Глава 3.

Май 1975 год. Свердловск. Галина Егорова. Эпизоды.

После концерта Галина с мужем собрались дождаться дочь Катю, а потом вместе поехать домой. Сын Мишка заявил, что проводит свою учительницу до дома, так как время позднее. Сестра Маша тоже ждать Катю не захотели.

– Галя, мы домой поедем. Давай завтра к нам, посидим, отпразднуем, как положено Первомай. А то давно не собирались, к тому же у меня к тебе есть разговор, – пригласила в гости Мария.

– Что-то нужно с собой привезти? – спросила Егорова.

– Я тебя умоляю, всё есть. Сами приходите, детей с собой привозите, – засмеялась Шишова.

– Хорошо, – пообещала Галина, и они расстались.

Егоровы дождались дочь, так как трамваи уже ходили редко, вызвали по телефону такси, на котором быстро добрались до дома. Уже дома, Галина сообщила о предложении сестры Марии.

– Я с удовольствием посижу с Валеркой, давно мы с ним душевно не сидели, – согласился Виктор, намекая на алкоголь.

– Катя, а ты что скажешь? – спросила Галина у дочери.

– Не знаю, мам, хочу выспаться. Устала с репетициями. А нам ещё готовиться к концерту для ветеранов, он состоится восьмого. А девятого мы будем выступать на открытой сцене, на плотине, в Историческом сквере, а мне ещё и про экзамены забывать не стоит, – так ничего определённого и не сказала Катя, ушла в свою комнату.

Ладно, завтра подумает, а сейчас пусть отсыпается, приняла решение Галя. Сын вернулся примерно через полчаса, как они приехали домой, Галина ещё не успела лечь спать. Так повелось, что Егорова за сына особо не переживала, даже когда он задерживался. Однако, когда брякнула дверь, Галя вышла в коридор.

– Ну что, проводил свою учительницу? – спросила она сына.

– Ага, – коротко ответил сын и ушёл в свою комнату.

Галя хотела поговорить с ним, по поводу поездки в гости, но решила, что спросит завтра. Кивнув, сама себе головой, она отправилась спать. Но поспать сразу не удалось. Муж сгрёб её в охапку и жарко зашептал на ухо, поглаживая рукой её грудь.

– Иди ко мне, мой «белый хлеб».

– Витя, прекрати, дети ещё не спят, – попробовала сопротивляться Галина.

Хотя ей очень нравилось, когда он своими сильными руками, вот так сгребал её.

– Не переживай, моя ласточка. Мы давно уже не в коммуналке. А если хочется стонать, то я тебе подушку пододвину, – тихо засмеялся муж, продолжая ласкать её.

– Витя, да не тяни ты так трусы, порвёшь…Я сама сниму…, – придержала пыл мужа Галя, а дальше потянулись минуты наслаждения.

Галина любила мужа, ко всему прочему, он её полностью удовлетворял, как мужчина женщину. То, что с переездом в квартиру, у них наладилась интимная жизнь, только радовало Егорову.

Утром встали рано, хотя выходные в полном разгаре. Виктор пошёл будить сына, вскоре они убежали на пробежку, Галя пошла на кухню, надо бы приготовить завтрак. Дочка спит, Галина не стала её будить, даже тогда, когда муж и сын вернулись после утренней зарядки. Сели завтракать втроём.

– Миша, мы сегодня поедем в гости к тёте Маше, ты с нами? – решила спросить Галя.

– Нет, мама, дома останусь. Поработаю с книгой. Чего мне там делать? У вас застолье, о чём поговорить, вы и без нас найдёте, – отказался сын.

– С Сашкой пообщаешься, он ведь родственник, а родственные связи надо поддерживать во всех смыслах, – попробовала Галина уговорить сына.

– Мам, у нас разница в пять лет. Всё что он хотел узнать обо мне, он уже спросил. Вот подрасту чуток, тогда и начнём общаться, когда он перестанет считать меня малолеткой, – сразу ответил сын.

Галя посмотрела на мужа, ожидая от него поддержки, Виктор пожал плечами, говорить ничего не стал. Галя вздохнула, но настаивать не стала. Она хорошо знала сына, если упёрся, то его уговаривать бесполезно, в этом сын очень походил на своего отца. Сын ушёл в свою комнату, муж пошёл смотреть телевизор. Галина вздохнула и пошла наводить чистоту в квартире, следовало пропылесосить ковры, она вообще любила чистоту, к чему старалась привлекать детей. Ближе к обеду проснулась дочь, Галина решила ещё раз спросить дочку о поездке к Шишовым.

– Нет, мам, не поеду. Лучше посижу над новой композицией, мне Ошерович задачу поставила, чтобы я начала аранжировку нескольких произведений самостоятельно, – ответила Катя.

Галя видела, что дочь действительно выкладывается на занятиях музыкой, что очень радовало. Галина очень хотела, чтобы дочь поступила в консерваторию, а потому на поездке к сестре, настаивать не стала.

К Шишовым поехали чуть раньше. Семья сестры жила в центре города, по адресу 8-е Марта, дом № 1. В народе этот дом называли «домом Большевиков»¹. У семьи Шишовых, в этом доме, трёхкомнатная квартира, на третьем этаже. Пока мужчины вели разговоры в большой комнате, сёстры ушли на кухню.

– Помогать мне приехала, да я бы и одна справилась, – с улыбкой заметила старшая сестра.

– Мы тоже, знаешь, не баре, – парировала Галя, одевая фартук, чтобы уберечь платье, пока готовят на кухне.

