Глава 67 · Чужими глазами

— Сын мой, позволь хотя бы обнять тебя, — герцогиня шагнула к наследнику и заключила его в теплые материнские объятия.

Они закрылись в кабинете подальше от любопытных ушей. Мать и сын не виделись много месяцев, и сейчас она казалась донельзя взволнованной, даже аристократически бледные щеки порозовели. Такое яркое проявление чувств было не свойственно Церинции.

— Я тоже рад видеть вас, дорогая матушка.

После оба опустились в кресла, и герцогиня задала интересующий ее вопрос:

— Ты протанцевал с этой девушкой четыре танца подряд, и только потом обратился к гостям с речью и поприветствовал мать. Что это значит, Лерран?

— Ничего, что могло бы вас обеспокоить.

— Я чувствую, что ты что-то скрываешь от меня. Ты так хорошо знаешь нейру Олетту?

Как мать наследника герцогства Моро и просто ответственная женщина, Церинция интересовалась жизнью сына. Ей хотелось быть в курсе всего, но, став взрослым, Лерран начал отдаляться. У него появилось слишком много тайн, и это огорчало.

Сейчас ее интересовали не только военные успехи сына, но и его отношения с женщинами. Ей хотелось счастья своему ребенку, хоть она и понимала, что Леррану суждено жениться по расчету. А нейра Олетта была весьма и весьма неожиданной фигурой в этой игре. Она могла разрушить всю партию.

— Матушка, я не понимаю, к чему эти вопросы? Я обязан нейре Олетте, вот и все.

Она подавила вздох и произнесла:

— Нейра Олетта мне понравилась, не буду лукавить. Мы обсудили с ней несколько вопросов, касающихся развития медицины и помощи больным и раненым солдатам. Она не похожа на всех остальных из семейства Готар, в ней чувствуется твердый стержень. Я бы даже сказала, что у нее мужской характер, — герцогиня подбирала каждое слово. — Но то внимание, которое ты ей уделил, может разрушить ее репутацию и вызвать зависть у других, более родовитых нейр.

Лерран даже не задумывался о подобных глупостях. Увидев девушку из зазеркалья на этом приеме, осознав, кто она такая, он забыл о предрассудках. Хотелось узнать ее получше, провести с ней чуть больше времени, чем позволил случай.

Его мать всегда была слишком проницательной. Нельзя было даже рассчитывать на то, что она не заметит его внимания к нейре Олетте.

— Лерран, помни, ты не имеешь права влюбляться. Нам не нужны лишние слухи.

— Матушка, давай оставим этот разговор, — бескомпромиссно, с ноткой раздражения отозвался его светлость. — Это совсем не то, что ты думаешь.

— Его величество уже подобрал для тебя идеальную невесту, — «обрадовала» герцога матушка.

Он никак не отреагировал на эту новость. Только стиснул зубы и посмотрел в окно.

— Лерран, ты даже не спросишь, кто она? — настаивала герцогиня.

— Мне все равно.

Церинция откинулась на спинку кресла. Весь день на ногах, она так жутко устала! И встреча с сыном прошла не так, как она себе представляла.

— Своим упрямством ты пошел в отца.

— Я думал, что в тебя, — наконец в голосе Леррана прорезалось что-то человеческое, ушел официоз. — У меня будет к тебе просьба, матушка.

— Что ж, слушаю, — она царственно приподняла голову.

— Если нейра Олетта обратится к тебе с какой-либо просьбой, обещай, что рассмотришь ее. Я велю своим помощникам в канцелярии уделить внимание спорам между Готарами и другими родами. В герцогстве пора навести порядок.

Интуиция ее не обманула. Речь пошла именно об этой девушке.

Но что у них общего? И чем она могла зацепить Леррана?

Внешность — не сказать, что дивная красавица, хоть у нее и приятные гармоничные черты. Но она уже не юна, засиделась в невестах. Такие редко находят хорошую партию.

