Глава 55 · Но есть нюанс

По дороге в замок я прокручивала в голове произошедшее. Вспоминала каждое слово, сказанное нами друг другу.

«Мы еще увидимся», — прозвучало как обещание.

Интересненько. Где и при каких обстоятельствах? Я уже боялась загадывать и планировать свое будущее: жизнь в этом мире постоянно подбрасывала сюрпризы.

Змейка вела себя тихо. Я опустила руку и погладила кольцо, прокрутила его на пальце.

— Олетта, о чем задумалась? — сестра положила руку мне на плечо, и я спрятала кисть в складках юбки.

— О том, есть ли какой-то эффект у источника. Всю дорогу гадаю, но единственное, что заметила — это дикую сонливость, — я демонстративно зевнула.

О происшествии у каменных бассейнов я решила не говорить никому, пусть это остается только моим секретом. Должны же у женщины быть свои тайны?

Ну а по возвращении домой мы застали нового жильца.

Аптекарь, нейт Саймон, разгружал телегу с чемоданами и деревянными ящиками. Так вышло, что жил он в комнатке на втором этаже аптеки. Но после того как нейт Марагас выдворил его, Саймон лишился временного пристанища.

Обитатели Ключа наблюдали за ним с благоговением, двое мужиков помогали таскать вещи.

Увидев нас, аптекарь раскланялся и принялся благодарить со слезами на глазах.

— Надеюсь, у нас вам понравится, — скромно улыбнулась Дафина. — В переписке вы упоминали, что знаете, где добыть семена трехголовника метельчатого. Буду рада, если поделитесь.

— Конечно-конечно! Всегда мечтал поработать с магом земли, а еще посмотреть теплицы, в которых вы выращиваете всякие редкости. — Он вытер пухлое лицо платком и хлюпнул носом. — Госпожа графиня сказала, что я смогу оборудовать собственную лабораторию. О большем не смел и просить!

Он сделал шаг и запнулся о привезенную с собой деревянную бочку. Та перевернулась, крышка слетела, и на брусчатку высыпалась земля, кишащая упитанными розовыми червями. Дафина подалась назад, пряча брезгливость, а я покачала головой.

— Ах, нейт Саймон! Вы опять за свое.

— Я сейчас все соберу! Простите сердечно! — аптекарь засуетился, завертелся вокруг своей оси, соображая, где взять метлу и совок.

— Слушайте, ну сходите вы с ними на рыбалку, — спокойно предложила я, заставив бедного Саймона вытаращиться на меня с выражением ужаса в глазах.

— Что значит на рыбалку? — сдавленно шепнул он. — Нейра Олетта, вы предлагаете мне использовать редких нурбанских червей в качестве приманки?

Нет, блин. В качестве компаньонов.

— Верно, это я и предлагаю. Можем даже вместе сходить, я умею рыбачить. Так от них будет больше толку.

Я вспомнила рецепт чудодейственной примочки от гематом, которую аптекарь готовил из перемолотых червей, вина и оливкового масла, и подавила рвотный позыв. Саймон не смог расстаться со своими подопечными, даже в замок потащил.

И тут вмешалась Дафина, видя, что у нового жильца глаза на мокром месте.

— Я предлагаю более гуманный вариант. Мы можем запустить их в наш сад. Слышала, что нурбанские черви хорошо рыхлят почву, а это полезно для растений.

Нейт Саймон согласился, скрепя сердце. Понимал, что в чужой монастырь со своим уставом не лезут и с хозяевами придется считаться.

Его проводили в пустующее здание на территории Ключа, поближе к саду и теплицам. Это был каменный одноэтажный домик с двумя комнатами, одну из них вполне можно приспособить под лабораторию. И аптекарю не будет докучать снующий туда-сюда люд, и он никому не помешает не всегда приятными запахами, что неизбежны при создании лекарственных снадобий.

Здесь все напоминало о том, что когда-то в Ключе проживало в несколько раз больше народа. Тихие коридоры замка, заколоченные окна и двери комнат, такие вот заброшенные домишки для персонала вызывали уныние. Но с недавних пор положение начало меняться, это вселяло надежду.

Общими усилиями мы создали операционную, смотровую и лазарет в заброшенном крыле — раз. Одну из пустующих комнат заняли мои «студенты» Вель и Грит — это два. Теперь у нас поселился странноватый аптекарь — три.

Так глядишь, через пару лет здесь будет не протолкнуться!

Коко заранее велела подготовить домик к приезду нейта Саймона. Конечно, о каком-то роскошестве речи не шло, зато стало чисто. Кровать, стол, полки есть — уже неплохо.

