Глава 23

– Ну надо же, – руки Катарины, словно плети, обхватили шею Криса, – давно вас не видела, Ваша Светлость. Выпьешь с нами? Она обернулась, обводя широким жестом гостиную. В особняке царил полумрак. Лишь красная подсветка от натянутых гирлянд создавала ощущение, что он пришёл на какой-то потусторонний шабаш. И вот теперь главная ведьма висела на нём. – В другой раз. Он потянулся расцепить её захват, а Катарина лишь надула губки, шагнула ближе и потёрлась грудью о его грудь. Сегодня он даже не стал поправлять её. Эта манера Катарины называть его титулом двоюродного дяди порядком подбешивала. Ему почему-то казалось, что или Лаура, или Мари наплели ей что-то про его семейство. Эти две особы знали гораздо больше других, благодаря дружбе родителей, и часто, ещё с детства гостили в их доме. Так они и сошлись с Лаурой в колледже, так они начали трахаться с Мари время от времени, до отношений с её сестрой и после. – Где Сэм? – Я ему не нянька, за ним не слежу. – Рыжуля пальцами обхватила подбородок Криса и приблизилась к губам. Кажется, Катарина слабо соображала что творила, её зрачки были огромными, а речь лениво растянутой, но в этом тоне было нечто большее, чем просто манерность. Крис знал, что нередко после её вечеринок особо нестойкие особи оказывались или под капельницами, или на промывании желудка. Здесь действительно творилось нечто. Несколько раз и он сам принимал участие в этом непотребстве, но не до зелёных чертей в глазах. Крис схватил её за запястье и отодрал пальцы от своего лица. – Наверху? – Без понятия. За плечом Катарины вдруг показалась знакомая фигура. Соня осторожно шла по дому, как по минному полю, безостановочно оглядываясь. Затем увидела его и с облегченной улыбкой поспешила навстречу. – Я же просил ждать в машине, – чуть не рявкнул Крис. – Прости, там кое-что произошло, – пожала она плечами. – Что? – Ну, вернёмся, сам увидишь… – Ой, ты с девушкой, – оживилась Катарина. – Свежее лицо. Повернулась к Соне и легонько поддела плечом. – Может, поднимемся наверх? – с лёгким смешком Катарина подмигнула ей, а после наклонилась и прошептала на ухо довольно громко: – Втроём. – А затем мягко обняла за талию и притянула к себе. Прежде чем её яркий рот успел впиться в губы застывшей в шоке Сони, Крис успел отодрать стерву от малышки. – Фе-е-е, ты какой, Ваша Светлость, – Катарина только что ногой не топнула. – Скучный стал. Не то, что раньше был. – Я за Сэмом, и мы уезжаем. – Да как знаешь! Хозяйка вечера отвернулась и уплыла в неизвестном направлении. – Ты что, занимался сексом втроём? – отмерла Соня, как раз когда они поднимались по широкой лестнице, попутно переступив через пару лежащих на пути тел. Она не знала, что ожидала обнаружить за стенами этого «филиала ада», как выразился Крис, но точно не вот это всё. И точно уж не ожидала, что Крис будет чувствовать себя здесь, как рыба в воде. Его не смущало ни количество пьяных и накаченных непонятно чем тел или целующихся по углам парочек и… желающих присоединиться к их утехам людей. Крис вместо ответа бросил на неё выразительный взгляд. – То есть для тебя нормально, когда два парня… – Я похож на того, кто будет делить одну женщину с кем-то ещё в моменте? – перебил Крис. – А-а-а… – протянула Соня с пониманием, – ну вообще отлично. Живое воображение уже принялось накидывать картинки переплетённых на кровати тел: Криса и каких-то двух женских абстрактных. Соня тяжело и недовольно вздохнула и поймала смеющийся взгляд Криса. – Заметь, я ничего не сказал, – подначил он. – Иногда этого и не требуется. – Не нравится ответ, не спрашивай. Я ж у тебя не интересуюсь, кому ты там в песочнице лопаткой по темечку стучала. Одной фразой предельно ясно подчеркнул, насколько её образ жизни отличался от его образа жизни. – А почему эта… назвала тебя «Ваша Светлость»? Это прикол какой-то? – Да уж… прикол, – качнул головой Крис. На втором этаже они наугад заглянули в пару спален. Где-то на них даже не обратили внимания, где-то вслед посыпался отборный мат. Наконец, Крис вынул телефон, набрал друга и пошёл, что называется на звук. Благо здесь музыка не орала, и было возможно услышать мелодию звонка, доносящуюся из-за двери общей ванной комнаты. Соня сложила руки на груди и прислонилась к стене, наблюдая за Крисом – Сэм? – Крис постучал, когда ручка не поддалась. – Сэм, ты там? Телефон замолчал, но Крис ещё раз набрал, и звонок заголосил вновь. – Сэм, открой, это Кристофер. Молчание. А потом раздался протяжный стон, донёсшийся с