Глава 33

Илья решил не откладывать поездку. Ехать в ночь бессмысленно, но он заказал билеты на первый утренний рейс «Сапсана». К десяти они будут в Санкт-Петербурге, а дальше — как получится. Хорошо бы вечером уехать обратно в Москву, да махнуть на дачу, как и собирался. А с Кирой или без… Хорошо бы с Кирой, однако это была его идея, и если она решит остаться у родителей, он не будет возражать.

Киру словно подменили. Внешне она старалась держать лицо, вежливо улыбалась, поддерживала разговор, но в глазах появилась какая-то тоска. Она вообще прятала взгляд.

Они поужинали. Илья предложил Кире выбрать фильм из своей коллекции. Хотелось просто поваляться и посмотреть кино, и было интересно, что она предпочтет.

Ее выбор удивил. «Fanfan» с молодыми Софи Марсо и Венсаном Пересом. Илья и сам любил этот фильм. При незатейливом сюжете в нем был едва уловимый французский шарм — флёр. И проблемы Александра никогда не казались ему надуманными — обыденность брака, что может быть хуже? Когда-то он даже мечтал встретить свою Фанфан — неунывающую, легкую, самодостаточную и понимающую, что к любви нельзя привыкать.

Но Кира? Фильм старый, когда он вышел, она была совсем крошкой.

— Я бы с удовольствием посмотрел, но он на французском, — сказал Илья. — И без субтитров.

— Неважно, — отмахнулась она. — Я знаю его наизусть.

Даже так?

— Ты его так любишь? Почему? — не удержался он от вопроса.

— Мне нравится Фанфан, — немногословно ответила Кира.

Впрочем, вскоре она себя выдала. Илья с любопытством наблюдал, как Кира смотрит фильм. Иногда она шептала перевод, видимо, в самых любимых местах.

«Страсть не должна угасать. Все с этим мирятся, а меня тошнит».

«Он ненормальный… был бы нормальный, я бы прошла мимо».

«А вот тут мы квиты, Кира, — усмехался про себя Илья, — была бы ты нормальная, я бы тоже прошел мимо. Хотя, что такое норма? Всего лишь правило, установленное большинством людей».

После фильма Кира сказала, что ей нужно приготовить кое-какие вещи и ушла в гостевую комнату. Илья думал, она вернется в спальню, но через полчаса потерял терпение и отправился за ней сам. Укутавшись в одеяло, Кира спала. Или делала вид, что спала. Илья не стал проверять. В конце концов, это ее право, и если она хочет отдохнуть перед поездкой, то он не будет мешать.

Сам он так и не уснул — даже не пытался. Варил кофе, бродил по квартире, думал. Идея ехать к Кириным родителям не казалась ему блестящей. Правильной — да. Но все равно грызли сомнения — зачем он полез в ее жизнь? Какое ему дело, как она живет? Он совершенно не интересовался делами своей предыдущей партнерши. Пришла, ушла — все. Чем приворожила его эта девчонка?

Может, прав Артем, и Кира изо всех сил пытается выкарабкаться из бедности? Видно же, она привыкла к жизни в достатке. И все эти наивные взгляды, принципы… Всего лишь игра?

Нет, бред. За столько лет он научился отличать фальшь от искренности. Кира искренна — и в своем отношении к жизни, и в постели. О, как хочется начать с ней игру! Он уже до мельчайших деталей продумал первый сценарий. Однако спешить не хочется. С Кирой даже обычный секс приобретает какой-то особый привкус. Потому что она неопытна? Потому что она мягкая и податливая, как воск. Как глина в руках творца.

Ки-и-ира… Другое имя не придумывается. Совершенно не хочется называть ее шлюхой или сучкой во время сессии. Разве что… девочкой? Если ему не показалось, то тот единственный раз, когда он назвал ее «девочка моя», Кире это не понравилось. Надо будет проверить.

Илья поднял Киру около четырех утра. Как он и предполагал, завтракать она отказалась наотрез, поэтому времени как раз хватило, чтобы одеться и выйти к такси. Кира была похожа на взъерошенного воробья: такая же маленькая, нахохлившаяся и сонно «клюющая носом». Она и проспала всю дорогу — и в такси, и в поезде. Илью вполне устроило, что она сопела на его плече, разговаривать не хотелось. Проснулась за полчаса до прибытия, выпила кофе и огорошила вопросом:

— Илья Сергеевич, как мне вас представить?

И, правда, как? Друг? Начальник? Как-то он об этом не подумал.

— Может, мне не стоит тебя сопровождать?

— Нет, — Кира покачала головой, — тогда и я не пойду.

— Кира, не устраивай детский сад. Ведешь себя, как маленькая девочка.

Она вспыхнула и закусила губу. Илья довольно усмехнулся. И точно, от «девочки» ее коробит.

— Вы обещали… — выдавила Кира и отвернулась.

Черт! И, правда, обещал.

— Если обещал, значит, пойдем вместе. Скажи, что я твой знакомый. Этого достаточно?

Кажется, она обиделась еще больше. Илья даже разозлился. И кто он для нее, на самом деле?

— Сказать твоим родным правду? — спросил он спокойным тоном. — Запросто.

Кира тяжело вздохнула.

— Извините, Илья Сергеевич. Вы правы. Правду маме лучше не знать. А дальше поедем на электричке или на машине?

