Глава третья
Кабинет был просторным и светлым. Над дубовым, покрытым лаком столе висел портрет семьи Вирр
э
й. Счастливые родители двух совершенно непохожих между собой дочерей.
У младшей взгляд казался серьёзным и немного мрачным, а вот у старшей даже на фотокарточке глаза светились ехидством. У младшей волосы прямые, а у старшей завивались в непослушные кудряшки. Как у матери…
– Присаживайтесь, господин Торн, – невозмутимо предложил глава семейства. Кирран не обманывался. За спокойствием этого человека скрывается закалённый жизнью твёрдый характер. Его выдавали глаза. – Подкинули вы нам проблем… – вздохнул он притворно, наливая из графина в стакан воды. – Обе наши дочери для нас, как нежные цветы лотоса, которые нельзя срывать, иначе сразу завянут. Они наше счастье, наша радость. Наша гордость. Но Дэйка… она особенная. Сложно описать доступными словами, что я имею в виду…
– Я понимаю ваши чувства, господин Вирр
э
й, – сдержанно начал Кирран, ощущая себя неуютно под пристальным взглядом этого человека. Следовало быть осторожным в своих словах. – Но и вы меня поймите. Так устроена наша природа. Я не могу отказаться от истинной, дарованной Богами, но и не могу гарантировать, что непременно скреплю связь с вашей дочерью. Я уже пообещал ей, что по истечении срока, если она сама не пожелает стать моей избранницей, верну её домой. И однозначно не причиню ей вреда.
Отец рыжей как-то странно улыбнулся. Загадочно.
– Я наслышан о вас, господин Торн. Сомневаться в вашей честности и порядочности не приходится. Не подумайте, я всегда волнуюсь за свою дочь, но в данной ситуации больше тревожусь за вас. Дэя у нас… изобретательная, – произнёс уклончиво и внезапно усмехнулся. – У неё изворотливый ум. Она не только талантливая, но и находчивая.
– Талантливая? – переспросил Кирран, невольно вспомнив слова рыжей про то, что не красавица и делать ничего не умеет, ленивая. Обмануть пыталась?
– А вы не знаете? – насмешливо улыбнулся Вирр
э
й. – Тогда идёмте, я вам покажу. Лучше один раз увидеть… – он встал, вышел из-за стола и резво направился к двери.
– Увидеть что? – озадачился Кирран, выходя следом.
Господин Вирр
э
й обернулся через плечо, хитро улыбнувшись.
– Её мастерскую…
… в груди поселилось волнение, смешавшееся с неясным томительным предвкушением.
Внутри дом оказался гораздо больше, чем казался снаружи. Пришлось немного поплутать, прежде чем оказаться на светлой мансарде, отделанной камнем, и обустроенной печью.
На стенах висел инструмент. В глаза сразу бросился полировальный станок и ванна для промывания изделий. Специальная горелка, точильный камень… было всё, вплоть до кусачек и окуляров, прессформ.
На противоположной стене висели заготовки и несколько эскизов.
– Так сложилось, что я уже как лет пять отошёл от дел. Руки не те, – с некой грустью улыбнулся господин Вирр
э
й, продемонстрировав ладони в загрубевших мозолях. – Да и зрение ухудшилось, с легкими беда приключилась… – он зашёл в мастерскую и осторожно провёл пальцами по разложенному на столе инструменту. – Раньше же не было всех этих защитных масок, безопасных растворов, и защитного воска для рук не существовало. А Дэя… знаете, она с детства рисовала, всегда наблюдала за моей работой. Я её выгонял, а она всё равно приходила. Такая упрямая…
Кирран невольно усмехнулся. Рыжая действительно отличалась каким-то изощрённым упрямством, при чём не по делу. Сложилось впечатление, что ей просто нравится это делать, спорить без причины.
– И она умеет пользоваться всем этим инструментом? Работать с металлами? – недоверчиво спросил Кирран, озираясь. Его ведь не разыгрывают?
Господин Вирр
э
й добродушно усмехнулся.
