Глава 19 (Крам)

Наш отпуск подошел к концу. Несмотря на то, что Максу и его людям не удалось пока выйти на след Вики и ее сообщника, нам пора было возвращаться. Хотя бы просто потому, что развлечения тоже могут надоесть. Так и мы спустя две недели нашего отдыха, решили, что пора возвращаться домой. К тому же Мими не знала всей правды, и попроси я остаться еще на неделю, она точно бы что-то заподозрила.

А так мы вернулись в Харьков, и я постараюсь быть с ней рядом как можно чаще. К тому же теперь она и работать будет снова в нашем клубе, а это уже большой плюс. Постоянно на виду. Я постараюсь своей девочке обеспечить максимальный покой и заботу, и главное, обезопасить от всяких мудаков, посмевших нам навредить. Скорее бы друг нашел ту девчонку. Я даже не знаю, что сделаю с ней, когда увижу. Главное помнить, что она малолетка.

Мне бы еще с сестрой поговорить, прощения попросить за то, что посмел подумать на нее плохое. Только вот пока понятия не имел, как объясню ей, тот непонятный приход девчонки, похожей на Виталину. Это будет очень тяжелый разговор, и скорее всего, мне понадобится совет родителей. Потому что это тот случай, когда я не имею права что-либо решать без их одобрения.

— Спасибо тебе, любимый, за эту поездку. Она все же пошла мне на пользу.

— Она нам пошла на пользу. Поверь, Мими, мне тоже стало гораздо лучше.

— Значит мы правильно поступили, что уехали на некоторое время. А теперь у меня полно фото, и я хочу развешать их по нашей квартире! Давай в ближайшие дни купим рамки и вставим в них снимки? Там столько красоты снежной!

— Я согласен с тобой, любимая. Только, — я замешкался, не зная, как лучше ей признаться в задуманном.

— Что? Что-то произошло? — взволнованно спросила Мия, и в ее глазах я заметил страх.

— Нет, почему сразу произошло? Успокойся. Я просто хотел сообщить кое-что. Прости, что вот так ставлю перед фактом, но мне казалось, что это будет правильнее.

— Господи, Никита, да говори уже! Ты что, бросить меня решил?

— Вот дура! — неподдельно возмутился я, даже понятия не имея, откуда в ее голове возникла такая мысль. — Ну, что ты такое несешь? Разве я еще не доказал, как люблю тебя? — произнес, громче чем следовало, чем и привлек внимание некоторых прохожих в аэропорту.

— Прости, но ты бы не мог говорить быстрее? Я вообще-то нервничаю! Стоишь юлишь!

— Злюка! — буркнул я, а сам чмокнул ее в губки.

— Ужас! — хмыкнула девчонка, и я решил больше не томить, иначе она меня сейчас просто задушит.

— В общем, я решил, что мы едем ко мне за город.

— Ты имеешь в виду в твой загородный дом? — нахмурившись, переспросила Мия, и я уже подумал, что она будет против.

— Да. Я решил, что раз мы с тобой теперь вместе и ты… Ну это, подпускаешь меня к себе, то хватит бегать по квартирам.

— Я не понимаю тебя. Ты подарил мне квартиру, мы там начали жить вместе, а теперь что?..

— Мия, послушай меня внимательно, — я взял ее за руку и отвел в ближайшее кафе, где практически никого не было. Не хотел, чтобы нас слышали посторонние. — Я не буду говорить, что строил дом, чтобы привести туда свою семью. Это не так, потому что я не собирался раньше жениться. А когда узнал, что ты беременна… Я не повез тебя туда не потому что не захотел. Просто между нами было столько сложностей, и я боялся, что ты меня пошлешь. А квартира, я действительно купил ее для тебя, но… я не рассчитывал, что ты там будешь жить. По той простой причине, что ты будешь жить со мной в доме, в нашем общем доме. Квартира — это как уверенность для тебя в завтрашнем дне. Я хочу, чтобы ты знала, что бы не случилось, ну вдруг однажды я тебя достану и ты захочешь уйти, тебе будет куда пойти. Это твои квадратные метры, понимаешь? Но я как эгоист надеюсь, что ты всегда будешь рядом, а квартиры достанутся нашим детям. И еще… Основным толчком забрать тебя в дом именно сейчас, послужило то, что… хоть и пару дней, но ты в этой квартире была счастлива, в ожидании нашего малыша. Не думаю, что тебе просто далось бы возвращение туда.

