Глава 30
Из дома вышли с опозданием на пять минут. И не из-за Киры. Она собралась вовремя и терпеливо ждала, пока Илья отменял заказанное такси. В последний момент он решил ехать на своей машине.
Он вообще поменял первоначальные планы. Если бы мог, то отменил бы клуб и остался с Кирой дома. Но ему показалось несправедливым лишать девочку праздника, тем более, сам же заставил ее готовиться и наряжаться. Собственно, сама девочка и была виновата в том, что Илье уже никуда не хотелось ехать. Заявилась к нему в спальню в этом… в этой тряпочке! За зеркалом!
Впрочем, она подняла и еще одну важную тему, об ошейнике. Это, конечно, атрибут, но для многих клубных атрибут важный и знаковый. И Кира угадала его мотивы — все будут думать, что новенькая стесняется, и поэтому прячет ошейник под воротником. Новичкам такое прощали. Он упрекал Киру за то, что она торопится, но торопился и он. Слишком рано представлять ее в клубе. Он-то думал, что к Новому году у них все уже будет… А похороны смешали все планы.
— Кира, ты вправе просить у меня ошейник, но не нужно с этим спешить. Мы еще ни разу не были вместе. Вполне возможно, наш первый раз будет и последним. Давай отложим этот вопрос.
— Илья Сергеевич, а вы в это верите? — тихо спросила Кира.
— Во что?
— Что я от вас отстану, — усмехнулась она.
— Мне бы этого не хотелось. Однако ты не можешь знать наверняка. Не торопи события.
— Хорошо, — она согласно кивнула. — И все же скажите, как мне себя вести? В клубе?
— Естественно, Кира. Как ты привыкла. У нас не сессия, и в клубе сегодня просто праздничный ужин. Кстати, я бы хотел вернуться к двенадцати домой.
— Домой? Но почему?
— Хочу встретить Новый год только с тобой, — просто ответил Илья. — Поужинаем и вернемся.
Краем глаза он заметил, что Кира довольно улыбнулась.
Они приехали к началу ужина. Илья специально подгадал так, чтобы пропустить аперитив. Пашка, естественно, после похорон отца никаких праздников не планировал, остался дома с матерью, а кроме него у Ильи друзей в клубе не было. Только знакомые, с которыми говорить, в общем-то, и не о чем. И, само собой, не хотелось отпускать от себя Киру ни на минуту.
Забавно было наблюдать за ее искренним удивлением и за тем, как менялось ее настроение. Интересно даже, как она представляла клуб? Думала, что тут на стенах крюки и цепи, доминанты затянуты в кожу, а сабы сидят на поводке у ноги? Обычный зал, украшенный по-новогоднему, и даже с елкой. Нарядные люди — мужчины в костюмах, женщины в вечерних платьях, — оживленно болтающие друг с другом. Опытный глаз, может, и определит, кто из них доминант, а кто — сабмиссив, но для Киры все, наверняка, выглядят одинаково.
Она держала его под руку, и Илья отчетливо чувствовал, как Кира напряжена и как дрожат ее пальцы.
— Никто тебя не укусит, — шепнул он, улучив момент.
Она благодарно ему улыбнулась — одними глазами. И все же успокоилась, только когда они прошли в обеденный зал.
За круглым столом их было шестеро — Илья и Кира и еще две пары, хорошо знакомые Илье: Эдуард и Хлоя, Виктор и Анна. Он представил им Киру, и первый тост прозвучал за знакомство.
Илье внезапно не понравилось, как Кира улыбнулась Виктору в ответ на комплимент. Он сам пил сок, так как собирался вскоре вести машину, Кира лишь пригубила вино, но глаза у нее сразу заблестели, щеки зарумянились, и что-то в ней неуловимо изменилось.
Кира сидела между Ильей и Виктором, и чаще смотрела на Виктора. Тот постоянно ей что-то говорил, да так, что Илья не слышал, о чем конкретно шел разговор. Один раз она даже засмеялась, прикрывая рот ладошкой.
— Можно узнать причину твоего веселья? — небрежно поинтересовался Илья вполголоса.
— Да просто анекдот, — пожала плечами Кира.
Виктор все же поймал недовольный взгляд Ильи и оставил Киру в покое, стал уделять внимание своей спутнице. Какое-то время Кира сидела спокойно — ела салат из морепродуктов, изящно управляясь со столовыми приборами. А потом стала смотреть по сторонам и кокетливо жестикулировать — то заправит выбившийся локон за ухо, то поведет плечом, то взмахнет ресницами.
Илья хмурился. На Киру оборачивались, она определенно привлекала к себе внимание. А уж когда она помахала рукой Антону, высмотрев таки его в зале, кое-кто из мужчин откровенно заулыбался. Принял этот жест на свой счет?
К концу ужина Илья места себе не находил. И зачем он привел Киру в клуб?! Чтобы она перемигивалась с незнакомцами и строила им глазки? Вот, пожалуйста! Кому она кивает? От ревности сносило крышу, но приходилось сдерживаться и улыбаться. Не устраивать же сцену!
Извинившись, Кира ушла в дамскую комнату. Илья проводил ее взглядом, и тут же, следом за Кирой, из зала вышел мужчина. Илья рванул следом.
Мужчина свернул к лестнице, ведущей на второй этаж. Возле дамской комнаты никого не было. Илья помаялся под дверью и не выдержал, вломился внутрь.
