Глава 15

Если вчера ночью я смогла отвертеться от нового посягательства на мое тело, то с утра меня уже никто даже спрашивать не стал.

Чувствую, как Наиль стягивает по моим ногам трусы и раздвигает их, скользя по коже ладонями вверх. Хватает за талию и двигает на себя, а после просовывает ладони под мою спину и поднимает, усадив на свои бедра.

Тело еще такое слабое, что даже сопротивляться не могу.

Я в принципе не понимаю, что мне делать? Сдаться ему в кровати, но вести войну вне ее? Ведь он уже ясно дал понять, что будет если я стану сопротивляться.

Да меня не отвращает от него, когда мы голые, но это не говорит о том, что я перестала ненавидеть его. Он по-прежнему не имеет права так со мной обращаться, да и на многое он не имел права, но сделал… мерзавец.

Наиль держит меня к себе плотно и запускает одну руку к моему лону проникая пальцем, двигает им, ласкает клитор, и я немного начинаю расслабляться.

Целует меня напористым и голодным поцелуем. Терзает губы, что кажется они гореть начали. Щетина колет и царапает.

Низ живота начинает немного тянуть, когда мужчина, видимо добавляет еще один палец. Упираюсь в его плечи вспоминая ту боль.

«Не хочу вновь испытывать ее».

Он останавливается и открывает глаза, всматриваясь в мое лицо.

– В чем дело? – спрашивает мягко, что мне кажется будто показалось.

Гладит по щеке.

– Я не хочу… не хочу, чтобы больно было…

Приближается ко мне и оставляет на губах поцелуй.

– Больше не будет. Слышишь? – киваю, ощущая некую неловкость от своей трусливости.

Я ведь никогда и не была таким воином, как с ним приходится. Всегда спокойная, умиротворенная, а тут…

Не для него настоящая я, не для него робкая и милая Ульяна, но именно в такой момент, я беззащитна и быть другой не могу. Слишком открыта и гад, этим пользуется.

– Отлично. Иди ко мне, – и я подаюсь вперед, попадая в его жаркие объятия.

Обхватывает руками мои ягодицы и вдавливает меня в свои бедра. А после, приставляет член и одним движением плавно, приподняв меня входит. Ловит мой выдох и толкается языком в мой рот. Минутное расслабление и горячий поцелуй.

"Больно. Не так как вчера, но все равно…"

Отрывается и шепчет:

– Попробуй сама двигаться. Почувствуй.

Не открываю глаза. Не могу его видеть, вдруг он будет насмехаться надо мной, вновь обзывать, или же… нет не хочу думать.

Упираюсь коленями в постель, обнимаю его за плечи, прячась в изгибе мужской шеи и приподнимаюсь, выпуская его член почти полностью, а после, опускаюсь вниз с громким непроизвольным стоном, где и боль, и возбуждение в одном.

– Вот так. Давай еще, – хриплый голос Наиля, подталкивает меня к этой порочной пропасти, и я иду за ним.

Повторяю, все это вновь и вновь. Он ласкает руками мою грудь, целует шею, кусает ее. Не знаю зачем, ловлю его губы, и сама проявляю инициативу.

Так дико и так сладко все это, но я устаю, и Наиль сам продолжает, обхватив мои бедра, он ложится на спину, утягивая за собой.

– Упрись руками в постель, – делаю так, оказавшись над ним.

Ловит мою грудь ртом и оттягивает сосок зубами, на что я "ахаю" от неожиданности, потом останавливает меня и сжав таз начинает быстро входить.

– Сядь и отклонись теперь назад всем телом, руки свои заведи мне между ног и там упрись в кровать.

Кое-как выкрутившись, выполняю сказанное им, оказываясь вся перед ним раскрытая, но спорить сейчас уже не в состоянии, потому что голову затуманило возбуждение и желание выплеснуть его.

Складок касаются мужские пальцы, а член вновь начинает движение внутри меня.

Какая неповторимая смесь удовольствия. В таком положении тела, меня просто уносит с первой минуты. Мои стоны разносятся по комнате и дополняются мужскими.

Как бы я не хотела, сохранить в тайне то, насколько сильно плавится мое тело от этих умелых ласк, это сильнее меня.

Ноги хватает спазм, а внутри, волны разносят по телу оргазм.