И где они вообще могли пересечься, если нейра Олетта много лет провела в монастыре и вернулась домой лишь недавно? Чем Лерран ей обязан?

Почему в последнее время вокруг нее столько всего закрутилось? Граф Савад, граф Лок, граф Бенье, а сегодня еще и барон Фиго, косметолог герцогини. Они готовы проклясть ее! Слишком бурная реакция на простую дворянку из бедного рода.

Наверное, дело в характере. В вызове, который она способна бросить обществу. Для обычной женщины это плохо. Женщина и мать семейства должна быть тихой и незаметной.

Но магичка, целительница — немного другой случай.

Церинция наблюдала за сыном, подмечая каждую деталь. Ее беспокоило не только его явное раздражение, но и то, как он замкнулся при упоминании нейры Олетты. Что-то происходило между ними, это не просто светский интерес.

— Наша семья не всесильна, Лерран. Мы не можем жертвовать расположением одних вассалов ради других.

— Я это прекрасно понимаю. И тем не менее, нейра Олетта — тоже полезный союзник, — он медленно повернулся к матери, и в его глазах промелькнуло что-то, чего она не могла разгадать.

— Союзник? — герцогиня скептически приподняла бровь.

— Именно так. Союзник.

Церинция задумчиво поднесла руку к подбородку. Ее пальцы машинально коснулись изящного перстня с изумрудом. Она прекрасно понимала, что за внешней холодностью сына скрывается нечто иное. Лерран никогда не просил о подобном, особенно когда дело касалось женщин.

— Хорошо, — наконец произнесла она. — Я рассмотрю ее просьбы, если они будут.

В ее голове крутились мысли о нейре Олетте. О том, как эта девушка смогла привлечь внимание ее сына. Что-то в этой истории настораживало, и герцогиня намеревалась выяснить, что именно. И лучший для этого способ — подружиться с девицей Готар.

* * *

Его светлость даже подумать не мог, какой сюрприз ждет его сразу по прибытии домой. Хорошо, что выдался редкий период затишья, и он позволил себе навестить Страж и исполнить герцогский и сыновний долг.

И на лестнице, ведущей к танцевальному залу… Он встретил эту девушку. Сначала решил, что обознался, но и голос, и светлые волосы, и лицо, и все остальное — принадлежали ей.

Оле. Деве из купели. Олетте Готар.

Эти образы наконец слились воедино. Да, в глубине души он так и думал, но привык верить лишь голым фактам.

Встречей он остался доволен. Только жаль, что им удалось провести вместе совсем мало времени. Что такое четыре танца? Мелочь!

Он не мог отвести взгляда от ее изящной фигуры, от того, как грациозно она двигалась, как светилась, словно драгоценный камень. В ней было что-то особенное.

«Олетта Готар… Дева из купели…» — мысли кружились в его голове, сплетаясь в плотный узор.

Жаль, что они не познакомились раньше. Впрочем, это было почти невозможно: Олетту заперли в монастыре на долгие годы. Лерран подозревал, что там она получала редкие знания о науке исцеления. И магия ее была очень животворящей.

Говорят, что жена-целительница продляет жизнь мужа и восстанавливает его силу. А искушение еще раз соприкоснуться с ее магией было слишком велико.

Ран ожидал, что мать удивит его просьба и его поведение в целом. Но в конце концов она справилась с эмоциями. Церинция Моро умная женщина, хоть и пытается все контролировать.

Именно сейчас ему не хотелось возвращаться в горы. Сейчас, когда он спустя столько времени встретился с Олей и поговорил с ней. В зале гости пытались перехватить его, лезли с разговорами и приветствиями, но он подошел к Кокордии Готар.

От неожиданности та едва не выронила веер, но быстро взяла себя в руки.

— Ваша светлость… какой прекрасный вечер…

— Доброго здравия, нейра Кокордия, — он прошелся взглядом поверх головы пожилой графини, словно пытаясь высмотреть где-то там фигуру интересующей его женщины. — Ваша внучка уже отбыла в Ключ?

