Глава 3

Выходя из кабинета, я снова столкнулась с нахалом, которого видела на парковке. Он удивлённо посмотрел на меня, но ничего не сказал, лишь заинтересованно обвёл фигуру взглядом.

Такое внимание с его стороны было противным — взгляд показался мне слишком уж озабоченным и оттого неприятным, словно я кусок мяса на прилавке. Не люблю, когда мужчины так на меня смотрят.

Попрощавшись с секретарём Малиновского, я не спешила уходить из компании.

Медленно передвигаясь по коридору, я рассматривала таблички с фамилиями людей, работающих на благо «Миртекс». Знакомых и выдающихся имён среди них не было, и я уже собиралась закончить экскурсию, как в последний момент мой взгляд зацепился за серебристую надпись.

«Даричев Руслан Игоревич, заместитель генерального директора, финансовый директор».

Сердце пропустило несколько ударов, а коленки задрожали — Руслан работал на Малиновского. К сожалению, к этому я была совершенно не готова, и пока владелец кабинета не вернулся на своё рабочее место, я трусливо побежала по коридору.

Уверенность, с каждым днём закалявшая мой дух, дала трещину, когда я столкнулась с именем Даричева. Прошло больше пятнадцати лет, но я так и не смогла забыть, каким расчётливым и бездушным оказался этот мерзавец.

«Почему Андрей меня не предупредил? Я же рассказывала про Руслана», — думала я, спускаясь на парковку..

Открыв дверь, я увидела уже знакомый белый седан. Бессовестный владелец оставил своё ведро прямо на тротуаре, заставляя сотрудников обходить его по огромной луже, не высохшей после ночного дождя.

— Эгоистичная скотина, — усмехнулась я, набирая номер автоинспекции. — Я научу тебя хорошим манерам.

Доброжелательный сотрудник ГИБДД попросил скинуть фотографию правонарушения на их электронную почту и обещал вызвать эвакуатор, поблагодарив меня за проявленную бдительность.

/Лев/

— Кто это был? — заинтересованно спросил Егор, как только зашёл в мой кабинет.

— Во-первых, здравствуй, — усмехнулся я, поражаясь его привычке волочиться за каждой юбкой. — Во-вторых, даже не думай смотреть в её сторону. Не хочу, чтобы мне опять пришлось искать нового директора по маркетингу. Прошлая, насколько я помню, хотела подать заявление о домогательствах?

— Кто старое помянет, тому глаз вон, — друг, недовольно вздохнув, сел напротив. — Почему с утра уже не в настроении? Снова Вика мозг выносит?

— Нет, — я устало потёр брови. — Просто не выспался. У Нины всю ночь держалась температура. Даже пришлось вызвать Жилина. Ненавижу, когда она болеет.

— Разве с ребёнком не должна сидеть мать? — Егор облокотился на стол. — Почему ты больше привязан к дочери, чем она?

— Давай не будем об этом, — попросил я, вынув чёрную папку из стола. — Лучше поговорим о новом контракте. Меня не устраивают сроки, которые вы обозначили.

Сейчас я не был готов обсуждать с Кузнецовым свой брак, который в последнее время трещал по швам.

Вика постоянно носилась со своими курсами, ходила на фотосъёмки и активно вела блог, из-за чего времени на Нину не оставалось. Меня это совершенно не устраивало, потому что нашей маленькой дочери была нужна мама, а не няня, которая оставалась в нашем доме даже по ночам.

На фоне этого мы стали ссориться. Я пытался убедить жену, что сам могу обеспечить все её потребности, ведь мы действительно не бедствовали. Но Вика не слышала меня.

— Это моя жизнь! Как ты не можешь понять! — кричала она, когда мы в последний раз спорили. — Я не хочу быть домашней клушей, зацикленной на своём чаде. Я хочу развиваться!

— Женщин на своём курсе ты учишь другому, — не сдержавшись, я в открытую горько рассмеялся. — Или это просто бизнес?

Тогда мы так сильно поссорились, что несколько дней спали в разных комнатах. Постепенно моё терпение заканчивалось, и сегодня ночью я впервые определился с решением о разводе. Жить так дальше было просто невозможно.

/Валерия/

Вечером того же дня мы сидели вместе с Аней в ресторане. Она, как всегда, заказала «Цезарь» и красное полусладкое вино. Я же, осознавая, что мне придётся ещё ехать домой, остановилась на апельсиновом соке и стейке.

— Ты понимаешь, что так нельзя? — ворчала подруга, наблюдая, как я запиваю мясо соком. — Лучше бы воды купила!