– Как Катюша, вымоталась наверняка? Хороший концерт, я уже жалею, что на прошлые концерты, где выступала племянница, не получилось сходить. Мы с вами сегодня одни посидим, по-взрослому. Санька у нас укатил ни свет, ни заря куда-то со студентами на природу. Выросли детки. Антон мне на работу звонил, сможет приехать ненадолго, только в августе. Хоть бы кто женился из них, уже и внуков хочется, а то останемся одни, – жаловалась Маша.

– Будто у тебя нет возможностей оставить Сашку работать в городе. Он же практику вроде у Валеры на заводе проходил, или я ошибаюсь?

– Надеюсь, что согласится дома остаться. Ну а твои как, Галя? Мишка чем занят?

– Мишка книги пишет. На мотоцикл права хочет получить, в мае будет экзамены в ГАИ сдавать.

– Ты говорила об этом. Кстати, о мотоциклах. Есть интересное предложение.

– У меня Миша про мотоцикл «Ява» спрашивал. Что за предложение, поможешь достать?

– Яву тоже можно, но к нам они поступают редко. В Москве есть у меня подруга, поможет. Только «Ява» вам обойдётся в тысячу, плюс что-то сверху надо дать. Добавь к этому, что получать самим придётся в столице, потом оформлять контейнер по железной дороге. В общей сложности, вместе с билетами на дорогу, тысячи полторы примерно. Я откуда знаю-то, у нас в Горкоме одной сотруднице доставали, им пришлось в Москву ехать, – начала пояснять Мария.

– Миша хорошие гонорары за книги получает, так что его этим не напугаешь, – отмахнулась Галина.

– М-да. Вот интересно, как у него талант резко раскрылся? А писатели в нашей стране очень богато живут, хоть и не принято говорить о богатстве в наше время. Но у меня совсем другое предложение. Валеркин одноклассник, Димка Рогозин, моряк загранплавания. Вроде помощником капитана работает на сухогрузе. Их судно постоянно ходит в Японию, возят в основном лес, бывает, что уголь. Все моряки так или иначе подрабатывают, используя такие возможности. Мы с ним кое-какие дела ведём, шмотки не особо интересны. А вот аппаратуру он высылает, не так часто, но бывает. У него недавно был рейс в Японию. Димка привёз три мотоцикла «Хонда». Два в разобранном состоянии, один разобран частично, плюс разные запчасти отдаст. Всё пришлёт в контейнере. За всё про всё просит две тысячи рублей, сам контейнер оплатит, но надо будет компенсировать, – озвучила предложение Мария.

– Старьё, наверное. Мне одного чудика хватает. Витя за «москвич» пятьсот отдал, да уже за ремонт тысячи полторы выложил, – отнеслась недоверчиво Галина.

– Галя, это товар из капстраны, сама понимаешь какие цены. Димка отдаёт по-божески, цену не ломит. Не сомневаюсь, что такой мотоцикл будет здесь стоить не меньше двух, а то и трёх тысяч. У вас их будет три. Витька твой соберёт ещё два, продадите, деньги частично вернёте.

– Ну не знаю, надо у Миши спросить, сама я ничего в этом не понимаю. А чего ваш Димка свой товар во Владивостоке не продаст, в чём проблема?

– Чтобы не привлекать внимание ОБХСС, они же постоянно что-то таскают, вот Дима и старается найти места сбыта. К нам в область придёт контейнер с мотоциклетными запчастями, а здесь оформим всё как положено, не сомневайся. Да ты и сама в милиции связи имеешь, точно не откажут, – привела аргумент Мария.

– Завтра же с Мишей поговорю, от его согласия зависит, – согласилась Галя.

– Не тяните. Пусть Мишка мне на домашний позвонит, прямо завтра. Я товар тормозну. Моя выгода в том, что я запрошу с него телевизоры цветные, домой хочу купить, – не стала скрывать свой интерес Мария, чтобы сестра себе что-то не надумала.

– Нам бы тоже не помешал цветной телевизор, к тому же деньги есть, – произнесла Галина.

Стол накрыли чуть раньше, чем планировали. Выпили, закусили, потекли бытовые разговоры. Мужчины пили коньяк, женщины предпочли вино. Когда салаты и закуски подъели, сёстры отправились на кухню, чтобы подогреть и разложить «горячее», жареный картофель со стейками сёмги. Здесь Мария вновь завела разговор с сестрой.

– Галя, я, собственно, с тобой хотела поговорить вовсе не о мотоциклах. Меня в июне переводят на должность начальника управления торговли по области. Вопрос уже решённый, последний месяц дорабатываю, – начала объяснять Мария.

– Поздравляю, растёшь в должностях, – улыбнулась Галина, искренне радуясь за сестру.

– Да подожди ты, со своими поздравлениями. Не сбивай с мысли. Наш 1-й секретарь Обкома партии Рябов меня вызывал на беседу. Есть информация, что Рябова забирают в ЦК партии, уедет в Москву. Вот он и старается, за год всем поможет продвинуться. Я была у Бабыкина, нашего 1-го секретаря Горкома партии, он мне задал вопрос, кого я бы посоветовала на своё место. В общем я назвала тебя, готовься поступать в СИНХ на заочное отделение, уже в этом году.

– Маша, да ты в своём уме? Мне тридцать пять, поздновато сидеть за партой со студентами.

– Не шуми. Как, по-твоему, я заканчивала институт? Так же, поступила на заочный, не заметила, как четыре года прошло. Не упрямься, Галя. Ты что, на своей базе собралась до пенсии сидеть?

