Глава 31

Проснувшись утром, я вспомнила, что сегодняшний день должен быть насыщен событиями.

Во-первых, мне нужно было вернуться к учёбе, чтобы по возможности ничего не пропустить.

Во-вторых, хотя Лютарион и не дал мне точных сроков по завершению приготовлений к балу, я знала, что много времени у меня не будет. Кроме того, я ведь действительно пообещала Лютариону помочь с выбором гарнитура в его кабинете, а значит, мне нужно будет снова увидеться с ректором.

И, в-третьих, мне нужно было узнать хоть что-нибудь о личной жизни ректора, чтобы слова Армандела приобрели хоть какую-нибудь ценность.

Естественно, свои планы я не стала доверять Тропусу, поскольку после вчерашнего стало ясно, что его язык куда длиннее языков здешних сплетников.

Я вышла из своей комнаты и направилась к аудиториям. В коридорах уже кипела жизнь, и не выспавшиеся лица Тёмных адептов прекрасно вписывались в образ студентов Тёмной академии. И едва я подошла к аудитории, как грозный ректорский голос окликнул меня.

- Алиса!

Я обернулась, и увидела перед собой Лютариона. Его лицо было недовольным, в глазах стоял гнев. Это было так не похоже на то, что я видела в них вчера.

- Что случилось? – спросила его я.

- Вы! – отрезал он, - в мой кабинет! Немедленно!

- Но ректор! – возмутилась я, - у меня важные лекции, я не могу пропустить их!

- Тогда после лекций, - процедил он, - немедленно в мой кабинет.

- И что, - снова возмутилась я, - я останусь голодной, и даже не смогу сходить пообедать?

Он глубоко вздохнул и на мгновенье закрыл глаза.

- Значит, после обеда зайдите немедленно в мой кабинет! – сквозь зубы проговорил он, и резко развернувшись, зашагал прочь.

- Чего это он? – спросила подошедшая ко мне Шейда.

- Не знаю, - честно ответила я. – Может быть, наконец, отчислить меня решил.

- Вряд ли, - ответила она, - такие новости он лично не стал бы сообщать. Выслал бы официальную бумагу.

- А что о нём говорят Тёмные, не слышно? – как бы невзначай спросила я.

- Боюсь, - ответила она, - что тебе не понравится то, что ты услышишь.

- Подумаешь! – с подчёркнутым пренебрежением ответила я. – рассказывай.

И она рассказала мне, что среди Тёмных действительно ходят слухи о том, что ректор буквально охотится на молодых и неопытных адепток. И тех, кто ему особенно понравится, он делает своими любыми доступными путями. Иногда с помощью магии, иногда без.

В аудиторию по Теории перемещения я вошла в подавленном состоянии. И хотя то, что рассказывал весёлый и озорной профессор Лидриг, было очень интересно, информация до меня практически не доходила. Даже его демонстрация преодоления пространства с помощью портала не вызвала у меня таких эмоций, как у остальных в аудитории.

- Подумаешь, в портал зайти! – на всякий случай тихо ворчал Тропус, чтобы его не выгнали с лекции.

А потому, когда в аудитории вдруг воцарилась напряжённая тишина, я не сразу уловила, что причиной её была именно я.

- Алиса! – голос Тропуса выдернул меня из задумчивости. – Профессор. Кажется, он обратился к тебе!

Только этого ещё не хватало! Опять? Да сколько можно то! Я что, мёдом намазана что ли?

- Вы меня услышали? – проговорил профессор Лидриг. – Или мне повторить свою просьбу?

- Он попросил выйти к нему, - объяснил мне мой фамильяр.

Я нехотя встала и направилась к профессору. Он усмехнулся, а затем подошёл к своему столу. Найдя на столе ручку, он что-то написал на листке бумаги. После этого профессор взял белый конверт и вложил в него сложенный пополам листок. Затем он запечатал этот конверт и передал его мне.

- Итак, адепты! – воскликнул он, - вот вам первое правило поведения на моих лекциях: хотя бы делайте вид, что слушаете то, о чём я вам рассказываю.

- Но я слушала! – виновато возразила я.

- Я бы поверил вам, - улыбнулся мне профессор, - если бы ваша красота имела такую же силу в качестве аргумента к вашим словам. Но, увы, я видел то, что вы слишком увлечены чем-то ещё. А на моём предмете это не допускается.

Он сделал быстрый жест рукой, и на мгновенье тьма окутала всё вокруг, словно бы давно ожидавшая этого мига. Это было похоже на то, как если бы солнце слишком быстро ушло за горизонт, оставляя после себя непроглядную ночь. Но тьма отступила так же быстро, как и явилась, и я обнаружила себя у стола ректора Лютариона.