Глава 26. Тая

Глава 26. Тая

Глава 26. Тая

— Выздоравливайте, Агнесса Винировна, — пожелала я и последовала за Андреем к выходу, позволяя вести себя за руку.

Мы вышли в полном молчании и даже, когда за нами закрылись двери, продолжили стоять плечом к плечу, как несколько секунд назад, изображая счастливую пару. Осмысливали случившееся.

Бывший откашлялся и отпустил мою ладонь.

— Нужно побеседовать с врачом, — сказал он чуть севшим голосом. — Как-то… я не ожидал, что вот так… все будет.

— Да, — согласилась я, обнимая себя руками за плечи и ежась от озноба. — Уверена, все будет хорошо.

— Угу, — Андрей взглянул на меня и немного криво улыбнулся. — Будет, да.

— Мне очень жаль, — сказала я, когда наши гляделки затянулись.

— Ты не виновата, — бывший подошел к креслам, сел в одно из них и с силой растер лицо руками. — Мне всегда казалось, что ба вечная. Несгибаемая. Железная… Ладно… — он резко встал и осмотрелся. — Спасибо, Тая, что поддержала, — Троицкий позволил себе лишь минутную слабость. — Дальше я сам.

— Не за что. А… можно я тебе позвоню завтра? Справлюсь о здоровье Агнессы Винировны.

— Да. Номер я не менял.

— К-хм, — откашлялась я. — А ты бы не мог мне его напомнить. Я случайно его удалила. Были какие-то неполадки, я нажала что-то не то…

Он хмыкнул, точно не поверив в мои россказни, и жестом попросил телефон. А вот к моему стыду, Андрей даже помнил мой пароль и с легкостью вбил свой номер в справочник.

— Супер, — произнесла я и торопливо попрощалась, не представляя как вести себя дальше. Нападать на Троицкого было куда проще, когда он вел себя как Козлюшенька. А бить человека, на котором лица нет… я не настолько жестока.

Я вышла из клиники и поняла насколько вымотана — полностью опустошена морально и физически. Мне хотелось забраться в теплую ванну и проваляться в ней до самого вечера. Я вызвала такси, не в силах добираться до дома на общественном транспорте. Если бы не настойчивый запах сигарет в салоне автомобиля и довольно громкая музыка, я бы точно задремала под монотонное подпевание таксиста исполнителям песен, смысл слов которых я не разобрала.

К двери квартиры я подошла только с одной мыслью — спать. Никакой ванны, никаких масочек и скрабиков, только здоровый, приносящий покой сон.

— Мяу-у-у, — это первое, что я услышала, стоило мне только-только приоткрыть дверь. — Мяу-у-у, — мои любимый толстопуз орал дуриной, словно дворовой кот в марте. — Мяу-у-у, — продолжал требовательно басить, когда я появилась на пороге, закрыла за собой дверь и сняла куртку.

— Ну привет, красавчик, — я погладила кота по спине. — Как ты тут без меня?

Чоки мурчал, но в каждом “мур” я слышала осуждение. Мол, что ты хозяйка оставила меня совсем одного, без еды, без воды, без чистого туалета?!

— Ты голодный? — спросила я, снимая сапоги. — Хочешь кушать?

Заветное слово “кушать” сделало свое дело. Чоки вместо довольно приятного для слуха “Мяу” издал себя требовательное и басовитое:

— Ма-а-ау!

Кот двинулся к кухне, остановился, оглянулся, проверяя иду я за ним или нет, и продолжил свое шикарное дефиле, виляя из стороны в сторону упитанной кошачьей задницей и круглым пузом.

Не могу сказать, что я была поклонницей лысых котов, наоборот! Мне они всегда мышей напоминали больше, чем милых пушистиков. Но когда на улице ко мне прибилось это упитанное нечто — не взять домой я просто не смогла. И даже честно пыталась найти хозяев этого прожорливого брюшка! Но, на мои объявления никто так и не откликнулся. И толстенький Окорочок остался жить у меня. Чоки, если сокращённо.

— Ты серьезно? — с укором спросила я у питомца, осматривая его миски. — У тебя еще две полных чашки корма и таз воды.

Видимо соседка, которую я попросила следить за кормом моего любимца, заходила совсем недавно до моего возвращения домой.

Окорочку на все мои речи, что корма еще хватит на пару дней, было явно безразлично. Он потирал свои толстым пузиком дверку кухонного шкафа, точно зная, там спрятано его любимое лакомство — хрустящие подушечки с утиной печенью.

— Тебе конечно же плевать, но я сама никогда не ела паштет из утиной печени, понимаешь?

В зеленых глазах пузатика читалось: “Понимаю и мне плевать!”.

— Ну ладно, — я открыла специальный защитный замочек, который обычно покупают и устанавливают родители для своих чад, когда те начинают ходить и любопытничать. Ну… а я купила его для своего кота. — Чувствуешь, что мне стыдно, да? И пользуешься? Но ведь меня не было всего ночь… Приятного аппетита, — я поставила на пол чистую миску с пятью подушечками жутко дорого лакомства.

Кот взглянул на содержимое тарелки, а потом на меня.

— Мя-у-у, — протянул в очередной раз.

— Мало?! Серьезно?! Да ты жуткий обжора, — я докинула еще горсточку. — Больше не проси.