– Ты меня ошарашила. Завтра поговорю об этом с Витей. А кого на место Рябова поставят, есть информация?

– Пока только слухи. Вроде Ельцина пророчат, но за год могут передумать, – ответила Мария, чуть понизив голос.

– Говорят, он властолюбивый, да ещё и пьющий, – поделилась слухами Галина с сестрой.

– С пьющим проще работать, поживём увидим. А насчёт того, что тебя на моё место, даже не вздумай отказаться, сама поговорю с твоим Виктором.

– Завтра позвоню тебе. Нам пообещали телефон установить, наконец-то сможем нормально разговаривать, а то к таксофонам не набегаешься, – поделилась новостью Галя с сестрой.

Женщины разложили «горячее» по тарелкам и начали таскать в гостиную. От сестры Галина с мужем уехали в десятом часу вечера, вызвав такси по домашнему телефону. Приехав домой, Галя и Виктор убедились, что дети дома. Поговорить о новостях от сестры, Галина решила завтра, когда муж и она будут на трезвую голову.

Май 1975 год. Свердловск. Михаил Егоров.

Вчера допоздна засиделся над следующей фантастической серией, решил всё же героев сделать немцами, а не японцами. Для японских героев у меня есть другая фантастика, как и другой сюжет. Часик посидел над военным романом про лётчиков, приводил в порядок информацию. Мне срочно требуется познакомиться с конструкторами, но где это знакомство взять, пока даже не понимаю. Родители мне в этом, точно не помощники. Утром хотелось поспать, но увы. Моё утро начинается всегда одинаково. В шесть подъём, пробежка и физическая зарядка. Отец, если за что-то берётся, то делает это основательно. Так и с моим воспитанием в плане физической подготовки. Хотя за год постепенно привыкаю. Помню, по прошлой жизни, я даже отслужив на флоте, продолжал бегать со своим отцом на пробежки. Хотя в те годы, моему родителю, было уже далеко за сорок лет. Пока я не переехал в собственную квартиру, да и то, после женитьбы. Отец бегает бодряком, будто и не принимал вчера на грудь алкоголя с дядей Валерой. После пробежки душ и завтрак, который мама успевает приготовить еду. В нашей семье, только Катька пользуется привилегиями и неприкосновенностью, дрыхнет до обеда в выходные. Тем более у неё сейчас своя комната. Сев за стол завтракать, я положил на стол телеграмму, которую принесли вчера вечером.

– Родители, телеграмма от дедушки с бабушкой, – объявил я.

Мама сцапала телеграмму со скоростью броска кобры, батя только поморщился. Порой я думаю, что ловкость мамы всегда выше отцовской. Мама прочитала текст телеграммы и передала отцу.

– Седьмого приезжают, наверняка навезут солений и варений, что осенью мама заготовки делала. Витя, надо встретить, – прокомментировала мама, в то же время давая указание отцу.

– Домашней тушёнки поедем и рыбных консерв, сальца солёного и копчёного привезут. За что я уважаю тестя безмерно, дак это за его консервы и заготовки, – высказался отец.

Дедушка и бабушка родители мамы, живут в Тюменской области. Именно туда я ездил почти каждое лето, если меня родители не отправляли в пионерский лагерь. Дед варит шикарные консервы из рыбы и мяса. У него самодельный автоклав. Так что такие консервы домашнего производства, не идут ни в какое сравнение с фабричными. Вкуснотища такая, что «ум отъесть можно». Со стороны отца, у нас с Катей только бабушка, второй дед погиб на фронте, в первые годы войны. Живёт вторая бабушка с отцовским братом. С ними видимся, в лучшем случае, раз в пять лет.

– Мам, я могу встретить, найму такси и никаких проблем, – предложил я.

– А чего вдруг они собрались весной? – задал вопрос отец.

– Катя им написала, что будет концерт для ветеранов, пригласила в гости, – ответила мама.

– С другой стороны правильно, чего им сидеть дома. Оба на пенсии, а по уходу за скотиной, можно договориться, чтобы соседи присмотрели, – одобрительно добавил отец.

– Нам нужна ещё одна раскладушка. Деда поселим у Миши, а маму к Кате, – сразу определила мама.

– Я завтра в гараж пойду, знаю у кого есть раскладушка, возьму на время, а одна у нас и своя есть, – отец правильно понял посыл мамы, по поводу раскладушек.

Придётся мне, пока дед с бабушкой в гостях, переместиться на раскладушку. Но меня такой факт не расстраивает. Заодно подарю деду книгу о войне. Хорошо, что сейчас у нас квартира большая. А то, когда приезжали в барак, то мы вообще спали на полу вповалку, как цыгане на вокзале. Я уже заканчивал завтракать, когда мама вспомнила о том, что хотела поговорить со мной. Она рассказала о том, что есть возможность купить мотоцикл «Хонда», через какого-то тёти Машиного знакомого. Хитрая схема, везут мотоциклы в разобранном виде, как запчасти. Причина понятна. Таможенный сбор по запчастям платится по весу товара, что экономит немало денег. Документы в порядке, но при регистрации всё равно придётся мудрить. На мой взгляд, за пару тысяч три «Хонды» недорого. Для сравнения, мама пояснила, сколько придётся потратить, чтобы купить новую «Яву». Естественно, я обрадовался. Кто же откажется от «Хонды» в 70-е годы.

– А модель какая? – спросил я.

