданий — я была уверена, что Вика не смогла умолчать о нашей с ней давней вражде. Но я не решилась сказать даже и слова, боясь, что сейчас Лев просто может отвергнуть меня.

— Моя жена мне изменяет, — хрипло произнёс Малиновский, когда я тихо закрыла дверь. — Не знаю, когда первый раз примерил рога, но хожу уже с ними больше пяти лет.

— С чего ты взял? — удивлённо спросила, пытаясь делать вид, что не понимаю, о чём он говорит.

— Тогда в торговом центре мы слышали разговор двух женщин, — Лев продолжал стоять спиной ко мне. — Одна из них была моей женой. Но я думаю, ты прекрасно об этом знала, — моё сердце замерло в ожидании следующих слов. — Моё имя довольно редкое — глупо было не догадаться. Но я до сих пор не могу понять, почему ничего не сказала?

От осознания того, что Вика не открыла мужу мою тайну, стало легче дышать.

— Я понимала, что ты всё слышал, — медленно подошла ко Льву, положив ладонь на его плечо, — поэтому не хотела лишний раз ранить твои чувства.

Сейчас я могла видеть мужское лицо, которое исказилось от боли. Задумчиво смотря вдаль, Лев практически не моргал, да и дышал, кажется, через раз.

Это был прекрасный момент, чтобы признаться. Рассказать всю правду и с чистой совестью начать новую жизнь. Но я оказалась слишком трусливой. Беспокоясь, что моё раскаяние может принести большую боль, я боялась не только за него, но и за себя. Мысль о том, что наши отношения могут на этом закончиться, сводила с ума.

Но разве это было справедливо по отношению к нему? Как я могла так с ним поступать…

Сейчас во мне словно уживались две личности: одна хотела полной расправы за покалеченную жизнь, а вторая просто желала любить и быть любимой. Разрываясь между ними, я постепенно теряла себя.

— Я хочу, чтобы Нина жила со мной, — Лев с такой силой упёрся сжатыми в кулак ладонями в подоконник так, что костяшки побелели. — Но разве это возможно, если она не моя? Что, если Вика захочет сделать тест на отцовство или этот… урод решит признать её, как дочь?

— Не думаю, что она пойдёт на это, — тяжело вздохнула. — Признаться всем, что долгое время обманывала мужа, непросто. Правда, на то, что суд оставит Нину с тобой, я бы не рассчитывала. Вика имеет доход, своё жильё — она может обеспечить Нину всем необходимым и без твоего участия. Поэтому просто попытайся договориться о днях, когда сможешь забирать дочку к себе.

— Но я не хочу этого! — прокричал Лев, повернувшись ко мне. — Зачем ей дочь, если она ей практически не занимается? За пять лет мы сменили три няни, и все они жили в нашем доме шесть дней в неделю, потому что моя дорогая жена не справлялась с воспитанием ребёнка!

— А почему ты закрывал на это глаза? Почему сразу же не поставил её на место? Зачем было жить с женщиной, которая не выполняет роль «жены», только угождая собственным прихотям?

Малиновский нахмурился, опустив взгляд. Казалось, его смутил мой вопрос, но я действительно не понимала, как можно позволять своей жене всё и даже больше, если ты так беспокоишься о драгоценном ребёнке.

— Я любил её, — тихо ответил Лев, сжав губы. — Просто любил. Разве это преступление?

— А за что ты её любил? — мне неожиданно стало интересно узнать, чем Вика могла так подчинить себе Льва. — Что в ней было такого особенного, что у тебя крышу снесло, как у мальчишки? По-другому извини, но назвать я это не могу.

— Не знаю, — он пожал плечами, тяжело вздохнув. — Она была яркой, весёлой, запоминающейся. Мы всегда находили о чём поговорить, проводили много времени с друг другом, даже разделяли общие увлечения. Но после рождения Нины всё изменилось…

Сейчас я совсем не понимала Малиновского. Неужели он был настолько глуп, чтобы сходить с ума от внешности Вики. Как за такой длительный срок он не смог понять, какой она человек?

Это раздражало.

