Глава 19

Пока Соня ходила к себе в номер переодеться, Крис остался ждать её в лобби-баре «Лейкс Рукли». Она постаралась побыстрее собраться, выбрав удобные джинсы, кроссовки, толстовку и куртку для прогулки. Волосы сначала собрала в хвост, потом распустила, потом снова собрала в хвост. Чертыхнулась и оставила, как есть. Может там ветер с большой воды, тогда бы ей точно не хотелось жевать лезущие в рот пряди. Притормозив на мгновение, она присела на кровать, краем глаза смотря на себя в зеркало. Повернулась в профиль одной стороной, потом другой. Визуально, вроде, не изменилась. Всё та же Соня, что и вчера. Только внутри что-то перещёлкнуло. А ещё глаза горели и на щеках румянец, что чётко указывало на то, чем она ночью и утром занималась. И на лбу гигантская невидимая буква «У». Удовлетворение. Вот что она сама о себе прочла. Стоило подумать о Крисе, как по телу прошла приятная дрожь. Чёрт… а он был всё-таки прав. Он лучший. Трижды «ха». А ещё она узнала его с другой стороны. С более интимной. Это удовольствие, которое было написано каждый раз на его лице, когда они занимались сексом. Или наслаждение, с которым он кончал, как стонал и сбивчиво двигался, терял контроль… о, нет-нет, об этом лучше не думать. Потому что она снова начала возбуждаться. Улыбаясь собственным мыслям, Соня сбежала на первый этаж и… притормозила. Рядом с Крисом, попивающим воду в лобби-баре, крутилась знакомая блондинка. Соня прищурилась, вспоминая, где могла видеть её. Кажется, эта та самая, которая висела на нём за городом, в их вторую встречу. Сейчас, вроде, ничего криминального не происходило, но Соня напряглась. Потом сказала себе: какого чёрта! Включила фирменный взгляд – режу без ножа. Расправила плечи и направилась к этим двум. Подошла и встала рядом с Крисом, прямо встречая недовольной ответный взгляд блондинки. Крис, надо было отдать ему должное, тут же одним глотком допил воду, встал с барного стула и подхватил рюкзак, валяющийся в ногах. – Кристофер, вопрос остаётся открытым, – вякнула блондинка. Соня посмотрела на Криса, тот было, открыл рот, чтобы ответить, но так и замер, смотря куда-то через плечо знакомой. Соня взглянула в ту же сторону и уткнулась в фигуру глубоко беременной девушки, точно также застывшей и смотрящей во все глаза на Криса. – Ух ты, – отмер он, – ты бы передала от меня привет сестре, Мари. – Сам и передавай, – огрызнулась та. За Крисом, конечно, не заржавело. – Лаура, привет! – махнул он с какой-то издевательской улыбочкой. Девушка замешкалась, сложила руки на животе и нервно кивнула. – Надо же, – взгляд Криса снова переместился на Мари, – не все результаты оказываются ложноположительными, да? Та лишь прищурилась. Крис закинул рюкзак на плечо, взял Соню за руку и повёл к выходу. Подстраиваясь под его размашистый шаг, Соня думала, стоит спрашивать, кто это или не стоит. Крис, конечно, мог опять проигнорировать её вопросы, но всё же. – А кто это был? – А тебе так любопытно? – резко выдал он, всё ещё погружённый в свои мысли. – Ну… да, – неуверенно ответила Соня. Крис чуть было зло не кинул: трахнулись и считаешь себя особенной? Именно это пришло ему в голову моментом. Но слова покрутились на языке и пропали. Соня уж точно не виновата в его испортившемся настроении, и обижать её сейчас своей резкостью не хотелось. – Наши родители дружат, – просто бросил Крис, ничего не добавляя. В мыслях тут же закрутилось про Фло, мать, Олдриджей этих долбанных и Лауру двухлетней давности, её враньё, и Мари прилипчивую. Они дошли до машины Криса, молча сели в неё и также молча отъехали от отеля. Настроение поменялось, и Соня многое