Наиль опрокидывает меня на спину и нависает, делает еще несколько глубоких толчков, а после с протяжным рыком кончает на мой живот.

Но я уже в каком-то космосе, поэтому, когда он падает на меня, лишь обнимаю его руками и ногами, чувствуя поцелуи на своей шее и сбивчивое дыхание.

Растворяюсь в этой секунде, потому что знаю, стоит очнуться – снова война, снова реальность.

– Куда ты меня несешь, – задаю вопрос, когда Наиль встает и поднимает меня с кровати.

– В душ.

– Я сама, – висну на его шее.

– Хорошо, – отвечает, но продолжает идти.

– А нельзя было самому сходить, а меня потом разбудить? – ставит на пол ванной комнаты.

– Все, Ульяна проснулась?

– А ты думаешь, что я на шею буду тебе вешаться? Ты меня принуждаешь ко всему происходящему там. Так что не думай, что я расплылась тут перед тобой.

– Тогда, я сейчас найду, – подходит ко мне щурясь, – чем занять твой говорливый рот.

– Знаешь, мне кажется, что подобное частое извращенство ненормально. К врачу бы тебе.

– Что поделать, если ты вызываешь во мне такие мысли и желания, – цепляется за талию.

– Странно, во мне ты пробуждаешь лишь желание тебя придушить. Видишь, как мы различаемся.

– И такое посещало меня. Немного придушить, – обхватывает рукой горло и проводит по нему языком, – пока трахаю тебя, – сжимает мою задницу.

Чувствую вновь вставший мужской орган.

– Ты когда-нибудь угомонишься?

– Нет. Ана факат ла ямакинани ал:иктифа (я не могу насытиться), – протягивает руку и включает душ.

Знать бы, что он сказал. Встаю под струи воды и смываю с себя все, что было этой ночью и сейчас. Мне ни к чему это запоминать. Только он не позволяет и вновь берет меня, выставив мои руки к стене.

Прогибаюсь в спине и все по новой.

Очередное безумие.

– Ты будешь завтракать тут или спустишься?

– Ой не надо вот этого, – меня злит это притворство. То меня по полу валяет какой-то там Ахмед, который должен был меня в бордель отвезти, то вдруг эта забота.

– Что тебе не нравится?

– А что мне должно нравится? Я с ума тут схожу. Что мне вообще может тут понравится? – перехожу на крик и чувствую, что истерика подкатывает. Все становится невыносимым.

– Успокойся, – строго обрывает.

– А вот хрен тебе, понял Хаддад?

Подлетает ко мне, обхватывает мое лицо и целует, жестко сминая мои губы.

Отбиваюсь от него, но быстро обмякаю, а он так же быстро отходит.

– Научись быстро успокаиваться и брать себя в руки. Спускайся завтракать.

Заканчивает и выходит из комнаты.

Падаю на кровать и не желаю шевелиться. Но лучше мне с Мадиной и Муной весь день провести, чем в этих стенах.

Стоит войти в кухню, на меня тут же устремляются все женщины этого дома.

И если Рания меня расчленила и закопала под лимонным деревом, то Муна лыбится, а ее мама лишь хитро посматривает на меня.

Мысленно составляю план дома и пытаюсь понять, где находятся их комнаты. Надеюсь, не под моей и Наил спальней.

– Доброе утро всем, – нарушаю эту странную тишину, и тут все сразу оживают и начинают суетиться.

Сажусь завтракать, а когда в комнату входит Абаль, вот тут меня вообще накрывает.

В голове рисуются картинки не пойми, чего. Становится тошно от дурацких мыслей.

Не доедаю и встав из-за стола ухожу.

Я не знаю, как все это выглядело со стороны, но мне срочно нужно на воздух, иначе просто задохнусь от мерзкого удушья. Но я и она в одной комнате… нет, это перебор.

Брожу в тени деревьев и пытаюсь понять, что мне делать дальше?

Ухожу все дальше от этого дома и нахожу красивую белую беседку. Она круглая и резная.

Стоит не между рядами фруктовых деревьев, а именно между стволами поэтому ее не видно, когда смотришь в начале сада.

Вхожу в нее и сажусь на скамейку. Мягкие белоснежные подушки, и круглый стол. Она такая маленькая, но уютная и милая.

