12

Гулкая дребезжащая тишина отражается от бетонных стен, и мне чудится, что всем слышно, как зашумело у меня в ушах.

— Дамир Тигранович, здрасьте, — Рома оживает первым. Хотя, наверно, мне только кажется так, и он и не думал превращаться в истукана. Для него ведь в этой ситуации нет ничего необычного. Просто начальник. Просто зашел покурить…

Злобин уже протягивает руку для приветствия еще и не думающему спускаться на нашу лестничную клетку Дамиру, а я наоборот отступаю на шаг, подальше от них обоих, и не останавливаюсь пока спина не упирается в высокий подоконник. И всё это время тяжелый нечитаемый взгляд Дамира провожает меня.

— Здравствуй, Роман, — ровно отвечает Керефов Ромке и, так и не взглянув в его сторону, легко спускается к нам по ступенькам.

Небрежно жмет, но сильно тряханув, протянутую руку, а затем становится ровно между нами и напротив окна. Я делаю еще шаг в сторону, чтобы не загораживать пепельницу и чтобы он случайно не задел мое плечо, когда к ней потянется. Дамир на это едва заметно криво улыбается, приподнимая уголок губ, быстро скользит взглядом вниз по моей фигуре, застопоривается на бедрах, обтянутых юбкой, и отворачивается к окну. Вижу, как дергается его кадык, когда он в профиль…И хочется себя прибить, за то, что вообще обращаю на это внимание.

— По какому поводу веселье? Починили что ли всё?

Тёмная бровь Керефова иронично выгибается, когда он косится на мгновенно стушевавшегося Рому, а затем тяжелый начальственный взгляд вновь перетекает ко мне.

Крепче обнимаю себя руками и подношу сигарету к губам, тупя глаза в пол.

— Да нет, — Ромка нервно взъерошивает волосы на затылке и виновато улыбается, — Но уже почти, Дамир Тигранович, часа два максимум, и все устраним! А веселье…Так пятница же, Женя вон со мной на свидание согласилась пойти. На концерт…

Моментально вскидываю голову, расчленяя Злобина взглядом. И чувствую, как недобро вспыхнувшие черные глаза напротив поджаривают меня.

— Свидание? — неверяще тянет Керефов.

— Дружеское, — выпаливаю я, смотря на Рому.

Тот бесшабашно пожимает плечами. Он просто не понимает…

— Хм…Дружеское, — у Дамира голос становится бархатным, как у заклинателя змей, и это до чертиков нервирует, — Жень, так у вас вроде бы уже есть один…ДРУГ…этот…как его…Александр.

Рома переводит на Керефова непонимающий взгляд, и мне тоже все-таки приходится повернуться и посмотреть Дамиру в лицо. В ушах тут же начинает шуметь во сто крат сильнее, когда я напарывающий на его прошивающий насквозь взор. Дамир, продолжая буровить меня исподлобья, зажимает фильтр зубами, чиркает зажигалкой и, поднеся к сигарете пламя, делает глубокую затяжку.

— Вам не много мужиков — ДРУЗЕЙ? — вкрадчиво продолжает, стряхивая огонь и убирая зажигалку в карман, — Вы их, Жень, что? Со’лите?

Краем глаза вижу, как у ни черта не понимающего Злобина от такой грубости отвисает челюсть. Вспыхиваю. Мне почему-то стыдно. Стыдно за двоих, потому что Керефову, по всей видимости, на Ромку плевать. Он вообще смотрит только на меня и, кажется, даже не мигает.

— Друзей много не бывает, Дамир Тигранович, — пою самым сладким голосом, на который вообще способна, и наглею до такой степени, что призывно улыбаюсь, добавляя:

— А вы разве с женщинами не дружите?

По заросшим щекам Дамира прокатываются желваки, а жгучие глаза щурятся от выпускаемого сигаретного дыма.

