67

Усмехаюсь, вспоминая слова Демьяна.

— Это он тогда за ночь любви с тобой согласился Демьяну подтвердить, что спал со мной?

— Ага, говорил, что все ради меня сделает. Сделал, даже тебя выгнал с работы.

— Весело вам, наверное, было, — качаю головой, едва сдерживая злость. Безумно хочется впиться ногтями в ее располневшее личико. — А вот мне не очень. Брошенная, беременная, без денег. На работу не берут, жрать нечего… я не жила, Ань, я выживала. И по итогу — мертворождение. И шанс иметь детей практический равный нулю.

— Ой, не надо на жалость давить. Нормально же потом пристроилась…

Я вскакиваю с места. Снежана вдруг прикрывает голову руками, опасаясь, наверное, удара. Но я не трогаю ее, сажусь обратно.

— Сука ты, — произношу с пренебрежением.

Она молчит и смотрит. Нагло так, победно. Нет, такие люди не меняются. Да мне и насрать. Я получила от нее, что хотела.

Опять встаю, беру телефон. Выключаю запись и иду к выходу. В прихожей вдруг появляется ребенок. Старший. В руках он держит планшет и смотрит на меня, хлопая глазками.

Боль, дикая такая, острая, прокатывает по всему телу. Шрам на животе, да и сам живот ноют… Снежана просто не знает, как по-настоящему она счастлива. Я бы за ребенка… черт, вот сейчас я понимаю, что безумно его хочу.

Ухожу, не прощаясь. Спускаюсь по ступенькам подъезда, слушая запись. Все хорошо слышно… Дам ее Демьяну. Хочу, чтобы он услышал, чтобы он, твою мать, узнал, как все было.

— Нормально все? — интересуется Костя, когда я сажусь в машину.

— Все отлично.

— А кто эта Анна?

— Тварь одна, испортившая мне жизнь.

Мы возвращаемся домой. Демьяна все еще нет. Он появляется ближе к вечеру, в тот момент, когда мы с Костей только заканчиваем ужинать. Расстроенный какой-то. Здоровается с нами через не хочу, а потом заявляет, что завтра надо съездить к адвокату. В надежде, что может он что-то знает.

Костя уходит. Демьян тоже собирается подняться к себе.

— Подожди, — прошу я и подхожу. Протягиваю ему телефон: — Послушай запись на диктофоне. Она тут одна.

— Зачем?

— Надо, Демьян, пожалуйста.

Хмурится, но я настойчива, и он берет телефон. Идет с ним к себе, а я вывожу Алешку на вечернюю прогулку.

Сегодня вечером прохладно. Я обнимаю себя на плечи, прохаживаясь по участку. Потом, открыв калитку, выхожу на улицу, иду, Алешка бегает рядом. Ни о чем не думаю. Стараюсь не думать. Но воображение упрямо рисует картину, как Демьян слушает запись… ну а что потом — не знаю. Моему сознанию эта картинка не подвластна.

Я слишком далеко дошла. Почувствовав, что замерзла, у поворота разворачиваюсь обратно. Прогулка занимает чуть больше времени, чем я думала.

Мы заходим на участок. И я удивляюсь, увидев Демьяна. Он вынес на крыльцо два стула, сидит в одном, держа в руках наполовину полный стакан… Полный, да я оптимистка.

— Садись, — просит он.

— Только собаку накормлю и кофту накину.

Он кивает, я иду в дом. Насыпаю Алешке корм, поднимаюсь за кофтой и возвращаюсь. Все делаю быстро. А внутри все дрожит. Не знаю, чего именно я ожидаю, но…

— Кристина, — останавливает меня Костин голос. Он стоит у кухни. — Демьян Игоревич спрашивал у меня, куда мы сегодня ездили. Я рассказал ему. И про то, что ты просила найти ту женщину.

— Хорошо, — киваю я и выхожу.

Демьян в момент моего появления на крыльце наливает из квадратной бутылки виски в стакан. Я сажусь на пустой стул, Демьян протягивает мне налитое. Беру и тут же делаю глоток. Возвращаю ёмкость.

— Послушал? — киваю я на телефон, который лежит на перилах.

— Да.

— Теперь веришь?

Он резко смотрит на меня.

— Наверно… мне стоит извиниться, — говорит вдруг.

— И за что же?

— За то, что не поговорил тогда с тобой, — он глотает виски, вертит стакан в руках. — Мне жаль, что все так получилось.

Я молчу. Я жду, что он скажет дальше.

— Черт, я разучился извиняться. Мне трудно, — хмыкает он. — Но меня же тоже можно понять в той ситуации?

— Можно. Хоть это и трудно, но можно.

Он вновь протягивает мне стакан, я принимаю, пью, а Демьян берет и заявляет:

— Учитывая, что ты сделала потом…

Вот тут я удивляюсь.

— И что я сделала?

— Нашла моего отца, вышла за него…

— С твоим отцом я познакомилась случайно, — говорю, понимая, что сейчас можно. Нет, не добить, а рассказать уже все. — Он пришел на благотворительный вечер. Если тебе опять нужны свидетели — у меня есть. Директор школы танцев, в которой я работала. Это она нас познакомила. Мы пообщались, обменялись контактами. Игорь мне понравился. Начал ухаживать. У меня давно никого не было, не было человека, с которым было вот так легко, как с ним, несмотря на разницу в возрасте.