– Не просто умеет, а делает это лучше всех. Идите сюда, я покажу, – он поманил за собой и толкнул дверь в смежное помещение, залитое солнцем.
Под стеклом, на специальных подставках, были представлены готовые работы. На стенах висели цветные рисунки украшений.
– Это образцы, – с гордостью произнёс отец рыжей. – Все они сделаны Дэяной из недрагоценного металла с использованием искусственных камней, чтобы клиенты могли оценить уровень качества её работ. Превосходно, не правда ли?
Кирран не верил своим глазам, глядя на сапфировое изящное колье. Настолько тонкое плетение… кропотливая работа. С первого взгляда и не отличишь от настоящего.
… под соседним стеклом на бархатной подушечке лежал золотой широкий браслет необычного плетения.
– А-а, – протянул господин Вирр
э
й, качнувшись на пятках. – «Лисий хвост». Очень сложная работа.
– Тиара для не наследной принцессы тоже была выполнена вашей дочерью? – спросил Кирран, повернув голову, и сощурился.
Господин Вирр
э
й мечтательно вздохнул и, заложив руки за спину, прошёлся между высокими постаментами.
– Хотел бы я сказать, что мной, но нет. Как мастер я не преуспел, зато прославилась моя дочь. Не подумайте, я очень этому рад. Словно я всю жизнь старался ради её успеха, и все мои старания не были напрасны. Она продолжила моё дело, но её никто не заставлял. Дэяна сама изъявила желание…
Кирран разглядывал образцы украшений, поражаясь тому, насколько умело они сделаны. Даже швов не видно. Так аккуратно и тонко.
– Гарнитур на День рождения её светлости княгини Дэвур, перстень для его светлости, серьги для дочери канцлера… Перечислять можно до бесконечности, но Дэяна берётся и за простую работу для менее обеспеченных людей. И в каждое своё творение вкладывает душу, – улыбнулся господин Вирр
э
й и тяжело вздохнул. – Возьмите альбомы и карандаши, чтобы Дэяна не заскучала. Она не может сидеть без дела.
Кирран сглотнул, ощущая себя до невозможности паршиво. Словно он и правда украл у этих людей дочь. Судя по всему, они неплохие люди. Дружная любящая семья, которой у него никогда не было.
– Она составила список… – вымолвил сипло, протягивая сложенный лист. – Просила взять эти вещи.
Господин Вирр
э
й сразу убрал его в карман домашней жилетки, даже не взглянув.
– Марна всё подготовит, не волнуйтесь об этом.
Кирран прочистил горло.
– Могу я спросить? – Отец рыжей согласно кивнул. – Но почему вы живёте здесь, а не перебрались в центр? Разве так было бы не удобнее? – Не похоже, что эти люди стеснены в средствах, но почему-то предпочитают жить скромно. Хотелось понять, почему.
Господин Вирр
э
й усмехнулся, опуская голову.
– У нас есть особняк, дарованный его величеством в знак особой признательности за работу, но мы и сама Дэяна привыкли жить здесь и не ищем большой славы. Всем, кому надо и так знают о нас. У дочери много подруг среди аристократок, и они постоянно разносят молву о ней. Так забавно… но с каждым годом у нас всё больше и больше клиентов.
– Я возмещу… – тихо произнёс Кирран, понимая, что по его вине срок выполнения заказов сдвинется почти на месяц. Не может же он перенести всю мастерскую в своё тайное убежище. Нет, если бы они с рыжей обручились…
Кирран удивлённо моргнул, осознав, о чём только что думал.
– Ничего не нужно, – качнул головой глава семейства. – Дэйка будет в ярости, если узнает, что я взял с вас деньги. Вы же видели мою жену? Вот наша старшая дочь её точная копия. Если вам ещё не досталось от неё, то это однозначно не ваша заслуга, а железная выдержка Дэяны. Но когда-нибудь она закончится. Понимаете? – иронично поинтересовался он, отчего по спине пробежал дурной холодок. – Хотите взглянуть на её комнату?
