Глава 14. Пещера «Бо-бо»
День сто тридцатый второй!
Вы продержались 131 день!
Шторм закончился под утро, пролетев куда-то дальше, на северо-восток. После себя он оставил бодрящий холодок и глубокие лужи, а ещё завалил пляжи водорослями, ветками, гниющими листьями и кусками дерева. Кажется, весь этот мусор называется топляком и чем-то полезен в быту… Чем больше я живу здесь, тем чаще проклинаю то, что был «дитём интернета», потому что я помню кучу всего — и всё по верхам, однако ничего не знаю от начала и до конца.
Оказывается, это весьма неудобно! Если бы я оказался на острове один, то не смог бы даже древесный уголь сделать — потому что просто не вспомнил бы, как. Зато ведь помнил, что уголь получить очень просто! Люди в средние века артелью из нескольких человек спокойно выжигали уголь, снабжая целые городки, а я — из просвещённого двадцать первого века — сидел бы с голым задом! Обидно!.. Спасает только коллективная память: один помнит один факт, двое — два факта, а трое уже умудряются кое-как восстановить забытые технологии. Вот так и живём…
Настало время прощаться с теми, кто оставался в посёлке. Мы пожелали всем удачи, напомнили ополченцам и жителям, что отдыхать пока некогда, потом я и Борборыч обняли на прощание Скульптора — и повели за собой людей. Сначала выдвинулись единым отрядом. Впереди шли ударники, нагруженные пока что по самую маковку, а за нами — ополченцы налегке. Они же сопровождали троих пленников. Медоед шёл спокойно, не ругался, не возмущался, не пытался бежать — казалось, что ему наплевать на всё вокруг.
Отряд срезал небольшой мыс и вышел на первый длинный пляж. И тут наше продвижение застопорилось, потому что на пляже, заваленном последствиями шторма, обнаружилась… Лодка! Хорошая такая лодка!.. Деревянная, широкая, с плотно подогнанными досками обшивки, с сидячим местом посередине, где располагались уключины в виде двух деревянных рожков, между которыми вставлялось весло. А вот самих вёсел не было.
Все, естественно, кинулись осматривать ценную находку. Лодку даже спустили на воду, проверив, нет ли течи, но — нет, на воде она держалась отлично. Видимо, во время шторма её перевернуло, выкинув в море смелых путешественников, а, может быть, просто утащило с берега волной и принесло сюда. Лодку решили доставить в Мыс. Для этого срубили два молодых деревца и принялись делать вёсла. Дело это было небыстрое и задержало весь наш отряд до обеда.
А после обеда мне вдруг вспомнилось, как я попал в плен к бандитам во время диверсии, задуманной близнецами. Тогда они меня связали водорослями, не подумав, что силищи у меня уже было немерено. Как я их только мысленно не обзывал, посмеиваясь… А вспомнилось всё это в том контексте, что теперь идиотами можно было назвать и меня, и всех моих спутников…
— Стой! Уходит! Лодку угнал!!!
Не только лодку со свежевыструганными вёслами! Ещё он угнал большой кувшин питьевой воды, свёрток с копчёностями, несколько кокосов и бронзовый нож. Пока мы сидели, отдыхали и обедали, Медоед разорвал (а, может, и стёр об камень) свои путы, подцепил кувшин с водой, еду, и лежавший поодаль ножик, подбежал к лодке, закинул поклажу внутрь — и отчалил от берега.
Заметили его довольно быстро — как только он столкнул лодку в воду и потащил на глубину. Пока мы бросились его ловить, пока добежали до моря, Медоед вытолкал посудину туда, где вода почти доходила до пояса, подтянулся, перевалился через борт, а через несколько секунд уже вставил вёсла в уключины и принялся отчаянно быстро грести. Мои спутники пытались его поймать, но волна была достаточно сильной, поэтому наш беглый пленник воспользовался форой и начал удаляться от берега, пока ударники и ополченцы ещё пытались пробить своими массивными тушками прибой на глубине. Я даже подниматься не стал — пускай бежит.
А грёб Медоед просто на загляденье — как гребаный робот. Будто всю жизнь занимался весёльным спортом. Быстро работал и быстро уплывал…
— Филя! — крикнул он, когда понял, что находится в безопасности. — Филипп!
— Чего тебе, беглец? — отозвался я, поднимаясь и подходя к прибою.
— А неплохо вышло с лодкой, да? — спросил он и весело захохотал.