бы отдала, чтобы вернуть утреннюю лёгкость. Крис даже не пошлил, просто вёл машину, только раз спросил, она хочет быстрее добраться до места назначения или более интересной дорогой. Конечно, она выбрала второе, и уже скоро они свернули на живописную трассу вдоль побережья. Крис приоткрыл окно, прикурил сигарету и глубоко затянулся. Соня смотрела, как ветер треплет завивающиеся волосы на его макушке. «Какой он всё-таки красивый», – подумала она. Даже сталь в тёмных глазах его не портила. Вернее, не сталь, а спокойная, даже ледяная уверенность. Только эти же глаза могли быть цвета горячего шоколада, когда Крис взглядом ласкал её. Он был весь на контрасте, а сейчас, даже на психе каком-то. И Соня подумала, что если расскажет ему что-то про себя, неважно даже что, то это может помочь вернуть, если и не игривое настроение, то хотя бы приятную погоду в салон машины, в котором сейчас разве что метель не мела. Крис краем глаза поглядывал на эту куколку, внезапно начавшую болтать без умолку про свой первый год в Англии. Как она сначала предвкушала поездку, как сложно ей было адаптировать здесь без родителей в семнадцать лет, про братьев рассказывала, с одним из которых Крис уже успел столкнуться. Про всякую ересь в колледже вспоминала, про знакомство с Томой. Вывалила на него, в общем, краткую историю своей жизни в Лондоне. Он ведь даже не просил, а ещё не понимал: так уж ли нужно ему об этом знать? Всё равно они не вместе. Не пара, словом. А секс… надолго или нет? Тоже непонятно. Сначала он подумал, что ему, возможно, хватит одних выходных. Но завтра выходные заканчивались, а Крис уже строил планы на следующие. Так что он решил, будет Соню держать поближе к себе, а там уж получится то, что получится. Он уже давно не загадывал вперёд, узнав на собственном опыте, что прописная истина про насмешить бога, рассказав ему о своих планах, работает со стопроцентной точностью. Дорога то уходила к побережью, то углублялась в бескрайние холмы с низкой растительностью. Тёмные воды океана наполняли воздух солоноватым привкусом, оседавшим на языке. Крису здесь нравилось, он думал, что, наверное, в жизни на острове был свой шарм. Нет, конечно, вся Великобритания и есть огромный остров, но здесь на Уайте – в маленьком графстве, время будто застыло. – Ты ведь не затронула самое интересное, – вставил он, когда в рассказе Сони возникла пауза. – Что же это? – Почему пришла в «Аут», решительно настроенная расстаться с девственностью? – Ну а что с ней носиться? Вот тебе важно было бы… – Парень? – резко перебил он. Соня стрельнула в Криса взглядом, но быстро отвела его. – Понятно, какой-то мудак, который тебя не ценил. – С чего ты взял? – А разве это не так? Парни делают глупости из-за шлюхастых баб. Девчонки из-за полных мудаков. Но это всего лишь оправдание. Можно было продолжить жить и не разочаровываться в людях, только гораздо проще найти повод для того, чтобы нырнуть и достать до дна. Это ещё хорошо, если хватает ума от этого дна оттолкнуться… – Ты, значит, у нас никаких глупостей никогда не делал? Так? – Ох, Соня, я отнюдь не святой, как ты уже успела заметить, – рассмеялся Крис. – Только когда я делаю глупости, не ищу себе оправданий. Вот, например, сплю с девственницами и везу их на прогулку. Зачем-то… – Ну и много у тебя девственниц было? – бросила Соня. Крис внезапно широко улыбнулся и краем глаза посмотрел на неё. – Только ты. И от этого его «только ты», Соня вспыхнула, потому что ей, вероятно, захотелось, чтобы за этими словами скрывалось нечто большее, какой-то потаённый смысл, многозначительность, которой там и в помине не было. Поэтому