Кирран машинально потрогал шею, словно на ней уже затягивалась невидимая петля, но на всякий случай согласился. К тому же действительно стало любопытно, как выглядит спальня его ненаглядной истинной…
В коридоре стояла… тёмная, мрачная фигура, больше напоминающая призрака. Прямое чёрное платье с белым воротником, длинные русые волосы, обрамляющие узкое лицо…
– Ты… – сквозь зубы выдохнула она, сжимая в руке портновские ножницы. Кирран невольно отступил за спину господина Виррэйя. – Как ты посмел?! Украсть. Мою. Сестру! – внезапно закричала она и кинулась прямо на них.
– Лирра, стой! Доченька, не надо! Тебя арестуют за убийство! – воскликнул глава дома, но почему-то отошёл, словно нарочно освобождая дочери пространство для манёвра. – Подумай хорошенько! Он не стоит твоей жизни!
– Пусть вернёт мне сестру! – взвизгнула ненормальная, замахиваясь ножницами, но резко остановилась, приставив тупые концы к горлу Киррана. – Если хоть один волос упадёт с её головы… я тебе что-нибудь отрежу, – растянув губы в ужасающей улыбке, пообещала она, и убрала ножницы. – Так и знала, что на празднике этой проходимки Мориган что-нибудь да случится, – буркнула недовольно, отходя.
Кирран поправил ворот рубашки и натянуто улыбнулся.
– Рад с вами познакомиться, юная леди. Обещаю, что с вашей сестрой ничего не случится. Даю слово.
Психованная внезапно усмехнулась.
– Как бы с вами, господин дракон, ничего не случилось. Моя сестра не из тех, кто не способен за себя постоять. Уж поверьте.
– Ну хватит, – довольно спокойно произнёс глава семейства и махнул рукой. – Покажи господину Торну комнату Дэяны, а я попрошу нашу маму собрать вещи.
Киррану не очень хотелось оставаться наедине с опасной девицей, но уходя, господин Вирр
э
й предусмотрительно забрал у неё ножницы. Дышать стало чуточку легче…
Комната, вопреки ожиданиям, была светлой и довольно уютной. Гармонично смотрелась светлая мебель и бежевые шёлковые обои, рисунки в рамах на них. Даже гербарий на столе с покрытыми лаком ягодами рябины выписывался в общую атмосферу.
– Это всё ваша сестра рисовала? – спросил Кирран, разглядывая немного сюрреалистичный пейзаж над кроватью.
– У Дэйки богатая фантазия, – кивнула девочка-призрак. – И безупречный вкус. Цвет ткани для её платья она сама выбирала. Да, шила я, но эскиз её.
Кирран вспомнил, что сделал с этим самым платьем сегодня утром и устыдился. Но девчонка сама виновата. Зачем провоцировала? Раздень, да раздень. Не каждый мужчина сможет выдержать.
А он мужчина. И вполне себе здоровый. С нормальными желаниями, что пробуждаются рядом с хорошенькой, вкусно пахнущей истинной.
… дракон требовал поставить метку. Сделать её своей.
– Господин Торн, – внезапно серьёзно произнесла странная сестра рыжей, глядя на картину мрачного осеннего леса. – Я наслышана о том, как у вас, драконов, всё непросто устроено и что время ограниченно, но… постарайтесь не спешить. Узнайте Дэю получше. Её характер… довольно живой. Она непосредственная и прямолинейная, всегда говорит то, что думает и этим жутко бесит окружающих. Особенно аристократов. Просто, если поймёте, что не сможете полюбить её такой, не нужно настаивать и скреплять с ней связь ради силы, – повернула голову и, посмотрев Киррану в глаза, искренне попросила. – Я прошу вас. Не ломайте ей жизнь.
Кирран шумно втянул воздух и, проглотив ком в горле, кивнул.
– Обещаю.
– Спасибо, – поблагодарила она и вышла, оставив его одного.