— Смотри не перевернись! — посоветовал я, прикрыв рукой, как козырьком, глаза. — Не хочу тебя снова ловить!..
— Ха-ха-ха! Постараюсь! Передавай привет другим головам!
Бывший глава Альянса снова схватился за вёсла и направился на юг — туда, где по горизонту медленно скользило жаркое солнце. А мы только провожали его взглядами… Его, лодку и свежевыструганные вёсла.
— Ну не судьба! — философски заметил Борборыч. — Вёсла только жалко… Пойдём дальше, что ли?
Отряд взвалил поклажу на плечи, проверил других пленников, чтобы ещё и они дёру не дали, и направился дальше. В конце пляжа, ближе к вечеру, ударники передали медь ополченцем, взяв с собой минимум припасов — и отправились в глубину острова, в сторону подъёма на плато. Конечно, здесь нам пришлось поплутать, потому что мы сильно отклонились к западу, но в ночи всё-таки вышли к руслу ручья. Соорудили себе лежанки и быстро уснули.
День сто тридцатый третий!
Вы продержались 132 дня!
Путь через лес на следующий день прошёл без происшествий: хоть мы и опасались непрошеных высокоуровневых гостей, но звери лавовый язык не любили. На закате мы вышли к вулкану и сразу обнаружили отряд, посланный нами на сбор олова. Ударники как раз шли к укрытию, нагруженные корзинами с оловянной рудой.
— Ну вы и быстрые! Мы вас уже второй день ждём! — заявил Тариг, когда мы сблизились.
— У нас случилось много интересного за эти дни… — усмехнулся Борборыч. — И прошедший шторм — это была самая скучная часть!
— О! Расскажете вечером! — кивнул Тариг. — А то мы тут уже от скуки загибаемся. Зато олова в убежище натащили столько, что в один присест не унесём.
Надо сказать, наши добытчики занимались не только сбором олова, но и стройкой. Они даже успели соорудить ещё один сруб из длинных сосновых стволов. Он занял немалую часть холма, зато мог вместить всех ударников скопом. Там же выложили целых четыре очага, которые прогревали всё помещение, а нашу первую избушку отвели под склад.
В новом срубе только крышу песком ещё не засыпали — на это банально времени не хватило. В принципе, можно было обойтись и без этой меры — но если на нас нападут, то крупная тварь легко разнесёт дом по брёвнышкам, а вот куча песка сверху просто не даёт этого сделать. Правда, я до сих пор не знаю, поможет ли нам песок против реально сильной твари. Против панна-тулу помогло, конечно, но их особо сильными-то не назовёшь…
За ужином мы поделились с собиравшими олово ударниками новостями из Медного. Рассказали о нападении Альянса, о пленении и бегстве Медоеда — наш позор до конца дней в игре! — и про появление новой точки возрождения. А потом нам поведали, что нашёл Тариг, каждый день ходивший на разведку.
— К северу отсюда есть пещера, — сказал он. — Сеть пещер. Я их как обнаружил, сразу понял, что всё это неспроста. Если в обычной игре есть пещера, то в ней обязательно будет что-то важное. И здесь, думаю, тоже стоит всё проверить. Сам я сунулся только в первый зал, а потом наткнулся на каких-то громадных тараканов и отступил.
— Какого уровня тараканы? — деловито уточнил Борборыч.
— Примерно тридцатый… — ответил Тариг. — Но это в начале пещеры, а из глубины прибегали и более прокачанные особи.
— Это именно тараканы? — удивился я.
— Не… Это какие-то неизвестные твари. Система их вообще случайным набором букв обозначила, — Тариг улыбнулся. — Я запоминать не стал. Похожи на колумбийских, только не летают и на стенах не держатся — силёнок не хватает. К тому же, у нас тараканы травоядные, а эти вполне себе не против мяса…
— А освещение есть? — поинтересовался я.
— Вот чего нет — того нет! — развёл руками Тариг. — Там полно провалов в потолке, поэтому в первых залах света ещё хватает. А вот что дальше — не могу сказать…
— Завтра попробуем вместе туда сунуться! — кивнул Борборыч. — Надеюсь, что это именно то, о чём мы думаем.
— Если мы ошиблись, — мрачно заметил Дойч, — то есть все шансы заработать нашествие.
