55

Просыпаюсь, ощущая Арину рядом. Прижимаюсь к ней сзади. Рука переброшена через талию.

Кайф.

С шумом втягиваю воздух, глубже зарываясь лицом в ее разметавшиеся по подушке волосы. Крепче жену притягиваю. Прижимаю вплотную к себе.

Теперь все, как и должно быть. Ну наконец-то, блядь.

Она сонно бормочет. Что именно — разобрать не могу. Запрокидывает голову назад так, что вся шея напоказ.

Даже не пытаюсь себя сдерживать. Тут же свое помечаю губами. Целую, слегка кожу прихватываю. Прохожусь языком там, где уже проступает засос, который ей ночью оставил. Прижимаюсь ртом к ямке между ключицами, ловлю пульс.

Арина вздрагивает. Ее ладонь опускается на мой затылок. Не отталкивает. Просто лежит так, пока продолжаю целовать.

Отстраняюсь от нее, чтобы в глаза посмотреть.

— Доброе утро, жена, — говорю.

— Доброе, — роняет.

Склоняюсь над ней. Целую в губы. Прохожусь рукой по талии. Задерживаясь на ягодице. Закидываю ее ногу к себе на бедро.

Хер уже колом.

Аппетит разгорается зверский.

И тут, сука, звонок.

На автомате хочу подхватить мобильный с тумбы, отрубить вызов. Но пока беру телефон, доходит, что на этот номер только самый ближний круг звонит.

Воронцов. Дикий.

Ну или по особым случаям. Например, с тем азиатом тоже тут связь держу.

Короче, кто бы сейчас не трезвонил, нужно ответить. Это важно.

Отрываюсь от Арины. Через силу. Откидываюсь на спину, принимаю вызов.

— Да, — бросаю.

— Рамиль, подъезжай ко мне в полдень, — раздается голос Воронцова.

— В полдень? Будет встреча по нашему проекту.

Пауза повисает.

Странно. У Воронцова всегда все выверено до мелочей. А тут он упустил одну из ключевых встреч.

И голос у него… чую, что-то не то.

— Отменяй, — говорит. — Это дело не ждет.

— Понял. Приеду.

Не нравится мне его тон.

Что там за херня? Новые проблемы? По ходу серьезный напряг, иначе бы он не так разговор повел. И официальную встречу не упустил. А тут вообще отменять надо.

Там важная сделка. Но это похер, конечно. Перенесем, раз нужно.

Убираю телефон в сторону.

Арина прислоняется ко мне, пока размышляю. Сперва кладет голову на грудь, чертит что-то пальцами, проводя ладонью рядом с лицом. А после немного подается вперед и прижимается губами к царапинам, которые на моих плечах оставила.

— Проблемы на работе? — спрашивает, когда ловлю ее взгляд.

— Все под контролем.

Обхватываю ее затылок ладонью.

Пиздец. На хер бы все послал, никуда не ехал. И можно даже не трахаться. Пусть бы она дальше так лежала, запрокинув на меня руки. Целовала метки, которые сама же и сделала.

Но нихуя, сейчас не до этих нежностей.

— Нужно будет съездить, — говорю. — График поменялся. А я хочу быстрее дела разгрести, чтобы быстрее вернуться.

Арина слегка прищуривается, будто гадает, верить мне или нет. Не просто так у нас папа-генерал. Она все сечет.

Молча выводы делает.

— Нормально все, Арин, — прибавляю.

— Угу, — качает головой.

От меня отталкивается. Перекатывается на другую сторону кровати.

Смотрю на часы. До полудня времени дохера, но мне еще нужно разобраться с материалами по Тесле, и с перенесенной встречей все разрулить.

Блядь. А тот гребаный итальянец. Там тоже надо докрутить кое-чего. А то я ему проблемы обеспечил. Но после разговора с Воронцовым пришлось все планы быстро менять.

Перевожу взгляд на Арину.

Опять все прикидываю. Расставляю приоритеты.

— Но мне еще рано ехать, — говорю.

Обхватываю ее и притягиваю к себе.

— Да? — приподнимает бровь она. — Ну почему? Ты едь.

— Позавтракаем — поеду.

— Извини, мне пока есть не хочется.

— А я не про еду.

Она зависает под моим взглядом. Пользуюсь этим. Наглядно ей показываю, как именно мы сейчас будем завтракать.

— Рамиль! — вскрикивает возмущенно.

Но очень скоро от нее уже не слышно ничего кроме шумного дыхание и приглушенных стонов.

А дальше, когда она отлетевшая и расслабленная, выпускаю на волю свой напряженный хер.

Несколько мощных толчков — заполняю жену спермой.

Она дрожит. Прижимается ко мне. Утыкается лицом в мое плечо. Чувствую ее губы — и блядь, видно, совсем ебанулся. От того, как она опять слегка касается тех царапин от ногтей, меня пиздец накрывает. Похлеще, чем от траха.

Влип я. По полной. Но бороться с этим совсем не хочется.

***

Пока решаю вопросы по общему проекту с Воронцовым и разруливаю то дерьмо, которое сам же обеспечил для Романо, нахожу время просмотреть материалы, которые моим людям удалось собрать по той теме с учеными.

Разработки Теслы.

Мутная история.

Сам Тесла давно умер. В Америке. Он жил в отеле. Там же хранились все его документы, которые изъяли спецслужбы. Информация долгое время была засекречена.

Конечно, потом, когда истек срок давности, и по закону все эти бумаги должны обнародовать, архивы Теслы представили так, будто ничего серьезного в них никогда не было.

Сразу понятно — наеб.

Ну кто бы стал сливать настолько ценные данные?

Их либо тайно пустили в дело, чтобы получить максимальную выгоду. Либо скрыли так, чтобы никто не докопался.