Кирран никогда не встречал таких девушек, как Дэяна Вирр
э
й, но торопиться и так не планировал. Да, месяца мало, чтобы хорошо узнать друг друга, но если она предначертана ему судьбой, он поймёт. Поймёт и не упустит…
– Я пришла собрать сумку, – раздался за спиной холодный голос госпожи Вирр
э
й. – У Дэйки всё время мёрзнут ноги, поэтому я вяжу для неё тёплые носки. Но при этом она любит, чтобы в комнате и мастерской всегда был свежий воздух, поэтому открывает окна… – Женщина подошла к комоду, открыла нижний ящик и начала перекладывать из него одежду в кожаный саквояж. – Ещё положу пачку её любимого чая. Она обожает цитрусы и терпеть не может яблоки и сливы. Из мяса ест только птицу, но больше питается овощами и крупами. Не любит супы…
Сердобольная родительница ещё долго говорила, всё то время, пока укладывала вещи, а Кирран запоминал. Это же такая удача. Столько ценной информации на его истинную. В предыдущие разы ему так не везло.
Когда, наконец, все вещи были собраны, а наставления даны, Кирран сделал для себя несколько выводов.
Его истинная довольно прихотлива в еде, но чистоплотна и аккуратна в быту. Добрая и жизнерадостная, энергичная девушка, ведущая правильный образ жизни. И какого же было его удивление, когда вернулся в своё тайное убежище.
Особняк было не узнать… Повсюду горели свечи. Обеденный стол завален грязной посудой, в воздухе стоял густой запах еды и… вина.
Кирран прошёл на вонь в гостиную, сбил стоящий на полу фужер, и замирая, поднял взгляд. Все стены были изуродованы углём. Не только стены. Оконные рамы, каминная полка.
Чудовище растянулось на ковре, обложившись тарелками с фруктами, книгами и дорогой тканевой бумагой. Она использовалась для особых случаев, но сейчас её можно было просто выкинуть.
Кирран закусил костяшку указательного пальца, сдерживая полный ярости и отчаяния рык. Первым порывом было схватить нахалку и выставить за дверь, но увидев её осоловелый взгляд, оценив глуповатый вид, резко передумал.
«Наверное, из вредности чудит…»,
– подумал умиротворённо, подошёл и присел рядом.
– Ты пьяна, – констатировал очевидное и попытался забрать из рук бестии наполовину пустую бутылку вина. Надо же, выбрала коллекционное, красное. – У тебя хороший вкус, – усмехнулся, но тут же нахмурился.
Рыжая выхватила бутылку обратно, что-то промычав.
– Я… не пьяная, – выговорила заплетающимся языком. – Вообще-е. Не… пью. Ик… Это… вредно.
Кирран опустил голову, обречённо усмехнувшись.
– Да. И хорошо, что ты это понимаешь. Твои родители сильно бы огорчились, увидев тебя такой.
Рыжая перестала икать, взгляд на мгновение стал осмысленным.
– Мама? Папа? Лирра-а-а… – глаза стремительно наполнялись слезами. – Моя сестрёнка-а… – завыла новоиспечённая пьяница, заваливаясь на Киррана, и вдруг замолкла. – Это же ты виноват, – произнесла, оторвав голову от его плеча. – Точно. – Размазала слёзы по лицу и судорожно вздохнула. – Ты меня похитил. У-у! Драконище! – потянулась к его шее, но притяжение земли оказалось сильнее.
Кирран вовремя успел подставить руку.
Рыжая устроилась на ней, сжавшись в комок и сладко засопела. Мгновенно. Словно не плакала секунду назад. Поразительная особа.
– Дурочка, – беззлобно усмехнулся он, убирая пальцами рыжую прядь с довольно миленького лица. – Прости… – выдохнул, ощущая, как сжимается сердце. – Прости. У меня не было выбора. Я таким родился…
– Да знаю я… – сквозь сон пробормотало чудовище. – Не ной. Прорвёмся.
Кирран уронил голову на грудь и практически беззвучно рассмеялся. На душе стало легче.
Поднял девчонку на руки и понёс наверх. Уложил в кровать, подкинул в камин дров, занёс её вещи, оставил их у шкафа и пошёл убираться. Делать нечего. Нет, можно было бы всё так и оставить, чтобы сама устраняла последствия своего безрассудства, но было интересно, проснётся ли в девчонке совесть…