Это была его теория, и к мысли о её верности я всё больше и больше склонялся в последнее время. С месяц назад Дойч впервые предположил, что появление сильных тварей на берегу связано с нашим бездействием. Мол, пока мы прём вперёд, выносим всё более и более сильных врагов — всё в порядке. Система считает, что так и надо. Но как только мы успокаиваемся, она сразу присылает нам «гостинец», которому нечего делать в местах возрождения игроков.
Были моменты, когда мы спокойно строились, но система нас не трогала — и мы предполагали, что просто в это время тиранили не нас, а кого-то из наших соседей по мега-острову. Конечно, всегда можно было надеяться на то, что и в этот раз прилетит не тебе, а кому-нибудь ещё, но вот это весьма зыбкое основание для развития. Легче было раз месяц идти и выносить какое-нибудь гнездо. Благо мест, где кучковались сильные твари на плато, пока хватало.
Почему мы спешили? Потому что с нашего героического вторжения в улей панна-тулу как раз прошло полмесяца, и напряжение вокруг ощутимо росло. Берег опустел — будто в ожидании большой беды. Животные, выпущенные системой, были достаточно умны, чтобы свалить подальше от опасности. Это мы так раньше думали, что во время кача и охоты их вырезаем, а вероятно, они просто мигрируют вдоль берега.
Мы могли проверить эту теорию? Могли! Однако нам было лень заново отстраивать Мыс, чтобы убедиться в своей правоте. Да и вообще нам нужен был и кач, и умения, которые выпадают из боссов. Главное — выжить в процессе рейда.
В общем, решили мы на пару с Борборычем, что завтра всем составом выдвигаемся к пещере, забив на добычу олова. Если вдруг тараканы-переростки нас вынесут, то большая часть отряда окажется в Медном, откуда за пару дней вернётся на плато, заберёт олово и уйдёт в Мыс. Оттуда мы снова поднимемся к верховьям Золотой и попытаемся найти себе неприятности в той стороне. Годный план, я считаю! Только вот чем-то он мне не нравился…
День сто тридцатый четвёртый!
Вы продержались 133 дня!
Утром мы быстро позавтракали, похватали оружие и отправились к найденной Таригом пещере. Она располагалась в двух часах пешей ходьбы от убежища. Каменная арка и уходящий в темноту зал, подсвеченный столпами падающего света с потолка, а внутри — полно тараканов. И вот тут-то я и понял, чем мне не нравился план… Самими обитателями пещеры…
Я! НЕНАВИЖУ! ТАРАКАНОВ!
Они мне глубоко омерзительны… Я нормальный житель большого города! Я бил их тапкой в те времена, когда вокруг было не хуже, чем после ядерной войны, в которой эти твари, как известно, выживут — в отличие от нас. Потом я забыл про них на долгие годы, когда экология совсем испортилась. Я увидел их только для того, чтобы понять, что всё-таки пал жертвой блаттофобии!
Фобия зрела во мне незаметно и исподволь — пугающими мыслями о том, что если все они скопом накинутся, это будет конец. Она пускала ростки в моей брезгливости к их омерзительному виду и шустрым движениям… Она родилась!
— Божечки, да за что мне всё это… Да ну нахрен! — я сумел заглянуть внутрь тёмного провала, увидел их и теперь не мог сделать и шагу.
Таракан гигантский с Пельте II
Уровень 37
Опасность для Игрока: низкая
Тараканами их обозвали мы, гигантскими их считала система, ну а Пельте II, видимо, было системным названием.
— Филя, это всего лишь большие таракашки! — попытался успокоить меня Борборыч.
— Это, ять, гигантские омерзительные тараканы! Тараканищи!!! — я сделал шаг назад. — Да ну на фиг! Я не могу!!!
— Мы все их не любим! Но не впадаем в истерику! — Борборыч говорил правильные вещи, но всё равно был неправ. С фобией нельзя воевать рациональными аргументами.
— Это потому что они не накидывались на вас всем кагалом! Не лезли в рот, в ноздри, в уши!..
— Как будто на тебя накидывались!.. — усмехнулся Барэл.
— Нет! — согласился я и снова оказался побеждён фобией. — Но ведь могли! Потенциально!
— Э-э-э… Как бы это не совсем аргумент… — заметил Борборыч.
— А я и не дискутирую! — ответил я, делая ещё шаг назад. — Я ссусь!