— Ох, Никита, ты как всегда оказываешься прав. Знаешь, я… Я порой тебя не узнаю. Я уходила от совсем другого Крама, и я тогда настолько привыкла что ты хам и…

Она замолчала, и на несколько долгих секунд опустила голову, пряча от меня свой взгляд. Я прекрасно понимал Мию, и то, о чем она сейчас говорила, и не мог ее винить в том, что она порой во мне сомневалась. Я сам был в этом виноват.

— Когда я ушла, я в тебе не знала заботливого мужчины, который будет продумывать все до мелочей. И порой мне так страшно, что это сон и на самом деле, ты можешь снова сорваться, нахамить, обвинить меня в чем-то. Потому я даже и предположить не могла, что ты позаботишься о моем переезде. Что ты станешь думать, что может причинить мне боль. Это очень непривычно.

— Порой, плохое надолго остается в нашей памяти, а хорошее быстро ускользает, — заметил я не радостным голосом, и взял ее ладошки в свои руки.

— Нет, нет, любимый, я как раз все хорошее помню. Я такое не могу забыть. Просто в моей жизни было очень много плохого. И поверь, когда мы расстались, я ведь, мысленно надеялась, что нужна тебе, что ты придешь за мной. Но в то же время, я думала, что больше никогда не буду счастлива. Что малыш единственный мой свет в окошке. Но все вышло по-другому, к сожалению…

— Я согласен что был той еще скотиной. Но теперь все иначе, теперь я хочу защищать тебя от всяких ублюдков. И если бы не мое дикое желание быть с тобой, я бы убил всех, кто когда-либо тебя обидел. Знаешь, ведь как бы я раньше не убегал от отношений, женщин я всегда уважал, да порой был груб, но к жестокостям я отношения не имею. Меня правильно воспитали родители. Единственное, что я не понимал, как можно быть всю жизнь с одной женщиной, как можно ее боготворить и не обращать ни на кого внимания. Теперь я понимаю, как. И осмелюсь сказать, что это потрясающее чувство — желание защитить любимую от мирской жестокости.

— Ты действительно очень изменился, и мне это так нравится.

— И что? Ты согласна разделить со мной мой дом? Согласна стать в нем полноправной хозяйкой?

Мими улыбнулась, подняла руку и пальцами провела по моей щетинистой щеке. Я от наслаждения прикрыл глаза, и дурел от ее запаха и прикосновений, а через несколько секунд услышал ответ:

— Согласна. С тобой я теперь на все согласна.

Я улыбнулся, и склонился к своей малышке, чтобы сорвать с ее губ нежный поцелуй.

— Вызываем такси? — спросил у нее, отстраняясь и заглядывая в глаза.

— Давай. Хочу позже позвонить гинекологу, записаться на обследование.

— Решено. Едем отдыхать, а потом делать свои дела.

В итоге в день приезда мы просто провалялись в кровати. То спали, то много целовались, потом ужин готовили вместе, и уснули под какой-то фильм, выбранный Мией. В обще, акклиматизация прошла успешно! А на следующий день мы вместе поехали к родителям. Для любимой под предлогом навестить родных и подарить привезенные подарки, а для меня… Мне предстояло провести два важных разговора. Сначала мне нужно будет переговорить с родителями на счет произошедшего и сообщить им о том, что у малышки есть сестра, а уже потом просить прощения у Виталины.

В общем, день обещал быть насыщенным.

— Мам, пап, мы приехали! Виталинка дома?

— Ура, моя любимая Мими приехала, — с радостным визгом по ступенькам сбежала сестра, сразу же загребая в объятия мою невесту.

— Привет, малышка, — счастливо поприветствовала она, обнимая в ответ свою подругу.

Ну что же, я согласен, объятий от сестры не заслужил.

— Дети, здравствуйте, — родители вышли из кабинета отца и тоже принялись обниматься и целоваться.

