Глава 4

Если бы зазнайка умел убивать взглядом, я бы сейчас хрипела и билась в предсмертных конвульсиях. Голубые глаза темнеют и гневно блестят, ноздри парашютами раздуваются, а губы уже не кривятся в небрежной усмешке, они сжаты до белесых полосок.

— Ты что наделал? — ошарашено шепчу я, падая на колени, и пытаюсь заглянуть сквозь щёлочку. Вдруг недалеко отлетел?

— Я наделал?! — У Тихонова уже пар из ушей валит от гнева. — Это ты что устроила?! Зачем дверь заперла, ненормальная?!

Я обречённо вздыхаю. Погорячилась немного, но… Будто у меня был другой выбор! Гришин оставил меня за главную, но, увы, за главную меня тут никто не воспринимал. Я лишь пыталась пресечь попытку побега!

— Сам ключ выпнул, я не виновата!

Тихонов нервно чертыхается и склоняется рядом. Близко. Насколько, что я чувствую мятно-морской запах шампуня на его волосах.

— Может, линейкой попробуем достать?

Он поднимает голову, встречаясь со мной злым взглядом.

— Нечего там доставать! Ключа и близко не видно.

Хлопаю глазами, пока где-то глубоко на подкорках сознания начинает зарождаться паника. Мы заперты в кабинете декана, на четвертом этаже, в крыле, где проходит не так уж и много народу, особенно в это время дня. Насколько же мы тут застряли?!

Судя по обречённому лицу зазнайки, он сейчас думает о том же, о чём и я. Парень резко поднимается, отряхивает ладони и идёт к окну. Снова бурчит под нос какие-то ругательства, нервно постукивая пальцами по подоконнику. Подхожу к окну и уныло пялюсь на улицу. Окна у декана выходят на задний двор, даже и покричать некому.

— Ладно, не кипятись. Кто-нибудь обязательно пройдет неподалёку и откроет нас, — стараюсь говорить бодро. — Здесь же деканат рядом.

Хотя уверенности в собственных словах нет. Гришин не просто так уехал. Сегодня у преподавателей какое-то большое сборище.

Тихонов медленно поворачивает голову. Сверлит меня задумчивым взглядом, а затем выдаёт гениальное:

— Ты специально это сделала?

Невозмутимо уточняю:

— Что именно? Силой мысли заставила тебя ключ в коридор выпнуть?

— Закрылась!

— Разумеется специально. Ты ведь сбежать собирался! Если ты наивно рассчитывал, что я буду тащить всю работу одна, то ошибался!

— Даже если бы захотел, не рискнул! Одна ты тут такого насочиняешь, что аттестационная комиссия помрёт со смеху. Я выделил всё необходимое, осталось только до ума довести.

А вот это уже ни в какие рамки! Обида душит так сильно, что хочется просто послать этого придурка на три весёлых и уйти. Да только дверь теперь закрыта.

— Какой же ты… — даже слов не могу найти цензурных, но их никто и не ждёт.

Зазнайка обходит меня, в который раз зыркая на циферблат своих часов и с досадой чертыхается. Ловлю на вдохе едва уловимый аромат его парфюма и в груди начинает приятно покалывать. Поражаюсь его умению одновременно злить меня и приводить в трепет. Окидываю Тихонова более внимательным взглядом. Вроде бы и одет обычно — на стройном теле джинсы с кожаным ремнём и чёрный свитшот, а выглядит так, будто готов к свиданию. Может, на него и опаздывает бедняга? Я не особо слежу за первым красавчиком универа, но по слухам, у него сейчас нет девушки. По крайней мере в университете. Устал, наверное, от излишнего внимания со стороны студенток и совсем не обращает на них внимания.

— Где здесь местный телефон? — его низкий недовольный голос вырывает меня из задумчивости и я вздрагиваю.

Лишь жму плечами, чувствуя, как к щекам приливает кровь. Я что засматриваюсь на Тихонова? Болвана этого самовлюблённого? Отвожу взгляд и сажусь за ноутбук. Ладно, нужно действительно довести до ума вступление, а этот пусть продолжает рвать не себе волосы.

— Попробуй включить телефон, — снова обращается ко мне, так и не обнаружив предмет своего поиска.