— Отстань от меня, — прожевав, усмехнулась я. — Я же не говорю, что меня уже тошнит от твоего салата. Вот и ты в мою тарелку не лезь.

— Хорошо, — вздохнула Аня, понимая, что проще отступить. — Тогда расскажи, как всё прошло. Понравился Малиновский?

— Мужик как мужик, — пожала я плечами. — Ничего сверхъестественного я не заметила. Разве что кристально чистые ангельские глаза. Если бы я не знала, с какой женщиной он живёт, подумала бы — безгрешен.

— А друга Малиновского не видела? — подруга даже отложила столовые приборы. — Говорят, Кузнецов чертовски хорош собой.

— Вроде бы нет, — поджала губы, вспомнив про хама с парковки. — А у тебя, случайно, нет его фотографии?

— Подожди, — Аня потянулась к телефону. — Вот, смотри. Фото старое, было сделано ещё в прошлом году на одном официальном мероприятии.

— Чёрт, — я раздражённо усмехнулась, осознав, что нужно было на парковке придержать характер. — Кажется, мы виделись. Можешь о нём рассказать?

— Кузнецов Егор Викторович — владелец логистической компании, тесно сотрудничающей с «Миртекс», — Аня пожала плечами. — Удивительно, что ты его не узнала, — этот жиголо лучший друг интересующей тебя семьи. Подробностей не знаю, но, кажется, со Львом они как братья.

— В любом случае меня интересует только Малиновский. Не думаю, что Кузнецов, каким бы близким он ни был, может мне помешать. — Задумавшись, я положила приборы на стол. — Но извиниться, скорее всего, придётся.

— За что? — заинтересованно спросила Аня.

— Неважно, — улыбнувшись, потянулась к соку. — Давай лучше выпьем за первый уверенный шаг к моей цели. Надеюсь, удача и дальше будет на моей стороне.

Ужин прошёл прекрасно, поэтому, умиротворённая, я ближе к ночи вернулась домой. Переодевшись и взяв ноутбук, я села на диван, чтобы найти личные страницы своих бывших одноклассников. Я редко позволяла себе такую шалость, раздражаясь от одного взгляда на их светящиеся лица.

Первым был аккаунт Вики.

Довольная, улыбающаяся она пыталась показать всему миру, как счастлива в браке. Нежные подписи под фотографиями с мужем и дочкой вызывали стойкое ощущение фальшивости, лицемерия. Но если раньше я смотрела только на самодовольное женское лицо, то сейчас мой взгляд притягивал Лев.

Неужели он действительно был таким же гнилым, как она?

Пролистывая друзей Скворцовой, я наткнулась на довольное лицо Даричева. Он масляно смотрел на меня с берега лазурного моря. Удивительно, но с годами Руслан ничуть не изменился, лишь отрастил бороду, которая совершенно его не портила.

Глядя на него, я понимала, почему так быстро захмелела при нашем знакомстве. Идиотка.

Страницу Юлианны я не нашла — девушка вела скрытную жизнь, прячась от старых знакомых, которым задолжала крупную сумму. Я знала об этом, потому что Андрей дружил с её братом.

А вот Рита, наоборот, активно вела социальные сети, демонстрируя свой успех. Ей повезло даже больше, чем Вике, — в двадцать лет выскочив замуж, через два года она стала вдовой. Престарелый супруг оставил ей целое состояние, махнув рукой на своих детей.

Интересно, если бы он видел, как она сейчас таскалась с его сыном, изменил бы своё решение?

Устав от бесконечной фальши, я закрыла ноутбук и налила себе вина.

Я редко пила алкоголь. Лишь долгими вечерами, когда беспросветная тоска заполняла душу, могла позволить себе бокал.

Это успокаивало.

Потратив целое состояние на роскошную квартиру, теперь я спокойно могла наблюдать за спящим городом с высоты птичьего полёта.

Сложно признаться, но после окончания школы я чуть не совершила ошибку, попытавшись спрыгнуть с крыши нашей старой многоэтажки. Мне не хотелось жить. Жуткое чувство, правда?

Тогда казалось, что выбраться из беспросветной депрессии невозможно. Каждую ночь я кричала во сне, чувствуя, как тонкие изящные пальцы впиваются в мою шею, заставляя задыхаться.

Мне было страшно.

Что, если они не успокоились и найдут меня в университете? Что, если где-то появится видео, на котором они жестоко расправляются со мной? Я не могла даже есть.