После приветственных реплик и маминых слез счастья, мы все вместе отправились ужинать. За столом рассказывали, как провели время на курорте, чем занимались, что посещали, и как себя теперь чувствуем. Родные тоже поделились своим путешествие в Доминикану. Особенно светилась от счастья Виталинка. Она стала шоколадкой после того, как каждое утро семь дней подряд проводила на пляже. Мама с папой наоборот, старались прятаться от солнца, боясь, что сгорят и будут чувствовать себя дискомфортно. А им же хотелось просто спокойно отдохнуть, хотя бы какое-то время позабыв о делах и прочих заботах.

— Спасибо, мамуль, все было очень вкусно.

— Это мне Виталинка помогала. Ты же знаешь, какая она умница.

Да уж, я знал, какая она умница, и знал зачем мама мне это сказала. Все, кроме Мии были в курсе происходящего, и мне было за это стыдно перед любимой. Потому натерпелось скорее поговорить с родными и все выяснить раз и навсегда. Я понимал, что маме больше всех хотелось, чтобы мы помирились, и я просто обязан попросить прощение и Лины. Но это будет позже.

— Так, ну что, дорогие мои, чай? Мы еще и десерт испекли.

— Ой, Вера Анатольевна, вы уж простите меня, но я пас. Я так объелась. Спасибо вам за вкусный ужин!

— На здоровье, милая. Тогда напомни мне, когда будете уходить, я обязательно положу тебе с собой.

— Хорошо, спасибо, — улыбнулась любимая, и я крепко сжал ее руку, тем самым намекая, как я хочу ее поцеловать.

Любимая смутилась, и опустила взгляд на наши руки, после чего я все же не сдержался и чмокнул ее. Правда в носик. Чтобы уж она меня не прихлопнула на месте.

— Я тоже пока не хочу, мамуль. Все было очень сытное, а у меня между прочим фигура.

— Спасибо, что на диете не сидишь, и то хорошо, — по-доброму заметил отец, и поцеловал дочку в висок.

Да уж, я даже понятия не имею, как родители отреагируют на то, что я им сегодня скажу.

— Нет, зачем себя голодом морить? Я лучше потом все в спортзале сброшу. Хотя у меня такие танцы, что и до спортзала жирок не дотягиваю, — пошутила сестренка, на что мы все вместе рассмеялись. — Вы не против, если мы с Мими вас оставим на некоторое время? Очень хочется по секретничать по девичьи.

— Конечно, идите, девчонки, поболтайте, — согласилась мама, за что я был очень благодарен, как раз смогу спокойно с ними поговорить.

Дождавшись, когда девочки уйдут на верх, я помог маме убрать со стола блюда и грязные тарелки, а папа в это время заваривал для нас чай. Как же я обожал такие моменты, считал их самыми драгоценными и даже неповторимыми. Теперь мы с Мией будем чаще приезжать к родителям и устраивать такие посиделки. А однажды, приедем уже втроем, и никто не сможет помешать нашему счастью.

— Никит, сынок, что между тобой и сестрой? Вы так и не помирились? — участливо спросил отец, ставя передо мной белую чашку с чаем.

— Нет, пап, не помирились. Я сегодня хочу с ней поговорить, но пока не знаю, как лучше это сделать.

— А почему? Просто извинись что посмел подумать на нее. Кстати, Максимка что-то узнал о том случае? — поинтересовалась мама, погладив мужа по руке, когда он, расставив всем чашки, присел рядом с ней.

— Вот об этом я хотел с вами поговорить, правда сам до конца еще не разобрался.

— Что тебя тревожит?

— Есть одна информация, которая вас очень удивит. Я и сам обалдел, когда узнал.

— Не томи, Никит, мы же с мамой переживаем.

— Вот переживать не надо. Это оставьте мне.

Я сделал глоток чая, и ободряюще улыбнулся родителям, всеми силами оттягивая время чтобы сообщить им не простую новость. Но как бы мне не хотелось их расстраивать или волновать, говорить все равно придется.

— В общем, мам, пап, мы с вами никогда не говорили о том, что Виталинка нам не кровная. Как-то непринято у нас это, что ли…

— Боже мой, — вздохнула мама, а я себя в эту минуту ненавидел, ибо понимал, какая больная для нее тема детства Виталины.

— Ты зачем это сейчас начинаешь? — строго произнес отец, заметив, как разволновалась его любимая жена.

— Пап, поверь, не спроста начинаю. Мне тоже не просто об этом говорить.