— Я начинаю думать, Жень, что то, что я делаю с женщинами, вы и называете "дружбой"…

Меня так передергивает от этого заявления, что я случайно ломаю сигарету, сжав кулаки, и падающий крапарь чуть не прожигает мне юбку.

— Чёрт! — я раздосадовано смахиваю пепел, разрывая наш будоражащий как электрический стул зрительный контакт.

От гнева слегка штормит, пока отряхиваюсь. Каждое биение сердца с силой толкает кровь по венам, заставляя покачиваться.

Он меня что? Сейчас шлюхой назвал? Козел…Хрен ему, а не свидание!

— Значит, концерт? — разносится над моей головой голос Дамира, — И куда идёте?

Подбираю разломанную сигарету с бетонного пола и выпрямляюсь. Щеки горят.

— В А2 сегодня. Там фестиваль, знакомые мои играют, — немного растерянно рапортует Роман, пока я отхожу от них, чтобы выбросить мусор.

— Сегодня? — в голосе Дамира так четко звенит злое удивление, что на мгновение мне хочется поддастся соблазну и не возвращаться к ним, а так и остаться стоять у окна.

Но это глупо, я не могу просто застыть у мусорки к ним спиной. Возвращаюсь. И даже поднимаю на Керефова сверкающие злостью глаза.

Шлюхой, значит, меня назвал…Получай!

— Да, пятница, Дамир Тигранович. Не дома же сидеть? А никаких других нормальных предложений у меня не было.

Развожу руками и невинно улыбаюсь, смотря как опасно сверкают черные глаза.

— Ну, что, Ром, пойдем? — не давая Дамиру и шанса ответить, я подхватываю Злобина под локоть обеими руками так крепко, что буквально повисаю на нем. В животе взрывается что-то горячее и темное, когда вижу, как при этом темнеет лицо Дамира, — А то не успеем еще все исправить до конца рабочего дня…А у нас планы, да?

Тяну совсем потерявшегося Злобина по лестнице вверх, не оборачиваясь. Он что-то бормочет извинительное Дамиру и покорно плетется со мной.

— Хорошая юбка, Дубина, — летит глухой угрозой мне спину. И от его хрипловатого тембра дыбом встают волоски на затылке, а задницу начинает прилично припекать от ощущения тяжелого, провожающего ее взгляда, — Вам идет…

* * *

Даже спустя десять минут, когда я уже сижу за компом и упорно пытаюсь вникнуть, почему именно сломался код на выкате обновлений, меня ощутимо потряхивает. Мелкая нервозная дрожь, будто каждая клеточка в организме не находит себе места. И мысли мечутся им под стать.

Это наверно всё.

После такого точно больше никуда не позовет. А мне и не нужно, да? Я ведь… Как он там сказал в ресторане? Не его формат…??? Пф-ф-ф, ну, и пожалуйста. Он тоже не мой! Грубый, жесткий, самовлюбленный…Красивый…

Последнее слово само невольно всплывает в мыслях, когда я, повинуясь какому-то животному инстинкту, вскидываю голову вверх, отрываясь от монитора, и замечаю поверх невысокой перегородки ячейки, как Керефов стремительно проходит в кабинет начальника отдела, убирая телефон в карман брюк. Хмурый такой…И красивый…В мою сторону не смотрит — только вперед. За ним громко и сердито хлопает дверь кабинета. Я вздрагиваю и вновь утыкаюсь в монитор…Черт…

— Женька, а что Керефов такое нес в курилке? — шепотом интересуется Ромка, перегибаясь ко мне через стол.

Не могу сдержать ироничной усмешки, взглянув на него. Десять минут прошло, а он только сейчас ожил и решился спросить…Надо же так бояться начальника.

— Да ничего, не обращай внимание…

— Че он там про друзей нёс? Я ни хрена не понял. Александр какой-то… — набравшийся смелости Рома теперь не отставал.

