Эпилог
Проходит день, за ним другой. Каждый беспросветный и серый. Я бесцельно брожу где-то по окрестностям и варюсь в собственных мыслях. Перед глазами Илья, его боль и отчаяние. Мне плохо от этой картинки. Отбрасываю её подальше и пытаюсь забыться.
Поздравляю, вы беременны… — звенит голос врача, как приговор.
Останавливаюсь посреди пустыря, дышу рвано, мне не хватает воздуха.
Что мне делать?
Не выдерживаю и кричу не своим голосом, срываюсь и падаю на колени. Бью кулаками землю и не могу остановиться. Меня прорывает, спустя столько времени я скатываюсь в бесконечную истерику. Под рёбрами колет от дикого крика, голос срывается. Я сдохнуть хочу, здесь и сейчас! Чтобы больше не чувствовать всего этого! Избавиться от грязи на себе! От грязи внутри себя!
Это настоящая адская мука. Я не нужна даже самой себе…
Не могу успокоить слёзы, просто не хочу даже пытаться. Падаю на землю, переворачиваюсь на спину и смотрю в небо. Я хочу остаться здесь. Закрыть глаза и больше никогда не просыпаться. Что будет, если я умру? Наверное, никто даже не вспомнит. Разве что пьяный отчим расстроится, жалея, что не смог вдоволь порезвиться со мной. А потом…
Резко подскакиваю, вспоминая о сестре. Он же сломает её так же, как меня! Адель не должна возвращаться домой. Не должна страдать, как я. Она же весёлая, беспечная, довольная жизнью девчонка…
Я должна спасти её. Я обещала ей забрать её с собой. Чтобы она не оказалась одна, в безысходности, как это случилось со мной. Мне нужно быть сильной, чтобы у неё была нормальная жизнь.
Поднимаюсь на ноги, пытаясь собраться с мыслями. Что я могу? Для начала я должна защитить диплом. Стать юристом, как и хотела. Отчаянно вспоминаю, какое сегодня число. Нужно связаться с Гришиным, в ноги падать, чтобы пустил на сдачу. Я смогу, я должна это сделать ради сестры.
***
Спустя две недели я стою в ломбарде и показываю пухловатому коренастому мужичку кольцо.
Илья как в воду глядел — пригодилось на чёрный день. Когда собираешь по копейке всё, что только можешь, лишь бы вырваться. Расчёт по стажировке, свои накопления, небольшой заём у Алёнки.
— Выкупать планируете? — спрашивает у меня.
— Да, — нагло вру.
Я слышала, что так дают больше, по самому высокому тарифу.
— За бриллиант могу предложить не больше половины стоимости. Золото — по стандартному тарифу.
— Бриллиант? — хмурюсь я.
Я даже не знала, что этот камушек на самом деле бриллиант…
— В ближайших ломбардах дадут меньше, — мужичок неправильно трактует моё удивление. — Сдаёте, или нет?
— Сдаю.
Получаю деньги и прячу их в сумку. Я не рассчитывала получить такую сумму, и впервые после всего случившегося улыбаюсь своей удаче. Теперь дело осталось за малым — купить билет в столицу.
— Спасибо! — благодарю я.
— Если будет ещё что, приходите, — доброжелательно прощается со мной мужчина.
Сжимаю в кулаке золотую змейку с сапфировыми глазками. Я не могу продать свою маленькую синеглазку. Это единственное, что осталось у меня от меня самой. Память о том, что когда-то я была самой обычной девушкой, которая любила, была счастлива и верила в сказку. Это мой талисман и надежда на лучшее.
Я приезжаю в Москву поездом. Звоню женщине, с которой договорилась заранее и получаю ключи от маленькой квартирки за МКАДом. В ней всё простенько, но довольно чисто. Нет пятен на обоях, налипших жирных клякс на кухне, ржавчины на раковине и в ванне.
Иду в ближайший магазин и покупаю продукты. А вечером сижу на диване в полной тишине и глажу свой живот. Я понимаю, что должна сделать, но жутко боюсь…
Прервать жизнь не так легко, как кажется, даже если это ребёнок от подонка, разбившего меня на осколки. Я не хочу этого ребёнка. Я боюсь, что не смогу любить его, как должна любить мать своих детей. Боюсь не прокормить его, потому что сама не знаю, что буду есть завтра. Мне нужно работать. Много трудиться и выживать.
На следующий день я стою перед входом в клинику и пытаюсь справиться с дрожью. У меня нет другого выхода. Рожать от мужа матери нельзя. Рожать от мерзавца, взявшего меня силой, — тем более.
Я сделаю. Я должна быть сильной. Повторяю про себя эти слова и решительно шагаю в здание, оставляя свою прежнюю жизнь позади.