— Ладно, если надо, значит поговорим, — ответила мама, и нежной ладошкой накрыла мою руку.

— Спасибо, мамуль. В общем, не хочу больше тянуть… Родители, у Виталинки есть сестра близняшка.

— Как? — удивленно воскликнула мама, прикрыв рот ладонью. — Ты серьезно?

— Сын, ты понимаешь, что ты говоришь?

— Более, чем! В тот день, когда Мия потеряла ребенка… помните, я рассказывал, что к ней забегала Виталинка, полностью в новом образе. Новая стрижка, вещи, телефон. Так вот, это была не она.

— Ты откуда узнал?

— Верочка, давай дослушаем до конца.

— Спасибо, пап, — я сделал еще один глоток чая, и продолжил: — Мы сами помним, как ночью малышка сидела снова с длинными волосами, и была ошарашена моим заявлением. И я попросил Макса накопать любую информацию. Записи с уличных камер у подъезда четко показали девушку точную копию Виталины, только с короткой стрижкой. И дальше мы действовали по снимку. Так вот, детский дом и выдал нам имя Миронюк Виктория Степановна. А потом мы сделали запросы на Лину, чтобы убедиться, что это два разных человека. И да, по фото сестры пришла информация на имя Озолина Виталина Игоревна.

— Нашу малышку записали под придуманным именем, а эту девочку, Викторию? Она со своим именем? — осторожно поинтересовалась мама, и по ее виду я понял, что она действительно поражена новостью.

— Мамочка, я не знаю, откуда у нее это имя. Зато знаю то, что сейчас эта Виктория находится в розыске. Она сбежала с детдома.

— Вот это новости. Нам это чем грозит? Или мы наоборот, можем чем-то помочь? — серьезно спросил отец, и поднявшись из-за стола, прошел к холодильнику, достал бутылку с коньяком, прихватил две рюмки и поставил на стол. Затем вернулся за бутербродами, и лимоном, а я успел налить нам алкоголя. Я понял его настрой.

— Уже самое страшное произошло, — честно признался я, и не чокаясь, опрокинул в себя охлажденный коньяк.

— То есть, эта девчонка она… она нашего внука…

— Да, мамуль. И пока железных аргументов почему она это сделала, у меня нет. Но одно я знаю точно, действовала она не одна. Слишком малА для такого, и что-то ей явно двигало в тот момент.

Папа тоже опрокинул в себя алкоголь, и зажмурившись, закусил долькой лимона. Только нихрена нам это не помогло, и я как никто другой знаю, что они сейчас чувствуют.

— Бедная Мия. Что девочке приходиться переживать в своем юном возрасте. Наши две малышки, у них практически одинаковые судьбы, и столько страданий уготовила им жизнь, — по щекам мамы покатились горькие слезы, а мне захотелось уничтожить тех мразей, из-за которых она сейчас плакала. Виноватых хватало, но рядом никого не было. Я тоже в кой-то мере был виноват, но молчать сейчас не мог. Не подходящий момент скрывать такие факты.

— Насолить хотели всем. И даже не столько Мие, сколько Виталине. Я так предполагаю.

— Поэтому мы все неожиданно сорвались в отпуска? А сейчас? Сейчас дочке не опасно находиться здесь?

— Пап, наши дома оцеплены охраной, за машинами тоже приставлены люди. И если кому-то из нас надо пройтись пешком, парни всегда рядом. Но риск никто не исключает. Мы ищем их! Мы ищем.

— С кем же водится эта девчонка? Кому еще нужно нанести нам вред? Это же все так страшно.

— Родная, сын же говорит, охрана всегда рядом, ты главное не нервничай, — папа обнял маму, и вытер ее слезы, успокаивая и обещая, что все обязательно наладится.

— Я скрыл от Мии то, что в ее организме был обнаружен яд. И не знаю, как извиниться перед Виталинкой, ведь придется объяснять, что у нее есть сестра. И самое ужасное, что эта сестра и причастна к убийству нашего с Мими сыночка. Все взаимосвязано.

— Ч-ччто? — услышал два пораженных голоса, и обернувшись, увидел застывшую Мию и Лину. Они обе были ошарашены новостью, просто стояли не двигаясь, и смотрели на нас во все глаза. Как же не вовремя они вошли.

— Млять! Мне пи*дец.