— Мяу.

— Нет! — я уверенно отказала коту. — Все, ешь, мне звонят. Тр-р-р, тр-р-р, — изобразила звонок и, посмеиваясь, поспешила скрыться от осуждающего взгляда Окорочка. Кажется, я превращаюсь в жуткую одинокую тетку, что разговаривает с котом. И как такое возможно имея мужчину?.. Я всегда думала, что кошатницами становятся от отчаяния и одиночества. Но у меня есть Анисий, и он определенно мужчина. В этом я лично убедилась. По крайней мере визуально.

Анисий словно почувствовал, что я думала о нем, и мой телефон действительно зазвонил в кармане куртки.

— Да, — я приняла вызов. — Как ты?

— Нормально, Таисия, — ответил мужчина надломленным голосом.

— Сильно болит, да? — я прошла в кухню и опустилась на стул, наблюдая за котом.

— Честно говоря, очень.

— Бедненький. Надеюсь, ты не стал отказываться от обезболивающего.

— Таисия, — произнес Анисий, громыхая чем-то. — Мне нужна твоя помощь.

“Вот черт! Я так хотела отдохнуть”, — пронеслось в голове, и тут же лицо залила краска стыда.

— Какая? — спросила я, скрестив пальчики, чтобы это не был поход в аптеку или магазин.

— Я буду тебе очень благодарен, если ты за меня откроешь отдел. С утра должны прийти постоянные клиенты за сбором номер тридцать четыре, а в обед обещали поставку чабреца и толокнянки.

— О-о-о, — я облегченно выдохнула. — Конечно. Я смогу прийти чуть пораньше.

Мы с Анисием занимали два небольших отдела в торговом центре. Вернее, у Анисия было полноценное торговое место, а у меня две узкие полочки. Клиенты заходили за травами и заодно брали и мои ароматические свечи. Именно во время поисков места для своей продукции я и познакомилась с Анисием.

— Я буду тебе очень благодарен, Таисия.

— Без проблем, — заверила я.

— И еще, — добавил Анисий, когда я подумала, что наш разговор закончен. — Забери мои вещи у своего бывшего. А Махабатти я отгоню сам, когда встану на ноги. И надеюсь, Андрей оплатит ремонт. Он не говорил?

— У нас не представилось возможности поговорить на эту тему. Как-то не пришли в голову мысли о деньгах, пока Агнесса Винировна боролась за свою жизнь, — довольно грубо сказала я, помогаю коту забраться на мои колени.

В трубке повисла тишина.

— Да. Ты права. Извини, — согласился Анисий. — Хорошего дня, — попрощался он, сбрасывая вызов.

Я даже отняла смартфон от уха и взглянула на него, удостовериться, что Анисий действительно бросил трубку.

— М-да, — произнесла я, откладывая телефон на стол. — Пойдем примем ванну, — предложила я Окорочку, беря его на руки. — Я понежусь в теплой воде, а ты погреешь свои лысые бочка о батарею.

После разговора с Анисием я вернулась к изначальному плану — принять ванну и лечь спать. Чоки полностью разделил мое настроение, и мы провели выходные в обнимку в кровати. Лишь пару раз ходили на кухню, а все остальное время смотрели романтические комедии по телевизору и ели мороженое. Черт!.. Кажется, я окончательно превратилась в кошатницу-неудачницу.

— Да, Чоки? — спросила я вслух.

— Мяу, — ответил кот, и пока я раздумывала над своей тяжелой судьбой, он до блеска вылизал мою ложку, собрав розовым языком остатки ванильного мороженого.

— Если будешь пукать, останешься спать в коридоре, — пригрозила я Окорочку и понесла остатки мороженого в холодильник.

С момента пробуждения я думала об Агнессе Винировне и том, что обещала позвонить Троицкому и справиться о здоровье его бабушки, но находила тысячу причин, почему это следует сделать позже. То по моему мнению Андрей еще спал, а потом завтракал, кто же звонит во время завтрака, потом точно проверял электронную почту, глядя нахмурившись в экран ноутбука… и так на часах уже пять часов вечера.

Успокойся, Тая, ты не от скуки звонишь бывшему, а справиться о здоровье его бабушки.

Наконец я набрала номер и затаила дыхание.

— Алло, — Троцкий принял вызов после второго гудка.

— Привет, это я, — произнесла храбро. Мне этого показалось мало, и я добавила: — Тая.

— Я тебя узнал, — ответил он.

— Как бабушка? — спросила я, схватив тряпку и натирая до блеска обеденный стол.

— Без изменений.

— Это же хорошо?

— Да. Врач сказал, что не стоит рассчитывать на мгновенное выздоровление. Тай, я занят, если это все…

— Да-да, все. Спасибо, что ответил, — произнесла и я сбросила вызов. — Спасибо, что ответил, — повторила я, глядя коту в глаза. — Господи, идиотка…

— Что? — услышала я голос Андрея.

Чёрт! Вызов не сбросился! Зато со второго раза всё получилось…

— М-да, — нервно усмехнулась я, ещё раз осматривая экран телефона. На всякий случай. — Точно, идиотка…

— Мяу, — подтвердил Чоки.

— Вот спасибо, — фыркнула я. — Мог бы сказать, что я вела себя адекватно. Еще друг называешься.