— Батарейка в ноль. Это бесполезно.

— Попробуй. Мне нужно позвонить, — звучит не как просьба, а как приказ.

Щурюсь, встречаясь с хмурым взглядом принцевских глаз, но всё-таки выполняю просьбу. Единственной реакцией на дисплее смартфона явился значок разряженного аккумулятора.

— Убедился?

— Ладно, пусти меня за компьютер.

— Это ещё зачем? — хмурюсь.

Тихонов закатывает глаза.

— Пусти, синеглазка. Не нервируй меня ещё больше.

Это я-то нервирую?! Да он меня бесит до красных пятен перед глазами! Сжимаю челюсти и в этот раз уже не пытаюсь поправить его обращение ко мне. Пустая трата времени.

— У тебя точно проблемы с памятью, — бурчу вместо этого и освобождаю кресло декана.

Зазнайка тут же перехватывает мышку и открывает вкладку электронной почты. Заходит на свой аккаунт и быстро листает входящие письма. Пишет кому-то. Любопытство берёт верх и я приглядываюсь, до дискомфорта скашивая при этом глаза.

— Ты проходишь стажировку у Чернышёва? — срывается удивлённое восклицание с моих губ.

Тихонов поднимает на меня недовольный взгляд.

— А ты чего подглядываешь, синеглазка?

Пристыдил бы, да мне не до этого. Это же Чернышёв! Высококлассный юрист! Он выигрывает такие безнадёжные дела, за которые многие даже не берутся! И Тихонов пишет ему, рассыпаясь в извинениях за вынужденный прогул.

А я то думала, зазнайка на свидание опаздывает…

Невольно прониклась к нему уважением. Если Чернышёв взял Тихонова под своё крылышко, значит, котелок у последнего действительно варит. Эх, красивый всё-таки котелок.

— Если бы ты сказал раньше и всё объяснил, — бубню смущённо. — Я бы не запирала дверь.

— Хочешь взаправду убедить меня, что знаешь кто такой Чернышёв?

Какой недоверчивый и подозрительный тон. Снова стало обидно.

— Я по-твоему совсем безнадёжная бестолочь?!

Тихонов проходит по мне более внимательным взглядом своих принцевских глаз. Будто по внешнему виду собирается оценить количество извилин в моей голове. На мне обычный бежевый свитер и чёрные брючки. Наряжаться для местного царя женских сердец я не собиралась. Царь, тем временем, снисходительно склонив голову, выдаёт вердикт:

— Конечно же, нет. Ты примерная девочка, гордость мамы и папы.

— Издеваешься? — шиплю сквозь зубы.

— Говорю, что вижу.

— Ну, тогда и я скажу что вижу!

— Неинтересно…

— А я всё равно скажу! Ты самодовольный индюк!

Тихонов даже бровью не ведёт. Мои слова его ни капли не задевают. Он вновь поворачивается к экрану ноутбука и гипнотизирует его взглядом. Ответ видимо ждёт. Сейчас он меня раздражает настолько, что я бы с удовольствием поменялась бы на любого другого старшекурсника, лишь бы не работать с ним. Галька наверняка бы поддержала мою идею и первая вызвалась на подмену!

Ухожу к столу и открываю литературу, которую принесла с библиотеки. Читаю, чтобы хоть чем-то занять себя, пока компьютер занят. Мы погружаемся в полную тишину и даже не пытаемся хоть как-то контактировать. Иногда я прислушиваюсь к звукам в коридоре, но безуспешно. Как назло тут никто не ходит.

Тихонов тоже что-то читает. Крутит колесико мышки, изредка щёлкает.

— Есть что-то интересное? — не выдерживаю я.

— Угу, — кивает задумчиво. — Есть один нестандартный пример судебного разбирательства. Мне прислали судебный акт на почту. Здесь бывшие участники общества с ограниченной ответственностью оспаривают сделку, что была совершенна уже после их ухода.

— Проиграли? — скептически интересуюсь я.

— Выиграли. Правда им пришлось дойти до верховного суда. Так как им удалось доказать, что в результате сделки имущественное положение общества ухудшилось и занизило стоимость их реальной доли, суд в конечном счёте встал на их сторону.