– Ты позвони тёте Маше, она всё расскажет. Не помню я. То ли «Си-Би», то ли «Си-Бэ», помню, что цифра «семьсот пятьдесят» стоит в названии. И вообще, мы вчера выпивали, так что мне простительно не запоминать такие мелочи, – подвела итог мама, чем вызвала отцовский смех.

Путанных пояснений мамы мне хватило, чтобы понять, что за модель «Хонды». Отличный мотоцикл, который был признан одним из самых удачных в 70-е годы. Далее мама начала рассказывать отцу, что ей предложили повышение в работе. Точнее не повышение, а перейти в отдел торговли в Горком. Я закончил завтракать, решил, что сейчас схожу и позвоню тёте Маше, о моём согласии на мотоциклы. Но тем не менее, вставая из-за стола, всё же высказал своё мнение о маминой работе.

– Мам, даже не сомневайся. Иди, там будут совсем другие возможности. А по поводу учёбы, то тоже поступай. Мы с Катей уже выросли, так что пора тебе заняться личным ростом, в профессиональном плане.

– Иди уже советчик, – махнула мама рукой, но было видно по её улыбке, что она рада моей поддержке.

Я выскочил во двор, на углу дома, нашего двора, что стоит на улицу Культуры, точно есть таксофон. Позвонил тётке, надеюсь не разбудил их в такой ранний час. Вроде нет, у тёти Маши бодрый голос.

– «Тёть Маш, я согласен, по мотоциклу», – сообщил я.

– «А в остальном что, мать согласна по поводу работы?» – спросила старшая мамина сестра.

– «Конечно согласна. Она может сама этого пока не понимает, но мы её уговорим. Тёть Маш, а цвета какие?», – заверил я тётку и сразу задал вопрос по мотоциклам.

– «Оранжевый, красный и чёрный, с перламутровым оттенком. Пробег небольшой, годы выпуска 73-й и 72-й, это всё что я запомнила», – ответила тётя Маша.

Как выглядят краски с перламутровыми оттенками я знал, по прошлой жизни, так что у тётки переспрашивать не стал. Попрощался с тётей, передал всем родственникам привет и сообщил, что перед праздниками приедут дедушка с бабушкой, чем обрадовал тётю Машу. С очень приподнятым настроением побежал обратно домой. Я даже точно знаю, кому предложу разобранные мотоциклы. И мне дешевле обойдётся байк, о котором я мог только мечтать. Кстати, ничего подобного в прошлой жизни не было. Неужели реальность меняется, с моим появлением здесь? Факты говорят о том, что да, меняется, хотя пока совсем незначительно. Вернувшись, домой заглянул на кухню. Отец читал газету, а мама мыла посуду.

– Уже позвонил тёте Маше? – спросила мама.

– Ага. Дал согласие по обоим вопросам, в том числе про тебя, – ответил я.

– Не поняла? – мама развернулась от мойки, а отец отложил газету.

Я развёл руками, пожимая плечами, состроив выражение лица, типа «прошу понять и простить».

– Молодец, малой. Всё правильно сделал. Я ей тоже говорю, что иди учись, пока есть возможность, а она начала сомневаться, – сообразил отец и рассмеялся от удивлённого вида мамы.

Батя понял всё, что я хотел сказать мимикой. А я ещё и покивал головой, с глупой улыбкой на лице.

– Да вы… Вы сговорились! – возмутилась мама, раскрыв рот от негодования.

Батя встал подошёл к ней и обнял. Так как мама стояла ко мне спиной, а отец лицом, я показал ему большой палец и вышел из кухни. Разберутся сами, у отца всегда найдётся аргумент, сделать маму покладистой.

До обеда посидел над своей фантастикой. Проснулась Катя, заглянула в мою комнату.

– Малой, как тебе наш концерт вчера? – спросила она, позёвывая.

– Шикарно. Вы отыграли на высший бал, а твоего кумира танцев Поличкина я зауважал, говорю вполне искренне, – ответил я.

Катя довольно улыбнулась и прикрыла дверь в мою комнату. Я продолжил писать. Работал до обеда, пока мама не позвала на кухню. Отца не было.

– А где папа? – спросил я у Кати, которая уже сидела за столом.

– Ушёл в гараж. Он же там двигатель перебирает, говорит, что скоро закончит с кузовом, сделает перетяжку салона, потом займётся окончательной сборкой, – ответила Екатерина.

Ух ты, какие термины сестра знает, но подначивать её я не стал. Мама молчит, а это необычно.

– Мам, ты сердишься на меня? – спросил я.

– Уже нет, но в следующий раз, не надо принимать за меня решение, – ответила мама.

– Ты бы ещё сомневалась несколько дней, я тебя знаю. А ответ очевиден, на поверхности лежит, если отбросить в сторону твои сомнения, – ответил я, а мама даже замерла от моих фраз.

Несколько минут она меня рассматривала, вдруг засмеялась, присев на табурет.

– Я что-то пропустила? Хочу знать, о чём вы только что говорили, – потребовала Катя.

Мама, отсмеявшись только махнула рукой, встала с табурета и налила нам с Катей супа.

– Малой, говори немедленно, иначе в моём лице приобретёшь врага. А так как я тебе родная сестра, то враг будет кровным, – потребовала Катя, не прикасаясь к супу.

– Когда я ем, я глух и нем. Потом у мамы расспросишь, если она сжалится над тобой, – ответил я, продолжая уплетать суп.

