Не надо предавать принципы. Ари

Ночь прошла беспокойно. Я металась по кровати, бесконечно взбивала подушку и тянула одеяло на голову. Ничего не помогало! Казалось, что вместо постельных принадлежностей ко мне прикасаются его руки. Перед глазами мелькало восхищённое лицо Кудрявцева во время близости, а потом потрясённое, когда я спросила его о жене.

Костя всё время говорил, что свободен. Утверждал, что не имеет ни жены, ни подружки, даже когда только устраивался на работу и этот вопрос был обычной болтовнёй. Теперь он говорил то же самое, но лицо! Так выглядят неверные мужья, которых застукали в постели с любовницей!

Что может вызвать такую реакцию? Почему не имея жены Костя выглядит, как оступившийся супруг? Как будучи свободным и не встречаясь ни с кем, можно выглядеть таким виноватым? У меня была только одна теория на этот счёт. Костя любил девушку, с которой расстался, но планировал снова наладить отношения, но тут вмешалась я.

Если бы не его переживания из-за моего внезапного исчезновения, он бы и смотреть в мою сторону не стал. Он просто испугался. А потом, его что-то во мне зацепило и дальше действовал на инстинктах. Что-то зацепило… Может быть, похожая одежда? Голос, цвет волос или глаз. Точно! Я похожа на неё внешне!

Мысль о моём сходстве с его бывшей девушкой посетила меня почти под утро. Я чуть не застонала от разочарования. Это многое бы могло объяснить. И то, что чувства возникли только после того, как мы уехали в командировку и я переоделась в нерабочую одежду. Эту догадку подтвердило и то, как Костя среагировал на мой вид в спортивном костюме. Моя талия привела его в шок! У его бывшей такая же?

К утру я, измяв постель, понимала только одно: я нарушила единственный непреложный принцип. Первый раз в жизни. И тут же получила с размаху по лицу. Это надо было решать сразу и без сантиментов. Рассталась же я с Фёдором, не проливая слёз? И Кудрявцева отрежу без анестезии. Умывшись, я надела брючный костюм и вышла к завтраку, как на совещание, и начала без подготовки.

– Константин, я хочу сразу поставить все точки над Ё. То, что произошло между нами, было ошибкой и никогда больше не повторится.

Он вышел к завтраку в джинсах и рубашке с длинным рукавом. Был идеально причёсанным, но выглядел взъерошенным. Словно тоже ворочался в кровати до утра. Он прошёл мимо меня к холодильнику и достал продукты.

– Ариадна, я предлагаю не быть столь категоричной. То, что случилось, называется близость. Если она произошла, значит, мы оба этого хотели, и нет смысла доказывать, что это было плохо. Думаю, что нам обоим понравилось.

– Давай не будем обсуждать произошедшее и степень полученного удовольствия! – Мои щёки загорелись, как у гимназистки. Хотелось бы думать, что от злости. – Главное, что это не будет иметь продолжения! Мы коллеги, и только коллеги. Возвращаемся на твёрдую почву рабочих отношений. Не надо путать тёплое с пресным.

– Чего с чем не надо путать? – Костя выглядел растерянно.

– Сладкое с красным или любые другие две несравнимые вещи. Мы с тобой работаем вместе. Вот и давай работать, а не отвлекаться на мимолётные увлечения.

– На что-о-о? – Костя застыл у холодильника с куском буженины в руках. – Так вот это что для тебя было? Мимолётное развлечение? Ты к этому так относишься? Как к приключению? Чем для тебя была наша близость? Физиологическим актом? Способом забыть жениха? Вариантом развлечься?

Кудрявцев размахивал бужениной, словно дирижировал ансамблем поваров. Это было бы смешно, если бы не его глаза, которые метали молнии. В них искрило высоким напряжением. Костя надвигался на меня, как ураган с неласковым женским именем и порывистым ветром.

– Нет же, ты меня неправильно понял!

Чтобы оказаться на одном уровне я вскочила со стула. Он наступал, а я пятилась назад мелкими шагами.

– Я тебя правильно понял! Вчера! А сегодня, ты несёшь какую-то чушь!

– Хорошо! Называй вчерашнее происшествие как хочешь! Главное, чтобы это не имело продолжения!

– Это? Теперь наша близость будет называться «это»? Для меня она не была проходным развлечением! В отличие от тебя, мне нечего стыдиться! И чтобы не было никаких недоразумений в будущем, я тебе говорю: это было лучшее, что я когда-либо испытывал!

– Да я не спорю, Костя! Только давай прекратим это безумие! Останемся коллегами!

– Коллегами? По работе? Ты вообще помнишь вчерашний день?

Кудрявцев шваркнул кусок буженины на стол так, что на нём задребезжали вилки. А потом, метнулся ко мне с грацией гепарда и впился в губы собственническим поцелуем. В нос проник яркий мужской аромат. На языке вспыхнул мятный привкус. И я всё вспомнила в мельчайших деталях.

Костя прижал меня к себе и запустил руку в волосы. Он не давал мне ни единого шанса выскользнуть из его горячих объятий. Целовал, гладил и прижимал к своему твёрдому телу. Он пил меня с жадностью путника в пустыне. Его руки были всюду, и мои отвечали взаимностью.

Мы оба потеряли голову. Взвизгнула резко вынутая из-под брюк ткань рубашки, звякнула пряжка ремня. Его ладонь скользнула под мои брюки и сжала кружево трусиков. С губ сорвался стон, а руки скользнули под рубашку. Погладили горячую спину и потянули мощное тело к себе.

Мне было всё равно где и как случится наша близость. Ничего, кроме его рук и губ больше не имело значения. Мир почти полностью перестал существовать за пределами его объятий. Сузился до его глаз и рук. Я уже готова была начать срывать с Кости одежду, но услышала звук входящего. Такой рингтон стоял у Кудрявцева на Моторина.

Действительность навалилась полным весом на мои хрупкие плечи. Я вывернулась из мужских объятий и, придерживая расстёгнутые брюки, рванулась к выходу из кухни, по дороге буркнув, – ответь начальнику.

Костя чертыхнулся и схватил телефон. От ответил чуть резче, чем полагалось. А я метнулась в зал, забрала свой ноутбук и заперлась в спальне. Отдышавшись, вошла в систему и написала в рабочем чате, что смогу общаться только там. Костя прочитал сообщение и, разумеется, понял что я имела ввиду.

Я надеялась, что он придёт в себя и не будет настаивать на общении, но уже через пару минут в дверь моей спальни настойчиво затарабанили.