Сажусь туда, где солнце не тронет лицо, но могу погреть ноги, которые я подняла на подушки. Откидываюсь на такую же мягкую спинку и улетаю от наслаждения.

Здесь очень жарко, но в такие моменты, утренней прохлады безумно приятно. Чувствуется запах лимонных деревьев, ветер несет этот запах, еще какие-то травы. Аромат смешивается в какой-то неописуемый коктейль.

Улавливаю шелест травы, даже несмотря на то, что он пытается идти тихо. Не показываю ему что слышу, что знаю о том, что он уже рядом.

Склоняется надо мной и целует в открытую шею, медленно и аккуратно ведет языком до самого уха и кусает мочку.

– Не трогай меня. Ты мешаешь отдыхать от тебя.

– От меня? – возмущается и садится где-то недалеко.

Открываю глаза и вижу, что он у моих ног, которые берет в свои руки и укладывает на свои колени.

– Почему, ты не можешь быть человеком постоянно?

– Потому что я мужчина, Ульяна.

– Ты только что разбил мою мечту об идеальном принце.

Замолкает, улыбнувшись и гладит мои голени, словно задумался о чем-то.

– Это любимое место моей бабушки было. Ее беседка.

– Красивая. Мне тут нравится.

– Когда ее сюда поставили, эти деревья были маленькими ростками.

– Так это ее дом?

– Она купила его с дедушкой, но потом они перебрались поближе к отцу с матерью, а этот дом оставили мне.

– Мне сказали, что она была русской. Это так?

– Так, – улыбается. Наверное, впервые так открыто и честно, не наигранно. – Строже ее никогда не видел. Даже отец по сравнению с ней мягче. Дедушка ей очень гордился. Она была примером, для многих наших женщин. А он, всегда указывая на тот факт, что она его жена – гордился еще больше.

Я несколько растерялась от его рассказа. Видимо, потому что не ожидала что он станет делиться со мной семейными моментами жизни.

– Да, мы такие. Спуску не даем, – сказала и захотелось по губам себе ударить.

«Что за чушь я несу?»

– Я заметил, – поворачивает голову ко мне и вновь улыбается.

Это что-то новое. Куда только прячет себя такого? Зачем идиота засвечивать всем?

«Похоже у меня помутнение рассудка».

– И как же они встретились?

– Отец говорил, что дед поехал в Россию, следить за постройкой нашего первого офиса. Там и встретил ее.

– Романтично.

– Наверное, – пожимает плечами и смотрит куда-то вдаль.

Решаюсь на разговор, пока он в нормальном настроении.

– Наиль, – зову тихо.

– Ммм, – поворачивается ко мне и гладит вновь ступни.

Даже не скажешь по нему, что этот человек средь бела дня выкрал меня и держит в своем доме, на идиотских условиях.

– Отпусти меня… домой…

Останавливает свои движения и прожигает меня взглядом, в котором я уже вижу ответ. Теперь я отворачиваюсь от него.

«На что надеялась?»

Тянет меня за руки на себя.

– Не трогай меня, Наиль, – вырываю их.

Глаза начинает щипать, и я быстро моргаю, чтобы слезы не потекли.

– Иди ко мне, Ульяна, – не требует, просит.

– Говорю, не хочу. Что непонятного?

Встает и за талию притягивает меня к себе, а после садит на край стола. Раздвигает мои ноги, ставит их на скамейку по обе стороны его бедер и собирает длинное платье до колен.

– Что ты делаешь? – смотрю по сторонам.

– Это моя земля, тут никого чужого не встретишь. А из дома никто не придет сюда. Нас не видно, не переживай.

– Я не переживаю, я хочу одна побыть, – сдвигаю колени, но мужские ладони скользят по моим ногам, вверх, забираясь под ткань юбки, до самых ягодиц.

Смотрю на него, убивая своим взглядом.

Поднимает голову и отвечает тем же, двигается дальше, но не отворачивается от меня.

Только его руки чувствую на резинке своих трусов.

– Тебе все равно, так?

Не отвечает мне и начинает тянуть белье по ногам. Убирает его в сторону и окончательно задирает платье, обнажая меня до пояса.

– Нет, мне не все равно.