Аптекарь разглядывал новое жилище, боясь даже вздохнуть. Словно его могут погнать прочь за один неосторожный жест.

— У меня просто нет слов, — прошептал он. — Ваша семья столько делала для простых горожан, и по сей день продолжает делать. Обещаю, что оправдаю доверие, нейра Олетта. Графиня сказала, что именно вас я должен благодарить за приглашение.

— Надеюсь, мы с вами уживемся. Только помните, что вы работаете со здоровьем людей, поэтому надо соблюдать правила чистоты.

Тот покраснел и закивал.

— Я много думал об этом и пришел к выводу, что нейт Марагас не так уж и не прав. Я допустил много ошибок и впредь готов избегать их.

— Вот и славно! — Я сложила вместе ладони. — Сегодня уже поздно для деловых разговоров, обсудим все завтра. Обустраивайтесь, а за ужином можете подойти на кухню. За углом есть баня и прачечная.

Я провела краткий инструктаж и убедилась, что аптекарь все понял. Но стоило мне заикнуться про вечные пилюли из сурьмы, его вид снова стал жалобным, как у обиженного ребенка.

— Что же вы, нейра Олеттушка, предлагаете мне расстаться с таким чудесным средством?

— Согласно новым сведениям, сурьма наносит больше вреда, чем пользы. Она повреждает внутренние органы, а очищение желудка происходит именно из-за того, что это яд. Я надеюсь, что вы не будете больше никому ее советовать, да и сами использовать не станете.

Он вздохнул и сгорбился.

— О как… не знал. Пилюля моей бабушки хранится в нашей семье уже много лет, это семейная реликвия.

Я ободряюще коснулась его локтя.

— Понимаю.

Тяжело ломать стереотипы, но надо. Нейт Саймон неглупый человек, но он — дитя своего времени.

— Позвольте нескромный вопрос, — начала я осторожно, — слышала, что аптекари весьма зажиточные люди. Как так вышло, что вас выгнали на улицу? Неужели у вас не было ни дома, ни небольшой квартирки, ни сбережений?

Мужчина захлопал глазами, а потом стыдливо потупился.

— Вы имеете право знать, нейра Олетта. Помните, я показывал свое изобретение, ингалятор? Я договорился со знакомым, он обещал поставить их производство на поток. Но требовалось много денег.

Аптекарь опустился на стул, не в силах больше стоять. Лицо его побледнело.

— Что было дальше, нейт Саймон?

— Я вложил все, что у меня было. На эту сумму хотел купить большой дом в Ринке и посвататься к дочери главы гильдии бакалейщиков. Первая жена ведь умерла давно, детей не случилось. Но предприятие моего знакомого разорилось, я потерял свои деньги.

Он сидел расстроенный, ссутулив плечи. Потом хлопнул себя по колену.

— Да что это я тут жалуюсь? Живой и хорошо.

— Верно мыслите, — решила я его поддержать. — Начнете все с чистого листа. А ваши ингаляторы — это настоящий прорыв. Думаю, найдутся желающие поддержать производство вашего изобретения.

Аптекарь поднял на меня полный надежды взгляд.

— Спасибо, нейра Олетта. Что бы я без вас делал?

Всегда, когда люди меня искренне благодарили, я чувствовала себя немного неловко, что ли. Так и не сумела перебороть в себе это чувство. Я делала то, что должна, не ради благодарности, а потому что знала: так — правильно.

Мы распрощались, и я направилась в замок с намерением навестить Кокордию. Наверняка Костик с Дафиной уже рассказали об успехе операции по возрождению источника. Хочу услышать ее мнение.

Да и по поводу грядущего приема надо посовещаться. И местный этикет сам себя не изучит, не говоря обо всем остальном. Интересно, какой наряд изготовит для меня нейра Латисса?

Оказалось, что в кабинете Коко не одна, с ней за столом сидел нейт Арксур. Страж финансов поднялся и поприветствовал меня вежливым полупоклоном.

— Мы ждали тебя, Олетта, — Кокордия указала на стул рядом с собой.

Оба выглядели серьезно, и я выполнила просьбу графини без лишних вопросов.

— Нейт Арксур узнал кое-что интересное о графе Саваде. Это касается и тебя тоже.

Я поерзала. Ну что там еще? Надеюсь, Молен Арксур раскрыл очередные махинации добрых соседей и мы сможем их прищучить.

О-о… вспоминая выражение лица графа Лока, я испытывала нездоровое удовольствие. Хотя никогда не была злорадной и мстительной.

— Хорошо, я вас слушаю, — кивнула и внимательно уставилась на стража финансов, в руках у которого была кипа бумаг.