— Да, Олетта покинула зал сразу, как закончился ваш последний танец.

— Благодарю.

Что ж, напрасно он надеялся повидаться с ней перед отбытием. Значит, не в этот раз. Оля — целитель, и сейчас ее больше интересует больной, чем герцог Моро.

Но Лерран был уверен, что найдет способ снова с ней встретиться.

* * *

Прием стал очередным испытанием для ее закаленного горестями сердца. Графиня очень переживала за своих девочек и, как оказалось, не зря. Ведь Савад и компания уже точили зубы.

С возвращением и перерождением Олетты про их род снова вспомнили. И это было удивительно, к ним начали тянуться не только враги и хапуги, но и прочие интересные личности.

Например, граф Терренкот. Говорили, что их род произошел от котов-оборотней, но лично Коко считала эти слухи глупыми байками. Она своими глазами видела, как этот хитрый граф танцевал с ее внучкой, а потом начал крутиться вокруг самой Кокордии. Он хотел покупать древесину Готаров на выгодных для себя условиях.

И Коко обещала подумать. У них снова две лесопилки, надо сбывать куда-то товар. А деньги лишними не бывают.

Потом ее девочки пропали, а вернулись уже в компании Соларов и баронессы Шерри. Кокордия слышала, что это очень известные и уважаемые маги из южной части Рэнвилля. Только что они забыли здесь, на северо-востоке?

— Бабушка! — Дафина коснулась ее руки. — Прости, что заставили тебя переживать.

— Тише, милая. Нас могут подслушать, — она прикрыла веером губы.

— У нас появились новые друзья.

— Вы с Олеттой делаете успехи на зависть недругам. Но только Ризая Солар — не лучшая компания для молодой незамужней нейры.

— Почему? — искренне удивилась наивная Дафина. Она всегда была нежным цветочком.

— Магичкам всегда было позволено больше, но она перешла все границы. Ризая родила своих близнецов вне брака, никто даже не знает, кто их отец. Глава рода, ее брат, признал детей и дал им свое имя, но все же…

Глаза внучки распахнулись от изумления.

— Я не знала. Но она такая хорошая женщина.

Коко вздохнула.

— Общество беспощадно. Но чем быстрее вы с Олеттой примете правила, тем проще вам будет.

Кокордия наблюдала за гостями и своими внучками из тени, стараясь не пересекаться со сплетниками и любимыми соседями. Но они сами искали с ней встречи. Вот и Невус Бенье, жадный банкир, прошипел:

— Ах, это ты, Кокордия. Ничего у тебя не выйдет, мой банк процветает, как бы тебе ни хотелось обратного.

— Ты уже все соки высосал из заемщиков. Не боишься, что народ взбутнуется и снесет твой банк?

Ей так хотелось отхлестать заносчивого и наглого старика веером! Но нельзя. Надо держаться.

Лицо его, покрытое бородавками, покраснело.

— Это угроза, дорогая соседка?

— Всего лишь совет не наглеть.

Ничего, их страж финансов уже копает документы и законы, пытается разобраться, как прижать жадного Бенье, и понять, все ли чисто с доверенностью, по которой прежняя Олетта получила деньги.

Невус Бенье уполз, как змей в свою нору. Наверное, он ждал от Коко извинений, но холодность и презрение его сразили.

Следующим был граф Савад. Он еле сдерживал гнев, кулаки его сжимались от досады и злости. Улучив момент, когда графиня осталась одна в тени колонны, сосед бросил презрительное:

— У меня было выгодное предложение для вашего вшивого семейства, но вы упустили свой шанс. Я знаю, твоя внучка что-то сделала с моим сыном. Я хотел по-хорошему.

— Оставьте нашу семью в покое, граф, — холодно процедила Коко. — Вам никогда не получить ни Олетту, ни наши земли. Смиритесь.