На уговоры сестры я не поддался, доел свой обед и пошёл собираться. Не сомневаюсь, что Катя будет донимать маму, пока та, не расскажет ей суть тех фраз, что я произнёс. Сегодня воскресенье и у меня вождение на стадионе. Так что я стал одеваться, взял с собой тетрадь и шариковую ручку, чтобы продолжать писать рукопись, когда буду сидеть в очереди, чтобы оседлать мотоцикл. Мы там катаемся по очереди.

Когда пришёл на стадион, к капитальным гаражам, где паркуется техника ДОСААФ, то обнаружил там своих одноклассников. Точнее одноклассник только Рашид Абдулин, Волков Саня и Карпенко Юра учатся в параллельном классе. Гаражи расположены возле нижнего футбольного поля, здесь на ровной асфальтовой площадке нарисованы фигуры, по которым мы тренируемся кататься на мотоцикле. Сегодня десять человек мотоциклистов, а мотоциклов всего два. Техника простая, один «Минск», второй «Восход». Мотоциклы под маркой «Минск» выпускают в Белоруссии, на мотоциклетно-велосипедном заводе, который находится в столице республики. Простенький аппарат, красного цвета, неприхотливый в обслуживании. Хорошо пользуется спросом у сельских жителей, где о качественных дорогах приходится только во сне мечтать. Мотоцикл «Восход», в данном случае к нашему пользованию представлен «Восход-2», выпускают на заводе имени Дегтярёва, в городе Ковров, Владимирской области. По качеству, на мой субъективный взгляд, такой же, как и «Минск». Не сложный в обслуживании, насколько я знаю, по деревне своих дедушки и бабушки, тоже пользуется спросом у жителей деревни, хотя по деньгам, ценник чуть выше, чем у «Минска». Обычно мотоциклов дают три штуки, для вождения, но один вроде сломался, так что сидим и ждём своей очереди. Я решил поговорить с пацанами о японской технике.

– Пацаны, есть разговор. Мне пообещали из Владика прислать мотоциклы «Хонда». Они в виде конструкторов, до нас доставят контейнерной перевозкой, – выдал я сообщение.

– Гонишь, Миха. Откуда у тебя подвязки, чтобы «Хонду» достать? – не поверил «хохол»

Юрика Карпенко часто сносит на блатную романтику, особенно в плане разговора. Всё время пытается выглядеть эдаким дворовым хулиганом. А вот Рашид сразу воспринял всерьёз. Он вообще фанат мотоциклов.

– А что такое конструктор? – переспросил Рашид.

– Мотоцикл разбирают перед тем, как упаковать в контейнер, по документам груз идёт, как мотоциклетные запчасти, – ответил я.

– А сколько по деньгам? – спросил Саня Волков.

– С вас по шестьсот пятьдесят, плюс на троих делим ценник контейнера. Ещё надо будет сунуть гаишникам, но мать договорится, с этим проблем не будет. В общем обойдётся примерно по семьсот пятьдесят рублей, ответ нужен сегодня, я лично беру, – добавил я.

Я не стал пацанам заряжать ценник, мама говорила, что один байк почти новый, 73-го года выпуска, вот его и заберу. У пацанов будет постарше выпуском, на год-два, значит им подешевле цена. Да и с деньгами у меня намного надёжней, чем у ребят. Мне-то точно не надо деньги просить у родителей.

– А запчасти все будут на месте? – последовал вопрос от Рашида.

– Гарантировано, люди серьёзные. Плюсом будут запасные запчасти из тех, что изнашиваются быстро. Гофра на переднюю вилку, резиновые чехлы на цепь, колодки для тормозов. А вообще, запчасти можно будет заказать, привезут без каких-либо проблем, – объяснил я.

– Я беру, – быстро сообразил Волков.

– Я тоже в деле, – тут же подхватил Абдулин.

Карпенко поморщился, он по своей привычке любит поглумиться, как-то ещё под «шкуру» залезть, а потом делает вид, что он нехотя соглашается. В общем всегда «набивает» себе цену, от чего часто пролетает на что-либо. Такой характер у человека. Хотя пацан нормальный, серьёзных подлостей не делает. Не жадный на деньги, а главное не трус в драках. Но так как я обозначил количество мотоциклов, то «хохол» слегка пролетает, как «фанера над Парижем».

– А ещё достать нельзя? – решился спросить Юрик.

– Не знаю, надо спрашивать. Если можно, то нескоро, – ответил я.

– Мне больше «Явы» нравятся, с запчастями проблем не будет. Заряжу родителям, чтобы новую «Яву» купили, – сплюнул сквозь зубы Карпенко, начав «рисоваться» перед нами.

Отец у Юрки дальнобойщик, зарабатывает действительно хорошие деньги. Мой отец как-то говорил, что старший «хохол» бывает загребает до тысячи. Но проблема в том, что «Ява» точно в дефиците. Люди в очереди стоят на такой мотоцикл, в автомагазине.

– Миха, а ты через своих родителей можешь достать «Яву»? – спросил Волков.

– С «Явой» не всё понятно, как мне сказали. На них очередь, чтобы очередь пододвинуть, надо денег засылать, плюс опять же контейнер, и ехать придётся в Москву, чтобы забрать мотоцикл из автомагазина, а отправлять через железную дорогу, – ответил я то, что узнал от мамы.

Подошла наша очередь кататься на асфальте по фигурам. Первым пошёл «хохол».

– Михей, а модель какая, – заинтересованно спросил Рашид, он действительно много знает о мотоциклах.

– Сказали, что модель «СВ-750», я так понял, – ответил я.

– Ого, это крутой байк. Его начали выпускать в 1969-ом году. Лучший в своём классе. Скорость развивает до двухсот километров в час, я в журнале читал, – восхитился Рашид.