она предпочла отшутиться: – Вау, ну хоть где-то я у тебя первая. – А я уже со счёту сбился, в чём я первый у тебя. Пошлый Крис снова вернулся. – Будем развращать тебя, невинный персик. Особенно жду момента, когда дам тебе в рот. Там ведь так же девственно пока что, как и между твоих ножек было? Соня смотрела на него во все глаза, только краска щёки заливала. – Ага, так и думал, – рассмеялся Крис. – А сегодня можем поэкспериментировать на природе. Найдём дерево на этом пустынном пляже или в скалах, – кивнул он в сторону береговой линии. – Упрёшься в него, спину прогнёшь, а я сзади вставлю. Тебе понравится. Тем более, такую позу мы ещё не пробовали. Чёрт, ему определённо нравилось, как она краснела, а ещё нравилось предвкушение на её лице. Она не изображала из себя оскорбленную невинность, а как будто бы даже прикидывала, во что им выльются эти эксперименты. Правда, Крис благородно решил дать Софи небольшой перерыв от секс-марафона и продолжить его позже, уже вечером. Наверняка, у девчонки после трёх раз практически подряд итак всё между ног ныло. Уже довольно скоро они приехали на западный мыс острова к белым меловым скалам, которые тут называли «Нидлс». Острые, как иглы, с рваными зазубринами они поднимались из воды. – Красота! – невольно воскликнула Соня, выйдя из машины и раскинув руки, позволяя морскому ветру трепать одежду и стянутые в хвост волосы. Выбежала на газон и подставила лицо небу. – Так понимаю, не была здесь? – Крис вышел следом. – Нет, я была у «Семи сестёр», но это, знаешь, всё равно, что жить в Лондоне и «Биг Бен» не замечать, тем более те, Дуврские, у всех блогеров в Ленте. – Культовое место, да, – согласился Крис, почему-то получая удовольствие от восторга Сони и её заразительной улыбки. Было в ней какое-то ребячество и умение удивляться простым вещам. Много ли он знал людей примерно его же возраста, способных проявлять эту детскую восторженность искренне? Девок из привычного окружения заставить воскликнуть «вау» мог разве что внушительный счёт в банке или адреналиновый скачок от чего-то нового, что они себе ещё в нос или рот не пихали. С парнями ещё сложнее было. А Соня даже покружилась на месте, словно пыталась поймать ветер, взметнувший полы её расстёгнутой куртки. Крис, конечно, опять не удержался, достал фотоаппарат из рюкзака и щёлкнул Соню пару раз. – Опять это делаешь, – заявила она, хватая за рукав и потянув его к краю. У малышки явно было игривое настроение – приблизиться к обрыву, пощекотать собственные нервы. – Что делаю? – Снимаешь без предупреждения. – В разных позах я тебя в студии зафиксирую, когда съёмка будет постановочная, а сейчас – лучшие кадры – внезапные и спонтанные. Это настроение. Его, извини уж, специально не изобразишь. – Но актёры же как-то играют в чувства. – И выглядит это как раз театрально и весьма искусственно. Соня выбрала точку на грани: ближе не пойду, но с обрыва посмотрю, и придержала Криса, когда он попытался пройти дальше. – Нет, там уже опасно. – Кому опасно? – усмехнулся он и встал вплотную к краю. Мелкие светлые камни, спрятанные в траве, посыпались вниз. – Крис… – неуверенно раздалось за спиной. – Головокружениями не страдаю, не переживай. Внизу тёмные воды Атлантики бились о берег, справа был кресельный подъёмник и пляж. И лодочная станция точкой виднелась вдали. Море спокойное, можно и до гряды добраться и на маяк посмотреть. И поснимать. Только объектив поменять надо, а то так портретник и стоял. Крис вернулся к брошенному рюкзаку, присел, занимаясь техникой. – Так ты фотограф, значит? Соня попинала камушки, а потом присела рядом, в буквальном смысле