К счастью, тогда мы встретились с Аней. Именно она схватила меня за руку, именно она убедила, что лишать себя жизни — глупо и эгоистично. Не по отношению к кому-то, а из-за любви к себе.

— Ты будешь гнить в земле, а эти паршивцы продолжат беспечно жить? Это несправедливо! — кричала она, пытаясь привести меня в чувства. — Докажи всем, что, несмотря на боль и мучения, причинённые этими отбросами, ты будешь счастлива!

Постепенно Аня снова научила меня жить, не догадываясь, что главным моим стимулом станет месть. Губительная и безжалостная месть, постепенно застелившая душу гадкой чёрной плесенью.

Мысли о том, что Вика потеряет семью, лишится друзей и бесцельно закончит жизнь на осколках своего счастья, придавала мне сил идти вперёд, не обращая внимания на истошные крики совести, умирающей в уголке моей души.

Когда вино было допито, я пошла спать — впереди меня ждали выходные, наполненные работой.

* * *

В понедельник, как мы и договаривались, я приехала в офис.

Весь последний год изучая информацию о «Миртекс», я и подумать не могла, что именно перед моим приездом Даричев уйдёт из департамента финансов и устроится в компанию мужа своей любовницы.

Да, я знала, что Вику и Руслана до сих пор связывали далеко не дружеские отношения. Это было настолько явно, что я удивлялась, как Лев не замечает очевидного. Правда, прямых доказательств у меня не было — это бы сильно облегчило мою задачу.

Ещё эта стычка с Кузнецовым. Сконцентрировав внимание на Малиновском, я изучила, что он любит, в какой фитнес-клуб ходит и в каких местах обычно отдыхает, но никогда не задумывалась о его близком окружении.

Идиотка.

Теперь же мне предстояло не только соблазнить Льва, заставив его отказаться от Вики, но и задобрить несносного нахала, считающего, что его член — лучшее, что есть в этом мире.

Гадство.

Увлечённая своими мыслями, я не заметила, как оказалась в лифте. Нажав кнопку нужного этажа, повернулась к зеркалу, чтобы поправить причёску, но в этот момент сзади услышала до боли знакомый мужской голос.

— Придержите лифт, пожалуйста, — кричал Руслан, спеша зайти до закрытия дверей.

Пятнадцать лет назад

Время шло, но ничего не менялось. Лере так и не удалось найти друзей в новом классе — в лучшем случае её просто не замечали, в худшем — косо смотрели, отпуская колкости. Но девушка привыкла, потому что глупое сердце грела мысль о красавчике Руслане, который то и дело таскал для Леры шоколадки. Правда, с ним она точно хотела не просто дружить.

— Я вчера так поздно уснул, — растянувшись на парте, устало простонал Даричев. — Не мог оторваться от нового сезона сериала.

— Какого? — заинтересованно спросила Лера, любуясь длинными мужскими ресницами.

— «Кости», — улыбнулся Руслан, лениво открыв глаза.

Когда он смотрел на неё так, девичье сердце замирало, а предательски потеющие ладони начинали дрожать. Это был первый раз, когда Лера влюбилась.

Раньше её не интересовали парни — она всеми силами концентрировалась на учёбе, считая, что образование важнее отношений.

Но Руслан был другим. Внимательный, заботливый — рядом с ним Лера чувствовала себя особенной.

Глупая.

— Почему так смотришь на меня? — легко улыбнувшись, спросил Даричев. — Я тебе нравлюсь?

— Что? — от каверзного вопроса её щёки запылали, а по спине пробежал холодок. — Я… Ты… — заблеяла она, думая, как скрыть смущение.

— А ты мне нравишься, Лера, — уверенно сказал Руслан, потянувшись к разгорячённому лицу и ласково заправив за ухо выбившуюся прядь волос. — Так сильно, что я не могу перестать о тебе думать.

Казалось, Лера забыла, как дышать. Слова Руслана были настолько неожиданными, что она, растерявшись, начала икать.

— Может, воды? — спросил Даричев, потянувшись к своему рюкзаку, но он не успел достать бутылку — сбоку послышался раздражённый девичий голос:

— Какая прелесть. Красавец и чудовище, — закатив глаза, произнесла Вика. — Ну, что же вы замолкли? Продолжайте ворковать — я не буду отвлекать.

Это был переломный момент в их отношениях. С того дня Лера стала ощущать пристальное внимание со стороны популярной троицы. Но это не волновало девушку — она считала, что Руслан сможет в любой момент защитить её от нападок, позволив скрыться за его огромной спиной.

Как же она ошибалась.