– Сомневаюсь, что родители «хохла» легко достанут «Яву». Это он перед нами понтуется. У него мать старшим поваром где-то работает, вроде в детском саду, хотя точно не знаю. А отец обычный дальнобойщик, хотя зарабатывает много, у Юрки всегда есть карманные деньги. Но уверенно не скажу, кто знает, какие связи у отца, – произнёс Саня, глядя на то, как Карпенко крутит фигуры по нарисованным полосам, на площадке.

– Когда деньги понадобятся, чтобы выкупить? – задумчиво спросил Рашид, прикидывая, как он составит разговор с родителями.

– К концу месяца следует приготовиться, только сумма нужна будет вся разом, без всяких там выплат по частям, – ответил я.

Освободился ещё один мотоцикл, кататься пошёл Рашид. К нам подошёл Валера, фамилию он не называл, а по прошлой жизни я не помню. Знаю, что он в клубе мотокросса «Уралмаш», но кем, тоже не помню. Здесь он открывает боксы с мотоциклами. Спортсмен Валера слабенький, бухает время от времени, но из клуба его не выгоняют.

– Привет, пацаны, – поздоровался с нами Валера, усаживаясь на скамейку рядом.

– Валера, как думаешь, за сколько можно толкнуть мотоцикл «Хонда», модель «СВ-750», и вообще возможно ли? – спросил Саня Волков.

– А какой год выпуска? – спросил Валера, он явно удивился такому вопросу.

– Три года, может четыре, – ответил наугад Волков.

– Крутой байк. Я даже знаю у кого есть такие, за сам аппарат читал, вживую видел. У нас в городе парочка точно таких имеется. Думаю, не меньше двух-трёх тысяч, даже с пробегом. Но скорей всего дороже. «Хонда» точно ценится, особенно эта серия, за базар отвечаю конкретно. А что, кто-то продаёт? – спросил Валера, проявив интерес.

Так как Валера смотрел на Сашку, ведь он же задал свой вопрос, то Саня заволновался, посмотрел на меня. Надо выручать однокашника.

– Во Владике продают, – ответил я.

– Ну-у, во Владике понятно. Там япошки близко, я слышал, что там разные тачки можно купить, в том числе машины, только машины с правым рулём, – разочарованно протянул Валера.

Подошла наша очередь кататься на мотоциклах, нам уступили Юрка и Рашид. Откатали мы два с половиной часа. Можно было возвращаться домой, теоретических занятий сегодня нет, в связи с праздниками. Мы прошли через стадион, вышли на Фестивальную, по ней прошли до улицы Кировоградская. Обычный наш маршрут, когда возвращаемся домой.

– С Валерой поговорили по поводу вступления в клуб мотокросса, говорит, что никаких проблем нет, только придётся собирать мотоциклы из тех, что стоят в ремонте. Наш возраст подходит под выступления в классе 125 кубиков и 250, – начал делиться информацией Юрка.

– Кто на тренировках себя нормально покажет, того могут на «макаку»² посадить, – добавил Рашид.

Я знал по прошлой жизни, что клуб «Уралмаш» считается слабеньким, финансирование плохое, хотя из этого клуба вышло несколько спортсменов союзного значения. Но высоких результатов они добились, совсем не в этом клубе. Имелся ещё один клуб на улице Пушкина, но про тот клуб ничего сказать не могу. Знаю, что в области сильными считались клубы из Ирбита, так как там мотоциклетный завод, а также из города Реж. Они даже в 80-х выигрывали в какие-то места в Спартакиаде народов СССР. Что касается клуба «Уралмаш», то он дальше областных соревнований не заходил. Как минимум, у меня другой информации нет. В общем перспектива туманная. Я бросил мотокросс, в прошлой жизни, по причине того, что чаще ремонтировали мотоциклы, нежели участвовали в гонках. Рашид, как я уже говорил, разбился, получив серьёзный перелом ноги, тоже в спорте больше не участвовал. Юрка ходил ровно столько, пока Рашид занимался. Карпенко вообще часто ходил туда, куда двигался Рашид. В прошлой жизни, они даже учились в одной группе, в училище на сварщиков.

– Я вам так скажу, «Уралмаш», на мой взгляд, слабый клуб. Спортсмены не показывают выдающихся результатов, потому руководство завода не вкладывается в клуб. Нет смысла вкладывать средства, если нет достойных результатов. Ты, Рашид, узнай по поводу клуба на улице Пушкина, там вроде намного серьёзней подходят к этому делу. Точного адреса я не знаю, но найдёте. Они расположены между Ленина и Малышева, с правой стороны, – дал подсказку я.

– А ты, Миха, в мотокросс не хочешь? – язвительно спросил Юрка.

– Не хочу. У меня борьба и авторские работы, я тебе об этом уже говорил. Или ты, Юрик, непонятливый, – надавил я голосом на Карпенко.

Доводить меня до «кипения», Карпенко не станет. Он не трус, я это знаю наверняка. Видел его не раз в драках. При чём у него своеобразный подход, сначала говорит вежливо, а потом первым бьёт. Юрик знает, что со мной он не справится, потому отступит. Что и произошло. Тем более Рашид его не поддержит, а мнение Абдулина «хохол» уважает. Вот Рашид дерётся очень здорово, он быстрый и резкий. Наверняка мог бы сделать спортивную карьеру в боксе.

– Рашид, а ты не хочешь в бокс пойти? Ты же дерёшься здорово, скорость и реакция у тебя на высоте, – неожиданно для себя предложил я.

