Глава 35

Катя

Я одевалась, пряча за упавшими на лицо волосами глупую влюбленную улыбку. Матвей же ничего не прятал, наоборот, светился от счастья и так и норовил подсесть ко мне поближе.

– Что? – не поняла я, когда он поднялся, нашел свою футболку и замер, пожирая меня взглядом.

– У тебя на попе ямочка, – выдало это чудо и снова послало мне широченную улыбку.

– Ты поэтому завис? – не удержала я веселого смешка.

– Угу, – серьезно буркнул он. – Катерина моего сердца, ты – мечта, а не женщина.

Пришлось приложить уйму сил, чтобы самой не расплыться сахарной лужицей.

– Пойдем в мои хоромы? Кать, ты ела сегодня? – заботливо поинтересовался Матвей.

– Нет. Утром я слишком сильно нервничала, а днем была занята. Мот, когда все это кончится? – жалобно поинтересовалась я. – И что с Ольгой?

– Все с ней в порядке, там дело семейное оказалось.

– Расскажешь?

– На разборки она в тот салон ходила, благоверный ее интрижку замутил, а с кем, она сама не знала. Вот и пошла всех кошмарить. Токарев слюнями брызжет во все стороны, что с салонами красоты связался. Женщины, – философски закончил он.

– Значит, мой салон и все мои девочки ни при чем? – с надеждой выдохнула я.

– Да.

– А как мы с тобой? – я неопределенно взмахнула руками в воздухе.

– Расслабься, – потребовал Матвей.

Натянул футболку, подошел ко мне, обнял и успокаивающе помассировал затылок.

– Я подготовился, Кать. Самоустранился я и братаны мои от вашего салона, чтоб потом случайно вопрос не возник, что мы тебя прикрыли. Вами Токарев занимался, а у него репутация такая, что никто не усомнится. Честный очень, годами проверен. Я поэтому две недели и сидел тихо, как мышка, ну плакал, конечно, по ночам от тоски по тебе, но это уже неважно. Важно то, что ты чиста, Кать. Не мной доказано, потому что я бы тебя по-любому прикрыл, даже если бы ты была главой всего синдиката.

– Мотя, – озарило меня, – а внезапные поломки моей машины на дороге с этим как-то связаны?

– Упс, – выдохнул он, – ну, считай, что у тебя на тот вечер железное алиби с тонной свидетелей.

– Мне в тот вечер нужно было алиби? – подняла я брови.

– Ага. Поехали, а? – быстренько сменил он тему. – Есть хочу.

– Что-то у меня аппетит пропал, – призналась я, только в тот момент осознавая всю серьезность той несерьезной ситуации, в которую я умудрилась попасть.

– Катерина, надо есть. Не лишай меня ямочки на твоей попе, она очаровательная. Похудеешь, как я без ямочки? Давай, одевайся и погнали.

Я посмотрела на него, окончательно понимая, что это не сон. И Матвей совсем другой. Все тот же наглец, но другой.

Тот, кто пытался спасти меня даже тогда, когда я этого не знала. Тот, кто чуть не пожертвовал своей свободой и работой, которую обожал, чтобы убедить меня: его намерения действительно серьезные.

Он дал настоящий номер СБ, я проверила, это было несложно. За две недели его отсутствия я надумала всякого и хотела быть уверенной, что не врет больше. Не соврал. И пришел ровно в назначенный день, как и обещал.

Могла ли я осуждать то, что он выполнял свою работу? Могла. Но, вспоминая весь наш путь, каждую встречу, поминутно понимала, что он не желал мне зла. Все его действия говорили об этом.

Он не ангел, да что там, совсем не идеальный и точно не тот, о ком я мечтала, но какая теперь разница, если он умел в самые хмурые дни вызывать на моем лице улыбку?

И главное, то, чего я очень давно не встречала, если не брать в расчет Роберта, – Матвей умел совершать поступки. По-настоящему серьезные.

Я задумалась: смогла бы я вот так даже теоретически пожертвовать карьерой и поставить на кон все?

Только ради чего-то очень важного! Того, без чего я не смогла бы жить.

Я хотела любви. Настоящей, такой, чтобы до неба и обратно. Я искала ее, ждала. Была уверена, что знаю чего хочу, не подозревая, что хочу я нахального парня в подкрадулях с семками и картузом на голове. Который перевернет мой мир с ног на голову, вывернет меня наизнанку и заставит пересмотреть жизненные приоритеты. Понять, что все списки идеального мужчины не нужны, когда появляется собственный раздолбай.

На Матвея невозможно было долго злиться. Он всегда находил нужные слова, иногда ставил в тупик, вворачивая очередную шуточку, после которой злость исчезала, а на лице появлялась широкая улыбка.

– Я готова! – позвала я его и поправила волосы.

– Погнали, – подмигнул мне Матвей и джентльменски открыл дверь моего кабинета.

А когда я шла мимо, это чудо схватило меня за талию, село на корточки и легонько прикусило… Ямочку.

Поднялся, послал мне воздушный поцелуй и как ни в чем не бывало заметил:

– Я голоден. Кстати, Катерина Романовна, с тебя борщ. Я старался, трудился. Ты же не оставишь меня голодным?

– Поехали ко мне? – улыбнулась я.

– На борщ? – его глаза загорелись.