той стороны. Крис выругался. Отошёл на шаг, а потом шибанул по двери ногой. Что-то в районе замка треснуло, но до конца не поддалось. Тогда Крис ударил ещё. И ещё. И ещё. Пока дверь не отлетела внутрь, звучно шмякнувшись об стену. Соня вошла следом за стремительно ворвавшимся в комнату Крисом. Сэм, его блондинистый друг, которого Соня видела в своей жизни раза три-четыре, полулежал, прислонившись к стене. Телефон был зажат в его руке, но видимо, сил ответить на звонок не нашлось. – Сэм! – Крис схватил друга за грудки и, как следует, встряхнул, но тот лишь заворчал недовольно. Следом в лицо Сэму полетела целая пригоршня холодной воды, но реакция была такой же. Крис наклонился, оттянул веко Сэма вверх, чтобы посмотреть, как плавает зрачок под ним, и тяжело вздохнул. Лёгкий хлопок по щеке также не помог. – В больничку? – спросила стоявшая за спиной Криса Соня. – Скорее всего, он что-то в тотальной отключке. Пиздец, – Крис зарылся пальцами в волосы. – Надо было с ним давно поговорить, ведь как знал, что какая-нибудь хрень, типа этой, случится. Он, конечно, взрослый мальчик, но всё же… Кривая и совсем невесёлая усмешка скользнула по губам Криса, прежде чем он подытожил: – Так, возьмёшь его вещи, а я дотащу это бренное тело до тачки. Так они и сделали. Соня чувствовала себя, словно участник спасательной операции, прижимая телефон и другие личные вещи Сэма к груди, пока Крис впереди, расталкивая народ, тащил ещё умудрявшегося упираться друга на выход. – Сэм, ты отожрался что-то… хреновая из себя спящая красавица, – бормотал Крис, очередным пинком распахивая входную дверь, чтобы застыть за порогом. – Чё за нах… – Ну вот… собственно причина, почему я пошла за тобой, – выдохнула Соня за его плечом. На капоте… нет, не так, на облёванном капоте его машины дрыхло какое-то мудачьё. – Он ломился в салон, – начала пояснять Соня, когда Крис отмер и пошёл к машине, – пришлось выскочить и уйти, я думала, он может стекло разбить. – Отличное решение, персик, – совсем недобро хмыкнул Крис, – а если бы он рванул за тобой к дому? Как бы ты отбрыкивалась? Надо было сидеть в тачке, прижав ушки. – А если бы он разбил окно или запрыгнул на крышу, или ещё чего? Ты не видел этого орангутанга в действии! До того, как его вывернуло на тачку, и он решил на неё прилечь отдохнуть. – Сомневаюсь, но всё же. – А я вот видела, это тело еле стояло на ногах, и я решила, лучше уйти из его поля зрения. – Потому что его явно не машина привлекала, а тёлочка внутри, – закончил Крис. – Софи, открой-ка заднюю дверь. Когда Сэм был уложен сзади, Крис запихнул Соню на пассажирское сиденье, запер тачку и пошёл в дом, чтобы вернуться с полным ведром воды, которое обнаружил в кладовке возле сортира первого этажа. Пришлось, правда, спугнуть парочку, уединившуюся там, но те поняли, что за лучшее его не злить. Короткий водопад обрушился на спящего тусовщика. Тот вскочил и, словно лохматая побитая жизнью собака, принялся крутить головой, не понимая, что происходит, и каким образом он чуть не захлебнулся водой. Крис пинком отправил его обратно на капот. Парень технично проехался по корпусу, протирая своей одеждой поверхность. – Ну вот, почти также чисто, как было, – заявил Крис, швыряя ненужное ведро в поднимающегося на ноги мудака, который пытался отползти к дому. – Сервис на высшем уровне. Соня огромными глазами смотрела на разворачивающееся перед ней представление. Да, в машине действительно было как будто спокойнее. – Чего-то совсем у Катарины качество вечеринок просело, – прокомментировал Крис, занимая своё место. – Раньше было хоть какое-то подобие на классность, а теперь… приглашает, не пойми кого. Проходной двор, не иначе. – И часто ты на такие «вечеринки» захаживал? – Бывало, Софи, бывало. Крис вдарил по газам как раз в тот момент, когда с заднего сиденья раздался стон Сэма. – Потерпи, Сэми, скоро тебе станет лучше, – кинул он через плечо. В ответ до них донеслось тихое: – Эмма… – Эмма, – повторил Крис, чувствуя, что как всегда догадки оказались верны. Вот не могло в этой истории без бабы обойтись. Глупый-глупый Сэм. Крису даже неважно было, за кой хрен тот себя гробил, просто знал, что по любому эта Эмма того не стоила. – Ты знаешь, о ком он? – тихонько поинтересовалась Соня. И Крис обернулся на её голос, на секунду отвлекаясь от дороги. Соня в целом держалась молодцом, её даже как будто и не особо уже шокировало место, в котором они побывали. Да и то, что их свидание превратилось в чёрти что, видимо, тоже не