Тесла проводил эксперименты, которые могли запустить новую техническую революцию. Его проект мог перевернуть мир энергоносителей.

И даже через столько прошедших лет ничего не поменялось. Если действительно воплотить в жизнь его идеи, то многим крупным игрокам придется навсегда покинуть рынок.

А кто захочет полностью потерять прибыль? Ресурсы? Влияние?

Понятно, почему за разработками Теслы пошла охота. Возможность перевернуть игру, получить новые рычаги влияния.

Но вот то, что какой-то ученый вышел сперва на Воронцова, а после на Швецова с этим предложением…

Причем люди разные.

Я проверил.

Казалось нелогичным, что сначала человек выходит на высший уровень, заручается расположением Воронцова и получает от него финансирование. А потом связывается с мелкой сошкой вроде Швецова.

Так и вышло.

Разные ученые. Однако проект обрисован уж слишком похоже.

Блядь, я в науке не силен. Но есть здесь какой-то подвох.

— Проверьте, кому еще поступали такие предложения, — обращаюсь к помощнику. — Или что-то похожее. Но тихо все делайте. Осторожно.

— Сделаем, босс.

Выезжаю к Воронцову.

По дороге думаю о том, что давно мне по Швецову не дергали. Уж слишком тихо стало. Подозрительно.

Тагаев явно не тот следак, который свое упускает. А в меня он вгрызся крепко. Хватка у него хорошая.

И куда же уебок пропал? Чего выжидает?

Не нравится мне такое затишье.

А еще больше не нравится то, что слышу от Воронцова, когда мы встречаемся лично.

Сперва просто охуеваю.

— Ты должен поехать в Италию, — говорит Воронцов. — На Сицилию. Вместе с Романо.

Сдерживаю первый порыв при ответе.

— Намечается новый проект? — спрашиваю.

— Нет, это… другой случай.

Сегодня попросту не узнаю Воронцова. Он будто сам не свой. Обычно полностью собран, сосредоточен.

А сейчас то, что я уловил по телефону, показывается еще сильнее. Он как будто рассеян. Обращается ко мне, однако размышляет о другом.

— Вот, — протягивает планшет. — Посмотри.

Какая-то статья. Судя по дате — свежая. За сегодня. Но все по-итальянски. Фото скал, море.

Воронцов усаживается в кресло, глядя прямо перед собой.

А я включаю автоматический перевод.

Несчастный случай. Иностранец погиб во время прилива. В этом участке на побережье стоят предупреждающие знаки. Туда запрещено проходить, но многие туристы это правило нарушают.

Перевожу взгляд на Воронцова. Он так и буравит взглядом одну точку.

— Нужно проверить эту смерть? — спрашиваю. — Реально случайность или нет?

Медленно кивает. Наконец, переводит глаза на меня.

— Костас Раптис, — произносит с расстановкой. — Так его звали. Да. Нужно выяснить все подробности.

Раптис.

Лично этого типа не застал.

Знаю, что с ним работал Черный. У Дикого тоже какие-то пересечения были, но в итоге Воронцов его уволил. За серьезный косяк.

И под «уволил» в этом случае было полное отстранение от ключевых дел и отправка в Штаты. Хотя у нас всегда увольняют иначе.

Раптис был на особых условиях. Легко отделался.

— Я хочу знать, — чеканит Воронцов. — Он сам так… или ему помогли. И если помогли, мне нужно имя.

— Я понял. Выясню.

Любые вопросы излишни. По всему понятно, что выезжать надо в ближайшее время. Разбираться, пока хоть какие-то следы и зацепки есть.

Варианта того, что это просто случайность Воронцов не допускает. Он думает, либо этот Раптис сам решил на тот свет отправиться, либо ему помогли уйти.

Нихера непонятно.

С чего бы ему самому себя убивать?

Из того, что я про него слышал, на суицидника он не похож. Ну если не считать того, как пошел против своего же босса.

Но гарантии у него были. Видно по итогу. Значит, не боялся. Риски правильно рассчитал.

Воронцов суицидников на работу не берет.

Ладно. Хер знает, что у них там завертелось. Пока ясно одно, придется в Италию лететь. Еще и в компании гребаного Романо.

— Бронируйте вылет, — отдаю распоряжение помощнику.

А сам еду домой. Хочу перед поездкой Арину увидеть. И Машу. Неизвестно на какой срок в этой долбаной Италии застряну, но уже понятно, что это займет не меньше нескольких дней.

Паркуюсь перед входом. Захожу. Сталкиваюсь с Ариной. Она поджимает губы, увидев меня. Недовольная.

— Ты почему ничего не сказал? — выпаливает. — Не предупредил?

Блядь. Откуда она знает?

— Твоя сестра приехала, а я… — качает головой. — Мог бы хотя бы парой слов обмолвиться о том, что она к нам собирается.

Алия.

Точно. Она звонила мне. Очень хотела с Машей увидеться.

— Забыл, — выдаю как есть, жму плечами. — Но вы же и так познакомились. Нормально все.

— Так не делается, Рамиль. Ладно, кому я объясняю, — махнула рукой.

— Ну пойдем, все вместе посидим, — предлагаю, шагая к ней. — Где Алия?

— Домой поехала. Ты время видел? Поздно уже, — показывает на часы. — Это хорошо, что Матвей как раз заехал. Он ее и отвез. Потому что ты пропал. Не дозвониться.

На автомате смотрю телефон.

Дохуя пропущенных.

Когда с Воронцовым встречаюсь, звук вырубаю. А тут перед заездом домой, еще несколько дел по пути разрулил. Вроде по мелочи все, а время заняло.

И тут меня будто по башке бьет.

Матвей. А это уебок какого хера мою сестру домой повез?!