— Дело вёл Чернышёв? — спрашиваю почти с благоговением.

— Нет, этим занималась коллегия адвокатов. Наткнулся на документы, когда проходил у них практику. Вот вспомнил, решил, что нам пригодится.

— Как тебе удаётся попадать в такие сильные организации?

Я почти завидую. Хотя, что уж там. Действительно завидую!

— Есть один беспроигрышный способ, — прищуривается с хитрой усмешкой. — Если будешь вести себя хорошо — расскажу.

От его взгляда по спине проносится стая мурашек. Я отворачиваюсь, пытаясь унять странную реакцию тела, и возвращаю всё внимание к тексту в учебнике.

— Я тоже кое-что нашла для теоретической части, — произношу несмело и протягиваю пособие, на котором проставила заметки.

Тихонов принимает протянутый предмет и вальяжно откидывается на спинку стула. На его губах противная скептическая улыбочка, как бы говорящая: «ну, давай, удиви!» В полной тишине проходит несколько минут. Взгляд зазнайки меняется с каждой ушедшей страницей. И вот, наконец, он отрывает принцевские глаза от учебника и вполне серьёзно говорит:

— Неплохо, синеглазка. Очень даже неплохо.

Ещё бы! Всё чётко по теме и ничего лишнего. Но слушать похвалу от этого самовлюблённого индюка более чем приятно.

— Надо выбрать организацию, на примере которой будем всё это разбирать.

— Я найду подходящую.

— Отлично.

Мы погружаемся в работу и я перестаю следить за временем. Тихонов больше не шипит на меня при каждом удобном случае, а общается как с равным. Это интересно. Гораздо интереснее, чем я себе представляла. Мы оба устраиваемся у ноутбука и обсуждаем. Отсылки, параллели, примеры. Илья действительно много знает. Стоит ему прочитать какую-то ситуацию, как следом называет, каким законом это будет руководствоваться. У него есть доступ к консультанту и к электронной библиотеке по юриспруденции. В отличие от меня он не просиживает в читальном зале первого этажа, а всю информацию добывает в электронном доступе. Эх, жаль, все эти удовольствия платные…

Я начинаю клевать носом, когда за окном уже совсем темно. Смотрю на время — уже начало десятого. Вот ведь чёрт! Бессонная ночь начинает сказываться на моём самочувствии. Честно сказать, я даже не следила, проходил ли кто-то за это время в коридоре. Слишком уж увлеклась работой. Тихонов замечает, что я начинаю говорить невпопад, и его интерес тоже заметно угасает.

— Может, попробуем выйти в соцсети? Напишем друзьям. Должен же кто-то спасти нас из заточения, — вяло говорю я, придерживая усталую голову рукой.

— Ты меня удивляешь, синеглазка. Вроде такая смышлёная оказалась, а о самом важном подумала только поздним вечером! — смеётся Тихонов, но как-то беззлобно.

— На себя посмотри, — фырчу немного обиженно.

— Я уже пытался выйти в соцсеть, ещё в первый час, как мы тут застряли. В универе на них блок, и компьютер декана оказался не исключением, — добивает мои едва зародившиеся надежды.

Я тяжко вздыхаю, укладываю руки на стол, и, используя их как подушку для головы, устраиваюсь поудобнее.

— Только не говори, что ты спать собираешься.

— Нет, конечно! Просто полежу так чуток… — убеждаю в этом скорее себя, чем его.

Не знаю, сколько проходит времени, но в какой-то момент слышу поворот ключа в замочной скважине. Вздрагиваю, с пару секунд моргая слепым котёнком, а потом резко подскакиваю. Затылок ударяется обо что-то твердое, следом летит приглушенное ругательство.

— Ой! — резко разворачиваюсь и наблюдаю, как Тихонов хватается за нижнюю челюсть. — Прости, я не хотела! Сильно больно?

Затылок у меня горит неслабо, поэтому вывод напрашивается неутешительный.

— Дай я посмотрю. — Подрываюсь к парню, поворачивая его лицо к себе, и впиваюсь внимательным взглядом.

Вроде целый и… такой совершенный! Больше ни о чём не успеваю подумать, щёлкает ручка и дверь с лёгким скрипом отворяется.