Впрочем, я оказался не одинок. У нас пятая часть отряда застыла в немом ужасе при виде будущего противника. А ведь какие решительные сюда шли, какие решительные…
— Так! Собраться! — я попытался договориться с самим собой, но почти вживую услышал в голове вопль собственного страха: «И свалить!!!».
Те, кто счастливо оказался обделён блаттофобией, взирали на наши метания со смесью жалости, радости и, что уж там, опасения. Я всегда так смотрел на людей, которые боятся мышей, пауков, змей… Я честно радовался, что не испытываю такого страха, от всего сердца жалел убогих — и опасался, что и сам не лишён идиотских фобий. И вот время расплаты пришло…
Твари выглядели как настоящие тараканы, несмотря на своё инопланетное происхождение. И вели себя как тараканы — ползали, шевелили метровыми усами, перебирали полупрозрачными лапками. А один из них давил из себя кладку — продолговатую, коричневатую… Не смотреть! Не думать!.. Убить!..
— Боже, дай мне тапку подходящего размера! — молил я, сделав первые шаги. — Системочка, родненькая, замени вот этих тварей на мышек!
— Хрена се у тебя вера оригинальная! — заметил Тариг, внимательно слушавший мои камлания.
И тут один из обитателей моих кошмаров повернулся и шустро рванул ко мне. Видимо, поздороваться.
— А-а-а-а-а! — завопил я, сам себе удивляясь, и попытался свалить, как и мечтал. Но сзади в меня упёрлись близнецы, Барэл и Борборыч, не давая сбежать от надвигающейся неминуемой смерти. — Отпустите…
Хриплая просьба не оказала должного эффекта. Таракан приближался, и я, чувствуя, как сердце собирается пробить грудную клетку, повернулся лицом к врагу, выставив вперёд копьё.
— Не подходи, сблюю! — предупредил я проклятое чудище, но его это не остановило. — Блюю!..
Наверно, на самых последних остатках гордости и самоуважения я всё-таки взмахнул копьём.
Вы атакуете насекомое — таракан гигантский с Пельте II и чуть не обделываетесь!
Да я не хотел! Я случайно!
Критический удар!
Вы нанесли насекомому — таракан гигантский с Пельте II 6000 урона!
Жизнь таракана гигантского 0/6000
С омерзительным хлопком тварь лопнула, вываливая внутренности на каменный пол. Я на секунду застыл, глядя на них, а потом отвернулся, сдерживая рвоту и вцепившись в плечо Борборыча левой рукой.
— Ты собираешься облегчить желудок, держа меня за плечо? — спросил Борборыч. — Это плохая идея! Я ведь могу и присоединиться.
Поздравляем: вы показали истинный ужас и первобытный страх.
Вам присваивается 1СО (свободное очко) характеристик!
Система засчитала достижение, потому что ваш страх радует зрителей и получил более 1000 единиц одобрения. Примите совет из комментариев:
«Ты чего стоишь и не жрёшь? Попробуй слизь! Это вкусно!»
Я всё-таки сблевал…
Я успел оттолкнуть ни в чём неповинного рейд-лидера, отвернулся и осквернил содержимым желудка останки страшного врага… А потом ещё раз… А потом стало просто нечем…
Пошатываясь, я отошёл на несколько шагов ко входу, опёрся рукой на стену и тяжело вздохнул. Удивительно, но после героического убийства и незапланированного акта эвакуации желудка стало явно легче. Страх перестал сдавливать разум, сковывать члены и перехватывать управление над телом, как дологнисский медведь.
— Так, всех страдающих фобией в первый ряд! — приказал я, вытирая рот. — Остальные не дают им сбежать!
— Ну вот! Совсем другое дело! — одобрил Борборыч. — А то заладил: «Божечки, где моя тапка!».
— Напомни мне отомстить, когда мы обнаружим твою фобию, — попросил я.
— Не обнаружите! Моя бывшая осталась на Земле! — засмеялся рейд-лидер.
— Не зарекайся! — посоветовал я ему. — Система добрая, но с садистскими наклонностями. Может и посодействовать…
Борборыча передёрнуло. Надо будет при случае расспросить у него, чем ему так бывшая насолила, что парня и на другой планете не отпускает…
Тяжело нам было только в первой пещере. И то, потому что мы сами постарались, щедро делясь завтраком с убиенными. Тараканы и так не ромашками пахли, а тут ещё полупереваренная пища из желудков добавилась… Дальше фобии начали отступать, все опозорившиеся взяли себя в руки, и мы двинулись вглубь каменной кишки.