– Не знаю, не думал об этом. Мне мотоциклы нравятся, хотя бокс, наверное, тоже прикольно. Боюсь, что по возрасту не подойду, – ответил Рашид.

– Хочешь, я переговорю со своим тренером, а он поговорит с тренером бокса? – решил спросить я.

Мысль у меня простая, если Рашид увлечётся боксом, то не попадёт на соревнования, в том числе не получит страшный перелом ноги. Глядишь ещё сможет достичь больших высот в боксе. Тем более азы он знает, не раз наблюдал, как он встаёт в стойку «боксёра».

– Не знаю, Миха, как-то неудобно. Хотя попробовать стоит, поговори, если тебе «не в лом». А там видно будет, я сам как-то не думал об этом серьёзно, – ответил Рашид.

В районе пересечения нашего пути улицей Стахановская, мы разошлись в разные стороны. Юрке и Рашиду идти до улицы Победы, а нам с Волковым идти до площади, ну почти. Саня свернёт чуть раньше.

От школы нас никто не освобождал, книги писать надо, но об экзаменах забывать не стоит. Так что в понедельник я бодро потопал в школу. Сейчас на уроках уже нового материала не дают, упор полностью на подготовку к экзаменам. Мне предстоит сдавать два письменных экзамена: русский язык, пишем сочинение, где ставят оценку за литературу, и математика, включает алгебру, письменно. Кроме письменных экзаменов имеются устные. Математика, раздел геометрии, доказательство теорем и так далее. Ну и русский устно, правила и прочие знания правописания и орфографии. Все остальные предметы идут зачётами. С немецким у меня более-менее неплохо. Всё же переписка с немцем из ГДР здорово помогает. Правда в этом году, я не написал ни одного письма. Так что зачёт по иностранному языку сдал без проблем. Сочинение я уж как-нибудь напишу, за математику тоже спокоен, как показал этот учебный год. Помнится мне эти предметы всегда давались легко. Да и за остальные экзамены особо не переживаю, на «четвёрки» сдам, даже не сомневаюсь. Тем не менее на уроках дают ответы на билеты. Такое время сейчас, учителя сами заинтересованы, чтобы был максимальный процент сдачи экзаменов. После возвращения из школы, сел за книгу. Что-то я увлёкся так, что не заметил, как в комнату вошла Катя. А я в это время мурлыкал себе под нос, композицию «Victory» из репертуара квартета «Bond». В прошлой жизни мне здорово нравилось исполнение этого струнного австралийско-британского коллектива, в котором основными исполнителями были симпатичные девушки, играющие на скрипках. Вот, сижу себе бубню под нос, а Катя видимо навострила уши. Наконец она нарушила молчание, я даже вздрогнул, когда она заговорила.

– Малой, что ты такое бубнишь, опять новая музыка? – спросила сестра.

– Ты меня напугала, я даже вздрогнул. Чего подкрадываешься, как змея из травы?

– Скажи, что за музыка, инче не отстану, буду мешать тебе писать твои сказки, – упёрлась сестра.

– Людвиг ван Бетховен тебе в помощь, вроде там что-то такое есть, в пятой сонате, – ответил я.

– Врёшь. Я слушала несколько раз эту сонату, ничего подобного там нет. Хотя подожди, может это? – Катя успела несколько нот написать, пока тихо сидела за моей спиной.

Сейчас она что-то чиркала в своём блокноте. Я хмыкнул и вернулся к книге, сестра мне не мешает, если сидит тихо.

– Поняла. Но сейчас не об этом. Я чего зашла-то к тебе? Малой, давай тебя поучим танцам. Вальс разучишь, нормальное танго, даже можно «Аргентинское». А то опять будешь на нашей школьной дискотеке, в конце года, танцевать, как парализованный дебил. В такие моменты, я начинаю сомневаться, что ты мой брат. А ещё нам надо с тобой потренироваться танцевать «шафл», но вместе. Хочу удивить одноклассников, пусть завидуют.

– Разве выпускной бал будет совместным? – удивился я.

– Ага, в этом году восьмиклассников и десятиклассников решили соединить, чтобы не делать две дискотеки. Короче, тебе надо походить к нам в эстрадный балет. Сама тебя поучу, девочек попрошу, чтобы они тебя поводили. За месяц научишься. Иногда ты бываешь не совсем тупым, движениям шафла, например, меня научил, – предложила сестра.

Екатерине похоже что-то надо от меня, раз она обеспокоилась, как я танцую. Но что именно пока не говорит. А я подумал, почему бы нет? В прошлой жизни, когда повзрослел, хотел научиться «Аргентинскому» танго, но так и не набрался смелости пойти в какое-нибудь общество. Катя танцует танго здорово, я сам тому свидетель.

– Хорошо, я согласен. Но что тебе надо от меня, коли ты такая добренькая?

– Дурак ты, малой. Я просто хочу, чтобы ты выглядел шикарно на своём первом выпускном, больше пока ничего, – засмеялась Катя.

В общем я дал согласие, Екатерина сразу обозначила мне время, когда она занимается с эстрадным балетом «Импульс». Моему графику это не мешает, так что я решил, что схожу, вдруг сестра поможет мне осуществить мечту, из моей прошлой жизни, тем более и тело у меня помоложе в данный момент. Катя ушла из моей комнаты, а когда я пошёл сделать себе чаю, на кухню, то услышал знакомые мелодии на скрипке. Быстро сестрёнка схватывает музыку, я бы сказал, буквально на лету. Не удивлюсь, если она сегодня вечером похвастается перед Ошерович. Я улыбнулся, хорошо, что у меня получается порой помочь сестре, пусть развивает свой талант.