— Да-а-а, знаешь… Мы компанией в клубе были, и мой приятель повздорил с Керефовым, который тоже там оказался, но я тогда еще его не знала. Ну и вот. Подкалывает меня теперь…Забей, — я повела плечом и показательно уткнулась носом в монитор, показывая, что, кроме этих сумбурных объяснений, ничего из меня не выбить.

— М-м-м, — Рома явно не удовлетворен. Подается еще ближе, привставая со своего стула. Я на секунду устало прикрываю глаза. Да, отстань…

— И кто тебе этот…приятель Александр? — тихо допытывается Злобин.

— Друг, Ром, просто друг! — кидаю на него раздраженный взгляд.

— Все, понял, отстал! — Ромыч тут же возвращается в кресло и поднимает руки вверх, будто сдается. Его губы растягивает шальная, теплая улыбка.

— Слушай, Жек, смотри, может тут скрипт уберем, и тогда ровно встанет? — моментально переводит тему.

— Хм…Где именно?

— Ну, вот!

— А, давай…Хотя нет, лучше так…

* * *

Втянувшись в работу, я потихоньку унимаю надоедливую внутреннюю дрожь. Отвлекаюсь. Тем более, что вместо смутных, тягостных переживаний меня начинает охватывать радостный азарт, так как мы похоже, нашли с Ромой из-за чего засбоило. Вернее, баг обнаружили еще ночью, до нас. Но из-за чего он возник и как сделать так, чтобы больше не повторялся, мы нащупали только сейчас. Окрыленные, кликнули Влада, потому что проблема и правда оказалась с его стороны. Прогнали еще раз. Да!

— Дубина, зайдите!

К тому моменту, как хмурый Алексей Борисович распахивает дверь своего кабинета, приглашая меня к себе, я уже вскакиваю, радостная, со стула, от того, что все идеально работает.

— Да, иду! — я по-дружески трясу Ромку за плечо, пока вылезаю из своего рабочего места, Влад дает мне «пять», улыбаясь.

Я широко улыбаюсь в ответ, звонко хлопаю по подставленной пятерне, разворачиваюсь и…

Нет, это уже даже не смешно…

Натыкаюсь на тяжелый взгляд Дамира, выходящего из кабинета начальника отдела. Керефов недобро щурится, быстро косится на свои наручные часы и, пожав руку Борисычу, идет к выходу из отдела. И соответственно мне навстречу… При этом у него такое выражение лица, будто я не "пять" дала своему коллеге, а грудь при всех показала…

Мое лицо непроизвольно начинает гореть как у нашкодившего первоклашки и это…бесит!

Почему?

Почему я все время себя чувствую при нем, будто в чем-то дико виновата??

— Жень?! — поторапливает меня Борисыч, тоже нетерпеливо поглядывающий на часы.

Расправляю плечи, вздергиваю подбородок и иду в кабинет начальника. Навстречу Дамиру. В голове совершенно по-идиотски вдруг начинает играть музыка из "Джанго Освобожденного". Тянет достать револьвер из фантомной кожаной кобуры и поправить несуществующую ковбойскую шляпу. Губы начинают дрожать в нервной улыбке от этих мыслей, и я ничего не могу с этим поделать.

Просто гордо иду навстречу хмурому, как грозовая туча Керефову, улыбаясь и прямо смотря в черные, сверлящие меня насквозь глаза…Еще полметра…Вот сейчас, если бы мы были в вестерне, мы бы остановились, шаркнув сапогами и подняв клубы пыли. И где-то сбоку от страха за своего главного клиента Керефова тонко взвизгнула бы наблюдающая за нами проститутка…

Дамир приближается вплотную. Жгучий взгляд скользит по моему лицу. Керефов притормаживает и чуть склоняет голову, чтобы тихо поинтересоваться.

— Жень, до сих пор веселитесь? Вы сюда точно работать ходите, а не "друзей" заводить?