— Прости, что я сейчас это скажу, но ты идиот, Малиновский, — повернулась к окну. — Пригреть на груди змею, а потом удивляться, что она тебя укусила.

— Ты так говоришь, словно лично с ней знакома, — Лев подошёл со спины, ласково обняв меня за плечи. — Но, к сожалению, ничего не вернуть… На то мы и люди, чтобы совершать ошибки.

Несмотря на то, каким бы ни был Лев, я всё равно хотела оставаться рядом с ним. От тёплых объятий вся злость медленно сходила на нет, поэтому я решилась спросить:

— Прости за такой вопрос… Но ты не хочешь узнать, кто тот мужчина, что позволил себе связь с замужней женщиной?

Уверенность в том, что это мог быть Руслан, уже не была такой абсолютной. Увидев Даричева с другой стороны, я поняла, что могла ошибаться насчёт его связи со Скворцовой.

— Хочу, — вздохнул Лев. — И обязательно узнаю, как только разберусь с делами компании. Не думаю, что так просто смогу отпустить эту ситуацию. По крайней мере, точно разобью ему морду.

Казалось, Малиновский до сих пор ревнует жену. От этого в груди неприятно заныло, но я не позволила эмоциям взять верх и постаралась просто насладиться временем наедине с ним.

— Может, сбежим куда-нибудь на несколько часов? — неожиданно предложил Лев, поцеловав в макушку. — У меня вечером важный разговор с отцом — хочу перед ним зарядиться эндорфинами. А то после встречи с бывшей женой чувствую невыносимое опустошение.

— Бывшей? — удивилась я.

— Да, — я чувствовала, как он облегчённо улыбается. — Сегодня я подал заявление на развод. Конечно, скорее всего, этот процесс затянется, но, думаю, летом я уже буду абсолютно свободным мужчиной в самом расцвете сил.

Наверное, в этот момент я должна была чувствовать удовольствие или хотя бы лёгкое успокоение — семейная жизнь Скворцовой висела на волоске от падения в пропасть. Первый и самый большой кирпичик её счастья был успешно вытащен. Но почему в груди тягучим туманом расползалась тревога?

— Почему молчишь? — спросил Лев, повернув меня к себе. — Я думал, ты будешь рада.

— Я рада, — постаралась отогнать плохие мысли. — Очень рада.

— Тогда собирайся и поехали, — он нехотя отпустил меня, перед этим поцеловав в лоб. — Я хочу показать тебе свою "маленькую вселенную".

— Что ты хочешь мне показать?

Оказалось, «маленькой вселенной» Лев называл свою небольшую квартиру в центре города. Она, так же как и моя, располагалась на последнем этаже элитного жилого комплекса. Даже попасть на территорию можно было только при наличии электронного пропуска.

— Я жил здесь до нашей встречи с Викой, — сказал Лев, когда мы вышли из машины. — Но после свадьбы мы решили, что студия маловата для большой семьи, поэтому мы сначала снимали дом, а потом построили свой. Представляешь, я хотел троих детей.

— Не представляю, — усмехнулась, смотря на огромный дом. — Я никогда не хотела ребёнка.

— Почему? Разве дети не цветы жизни?

— Разве что на могилах их родителей, — пожала плечами. — Конечно, проще свалить на детскую травму: сложные отношения с матерью, проблемы в школе. Но, кажется, я просто не готова кого-то воспитывать. Давать ему любовь, ласку, постоянно заботиться — это утомительно. Я всегда жаждала лёгкости, которую не могла позволить, лелея обиду на одноклассников.

— Я не разделяю твои взгляды, — Лев улыбнулся, взяв меня за руку. — Но также не хочу настаивать на своих. Возможно, с возрастом ты поймёшь, что хочешь ребёнка, а, возможно, решишь жить для себя. Давай не будем загадывать и просто насладимся моментом. Сейчас мне просто хорошо рядом с тобой.

Несмотря на эйфорию от его нежных прикосновений, меня съедала совесть. Лев искренне относился ко мне, постепенно раскрывая самые тайные уголки своей души. А я… Я продолжала обманывать его, глупо надеясь, что Вика не решится рассказать мою тайну. Хотя бы до тех пор, пока я сама бы не решилась на это.

