Глава 11. Андрей

Глава 11. Андрей

— Часами сидеть друг напротив друга, — протянул я, отправив в рот кусок аппетитного румяного стейка. — Это так… сближает.

— Я очень рад, Андрей, что ты это понимаешь, — ответил этот блаженный, игнорируя мой сарказм.

А может и действительно Ананисий его не замечал. Кто знает, что у него в голове? Может распознавательные шарики не просто заехали за ролики, а вообще отсутствуют, как таковые? Не предусмотрены заводской комплектацией. Пойди разберись в устройстве мозга этого основателя секты воздержания!

— Единение душ – вот главная составляющая гармоничных отношений, — продолжал говорить Анфисий.

— Как интересно, — протянул я, вновь посмотрев на Таю. — Скажи, Анфисий, а заниматься подобным единением нужно молча? Или издавать звуки всё же можно?

Реакция бывшей говорила красноречивее любых слов. Казалось, ещё немного, и она просто решит утопиться от стыда в бокале с шампанским, за которым безуспешно пыталась спрятаться от моего внимания.

— Тишина, Андрей, — ответил на заданный вопрос Анфисий. — Ничего не должно мешать единению. Любые звуки губительны для гармонии. Они мешают потокам энергий циркулировать между двумя людьми, смешиваясь и даруя тем самым наслаждение.

— Никаких звуков, говоришь? — смаковал я реакцию Таи, наслаждаясь сейчас притоку крови к её пылающим щекам. — Ни стона? Ни… даже не знаю… слова “ещё”?

— Абсолютная тишина, — уверенно ответил Ананисий. Его даже не смущало, что я уже несколько минут не отрываясь смотрю на его девушку, ведя разговор с ним. Вот что значит, на своей волне человек. — Ни звуков с улицы, ни звонков на мобильный, ни даже скрип мебели не должен присутствовать.

Тая, Тая… Можешь сколько хочешь краснеть и прятать глаза. Мы оба знаем, ЧТО происходило в твоей комнате. А точнее, чего там точно НЕ происходило.

— Это всё так интересно, Анисий! — а вот Алиса, в отличие от меня, слушала этого гуру с неподдельным интересом. — Когда мебель скрипит, это само по себе ужасно, а в моменты, о которых вы рассказываете, так вообще, — она засмеялась, оглядывая всех присутствующих за столом. — Ой, к слову, про ужасное! Представляете, на Андрюшу сегодня упала картина! Я так испугалась, когда вышла из ванной. Он такой запыхавшийся стоял на кровати… а если бы она упала ночью? Пока мы спим?

— Лисёнок, — опустив фужер с шампанским на стол, Тая привлекла внимание Алисы. — А когда говоришь это было?

— Сегодня, — тут же ответила она ей. — Перед тем как мы спустились сюда. Я вышла из ванной и… ой! Меня опять что-то ударило под столом!

— Может домовые? — ляпнул я, взглядом приказывая Алисе замолчать.

— Их же не существует, — хлопала она ресницами, совершенно не понимая мой намек.

— Лисёнок, ты так здорово рассказываешь! — не унималась Тая. От румянца на щеках не осталась никакого следа. Сейчас она лишь самодовольно улыбалась. — Говоришь, Андрюша прыгал на кровати? Пока не получил по голове картиной?

“Один-один, Троицкий!” — читалось в её направленном на меня взгляде.

Что ж, пусть будет так.

— У этого дома ужасная энергетика, — неожиданно подал голос Анфисий. — Всё пропитано низменными желаниями. Неудивительно, что здесь так легко травмируются. Даже Таисия ударилась пальцем, пока… — он вдруг замолчал, повернув голову на Таю. — А что ты делала на кровати, напомни пожалуйста?

— Взбивала одеяло, — не моргнув глазом ответила она. — Очищала его от энергий… всяких…

— Ой, — прикрыв ладошкой рот, Алиса с ужасом посмотрела на меня. — Андрюша, я не хочу травмироваться из-за отрицательных энергий!