слова опустилась на траву и наблюдала за его манипуляциями. – Ну, можно так сказать, – протянул Крис. – Это и не хобби, и не способ заработка. – А что же тогда? Крис пожал плечами. – Иногда легче никак это не называть, чем загонять в тесные рамки определений. Способ увидеть красоту в мелочи, вероятно, самое близкое. Соня, ты почему меня постоянно пытаешься на какие-то философские рассуждения вытянуть? – Я? Тебе кажется. – Нет, не кажется. Но чтобы ты не видела во мне романтика, которого по факту нет, сразу скажу, некоторые свои фото я продаю, и весьма дорого. Крис закончил свои манипуляции с объективами, встал, протянул Соне руку и повёл в сторону канатной дороги. – Разве это плохо? Когда увлечение приносит деньги? И потом, можно сделать очень дорогой и ценный кадр, и получать удовольствие не только от вырученной за него суммы, но и от самого удачного снимка. – Тут ты, безусловно, права. А далее минуты пошли щёлкать одна за другой и складываться в часы. Как и обещал, Крис довольно сносно погонял Соню: по пляжу, среди скал, они ушли достаточно далеко от центрального участка, где кучковалась основная масса пока ещё немногочисленных туристов. Крис сказал, ему нужно было «потренироваться, открыть взгляд, размять руку». Он её и разминал, фотографируя что-то странное и причудливое, встречающееся им на пути. То какие-то коряги, то разломы, то нагромождения камней. Утащил потом Соню на гряду, врезавшуюся в море. Идти по валунам было неудобно, ещё сложнее было не соскользнуть в воду, но Крис Соню придерживал и помогал преодолевать спорные участки. Иногда он показывал ей снимки, иногда она сама набиралась наглости, подходила и поглядывала на экран камеры, пока Крис быстро листал отснятый материал. Он действительно не обманывал, когда говорил, что предпочитает что-то необычное. Соня то и дело восклицала: – Так странно, но красиво. – Когда идеально – некрасиво, – утверждал Крис. – Должен быть дефект. В извращённой форме есть привлекательность. Этими своими рассуждениями он иногда вгонял Соню в ступор, но, просмотрев ряд фото, она уже была готова с ним согласиться. Когда они сели на небольшое туристическое судно, которое вплотную подходило к скалам-иглам, ноги у Сони реально гудели. Она с тоской посмотрела на низкую скамеечку в закрытой части и вышла на палубу. Может быть, она здесь первый и последний раз в своей жизни, надо ловить момент. Например, посмотреть вдаль, туда, где на горизонте было чисто и бесконечно. Как человек, проведший основную часть жизни у большой воды, ей в Лондоне не хватало этого ощущения простора. Не было его там. А здесь… простор ощущался, и хотелось дышать полной грудью. Прямо как в Питере, где Финский залив всегда был под рукой. Ещё и впечатлений набралось на воз и маленькую тележку. Вот вчера она злилась на Криса, кляла его последними словами, потом сама пришла, как он и утверждал, сама… отдалась ему, взяла от него своё, волновалась и переживала, потому что странные чувства после прошедшей ночи образовались в груди. Соня обернулась и… поймала взгляд Криса, стоявшего в нескольких метрах, плечом прислонившегося к стене. Странный такой взгляд. Тяжелый даже. И ещё улыбка, скользнувшая по губам парня, тяжесть эту не облегчила. Соня не понимала его… не знала, о чём он мог думать. Были ли у него какие-то планы на неё или их не было. И самое поганое, откровенно ведь не поговоришь. Засмеет. Всё, что она могла себе позволить – плыть по течению, которое обязательно куда-то да вынесет. И самое главное – не влюбляться в этого наглеца. Это она себе строго настрого запретила. Только внутренний голос, словно