Эпилог
Арина
Замираю, глядя на то, как Рамиль играет с Машей. Плещутся в бассейне. Она в нарукавниках для плавания. Внимательно наблюдает за папой, ловит каждый его жест, потом пытается повторить.
Веселая. Заливается от смеха, когда Рамиль ведет тыльной стороной ладони по воде, а брызги разлетаются в разные стороны.
Даже не хочется их отвлекать, поэтому задерживаюсь возле беседки. Губы сами по себе в улыбке растягиваются.
— Папа! Папа! — звонко кричит Машенька. — Еще показы! Еще!
— Вот, — говорит он. — Смотри. Показываю.
Повторяет трюк с брызгами. А потом дочку подхватывает и кружит в воде. Она пищит от удовольствия. Он смеется.
Смотрю на них и не верится.
А ведь всего этого могло и не быть.
Помню, как наша история начиналась. Сейчас столько всего произошло, что те события кажутся далекими. Будто вовсе не со мной это было.
Тьма. Холод. Крики о помощи. Его грубые руки. Жесткий захват. И ужас.
Мотаю головой, отгоняя мрачные мысли. Такая тяжесть не может исчезнуть до конца. Однако время проходит, узнаю мужа гораздо больше.
Каримов — тогда. Рамиль — сейчас. Это словно два абсолютно разных человека. Из разных реальностей.
Уголовник. Зэк. Преступник, для которого не существует слова «стоп». Одна грань. А другая — серьезный бизнесмен. Отец, который души не чает в своей дочери. Любящий муж.
Хотя умом понимаю, что он не особо поменялся. Темная сторона никуда не исчезает. Как и темная сторона его цивилизованного бизнеса сохраняется за кадром.
Однако теперь Рамиль ведет себя иначе. Подкрепляет каждое слово реальными действиями. И я сама на него иначе смотрю.
Впустила в свое сердце. Не сразу. День за днем. Но позволила ему проникнуть глубже.
Все благодаря Маше.
Если бы не наша дочь, если бы не моя маленькая Золотушка, ничего бы не было.
Обрывки воспоминаний мелькают перед глазами.
Ничего с ним не хотела. Те воспоминания, которые нас связывали, мечтала стереть. Начать жизнь заново. С чистого листа. Как можно дальше от него и от того ужаса, который пережила.
Был момент, когда удалось ускользнуть. Когда уговорила его дать мне развод. Верила, все закончилось. Кошмар останется в прошлом. Казалось, все наконец вернется на круги своя.
Но нет. Куда там…
Испытала шок, когда узнала про беременность.
Моя предательская слабость слишком дорого мне обошлась.
Врач сказал, что аборт делать опасно. Если избавлюсь от ребенка, то велика вероятность, что никогда не смогу забеременеть снова.
Рисковать не стала.
Беременность проходила тяжело. Морально было очень не просто. Но когда первый раз увидела мою малышку, когда медсестра положила крохотную девочку мне на грудь, мир словно в один миг перевернулся.
В тот самый момент дикостью бы показались мои прошлые сомнения, оставлять ребенка или нет.
Просто увидела ее, и поняла — вот моя самая красивая, самая хорошая, моя родная доченька. Эти сверкающие глаза. Маленький носик. Пухлые щечки. Крошечные ручки тянутся ко мне.
Разве могла я ее кому-то отдать? Или еще хуже… не рожать?
Выбор сделала правильный.
Дочь стала для меня счастьем. Моим сокровищем. Смыслом жизни. И не важно, кто ее отец. Она моя. Я ради нее пошла бы на что угодно.
Больше года мы спокойно прожили в Италии. Солнечная Сицилия стала для нас домом. Возвращаться на Родину пока опасалась.
Каримов мог узнать правду. Хоть он и считал, что от ребенка я давно избавилась. Но если бы увидел меня с Машей, если сопоставил даты…
Знать не хотела, чем это могло закончится. Решила выждать.
Вот бы он забыл обо мне. Больше никогда не появился рядом.
Увлеченная воспитанием дочери, совсем забыла о тяжелом. Расслабилась и жила спокойно.
Однако затишье продлилось недолго.
Рамиль обрушился точно ураган. Когда про дочь понял, то вообще будто взбесился. Силой принудил заключить новый брак и жить у него.
Но мы заключили соглашение. Три месяца. Под конец этого срока решится, как дальше будем.
Конечно, задерживаться рядом с ним не собиралась. Не видела его ни отцом, ни мужем. Каримов и «семейная жизнь» несопоставимые понятия. Так тогда думала. Не представляла, что он с дочкой контакт сумеет наладить. Не верила, что ему это вообще нужно. При его-то образе жизнь. При том, какой он.
Ждала, когда он сорвется. Хватило бы малейшего повода для расторжения брака.
Как же я ошибалась.
Рамиль упертый. И если хочет чего-то, всегда получает. Так что меня он четко и методично додавливал. День за днем. Встреча за встречей.
Наверное, сам не понимал, не отдавал до конца отчет в своих действиях. Но путь он выбрал правильный. Через Машу.
Я же видела, как он к дочке относится. Сразу ей заинтересовался, будто чувствовал что-то, еще до того, как узнал правду, что она от него.
Ну а потом так вообще. Не отходил от нее. Подарки, игры, любые развлечения. Наряды. И каждый жест ловил, каждый взгляд.
Не думала, что он таким может быть. Совсем другим его видела. А тут…
Ну не могло мое сердце не дрогнуть. Не могло не начать оттаивать. Сперва сама не осознавала, а потом уже старалась мужа избегать.
Как у нас что-то сложится? Зачем все это?
Мы разные. Разная вера у нас. Разная культура. То, что для него в порядке вещей и воспринимается как само собой разумеющееся, для меня — часто странно.