Он опустил передо мной на стол первый документ — пожелтевший, с истрепавшимися краями.

— Брачный договор? — я перевела удивленный взгляд с Арксура на Коко. — И что дальше? Бабушка, ты ведь говорила, что мой отец его разорвал.

Страж финансов деликатно покашлял, привлекая внимание.

— Верно, разорвал. Но есть нюанс.

— Нюанс? — я непонимающе нахмурилась, а интуиция сразу просигналила, что дело плохо пахнет.

Кокордия, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица, попросила:

— Расскажите ей, Арксур.

И молодой маг пустился в объяснения:

— По закону, если соглашение о браке разорвано по инициативе только одной стороны, вторая сторона имеет право требовать компенсацию.

— Денежную?

Арксур кивнул.

— Либо денежную, либо земельную. Ваш отец не выплатил компенсацию графу Саваду, поэтому тот посчитал, что имеет право взять свое вашими землями. А теперь и прошение подал, чтобы владеть ими официально.

Вот подлец! Но и папаша молодец, удружил.

— Бабушка, скажи, это правда? Вдруг отец выплатил Саваду деньги, но документы не сохранились?

— Увы, мне об этом ничего не известно, да и Алаис не говорил ни о какой компенсации. Во времена моей молодости такого произвола не было. Если кто-то хотел разорвать соглашение, то делал это без всяких препятствий.

— Вы правы, пункт о компенсации был не всегда. Он появился несколько десятилетий назад.

А ведь суд может удовлетворить прошение Савада. Их род, в отличие от нашего, не в опале и процветает. Своими действиями сосед показывает, что нас можно безнаказанно пинать. Но мы учимся давать отпор.

— И как теперь нам вернуть пахотную землю? — Я перевела взгляд с Кокордии на нейта Арксура и обратно. — Ее ведь вполне можно использовать, овцы как следует удобрили почву за эти годы.

Земля должна быть богата азотом, но его переизбыток тоже вреден. Возможно, понадобится анализ почвы. Интересно, здесь есть такие специалисты?

Родители держали домашнюю скотину, я выросла в деревне. Хотя сбежать оттуда и поступить учиться в город было моей заветной мечтой. Кто бы мог подумать, что однажды мне пригодится все, что я слышала, читала, применяла в течение жизни.

Если в своем старом мире я была просто доктором, то здесь я доктор на все руки.

— Что, если мы докажем, что земля более плодородна сейчас, чем была раньше? — предложила я. — Можем оценить прирост стоимости из-за этого. Вдруг она сильно выросла и получается, что Савад разинул рот на слишком большой кусок? Не может ведь компенсация за несостоявшуюся свадьбу равняться стоимости обширного участка земли?

Коко задумчиво кивнула:

— Интересная мысль. Если мы докажем увеличение стоимости, то сможем требовать более выгодных условий при любом раскладе. Но загвоздка в том, что Савад утверждает, будто от его владения нашей землей пользы больше. Его ткани из овечьей шерсти идут на нужды армии.

Я недобро усмехнулась.

— В голодные годы людей тряпками не накормишь. Почему бы не переселить овец на высокогорные пастбища? Там все равно ничего нельзя сажать, а для скотины в самый раз. Земля должна использоваться по назначению. Почему бы не сделать упор на это?

Арксур достал из папки новые документы:

— У меня есть контакты эксперта по оценке земель. Он сможет провести анализ и дать заключение. Но действовать нужно быстро.

— Тогда решено. Начинаем с оценки. Параллельно готовим документы для суда. Вы справитесь, нейт Арксур?

— Я приложу для этого все усилия, — заявил страж финансов, собрал бумаги и поднялся из-за стола.

— О нашем бывшем управляющем пока нет новостей?

Интересно, где прячется этот прохвост? Кто его укрывает? Думаю, он не настолько глуп, чтобы вернуться в родовое гнездо.

— Нет, но я жду их каждый день, — Кокордия недовольно поджала губы.

— Я обнаружил еще несколько нарушений в документах. Все указывает на то, что управляющий имел тайный счет в одном из банков… — Арксур сделал паузу. — Возможно, он даже открыл его в банке вашего соседа, графа Невуса Бенье. — Но будьте спокойны, я все фиксирую и собираю доказательства. Нейт Гиллаус не скроется от правосудия.

— Очень на это надеюсь, — Коко откинулась на спинку кресла и устало потерла переносицу.

Когда страж финансов покинул кабинет, я произнесла:

— Такое ощущение, что они все, как пауки, соткали вокруг графства паутину. Бенье, Савад, Лок… кто там у нас еще был? Они связаны. И Гиллаус помогал им в их темных делишках.