змей-искуситель, протяжно нашёптывал: пос-с-с-здно… На обратной дороге они заехали пообедать, хотя нет, скорее поужинать, в паб. С учётом того, что из кровати они не вылезали большую часть утра и к «Ниддлс» отправились, когда было далеко за полдень, весь день как-то сдвинулся. Место было колоритным, в небольшом сонном городке на полпути до отеля. Вопреки собственным обещаниям, Крис Соню не трогал. Хотя вот сейчас, сидя в полутёмном помещении, то и дело поглядывал в сторону коридора, в котором мальчики шли налево, а девочки направо. Он бы с Соней в одном направлении прогулялся, чтобы снять напряжение, которое эта чертовка вызывала у него. А вот по виду Сони даже не сказать было, что она напряжена. Крис с каким-то извращённым удовольствием наблюдал, как она набросилась на порцию традиционного тушеного мяса. Сразу видно, аппетит нагуляла. Надо предложить ей подремать в машине на обратной дороге, потому что в отеле он ей сразу заснуть не позволит. – Нравится традиционная английская кухня? – приподняв бровь, поинтересовался он. – Знаешь, это на любителя. – А ты, смотрю, любитель? – Как видишь, – Соня широко улыбнулась. – Но русская мне больше нравится. – Да, русская ничего. – Ничего? – возмущённо повторила она. – Всего лишь ничего? Это очень слабенькая характеристика, знаешь. Хотя, нет, откуда тебе знать. В Лондоне даже нормальных продуктов не купишь, чтобы приготовить любимую еду. На вашей муке и блинов таких кружевных, в дырочку то есть, не спечёшь, а эта… смесь дурацкая, ерунда из неё получается, в общем. Мазня на сковороде. Одно спасение – русский магазин. Мы с Томой регулярно туда рейды делаем. Дерут, конечно, втридорога, но что поделать, – тараторила Соня. – Ничего? Это больше, чем ничего… – Я спокойно отношусь к еде, – попытался утихомирить её Крис. – Уверяю, когда приготовлю я, твоё спокойствие, как ветром сдует. Они рассмеялись, и Крис поймал себя на мысли, что обещание, пусть и прозвучало странно, но зародило в нём какое-то предвкушение. – Когда ты мне что-то приготовишь, кормить будешь сама, – хрипло добавил он. – То есть согласен есть с моих рук? – О да, и поверь, когда это случится, уже твоё спокойствие полетит ко всем чертям, – выразительно приподнял бровь Крис. Соня не нашлась, что ответить, лишь слегка замялась. Возможно, представляла что-то. Когда они вышли на стоянку, Крис вдруг, повинуясь внутреннему импульсу, обнял и притянул Соню к себе, а у машины так и вовсе зажал, вдавливаясь всем телом и целуя глубоко и с обещанием. Чтобы понимала, что её ждёт по возвращению. Только и у самого Криса голова поплыла, когда руки куколки пробрались ему под толстовку с футболкой, заскользив по коже и привлекая ближе. Вроде простое движение, а крышу уже снесло. Может, поискать отворотку с трассы и пошло всё к чёрту? До отеля Крис имел все шансы не дотерпеть. Только Соня, как он и предполагал, в машине засопела. Даже пришлось притормозить и откинуть спинку её кресла чуть больше, чтобы девчонке комфортнее было. Охереть он заботливым стал. С чего вдруг? Умотал он её всё-таки этой прогулкой, но она большая молодец, даже ни разу не заныла, что устала, покрывала километры наравне с ним. Уже в отеле, ведя полусонную Софи до коттеджа, Крис то и дело прибавлял шаг, а уж стоило им порог переступить, как скинул все вещи в коридоре и припечатал девчонку к входной двери. С молниеносной скоростью расстегнул её и свои джинсы. Спустил Сонины по ногам так небрежно, что скинуть успел только левую штанину. Приподнял малышку и рывком погрузился в тесную и уже влажную глубину. – Крис, – на выдохе протянула уже окончательно проснувшаяся Соня. Бл… ему