На мгновение выбивает дух от возмущения. И от того, что меня окутывает терпким запахом его мужского парфюма. Я незаметно хватаю воздух ртом и язвлю в ответ, косясь на Алексея Борисовича, наблюдающего за нами.

— Насчет работы не переживайте, Дамир Тигранович, мы только что все починили…

Дамир делает еще шаг и касается меня своим горячим плечом. Легонько мажет, но кожа начинает гореть, даже сквозь одежду. Это нервное…

— А насчет "друзей", — кусаю губу, поднимая глаза и встречаясь с его черным, плавящимся взглядом.

— Завидовали бы молча… — едва слышно шепчу.

Дамир улыбается краешком губ и наклоняется совсем близко, чтобы ответить.

— Я не то, чтобы завидую, Жень. Скорее рассчитываю сам с вами сегодня… "подружиться"…

— До сих пор рассчитываете? — выходит с насмешкой, но как-то предательски хрипло.

Не отвечает. Мне достается снисходительный взгляд с высоты его роста, и Керефов дальше идет к выходу. А я, выдохнув, на слегка нетвердых ногах семеню в кабинет Борисыча. Кровь шумит в висках. В голове полный раздрай…Хорошо, что мы все починили, и вряд ли разговор с начальником отдела будет долгим. Выслушаю с отрешенным видом, что такое не должно повториться, покиваю. И всё.

* * *

Рабочий день тянулся, как жевательная резинка. Казалось, бесконечно. Дамир в отделе больше не появлялся, и от этого меня скручивало каким-то тоскливым, выматывающим ожиданием. Керефов ведь сказал, что до сих пор рассчитывает на совместный вечер. Ну и… Он ведь тогда должен зайти за мной? Или как? Телефонами мы не обменивались…

Как и когда мне отказывать?

Бесит…

Хоть от Борисыча мне особо и не досталось, но после такого серьезного промаха нас с Ромкой просто закидали тем, что еще необходимо проверить. А ближе к концу дня Тимофей выкатил еще один новый код, и мы со Злобиным начали подозревать, что накрывается наш поход на концерт медным сверхурочным тазом. Но нет, успели! Почти вовремя, задержавшись всего на час. Только времени съездить домой уже не оставалось, поэтому было решено вызвать такси и поехать в клуб прямо с работы. На такси, чтобы иметь возможность расслабиться и выпить после такого насыщенного трудового дня. Когда мы выходили с Ромычем из здания ОАО «РЗК» у меня зазвонил телефон. Катька…

— Привет, Дубик, как дела? Какие планы? — ее веселый голос в трубке такой громкий, что, судя по Ромкиному заинтересовавшемуся лицу, слышен даже ему.

— Да ничего, только с работы выходим. Вот в А2 с коллегой собираюсь…

Ромка тянет меня в сторону его машины, чтобы доехать на ней до проходной, где нас, если верить приложению, уже ждет такси.

— А что там в А2? — любопытствует Катя.

— Да, музыкальный фестиваль какой-то, я сама не в очень в курсе, — кидаю задумчивый взгляд на Злобина, открывающего передо мной пассажирскую дверь, и добавляю, — Если хочешь, подъезжай!

Вижу, как у него от немого протеста на мгновение каменеет лицо. Но я не собираюсь извиняться или отменять приглашение. Это ведь не свидание, да? А значит, чем больше, тем веселей…

— Эм… — Катька думает, — Я вам не помешаю…С коллегой?

— Пф, да нет, конечно! — фыркаю я, пристегивая ремень и ощущая недовольный тяжелый взгляд Ромы на своем виске, — Давай, приезжай, не тупи!

— А, ну ладно, — в Катином голосе слышится беззаботная улыбка, — Только я еще Маринку возьму? Которая массажистка у нас, мы с ней с работы вышли…

— Бери кого хочешь! Все, концерт в восемь в А2, пока!