Пещера оказалась не совсем пещерой — скорее, проходом в каменной возвышенности. Во многих местах своды обвалились, и сквозь них били столпы света. На камнях даже имелась растительность, но вот бал здесь правили тараканы. Белые костяки на полу явно намекали на то, что гигантские твари предпочитают мясо и даже готовы таскать его в своё логово. И думаю, мы для них были не венцом творения, а всего лишь нежным десертом. Впрочем, для тех, кто всё делает по правилам, венцом трапезы как раз является десерт.
Два зала мы прошли довольно бодро, замявшись только в самом конце, где против нас вышел бронированный таракан — явно посильнее всех прочих. Система его никак не выделяла в описании, просто наградив тварь 42 уровнем.
Более мелкие сородичи к страже следующего зала подходить опасались. Видимо, тараканы не чурались каннибализма и лопали более слабых собратьев по случаю. Зато следующий зал порадовал нас целым выводком аналогичных по уровню тварей. А вот на выходе поджидала тварь с пятидесятым уровнем и ещё более плотным хитином. Впрочем, всё же это был именно хитин — со всеми своими недостатками. Стоило пробить его один раз, как дальше дело явно шло бодрее.
Я всё ещё шёл в первом ряду, потому что расцепившая когти фобия и не думала меня окончательно покидать.
— Псссс! — нашёптывала она. — Впереди много твоего страха, но позади идут бдительные товарищи… Но настанет день и час, когда ты, Филя, сбежишь отсюда — к свету и радости!
Пока я справлялся и даже не делал попыток сбежать, хотя уже был с головы до ног залит слизью. С другой стороны, зубам таракашек мои доспехи не сдавались, полоска жизни была заполнена, энергии хватало — и всё было не так страшно. Напрягало только, что чем дальше вглубь — тем меньше было света с потолка. Дырки в своде попадались всё реже и реже…
В последнюю пещеру мы ввалились, перебив пятерых стражей уровня 60+ и уверившись, что больше за нашими спинами никого не осталось. Стоило последнему из нас войти внутрь, как сзади опустилась серая пелена.
Люди влезли в гнездо тараканов с Пельте-II? Не будем спрашивать, зачем — просто понаблюдаем!
Три световых столбика практически не рассеивали тьму, так что почти всё тонуло во мраке. Обратного пути не было. Впереди была пугающая, ужасающая, отвратительная неизвестность… Зато наши зрители, которых было поменьше, чем с панна-тулу, но лиха беда начало — вшивые восемь миллиардов ещё могли разрастись! — явно что-то знали.
«А они в курсе, что разумные не лезут в эти гнёзда без энергетического щита?»
«Тараканы? О-ой, ненавижу их… Не буду смотреть»
«Я видел прошлую трансляцию с этими придурками. Они придурки — отвечаю!»
Я решительно смахнул подсовываемые системой комментарии и сделал первый шаг вперёд. Земля у меня под ногами зашевелилась и начала подниматься, оказавшись спиной огромной твари. Хитин у такой большой особи мутировал в нечто совсем иное — и свободно позволял туше разрастись почти до трёх метров в длину.
— Мама, роди меня обратно! — выдал я боевой клич, нанося удар копьём прямо в спину врага.
Вы нанесли насекомому — таракан гигантский с Пельте II 4410 урона!
Жизнь таракана гигантского 55590/60000
— Шестьдесят тысяч! — на автомате пискнул я своим, прежде чем раскрывшееся крыло с какими-то острыми наростами швырнуло меня к стене.
— Бейте по лапам! — крикнул Борборыч, но тварь оказалась быстрее. Стремительно атаковав, она подминала под себя воющий от ужаса авангард блаттофобов.
Особенно ей понравился наш ударник Риддик, совершенно лысый и действительно похожий на известного актёра. Его лысина на долю секунды скрылась в пасти твари, а потом брызнула кровь — и Риддик заорал ещё громче, выпуская оружие и впадая в панику.
Я поднялся, кряхтя как старик, разбежался — и снова оказался на спине у гигантского таракана. Искать место пробития не пришлось: оттуда лилась белесая слизь и торчали острые осколки панциря, который был уже не совсем хитином, а чем-то покрепче и поплотнее. Сказывались, наверно, исполинские размеры твари. На этот раз копьё погрузилось ещё глубже…
Критический удар!