Приятная новость, нам установили домашний телефон. В понедельник мама куда-то съездила, скорей всего на телефонную станцию, наверняка сунула там денег, чтобы свободный номер нашёлся быстро. А во вторник пришли мастера и нам поставили телефон. Я думаю, что сложностей не должно бы быть. Телефонная точка-то на этой квартире уже была. Так что в среду, я со спокойной душой заказал на вечер такси. Пришлось приврать, что беспокоят из Горкома, использовал данные работы тёти Маши. Мне ничуть не стыдно, за эту маленькую ложь, зато машину подали к подъезду вовремя. Я отправился на вокзал, встречаю дедушку и бабушку. Моё тело было в гостях, у старших родственников, прошлым летом. Но я попал в это время, уже после приезда из деревни. Если учесть свою прошлую жизнь, то деда я не видел давно, больше тридцати пяти лет точно. Потому испытывал некоторое волнение. Помню дед здорово меня любил, выделял среди других внуков. Может, потому что я самый младший, точно не знаю, никогда его об этом на спрашивал. А вот бабушка всегда любила Катю, единственная девочка среди внуков, как такую не любить. Чем Катюха всегда пользовалась, дед и бабушка баловали мою сестру, не обращая внимания на возмущения моей мамы. Машину оставил на вокзальной площади, таксист включил счётчик на ожидание. Точнее он уже включен, ведь мы ехали к вокзалу, уже с включенным счётчиком. Я потопал к перрону, на который подойдёт нужный поезд. Шёл и думал, какие они сейчас, мои дедушка и бабушка? Помню взгляд деда, его глаза, которые выцвели за время войны. Бабушка рассказывала, что у деда были голубые глаза до войны, а потом стали цвета льда. И взгляд очень острый. После Великой войны, дед мог сделать военную карьеру, но не пошёл дальше по армейской стезе. После войны работал, в своём районе, судебным заседателем, пока не ушёл на пенсию. Бабушка работала в колхозе. Мой дед прошёл две войны. Женился до мобилизации на срочную службу. Срочную служил на границе, где-то на Дальнем Востоке. Тётя Маша родилась, когда он отдавал свой долг Родине. Только пришёл домой, через год родилась мама. Деда мобилизовали на Финскую войну в 39-ом. Там он заслужил свой первый орден «Красной Звезды». Вернулся ближе к лету 40-го года. А через год, в июне забрали на Великую Отечественную войну. Вот такая судьба. К концу войны дедушка дослужился до майора. Пока ждал не перроне, испытывал волнение. Без кривляний, я тоже любил своих дедушку и бабушку. Наконец появилась голова поезда, нужный вагон пробежал мимо, я потопал за вагоном. И вот, дверь вагона открылась, я увидел сухощавого, скорее даже жилистого мужчину шестидесяти лет. А ведь он ещё не старый, подумалось мне, пока я быстро разглядывал деда. Рост у деда, для его сверстников считается высоким, сто восемьдесят сантиметров. Бабушка ему чуть ниже плеча. А бабушке нет ещё шестидесяти. Дед, увидев меня, заулыбался. Я подскочил к вагону, стал принимать от него вещи. Да-а, набрали они немало, сумки тяжёлые. Дед одет в гражданскую одежду, вроде все ордена у него на майорском кителе, наверняка оденет в день Победы. После того, как я принял все сумки, дед спустился по лестнице и подал руку бабушке. Оба подошли ко мне, дед обнял первым. В его руках ещё чувствуется сила, вон как крепко сжал меня.

– Смотри, Шура, как медвежонок вырос, скоро шире меня в плечах станет, а ростом уже не уступает, – радовался дед, разглядывая меня на вытянутых руках.

– Дак есть в кого, стать-то отцовская. Виктор вон какой здоровый, вот и Мишенька в него пошёл, – радостно ответила бабушка.

После обращения деда ко мне, я сразу вспомнил, что он называл меня «медвежонком», в моём детстве. Наверное, производная от имени Миша. Так и было, всегда произносил с лаской и любовью. Хотя не скажу, что за мои проказы, мне не влетало от дедушки, он может быть очень строгим. Если что, кнутом огреет не задумываясь. Сумок много, потому мы воспользовались услугами носильщика, который лихо докатил свою тележку до нашего такси. Когда машина въехала во двор, остановившись у подъезда, мы с дедом вышли и стали доставать вещи из багажника. Наша семья выскочили встречать. Наверное, Катя в окно увидела. Сестра с визгом бросилась обнимать и целовать бабушку, а потом обняла деда. Поочерёдно обняла родителей мама, мой отец таких чувств не проявлял, он обнял бабушку, а с дедом всего лишь обменялся рукопожатием. Подхватив вещи, дружно отправились в квартиру, я рассчитался с водителем, отдав ему пять рублей. Стол уже был накрыт, мама постаралась. В этот вечер сидели почти до полуночи, обмениваясь новостями. А вот ночевать в наших комнатах, бабушка и дед отказались.

– Ты, Галя, постели мне на диване, в большой комнате, а деду раскладушку поставьте здесь же, нечего внучатам мешать отдыхать, – приняла решение бабушка, а мама спорить с ней не стала.

В гостиной у нас стоял диван, мама считала, что спать в гостиной неудобно, но спорить со своими родителями она никогда не пыталась.