Гладит мои колени и вновь раздвигает их. Рассматривает меня, откровенно, бесстыдно. Краснею до кончиков ушей.

– Не похоже.

Встает на ноги и поднимает мое лицо к себе.

Гладит по щеке и склоняясь ближе целует губы. Снимает платок и зарывается в волосы своими пальцами.

Пытается раскрыть мои губы, но я не позволяю ему этого и отворачиваюсь.

Касается губами шеи, прижимает к себе и шумно дышит.

Опускает руку к моей промежности и гладит половые губы.

– Хватит, Наиль. Прекрати.

Укладывает меня на стол и задирает руки вверх.

– Ладно, но я хочу вечером тебя на этом столе, – вжимается между ног и трется своей эрекцией.

– Значит придешь, сядешь на него и будешь фантазировать, – смотрит на меня, а потом начинает тихо смеяться мне в шею.

– Почему ты всегда умудряешься найти ответ на каждое слово?

– Знаешь, тебе бы не помешало такое качество в арсенале уже имеющихся.

– Я отвечаю лишь на те вопросы, на которые хочу. Но это не говорит о том, что я не знаю, что сказать.

– Ой, – не стану спорить, тут не докажешь ничего. – Может встанешь с меня?

Немного шевелится, устраиваясь и прижимается еще плотнее.

– А, по-моему, очень удобно.

– Не сомневаюсь. Не с тебя же на улице трусы сняли и ноги раздвинули, уложив на стол. Ну ты же думаешь типа, «Эта шлюха привыкла, что в этом такого?».

– Ульяна, – грозно смотрит на меня, но я и бровью не веду.

– А что, разве не так? Используешь меня, приняв за другую. Лишил девственности. Не отпускаешь домой. Ты хоть понимаешь, какого мне находиться в чужой стране, с посторонним и незнакомым мужчиной в доме, в комнате, его постели, зная, что в любой момент, если не раздвину ноги, меня в бордель отправят. Тебя не волнует, что я думаю, какой грязной себя ощущаю, ты мнишь себя правым, но, по сути, не имеешь право вообще ни на что. Ты… – не успеваю договорить, как он быстро обхватывает мой затылок, притянув к себе целует.

Пытаюсь вырваться из этого захвата, но ничего не выходит, даже язык прячет, чтобы не укусила.

Расслабляюсь, чтобы подумал, что я успокоилась. Отпускает меня и дышит рвано.

– Я бы не отправил тебя никуда. Ни в тот момент, ни сейчас. Я приказал ему, чтобы отвел тебя в комнату и запер дверь. Я вообще хотел тебя отправить домой.

– Ну да. Ты еще скажи, что я виновата в том, что осталась тут. А ты весь такой отказаться не смог.

– Ну вообще, я так и думал. Но нет, больше так не считаю, – чмокает меня в губы и встает, помогая и мне подняться.

Поправляет платье, медленно обводя мои ягодицы и бедра, но не отходит. Берет мое белье и начинает натягивать его сам.

– Посмотри на меня, – руки замирают на коленях, поднимаю глаза, и он тут же вновь целует, продолжая свои действия.

Ставит меня на свои ступни, так как я без обуви, и тянет трусы дальше. Намеренно не торопясь, касается самых тайных и нежных мест моего тела.

«Ненавижу, когда ты такой».

Сжимает попу и садится на скамейку, а меня на свои колени.

– Я могла, и сама одеться.

– Знаю. Поедешь со мной в город?

Вот так выбивают почву у человека из-под ног.

– Зачем?

– Просто прокатимся. Может тебе нужно что-нибудь купить? А потом, хочу показать тебе одно место.

И тут меня мысленно понесло. Я и наорать на него хотела, посчитав что он издевается надо мной. И в то же время, я так хотела ненадолго перестать считать себя пленницей этого дома и его самого…

– Я подумаю.

– Хорошо, – улыбнулся, коснувшись моей щеки. Провел носом по виску и оставил на нем поцелуй. – Приходи в столовую на обед. Ладно?

«Да что с ним такое?»

– Ладно.

– Пойду поработаю. Оставайся тут, ты же хотела одна побыть. Но про вечер я не шутил.

– Лучше бы ты промолчал.

Усмехается и пересадив меня на подушки уходит.