Вы нанесли насекомому — таракан гигантский с Пельте II 8019 урона!
Жизнь таракана гигантского 34791/60000
Скорость движения замедлена.
Я решительно налёг на древко, разрывая внутренности врага, а потом полетел в сторону, так и оставив оружие в ране.
Критический удар!
Вы нанесли насекомому — таракан гигантский с Пельте II 7938 урона!
Жизнь таракана гигантского 26853/60000
Получен урон землёй — 143
Жизнь 18582/18725
Не волнуйтесь за землю — волнуйтесь за себя!
Однако дело было сделано: насекомое выпустило Риддика и теперь конвульсивно дёргало лапами, отползая от наседающих ударников. Мы бы добили его минут за десять, но, к несчастью, привлекли внимание следующего обитателя пещеры, который словно вырос из пыли на полу, расправляя суставчатые конечности и нацеливаясь на безумцев, посмевших влезть в этот блаттофобский ад.
— Филя, не лезь! — предупредил Борборыч, заметив, как я хватаюсь за булаву. — Дождись, когда твоё копьё достанем. Или вон риддиковское возьми!
Собственно, Риддик, после того как ему почти сняли скальп, вряд ли мог нам чем-нибудь помочь. Пока его перевязывал Кадет, он мог только панически скулить, прижимая руки ко рту. Спёкся герой — хорошо ещё, что в штаны не надул. Ан, нет — может, и надул. Но кто я такой, чтобы смеяться над этим? Жри меня гигантский таракан, я бы ещё и не так бы скулил…
Первый таракан всё-таки издох, позволив мне вернуть потерянное оружие. Однако против нас уже выступало три новых противника. Я немного потрафил своему страху, задержавшись на несколько секунд, чтобы счистить слизь и остатки внутренностей. Заодно понаблюдал за боем: то, во что превратился хитин тварей, пробить было очень сложно. Если бы не вздёрнутые до небес сила и ловкость, мы бы оказались против этих тварей бессильны. Нас бы сожрали тараканы — весьма печальная судьба! — которым мы даже урон не могли бы нанести…
Когда на земле осталось три тушки, а число противников выросло до шести, я уже перестал бояться… Я был в ужасе! От позорного бегства к Риддику, дутья в штаны и панических подвываний спасала лишь мысль о том, что у меня самая крепкая броня и самое хорошее копьё. А силу воли я проверил в тот момент, когда блестящая поверхность шлема приглянулась вновь присоединившейся твари, и она попыталась меня грызть — совсем как Риддика.
Вместо того, чтобы выть, я принялся панически колоть её копьём в брюхо, буквально за несколько секунд ополовинив жизнь. Добивал я её уже вместе с близнецами, с трудом сдерживая страх и омерзение. Тварь брыкалась, сучила лапками, а ещё подранила Толстого и вырубила Вислого. Зато одним врагом всё-таки стало меньше.
Главного таракана в гнезде не было. Собственно, пятнадцать бронированных тараканов и были тем самым коллективным боссом. Когда последняя тварь пала, суча лапами и истекая белой слизью, система всё-таки засчитала нам победу.
Бой завершён! Гнездо насекомых — таракан с Пельта II — зачищено! Вы получаете 27857 опыта (поделен между союзниками).
Набрано опыта — 27857/45573 очков опыта!
В награду за мучения мы получили три десятка серых шаров: пять с умениями на копья, пять на алебарды, пять на мечи, пять на топоры и ещё десять на ремесленные навыки, среди которых был и один с растениеводством. Получить бы такой приз раньше — цены бы ему не было, а так у нас Финик уже научился своё умение множить. Впрочем, лишним точно не будет!..
Гнездо далось нам почти без потерь — ну кроме ощущения жгучего позора, который заглушил даже стыд за побег Медоеда. Даже Риддик не умер, зато каждый пятый перепугался до чёртиков — а ещё почти все были ранены, побиты и морально подавлены. Если уж по-честному, можно было поискать в пещере что-нибудь ещё ценное, но в ней так воняло и от останков насекомых, и от загаженного пола, что находиться там дольше не было никакой возможности.
Когда мы выбрались на свежий воздух, солнце уже давно перевалило через зенит и начало свой путь к горизонту.
— В этой пещере было бо-бо! — вздохнул я. — А у системы явно болезненная любовь к насекомым…
Хотелось помыться, поесть и забыть про этот рейд как про страшный сон. И именно этим мы и занялись…