— Посмотрим, — напоследок он окинул старушку многообещающим взглядом и удалился.

Кокордия продолжала наблюдать. Ее девочки танцевали то с одним, то с другим, даже сама она подарила танец галантному графу Солару. Красноволосый маг огня развлек старушку непринужденной беседой, похвалил ее внучек и тоже сделал выгодное предложение, которое могло помочь развитию графства Готар.

Этот вечер стал не только вечером испытаний, но и открывшихся перспектив. И виной тому Олетта. Она была удивительной, слишком прямой и порядочной для их общества, не скованной цепями правил и предрассудков. Когда она покинула зал, чтобы вылечить разносчика, Коко даже не удивилась.

Ну а потом произошло уж совсем невероятное.

Явился сам герцог Моро. Никто не ожидал, что он посвятит все свое внимание Олетте. Все взгляды были прикованы к их паре, казавшейся воистину прекрасной и гармоничной. С волнением Кокордия наблюдала за тем, как прекрасный светлячок в объятиях герцога кружит по залу.

Выходит, Ольга была права, когда подозревала в том незнакомце из зеркала-артефакта Леррана Моро. Они познакомились задолго до этого вечера, между ними уже зародилась невидимая связь.

— Какая неслыханная наглость.

— Не того полета птица.

Ядовитый шепот то и дело достигал ее ушей, и Кокордия старалась отойти подальше. Но были и те, кто с теплом отзывался об Олетте. Каким бы бездушным ни казалось общество, многих тронула история с разносчиком. То, как Олетта, не раздумывая и не боясь испачкать платье, бросилась ему на помощь.

Дафина как раз закончила танец с одним из кавалеров и, сияя, подбежала к бабушке.

— Ты видишь? Глазам своим не верю! Наша Олетта уже так долго танцует с герцогом. Может, он в нее влюблен? Вот было бы здорово.

Внучка радовалась так наивно и искренне, что графиня тоже не выдержала и улыбнулась.

— Время покажет, моя дорогая.

— Ох, это уже четвертый танец, — Дафина приложила ладошку ко рту. — И что теперь будет? Ты говорила, не больше двух…

— Мало ли что я говорила, — хмыкнула Кокордия.

Чутье подсказывало, что все это неспроста.

* * *

Далеко не всех радовало присутствие Готаров на приеме. Графы Лок, Савад и Бенье собрались тесным кружком в тихом уголке на улице, чтобы обсудить план действий.

Требовалось наказать зарвавшихся выскочек. А они уже каким-то образом привлекли внимание герцога!

— Все могло получиться. Только эта нейра Олетта явилась слишком невовремя.

— Лучше бы она сгнила в своем монастыре.

И правда, с ее возвращением дела у клятых соседей пошли в гору. Сегодня граф Савад смотрел в самоуверенное лицо Олетты Готар и думал о том, как же он ее ненавидит. Откуда взялась такая лютая ненависть? Он и сам не знал.

Ему казалось, что из монастыря вернется забитая скромная девица, которую будет легко прогнуть под себя. Но она только посмеялась над ними! Она была слишком наглой и слишком красивой. Просто ужасное сочетание!

Еще бестолковый Мирзэ весь план испортил. Он должен был хотя бы скомпрометировать ее, чтобы у Готаров не осталось выбора. Но сын не справился! Позволил девчонке применить к нему какую-то оглушающую магию и усыпить. Позорник.

Но ничего, настанет и час Савадов. Земли Готаров однажды отойдут к нему и его сторонникам, даже заступничество герцога Моро не поможет. Ушлая девица и к нему как-то клинья подбила. Настоящая змея.

— Послушайте, — обратился граф к Бенье и Локу, — все зашло слишком далеко. Готары задрали носы, но это они должны нас бояться.

— У тебя есть какие-то идеи? — поинтересовался граф Лок.

— О, да. Идеи у меня есть, — граф Савад злорадно усмехнулся.

Он раздавит своих глупых соседей, как букашек.