нравилось, когда она звала его по имени, ещё больше нравилось, когда в её голос возвращался родной акцент, вот как сейчас, и тогда его имя звучало иначе. Звук «р» был другим: мягким, тягучим, бесконечно сексуальным. – Надеюсь, ты не имеешь ничего против вертикальных поверхностей, – заявил он и принялся вколачиваться в Соню без всяких прелюдий. Вот так, пусть знает, как сильно он её жаждет, пусть отработает за все дни, что динамила его. Будет брать, где хочет, как хочет и сколько хочет. Дверь ходила ходуном от его движений, если кто-то пройдёт мимо коттеджа, сомнений не останется, чем они тут занимались. Хотя сейчас Крису было по хрен на всё и всех. Тем более, Соня, чтобы не биться затылком о дверь, наклонилась и теперь слегка покусывала его шею, маленькая тигрица. Пройдёт немного времени, она себя отпустит, смущение уйдёт, и, кажется, тогда его ждёт какой-то охеренный сюрприз. Потому что непредсказуемый вулкан в его руках уже был готов взорваться. Крис принялся двигаться резче, короткими толчками, чувствуя, как её внутренние мышцы обхватывают член. Соня танцевала на грани оргазма, но всё никак не решалась перевалить через край. Он прижался губами к её уху, чтобы горячо выдохнуть. – Ну давай, кончи. Кончи для меня. – Не…могу, – сбивчиво ответила она. – Не получается. Соня зажмурилась, пытаясь поймать ощущения, но те ускользали, как песок сквозь пальцы. Никак не хотели якориться. – Кончи на моём члене, а не от рук, давай. Слушай своё тело. Тебе же хорошо, так? – О-очень. – Быстрее? – Крис увеличил силу и скорость, чувствуя, как сам себя подталкивает к грани. Нет, бл… надо полегче. Так что он на секунду замер. – Или медленнее? Соня ощутила, как пальцы на ногах поджимаются. Крис с ума её сводил своими речами и действиями, она не могла понять, что он выкинет в следующий момент. Сейчас вот с мучительной нежностью толкался в неё. Ощущения были острыми и чересчур интимными. – Медленнее, – протянула Соня, ощущая, что с каждой секундой нервные окончания всё больше оголяются. Крис замедлился, стараясь двигаться монотонно и размеренно. Её ноги, скрещенные за его спиной, дрожали, Соня действительно была близка. Крис начал нашёптывать ей на ухо всякие непотребности, на которые она так остро реагировала. Наконец, она вскрикнула, взрываясь от оргазма, и мигом обмякла в его руках. Крису, который и сам был близок, хватило несколько коротких фрикций, чтобы выйти и кончить. Он опустил Соню на пол, но её ноги до сих пор были ватными, так что она вцепилась в его плечо, чтобы не потерять равновесие. – Значит, всё-таки заводят грязные словечки, а? – Иди ты, – с полусмехом ответила Соня. – А так возмущалась поначалу… ай-яй-яй, Соня, пошлая девчонка. – Крис обхватил её за попку и сжал ягодицу с силой, даже, наверное, оставляя отпечаток. Ночью Соня снова внезапно открыла глаза, только не от телефонного звонка, а по неизвестной причине. Может быть, в кровати стало холодно, где она почему-то была одна. Она уже не сказать, что привыкла, но что-то около этого, к Крису, прижимающемуся к ней со спины, или к его плечу под щекой. Соня приподняла голову, обвела комнату взглядом и увидела парня за ноутом. Фотоаппарат, лежащий рядом, намекнул, что Крис, видимо, переносит отснятый материал. Он сидел к ней вполоборота и разглядеть его лицо Соня не могла. Может, ему не спалось. Может, это его обычная манера – делать всё сразу, не откладывая на потом. В конце концов, Соня решила на мешать, легла обратно и заснула под мерное кликанье мышкой и стук клавиш. День был долгим, но насыщенным, а утро уже маячило на горизонте: всё такое неопределённое и полное неизвестности.