Глава 26

Я шла по коридору в сторону учебных аудиторий, и никак не могла понять, что означало поведение Лютариона. И хотя я могла опоздать на занятия, мне пришлось зайти к себе в комнату, чтобы оставить там подарок ректора.

- Тропус! – позвала я фамильяра. – А ты умеешь пользоваться этой штукой?

Я поставила шар на стол и заворожено вгляделась в него.

- Чепуха это! – ответил он, - хорошим прорицателям не нужны всякие безделушки, вроде этой.

Он осмотрел шар со всех сторон, потрогал, и даже лизнул его зачем-то.

- Вообще-то, - продолжил Тропус, - вещь не плохая, солидная. Если вдруг заинтересуешься этой темой, то для старта эта штука подойдёт вполне. А если тебе интересно то, что я вижу в нём, то изволь: я вижу в нём тебя, счастливую. Видишь, как это просто?

- Нет, - возмутилась я. – Лютарион более подробно описал мне моё будущее.

- Он всё выдумал! – отмахнулся фамильяр. – Сказал тебе то, что ты бы хотела услышать.

- А у тебя мозгов не хватило выдумать что-нибудь поинтереснее! – обиженно ответила я.

- Что может быть интереснее, чем то, о чём ты мечтаешь? – спросил фамильяр.

- Вот видишь! – ответила я.

На лекцию по истории Великих магов я успела, но о том, что рассказывал седой полноватый профессор Феррис, до меня доходило урывками. Мысленно я блуждала в собственных лабиринтах сомнений и догадок. Чего добивается ректор, и что сама я хочу от него?

И ответ пришёл ко мне сам, расставив всё по своим местам.

Сегодня. Я сделаю это сегодня.

Но перед тем как приступить к выполнению задуманного, мне нужно было хоть что-нибудь съесть. А потому проходя мимо столовой после двух наискучнейших лекций, я ненадолго заглянула туда. Я уже уходила в свою комнату, когда меня окликнул знакомый голос.

- Алиса! – без всякого стеснения, Азур поспешил ко мне, словно я была уходящим вдаль поездом, - Как я рад снова видеть вас!

В руках он снова держал небольшую коробочку.

Ответить взаимностью? Ну, уж нет. Мне сейчас было не до любезностей.

Я улыбнулась и сказала то, что давно хотела сказать:

- Вы виртуозно готовите, Азур. Но вам не стоит больше меня так баловать.

- Не могу согласиться, - покачал головой он, - Баловать вас - это для меня праздник. Возьмите, прошу вас!

И он протянул коробочку мне.

Я не могла отказать тронувшим меня словам, и снова приняла его дар.

- Откажусь в следующий раз, - убеждала себя я. – И если он вообще случится.

Услышав мои слова, фамильяр забеспокоился:

- Что ты задумала, девочка?

- Я всё поняла, Тропус, - сказала я, сидя на кровати, и осматривая контейнеры с едой. – Я должна помочь им, немедленно.

- Кому? – удивился фамильяр.

- Коральдине и Лютариону, - ответила я. – Они страдают друг без друга, я это видела. Если всё получится - они обретут счастье, и смогут воссоединиться, а я…

- А ты останешься с поваром, - поморщился Тропус.

- А я вернусь в академию Света с чувством, что смогла помочь сокрушить преграду на их пути друг к другу, - мечтательно улыбнулась я.

- Но ведь ты его любишь! – воскликнул фамильяр.

- Что?! – я возмущённо вскочила с кровати. – Как ты смеешь такое говорить?!

- Извини! – послышался голос из шкафа. - Но разве это не так?

- Не так! – с жаром воскликнула я. – И именно поэтому я и собираюсь помочь им!

- Но это опасно, Алиса! – возразил Тропус. – А ты совсем не подготовлена.

- Со мной будешь ты, - сказала я, садясь обратно на кровать.

Но не разделяющий моих взглядов фамильяр, лишь глубоко вздохнул.

В коробке, что подарил мне Азур, лежало десять симпатичных тарталеток в форме бутона цветка. Каждый из них был наполнен кремом с кусочками фруктов. Я решила, что на этот раз оставлю угощение на потом, когда я вернусь. Или не вернусь.

Я отложила коробку на стол, туда, где стояла роза Армандела и хрустальный шар ректора. Роза уже стала распускаться, и в комнате

ещё утром я почувствовала её слабый, но нежный аромат. Похоже, сегодня я снова не смогу прогуляться по академии в компании симпатичного студента третьей ступени.

- Попроси помощи у ректора! – продолжил Тропус. – Он точно сможет тебе помочь!

- Они не справились с этим до меня, - ответила я, - а значит, не могут.