— Все так и есть, — согласилась Коко. — Им почти удалось разорить нас. Следующий шаг, который они планировали — разодрать наши земли по частям.

— Угу, пусть держат карман шире. Они еще не знают, на что способны женщины-травматологи. Я ведь могу не только лечить, но и калечить.

Графиня улыбнулась одними глазами.

— Дафина и Костадин рассказали, как прошел ритуал. Поздравляю, еще одно твое начинание увенчалось успехом.

— Рано говорить об успехе. А иначе спугнем.

— Если бы мы нашли записи моего деда, — Коко подперла подбородок кулаком и сощурилась. — Он был умнейшим человеком. После него никто не изучал источники графства Готар. Но мы смотрели везде. Книги, документы, дневники будто в пустоту канули.

Исчезновение ценнейшей части библиотеки рода было еще одной загадкой, которую я планировала разгадать. Без нее мне ни за что не овладеть магической силой, которую я унаследовала, на высоком уровне.

— Давай поговорим о грядущем приеме. Как думаешь, что нас ждет?

Кокордия мигом напряглась.

— Светские хищники попытаются нас как следует ощипать, у них это любимое развлечение. Я расскажу, кого и чего тебе следует опасаться больше всего…

Пару часов мы обсуждали предстоящий прием во всех подробностях. Кокордия оказалась кладезем полезной информации о придворных интригах даже несмотря на то, что последние годы жила затворницей.

— Помни, — наставляла она, — каждый, кто будет улыбаться тебе в лицо, может вонзить нож в спину, когда ты отвернешься. Особенно остерегайся нейры Аманды — это племянница герцогини. Она мастерски распускает слухи и обожает устраивать скандалы.

Я кивнула, стараясь запомнить все предостережения.

— А барон Маркус — тот еще змей, — продолжала Коко. — Его род обладает целительской силой, но он считает, что это позволяет ему смотреть на других свысока. Вполне вероятно, что на приеме мы увидим и Савада, и Лока, и старика Бенье. Но нельзя устраивать скандалы и поддаваться на провокации.

— Поняла.

Следом мы обсудили правила этикета, которые я должна соблюдать.

— Никогда не оставаться наедине с незнакомым мужчиной, ясно?

— Яснее некуда, — я подавила зевок, этот сумасшедший день меня утомил.

Ох, если бы Коко знала, что я не просто оставалась наедине с почти незнакомцем, но и плескалась с ним в купели…

— Тщательно подбирай слова в разговоре, никто не должен заподозрить, что ты не та, за кого себя выдаешь. Следи за каждым своим движением, не танцуй больше двух танцев подряд с одним и тем же партнером. Сплетники будут о тебе судачить, особенно их заинтересует причина, по которой тебя отправили в монастырь.

— Меня и так считают больной по всем фронтам девицей, — я размяла затекшую спину.

— Светские болтуны только и ищут, о кого можно поточить зубы. Нападать стаей — это так аристократично, — с сарказмом молвила Кокордия.

— Ну пусть попробуют.

Тут в дверь постучали, и вошла Дафина с кипой бумаг:

— Олетта, бабушка… Я только что закончила план по расширению теплиц. Посмотрите, пожалуйста.

Я с радостью переключилась на более привычные дела. Все эти придворные и политические интриги были мне чужды и утомляли.

— Когда ты все успеваешь, сестренка?

— На самом деле я ничегошеньки не успеваю! Но после ритуала я совсем не устала, напротив, почувствовала прилив сил. — Дафина придвинула стул и уселась рядом. — Теперь, когда у нас поселился нейт Саймон, мы сможем делать лекарственные снадобья не только для себя, но и на продажу. Расширимся, начнем зарабатывать. Аптекарь знает столько рецептов! И Замир делает успехи, он силен не по возрасту. Объединив силы, мы заставляем травы быстрее расти, а ягоды — созревать.

Пока мы с сестрой переговаривались, Кокордия задумчиво наблюдала за нами.

— Знаете, — произнесла она наконец, — иногда мне кажется, что все это сон.

— Бабушка? Что ты имеешь в виду? — спросила Дафина с непониманием.

Та погладила внучку по руке и улыбнулась.

— Не обращай внимания, милая. Это я так… брюзжу. Привычка.

Но я знала, что на самом деле чувствует Коко. Это надежда.

Надежда на то, что она оставит своим внукам и правнукам не бесконечные долги и врагов, а процветающее графство.

И следующий шаг, который мы предпримем — попытаемся произвести впечатление на приеме и найти союзников.