Но Рамиль умеет убеждать. Шаг за шагом. И тут своего добился. Я не устояла.
И дальше — вспыхнули во мне совсем другие чувства. Давно перестала его бояться. Но влюбилась в него, видя, как он балует нас, меня и Машу, как играет с ней, как смотрит на нашу дочь.
Если бы сама на него в эти моменты не смотрела, не поверила бы. Однако каждый новый день убеждал, что Рамиль — хороший отец.
Маша к нему потянулась. Деток обмануть нельзя. Они всегда людей чувствуют. Рамиль ей понравился. Она привязалась.
Вскоре стало понятно: второго развода у нас не будет.
Даже мой отец Рамиля принял. И мама тоже. Пусть и не сразу, но все сложилось.
Мы вместе целый год. Чем больше времени проходит, тем сильнее убеждаюсь в том, что второй шанс нам был дан не просто так.
Наверное, это и называют судьбой.
Улыбаюсь шире, глядя на дочку и мужа в бассейне. Маша восторженно визжит, когда Рамиль проделывает с ней новый пируэт, рассекая водную гладь.
Внутри разливается тепло. Сердце будто трепещет. Меня переполняет легкость. Понимаю, что все идет как нужно. Все по-настоящему правильно.
Безотчетно накрываю живот ладонью. Сегодня была у врача на УЗИ. Есть новости, которые скорее хочу сообщить.
Отхожу от беседки. Иду к бассейну.
— Ма! Мама! — радостно восклицает доча, заметив меня. — Купаца! Мам!
Хлопает руками по воде, от того все брызги летят в Рамиля. Муж с усмешкой морщится.
— Ах ты шкода, — говорит. — Мелкая, любимая моя шкода.
Прижимается к затылку дочки губами.
Она вскрикивает. Заливается от смеха.
— Вы сколько уже в бассейне? — спрашиваю.
— Недолго, — тянет Рамиль.
— Час?
— Нет, ты чего…
— Рамиль.
— Так тепло, — бросает. — Солнце во всю палит.
Смотрю на него, приподнимая брови.
Кивает. Понимает все.
— Сделаем паузу, — говорит он Маше.
Подхватывает ее на руки, а дальше — на выход из воды.
— Пап, — расстроенно бормочет. — Купаца. Ещё!
— Будем позже купаться, — обещает. — Сейчас надо тебя переодеть.
— Купаца… — чуть не хнычет.
Наша доча любит плескаться в воде. Ее оттуда не вытащить.
— Маш, обедать пора, — говорю. — Будем вкусно кушать. Да?
Хмурится. Размышляет. Наконец, выдает:
— Да.
Смеемся с Рамилем. Смотрим на наше сокровище.
— Роднуля моя, — продолжаю и обнимаю Машеньку, целую.
Мы вместе обедаем, укладываем Машу спать. А после Рамиль обхватывает меня за талию, тянет за собой.
— Ты вроде работать собирался, — замечаю, улыбаясь.
— Подождет, — уверенно заключает он.
Целует меня так, что дыхание перехватывает. Обвиваю его плечи руками, прижимаюсь теснее, повинуясь порыву.
Муж подхватывает меня на руки, заносит в спальню и укладывает на кровать. Нависает сверху, стягивая одежду. От моих губ не отрывается.
Его поцелуи опьяняют. Но когда он все же слегка отстраняется, нахожу в себе силы упереться ладонями в широкую грудь.
Рамиль вопросительно выгибает брови, когда вынуждаю его притормозить.
— Я хочу тебе кое-что сказать, — роняю тихо.
— Говори, — отвечает, внимательно глядя на меня.
— Я сегодня была у врача.
В темных глазах сразу появляется напряжение. Понимаю, интригу затягивать не стоит.
— Рамиль, — улыбаюсь. — Я беременна.
Надо видеть, как меняется выражение его лица. Кажется, вообще, никогда раньше его таким не видела.
Взгляд проясняется. Губы приоткрываются. От напряжения и следа не остается. Показываются совсем другие эмоции.
— У нас будет малыш, — говорю, обхватывая его лицо ладонями. — Сегодня на УЗИ все окончательно подтвердилось.
— Арина, — только и выдает хрипло.
А потом начинает всю меня зацеловывать. Прижимается губами то к одному запястью, то к другому. Перемещается выше. К плечам. К шее.
— Подтвердилось… — говорит медленно.
Взгляд мой ловит.
— Так ты давно знала? Молчала?
— Хотела точно убедиться во всем.
Опять тень мелькает на его лице.
— А ничего что мы, — хмурится.
Пару дней назад ночь выдалась бурная. После его возвращения из командировки.
— Ничего, — говорю. — Но скоро нужно быть осторожнее.
— Я понял.
Видно, размышляет о чем-то.
А после склоняется и в губы в мои впивается. Лицо поцелуями покрывает. Будто каждую мою черту заново прорисовывает.
Обнимаю его крепче.
— Что? — спрашивает он, перехватив мой взгляд.
— Никогда тебя таким не видела.
— Каким — таким?
— Настолько счастливым.
— Это все ты, — улыбается. — И мелкая. И еще один наш.
Накрывает мой живот ладонью. А после подается вниз, щекой трется. Целует, ведет ладонью.
После опять рядом укладывается. Притягивает вплотную.
Так и лежим, переплетенные в объятьях. Я млею рядом с ним. Счастлива.
— Люблю тебя, — выдыхаю.
— Люблю, — выдает в мои губы.
Сливаемся в поцелуе. Нежном, страстном, пылком. Теперь настолько тесно прижимаемся друг к другу, что даже биение пульса становится единым.
Люблю. Отбивается в каждом ударе сердца.
Счастливы мы. А через два месяца станем еще счастливее, когда узнаем, что у нас будет сын.