— Илья Сергеевич? — Кира стояла перед зеркалом и поправляла прическу.
Он шагнул к ней и прижал животом к мраморной столешнице, запустив руку под подол платья.
— Ты моя! — рыкнул он, оглаживая ее бедро.
На Кире были чулки на резинке и соблазнительные кружевные трусики.
— Илья Сергеевич, не надо! — испуганно взмолилась она. — Не здесь!
— Я хочу здесь и сейчас, — прорычал он ей на ухо, тяжело дыша. — Чтобы ты помнила, чья ты, и не улыбалась всем подряд!
— Я улыбалась для вас! Вы же сказали… я думала…
— И смотрела на других!
Его пальцы подцепили резинку трусов, потянули их вниз.
— Только на Антона…
— Наклонись!
— Я не хочу… так… — она попыталась вырваться, но он держал ее крепко.
Тонкие кружева не выдержали напора, порвались. Илья отшвырнул ненужную тряпочку.
— Кто-нибудь войдет… — умоляла Кира.
— И пусть.
— Вы же говорили, это не сессия!
Илья впился губами в шею, прикусил нежную кожу.
— Бора-Бора! — взвизгнула Кира.
Стоп-слово отрезвило. С глаз словно спала пелена. Илья отстранился, с трудом восстанавливая дыхание. Черт! Да что на него нашло?! Кира была напугана — почти плакала, дрожала, волосы растрепались, на щеках горел лихорадочный румянец.
— Все, все… — Илья попытался обнять девушку, но она отшатнулась. — Кира-а-а… Не трону, правда. Извини.
Дверь открылась, и в комнату зашли две хохочущие девушки. Увидели Илью, замолчали, потом посмотрели на Киру, на валяющиеся на полу кружева и понимающе заулыбались. Кира всхлипнула и выскочила из комнаты.
Илья нагнал ее в холле. Прижал к себе, успокаивающе шепча на ухо ласковые слова. Кира уже не сопротивлялась и даже не всхлипывала — замерла в его руках испуганной мышкой.
— Мы можем уйти? — наконец произнесла она. — Простите, Илья Сергеевич, я не…
— Только не извиняйся, — перебил ее Илья. — Твоей вины нет.
— Мы можем уйти?
— Конечно. Пойдем, я заберу вещи и… Хотя, нет. Подожди меня здесь. Хоть когда-то он вовремя. Антон, подойди, пожалуйста.
Он оставил Киру в холле под присмотром Антона и вернулся в зал. Забрал вещи, попросил официанта упаковать десерты и шампанское, попрощался со знакомыми. Пока ждал официанта, к нему подошла Лана.
— Так вот почему ты выкинул меня с проекта, — сказала она, зло прищурившись. — Из-за сабочки!
Она была так пьяна, что ее пошатывало.
— Лана, не пори чушь, — Илья смерил ее презрительным взглядом. — Это желание заказчика, а не мое.
— Коне-е-ечно-о-о… — потянула Лана. — А заказчик — твой лучший друг.
— Не нарывайся.
Он попытался отойти в сторону, но Лана вцепилась в него, как клещ.
— И как она, твоя сабочка? Говорят, ты только что трахнул ее прямо в туалете. Так хороша?
— Лана, не доводи до греха, — прошипел Илья. — Я же и ударить могу.
— О да, выпори меня по попке, ми-и-и-илый… — она хрипло засмеялась.
К счастью, в этот момент к Лане подскочили подружки и уволокли ее прочь. Киру нужно было уводить, и как можно быстрее. Слухи уже поползли, а она все еще болезненно реагирует на такие вещи. Забрав у официанта пакеты, Илья вернулся в холл.
Кира стояла рядом с Антоном, тот что-то ей рассказывал, размахивая руками, она улыбалась и даже смеялась. И хорошо! Этот мальчишка — просто подарок судьбы, хоть и балабол. Куда лучшая «подружка» для Киры, чем такие стервы, как Лана.
— Можем ехать, — сказал он и подал Кире шубу.
В машине они молчали. Илья гнал по полупустым улицам, сосредоточившись на дороге. Кира, отвернувшись, смотрела в окно.
Он не мог придумать, как начать разговор. Кира не выглядела обиженной, скорее, задумчивой. Проще всего было бы объявить начало сессии, но у него были совсем другие планы.
— Пойдем на кухню, надо разобрать пакеты, — предложил он, как только они вернулись в его квартиру.
— А что там? — поинтересовалась Кира.
— Увидишь.
Она обрадовалась пирожным. Точно, сладкоежка. И, вероятно, не часто может себе позволить такие лакомства. В контейнерах обнаружились не только десерты — еще и салаты, утка с яблоками, заливное, закуски. Но есть не хотелось ни ему, ни Кире. Все, кроме пирожных, отправилось в холодильник. Их Кира разложила на тарелке и отнесла в гостиную. Илья достал бокалы.
Они включили телевизор — так было проще следить за временем. С боем курантов Илья открыл шампанское.
— С Новым годом, Кира.
— С Новым годом, Илья Сергеевич.
Звон бокалов. Чинный поцелуй в щеку. Грохот салюта за окном. Взгляд — глаза в глаза. Лукавая улыбка Киры. Пирожное в ее руке. Язычок, медленно слизывающий крем. Палец, скользящий по губе. Томно опущенные ресницы.
Илья подхватил Киру на руки и понес в спальню.
— Сессия? — спросила она шепотом.
— Нет, Кира. Наша первая ночь.