- Они не знали, как именно это сделать! – сказал он, - но ты объяснишь, и тебя сопроводят, защитят, не дадут пропасть!

- Нет Тропус, - я покачала головой, - он не позволит мне пойти. Я должна сделать это сама.

Решительность, что завладела мной после этих слов, дала сигнал к действиям. Я встала, и направилась к выходу.

Я брела по коридору в сторону бального зала. Обед почти закончился, и адепты потихоньку стягивались к аудиториям. Вот бы дать последние распоряжения насчёт мебели в зале, а то без меня чёрти что ведь поставят. Но для этого нужно идти к ректору, а мне не хотелось его видеть. Только не сейчас.

Фамильяр куда-то пропал, и когда я позвала его, он не откликнулся. Недоброе предчувствие охватило меня, и я ускорила шаг. Сделав один поворот направо, я увидела знакомый коридор, а значит, минута для поворота оказалась подходящей для прохода дальше, но не подходящей для меня.

Тогда я принялась считать про себя секунды. Я пересекла длинный и пустой коридор, и замерла у следующего поворота.

Минута сорок. Минута сорок пять.

- Алиса! – вдруг раздался голос ректора, и я обернулась.

Ректор Лютарион бежал ко мне, а следом летел мой фамильяр. Всё ясно.

Минута пятьдесят девять. Я шагнула за поворот и быстро пошла вперёд. Крики позади тут же оборвались. Теперь мне можно было не беспокоиться, ведь если я правильно поняла устройство этих коридоров, то ректор не сможет найти меня. Ни он, ни кто бы то ни было. Это и радовало и пугало одновременно.

Я шла вперёд по мрачному коридору. Воздух был затхлым и пыльным. Похоже, тут давно никого не было. Я выглянула в окно и не заметила ничего странного. Кроме разве что надвигающихся туч с дальних гор.

Я призвала Тропуса, однако он так и не появился.

В конце коридора можно было свернуть направо, или налево. По велению сердца я свернула налево и тут же увидела открытую в правой стене дверь. То, что я увидела за дверью, заставило меня остановиться на месте.

Широкий прямоугольник помещения уходил далеко вдаль. По обеим стенам стояли кровати, на которых лежали адепты. Они были мертвы. Света, падающего из окон по обе стороны комнаты, было достаточно, чтобы разглядеть детали мрачной картины.

С большим трудом я взяла себя в руки и вошла в зал. Преодолевая ужас, охвативший меня, я подошла к одной из кроватей и с облегчением отметила, что лежавшей на ней адепт, дышал. Приглядевшись, я поняла, что все они дышали.

Тогда я дотронулась до плеча адепта, и попробовала разбудить его. И тут его глаза открылись, и он сквозь сон посмотрел на меня.

- Где я? – спросил он.

- В стенах Тёмной академии, - ответила я. – С добрым утром!

Он сел. В его серых глазах стало проясняться.

- Как я тут оказался? – спросил он. – Я помню, как сворачивал за угол, а потом… потом - пустота. Я всё ещё сплю?

- Нет, - ответила я, - помоги мне разбудить остальных. Мы должны выбраться отсюда!

Мы стали будить остальных адептов, однако у разбуженного мною адепта ничего не получалось.

- Достаточно! – крикнула я, когда он в отчаянии стал лупить кого-то по щекам, - я справлюсь и сама.

Я шла вдоль кроватей и подходила к каждому из них. Это были в основном первокурсники. Они спали так сладко, что я замечала, как недовольна моя совесть в отношении содеянных мною дел.

Вдруг я увидела лицо той, что было мне теперь знакомо. Несмотря ни на что, я обрадовалась, и тут же разбудила её.

- Что стряслось? – сонно проговорила она. – Где я?

- Мы в стенах Тёмной академии, - ответила я.

- Где Лютарион? – спросила она, и эта фраза больно отозвалась в моём сердце.

- Мы скоро выберемся отсюда, - пообещала я, - и вы увидитесь с ним.

Она внимательно посмотрела на меня.

- Кто вы? – спросила она. – Вас образ с теплотой отзывается в моём сердце. Кажется, я видела вас раньше, но никак не могу вспомнить где.

- Позже, - отозвалась я, и стала будить остальных, - вы всё узнаете, как только мы выберемся отсюда.

Не знаю, сколько времени заняло у меня на то, чтобы разбудить всех адептов, но только когда последний, наконец, проснулся, я была уставшей и уже сама хотела немного вздремнуть, а потому присела передохнуть.

Тем временем адепты уже смогли сообразить, что они находятся не совсем там, где им следовало бы быть. Они собрались в небольшие группы и стали бурно обсуждать возможные варианты выхода отсюда.

Собравшись с мыслями и силами, я встала.