— Не переживай, Лисёнок, — усмехнулся я. — Сейчас зажжём что-то вонючее и как займемся с тобой единением душ! Очистим энергии до блеска. Ты только представь. Свечи, ты, я, Константин…

— Константин? — переспросила Алиса. — А он точно нам там нужен?

— Он уже пообещал вытирать нам стекающие с подбородка слюни, — напомнил я. — Помнишь, гуру сказал, рты должны быть открыты.

— Но…

— Константин? — позвал я дворецкого. — Предложение ведь ещё в силе?

— Я почту за честь возможность вытирать ваши слюни, Андрей Сергеевич, как несмышлёному малышу, — серьёзно ответил он мне, переведя взгляд на отца Анатолия. — К слову, о пятилетнем. Позволите обновить?

— Не откажусь, — пробасил священник, всё это время с интересом наблюдающий за нашим разговором.

— Я тоже, — покачала головой бабуля, смотря на Константина. — Только моей выдержки скоро не хватит. Нужно что-то семилетнее.

На некоторое время за столом воцарилась тишина. Пока батюшка не получил себе обновлённую порцию пятилетнего и не решил поздравить ба, произнеся речь.

— Моя дорогая Агнесса, — не с первой попытки поднявшись, путаясь в рясе, заговорил он, приподнимая стопку. — Молю бога, да укрепит он твои силы, как духовные, так и телесные, — перекрестившись, отец Анатолий шумно выдохнул в сторону: — Аминь.

— Алю-у-уминь! — тут же подхватил за ним Баскервиль. — Бросай шпалу, дур-р-ра! Тут пр-р-ринимают алюмини-ий!

— Спасибо, дорогой мой, — привычно проигнорировав болтливого Баксика, бабуля повернулась к Константину.

— Второе горячее сейчас будет подано, — моментально понял он её намёк, дав знак официантам.

В целом ужин прошёл дальше спокойно. Мы поели, иногда обмениваясь репликами. Я даже никак не стал комментировать поздравления от Таи и её Ананисия. Вот что стейк животворящий делает!

После того, как было покончено с десертами, Константин пригласил всех пройти в гостиную, где мы сможем не только наконец-то вручить подарки имениннице, но и выпить чая.

Когда все разместились, я первым взял со стола свой подарок и направился к бабуле, уворачиваясь от влетевшего за нами Баскервиля.

— Вспышка спр-р-рава! — выдал он, делая круг и приземляясь на свою жердочку. — Аплодисме-э-энты пилоту!

— Отбивную бы сделать из этого пилота, — огрызнулся я в его сторону.

— Смею напомнить, что мясо старой птицы несколько суховато, — заметил Константин. — Рекомендую паштет вместо отбивных.

Улыбнувшись ему, я протянул бабушке коробочку:

— С днём рождения, — чмокнув её в щеку, я шепнул ей на ухо: — Надеюсь, тебе понравится.

— Заинтриговал, — усмехнулась она, доставая цепочку с медальоном. — Андрюша… какая прелесть!

Впрочем, покрутив подарок в руках, она вскоре положила его обратно, бросив взгляд в сторону моей бывшей.

Усмехнувшись, я сел на диван, закинув руку на спинку за спиной Алисы. Посмотрим, Тая, что ты приготовила с Ананисием для ба. Коробка была не маленькая. Возможно, доверху набитая травками. Или чем там её блаженный приторговывает?

— Агнесса Винировна, — бывшая протянула моей бабушке внушительную коробку, совсем тихо дополняя: — Я очень надеюсь, что вам понравится. Подарок я сделала сама, там мыло ручной работы с маслами и травами.

Мыло.

Неужели она до сих пор этим занимается? Хотя, сказать по правде, это её увлечение мне нравилось. Чего нельзя сказать про остальное…

— Моя дорогая, — расплылась в улыбке ба, открывая крышку. — Мне уже нравится. Ведь всё, что мы делаем руками, содержит… — она замолчала, смотря внутрь, — …часть нашей души.

Её замешательство стало мне понятно, как только она извлекла из коробки прозрачный пакет с… розовым мылом. Огромным, толстым, вытянутым, с двумя полушариями у основания, ужасно напоминающими…

— Ты слепила моей бабушке из мыла член?!