Когда мы поднялись в квартиру, я была поражена, насколько уютной она оказалась. Светлые тона обоев контрастировали с ярко-синим цветом мягкой мебели, а в больших горшках на полу стояли живые цветы. Мягкие лучи неожиданно вышедшего солнца освещали небольшую студию, превращая её в поистине волшебный мир.

— Ожидала здесь увидеть разбросанные вещи, вековые слои пыли и грязную посуду? — усмехнулся Лев, заметив моё удивление. — Пусть я здесь не жил, но платил соседке за уборку и поливку цветов. К счастью, она оказалась добросовестной женщиной…

— Здесь очень красиво, — заворожённо произнесла я.

— Я рад, что тебе здесь нравится, — обняв меня сзади, Лев положил подбородок на плечо. — Это моя маленькая вселенная, в которой я снова могу почувствовать себя молодым и беззаботным. Наверное, поэтому в последние месяцы я часто приезжал сюда, пытаясь хотя бы ненадолго скрыться от проблем.

— А как же ваш огромный дом? — усмехнулась, прислонившись к его щеке. — Мне всегда казалось, что мужчина должен прятаться дома под боком у любимой жены.

— Раньше именно так и было, — он тяжело вздохнул. — Но со временем всё изменилось… Или поменялся я? Не знаю. Главное, что я не пошёл на уговоры Вики и не продал квартиру. Иначе сейчас бы пришлось идти на поклон к родителям, прося выделить мне несколько квадратных метров.

— Странно слышать это от человека, управляющим огромным предприятием. Когда я заприметила тебя, думала, что буду купаться в роскоши, — конечно же, я шутила, но старательно пыталась изобразить серьёзный тон. — А, видимо, придётся делить одну лапшу быстрого приготовления на двоих, ведь скоро нам не на что будет жить?

— Так, ты меркантильная, — произнёс на выдохе Лев, сжав пальцы на моём животе. — Решила, что поймала Золотую Рыбку, но разочаровалась, узнав, что она обычный пресноводный карась?

— Да, — тяжело вздохнула. — Сейчас ещё недолго попользуюсь тобой, а потом снова пойду на рыбалку.

— Что ты говоришь?!

Спустя секунду тишины, Лев поднял меня на руки и стал щекотать. Это было настолько неожиданно, что я громко засмеялась, прокричав:

— Сейчас же отпусти меня! Если я упаду, тебе не поздоровиться!

— На какую там рыбалку ты собралась? — не прерывая пытки, довольно спросил Лев. — Сейчас же забери свои слова обратно!

— Всё, всё, всё! — было уже даже больно смеяться. — Я была не права! Никуда не пойду! Сяду на твою шею и сам это расхлёбывай! Понял?

Мы дурачились словно маленькие дети ровно до того момента, как моя спина не коснулась дивана. Лев навис надо мной, словно хищник над добычей, задержав пристальный взгляд на губах.

Он не прикасался ко мне, но моё глупое сердце билось так сильно, что, казалось, сейчас может сломать рёбра. Я сгорала от желания почувствовать его оголённое тело, ощутить жар горячего дыхания и сойти с ума от оргазма, подаренной нашей страстью.

Но Лев медлил.

Нежно дотронувшись тыльной стороной ладони до щеки, он продолжал ласково смотреть на меня, заставляя сгорать от предвкушения близости.

— Ты такая красивая… — прошептал Лев, медленно прикоснувшись губами к шее. — Такая сексуальная… Моё желание обладать тобой схоже с безумием…

— Так давай сойдём с ума вместе… — ответила я, от наслаждения прикрыв глаза.

Это действительно походило на безумие. Нужно было оттолкнуть его, бежать без оглядки, пока я всё ещё могла трезво смотреть на мир. Но рядом с этим мужчиной это казалось невозможным. Целуя его, утопая в безграничной нежности, которой он хотел со мной поделиться, я начала понимать, что никогда не смогу от него отказаться.

Я окончательно влюбилась.