– Как знала, вчера приготовила. Федя очень любит с кислой капустой.

– У твоего сына определенно мои гены, – с видом знатока решил Матвей. – Кать, а мы точно раньше не встречались?

– Никогда, – неистово замотала я головой, – тебя бы я точно запомнила.

– Ага, запомнила. Я трижды рядом с тобой в очереди за кофе стоял, хоть бы обернулась, – пробурчал он. – И список свой выронила, даже не заметила.

– К-какой список? – напряглась я.

– Идеального Иннокентия. С ушами и галантного.

– Я не могла… – в голове что-то щелкнуло. – Это не мой список.

– А чей?

– Авроры, – засмеялась я, – мой в сумочке лежит.

– Дай глянуть, – мгновенно оживился Скиртач. – Не дашь? Ладно, сам украду.

Он остановился и невинно уставился в потолок, вытянув одну ногу. Собрал губы уточкой и делал вид, что свистит, хитро поглядывая на меня.

Я покачала головой, развернулась и потопала к выходу.

– Кать, ну дай посмотреть, интересно же, – побрел он за мной.

– Не дам, – отрезала я и услышала стук в дверь.

Напряглась, быстро обернулась к Матвею, почему-то испугавшись. Сама не понимала, чего именно я боюсь, присмотрелась сквозь стеклянную дверь и выругалась.

– Этой что нужно?

Решительно открыла и уперла руки в бока:

– Что тебе?

– Расчет, – Маша опустила голову и говорила непривычно тихо, – и трудовую.

– Завтра в час дня зайди, будет тебе и расчет и трудовая, – отрезала я.

– Кать…

– За сколько ты меня продала? – грустно улыбнулась я. – А, Маш? В какую сумму ты оценила мое отношение к тебе?

– Давай не будем, ладно? Кать, ты бы сначала на себя со стороны посмотрела. Мастер на все руки, королева салона, все клиенты мои, дома принимать не позволяю, уводить тоже.

У меня глаза приняли идеально ровную форму круга.

– Ты обалдела? – выдохнула я. – Маша, ты пришла на все готовое в мой салон с моими клиентами, которых я нарабатывала годами. Я и Наташа! Тебе нужно было только работать, все остальное я взяла на себя. Ничего покупать, искать, вести бухгалтерию тебе было не нужно. И зарплату я никогда не жалела! Единственное мое условие было – не пытаться увести моих клиентов у меня же, это так сложно? Принимай дома сколько угодно! Найди себе клиентов и стриги сутками! Денег тебе было мало? Могла подойти ко мне и поговорить со мной! Это так сложно, да? Проще было договориться с Лизой, постараться испортить мне репутацию и переманить моих клиентов к ней в салон. Ладно она давно об этом мечтает, но ты?! Маша, я полгода терпела жалобы на тебя от клиентов. Полгода разруливала все твои конфликты, а ты вместо благодарности…

– В ножки тебе не поклонилась, да, барыня? Сколько процентов ты забирала у меня? Машину купила, дом построила, все за наш счет! Мы пахали как проклятые, а ты дома строишь и няню с тремя иностранными языками нанимаешь. А Лизка мне оклад в три раза больше дала, чем ты.

– Зависть – очень плохое чувство, – вмешался Матвей, осторожно отодвигая меня с порога и пряча себе за спину. – Что ты смотришь, красавица, как коза на новые ворота? Хоть бы свое интеллектуальное недомогание спрятала от приличных людей.

– Ты кто такой? – не поняла Маша.

– Я? Проводник в астрал, но тебе это уже не поможет. Если денег не хватает, пей кофе с корицей по четвергам. Или профессию поменяй. Смотри внимательно, один раз показываю. Вправо, влево и на трассу, там, поговаривают, платят больше и все клиенты только твои, принимай хоть дома, хоть на улице.

– Ты этот… В кепочке, – озарило Машу. – Не лезь, а!

– Не буду. А ты сходи чакры прочисти, позабивались от зависти. Или можем по-другому поговорить. Я сейчас твой трудовой договор гляну и, если нарушения найду, прям в кепочке тебя в суд и вызову. Приходи завтра, тебе сказано, и радуйся, что расчет свой получишь. А я Катерине подскажу, как так грамотно твою трудовую заполнить, чтоб тебя в салон больше никто работать не взял. Мечту исполню, будешь дома принимать.

– Козел! – выплюнула Маша, развернулась и ушла.

– Вообще-то конь, – засмеялся Матвей, – породистый скакун, да, Кать? О, так дело не пойдет. А ну-ка, улыбнись и повторяй за мной: «Пусть все мои тревоги уносят в лес единороги». Давай.

– Я к ней со всей душой, – выдавила я, – это так неприятно. Как будто я кого-то ограбила. Но они даже не знают, какие я платила налоги, сколько уходило на расходники…

– Тише, тише, – Матвей запер дверь и привлек меня к себе.

Погладил по голове, как маленькую, чмокнул в макушку и просто ждал, когда я успокоюсь.

– Тише, Кать, я с тобой, все будет хорошо. Давай ей отомстим? Хочешь, я займусь?

– Нет, – я шмыгнула и задрала нос повыше, – я не буду никому мстить. Лучшая месть – это мой успех.

– Моя девочка, – хрипло прошептал Матвей. – Ты как?

– Спасибо, – улыбнулась я. – Поехали.