напрягало. Другая, может быть, и распищалась, что он ей вечер испортил. «Нет, не свидание, – тут же поправил он сам себя. – Они не встречаются и на свидания не ходят». «Да, ну? А чем же вы тогда занимаетесь?» – подхватил внутренний голос. «Мы трахаемся, просто трахаемся», – уточнил специально для себя Крис. И тут же услышал в ответ очередное: «Да, ну-у-у?» В тёмных глазах Сони сейчас можно было утонуть, и он бы с большим удовольствием нырнул в них поглубже. И это почему-то его разозлило ещё больше. Привязанность? Да, привязанность, которую он начал к ней испытывать, совсем его не радовала. Какая к херам привязанность? Он сам по себе. Она сама по себе. Так обоим будет лучше. – Я не знаю, о ком он, но разве это важно? – наконец, ответил Крис на её вопрос. – Видишь, ничего хорошего отношения не приносят? Эмма, Бекка, Диана, Клара… как хочешь, блять, назови, итог один. Отношения заканчиваются по чьей-то инициативе, и для второго начинается чёрная полоса. Кто-то проходит семь кругов ада, падает в яму, пускается во все тяжкие, что, конечно, служит чудесным оправданием собственной невоздержанности. Как приятно прикрываться страданиями. А дальше что? Ремиссия до новых отношений? – Девять, – подала тихий голос Соня. – Что? – Кругов ада девять. Восьмой – для обманщиков, девятый – для предателей. – Давай эти два оставим для опрокинувшей отношения половины? – скрипнул Крис зубами, а затем с ледяным спокойствием, которое внезапно напугало Соню, добавил: – Вот поэтому мне и не нужны никакие личные привязанности. Я не верю в любовь, в далеко идущие и постоянные отношения. Мне не хотелось бы, что бы у тебя были какие-то ложные ожидания, Соня. Оглянись на заднее сиденье, там точно распластался продукт любви и привязанности, который задался целью угробить носителя данного тела. Крис до конца не понимал, зачем говорит ей всё это. Может быть, чтобы она сняла свои розовые очки, чтобы никаких иллюзий насчёт него у Сони не оставалось. Сегодня он снова коснулся той грязи, с которой уже давно не соприкасался. Да, вечеринки могли быть разной степени необузданности. От громких, но относительно приличных, до разгульных, полных похоти и разврата. Когда-то он попробовал всё. Попробовал, чтобы никогда больше к этому не возвращаться. Так на свет появился Крис-циник. И это до недавней поры полностью его устраивало. – Нет ничего постоянного, всё пребывает в состоянии бесконечных перемен, – пробормотала Соня, отворачиваясь к окну. Оставшуюся дорогу до больницы, она так и не посмотрела на него. Пульнула многозначительную цитатку, а он тут теперь сиди и думай, чтобы это значило? Ну и к лучшему, наверное, это было. Крис лишь сильнее сжал руль, чувствуя неприятную горечь во рту от реакции Сони, от собственных слов. Почему-то они казались ему фальшивыми. Будто старое заученное стихотворение, которое он привык повторять слишком долго и слишком часто. В больнице они быстро сдали Сэма на руки специалистам. Растерянная Соня осталась стоять посреди холла, пока Крис разговаривал с доктором. Он пока не до конца понимал, надо ли сообщать родне Сэма о его состоянии. Наверное, результаты обследования скажут точнее, требовалось это или нет. – Он стабилен, мы возьмём необходимые анализы и проведём более детальный осмотр. Через час-полтора будет полная картина, – заверили его, и Крис кивнул, отходя к Соне. Она в своём розовом платье и короткой тёмной кожанке была словно инородный цветок в стерильном безликом мире безнадёги и отчаяния. Крис ненавидел больницы. С тех пор как Фло прописали сюда в постояльцы. Вначале ему казалось, что сестра быстро придёт в себя, восстановится. Теперь же после двух лет пребывания в стационаре надежды на чудесное исцеление таяли. Он подспудно это понимал, хотя и отрицал с горячим отчаянием. Если бы мать не ставила палки в колёса… За что? За что, бля? Соня развернулась к нему и сделала шаг навстречу. Она явно прочитала что-то по его лицу и сделала свои выводы. Наверное, решила, он о друге переживает. – Крис? – Персик? – с мимолётной улыбкой бросил он. Но Сэм был здоровым молодым конём, единственной проблемой которого являлось собственное желание топить печаль в пороке и слабостях. А Фло была беззащитной и хрупкой, уже надломленной, и ей без его помощи не обойтись. Поддавшись импульсу, Крис схватил Соню за руку и потащил за собой в соседнее крыло больницы. Он и сам до конца не знал, зачем это делает. Просто захотелось поделиться с ней. Просто чувствовал, она поймёт. Просто устал быть в этом горе один.