— То есть?

— Мои сейчас на даче, в Сосновом. Это в часе езды от города.

Час от часу не легче! А раньше она не могла сказать? Впрочем, какая разница. Все равно нужно ехать.

— Возьмем такси. И вот еще… Новый год все же. Без подарка как-то неудобно.

— Удобно, Илья Сергеевич. Мама терпеть не может мещанские праздники и мещанские подарки.

Последняя фраза была произнесена с явным передразниванием не раз слышанных слов, и Илья решил, что не стоит развивать тему.

Действительно, принцесса. Дом не новый, но крепкий и… престижный. Как и место — на берегу озера, с прекрасным видом.

Кира попросила таксиста не уезжать. Сказала, что или они вернутся минут через пятнадцать, или она подойдет и скажет, что можно ехать без них.

Перед калиткой Кира побледнела. Кажется, ее даже тошнило, потому что она дважды сглотнула, глубоко вздохнула и только потом тронула кнопку домофона.

— Кто?

Кира вздрогнула, услышав строгий женский голос.

— Мам, это я.

Щелкнул замок.

Двор был укрыт снегом, только дорожка расчищена. На крыльцо никто не вышел. Кира легко взбежала по ступенькам, обмела сапожки стоящим у двери веником. Илья последовал ее примеру.

— Привет, мам.

Кирина мать встретила дочь в тесной прихожей, где висела верхняя одежда, и стояли обувь и лыжи. Пройти не предложила, наоборот, встала в дверном проеме, сложив на груди руки. Ухоженная женщина, с короткой модной стрижкой, в очках и в домашнем спортивном костюме.

— Все, наигралась в самостоятельную жизнь? — спросила она вместо приветствия.

— Познакомьтесь, Илья Сергеевич, — вздохнула Кира. — Это моя мама, Римма Васильевна.

Римма Васильевна смерила Илью раздраженным взглядом:

— Простите, а вы кто?

Он не успел ответить.

— Риммочка, кто там?

За спиной Кириной матери появился мужчина. Тоже в очках, лысый, но с усами, невысокого роста и с круглым животиком.

— Кирочка! — воскликнул он, явно обрадовавшись. — Ты приехала в гости?

— С Новым годом, пап, — улыбнулась Кира.

— Боря! — одернула мужа Римма Васильевна. — Не понимаю, чему ты радуешься.

— Но ведь Кира…

— …вернулась с мужчиной, который старше ее лет на двадцать, — перебила его Римма Васильевна. — Молодец! Мы думаем, она там голодает и побирается, а она нашла себе богатого папика и прекрасно себя чувствует!

Кира и не пыталась возражать. Она стояла, опустив взгляд. Илья видел, как сжимаются ее кулаки, но она ничего не ответила матери. Боялась, что будет только хуже?

— Простите, Римма Васильевна, но вы не правы, — произнес Илья. — Ваша дочь действительно голодает, она учится и работает, у меня…

— О боже! Вы содержите притон? — процедила Кирина мать. — И она работает там проституткой? Неудивительно! От осинки не родятся апельсинки.

— Вообще-то вы ее мать, — невозмутимо напомнил Илья. — По вашим словам выходит, что вы в молодости были… жрицей любви?

— Вон из моего дома! — взвизгнула Римма Васильевна, тыча пальцем в Илью. — А ты, неблагодарная… Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! — Кира послушно подняла взгляд. — Позволь тебе напомнить, что я не меняю своих решений. Живи, как хочешь, но матери у тебя больше нет. Повтори!

— Мама… — Кира сглотнула. — Но почему ты не хочешь принять мой выбор? Я не делаю ничего плохого, врач…

— Молчи! Я не желаю это слышать! Повтори, что я тебе сказала, и убирайтесь оба! Кира, я жду!

— Я могу жить, как хочу, но матери у меня больше нет, — прошептала Кира. — Извини, мама… Я думала, мы можем…

— Только когда ты заберешь документы из медицинского и вернешься на экономический.

— Да… я поняла…

Илье казалось, что он попал в какое-то другое измерение. Как так можно? Нет, Кира не врала и даже не преувеличивала. Она преуменьшала. Это не мать, это цербер какой-то. Откуда такая ненависть? И к дочери, и к профессии, которую она выбрала. У него в голове не укладывалось, что собственного ребенка можно выгонять вот так грубо и жестоко.

Где-то в доме зазвонил телефон.

— Риммочка, это твой, — оживился Борис. — Ответь, вдруг что-то важное.

Не попрощавшись, мать Киры ушла.

— Я провожу, — сказал Борис.

Он накинул тулуп, сунул ноги в галоши. На крыльце он обнял Киру и сунул ей что-то в карман.

— Возьми, уж сколько было, — виновато произнес он. — Как бы узнать, куда тебе можно перечислять.

— Не надо, пап, я справляюсь. Да мама и за это тебя со свету сживет…

— Ничего, разберусь. Прости, что сразу не помог. Ну… ты ее знаешь…

Кира криво улыбнулась.

— Пойдемте, я вас до калитки провожу. А то сейчас она закончит говорить, и начнется второй акт…

— Можно вас на пару слов? — решился Илья, когда они вышли на улицу. — Кира, иди в машину.

Когда она убежала к такси, он спросил у Бориса:

— Дело в ее отце?

Тот не стал отпираться, кивнул.

— Что вы о нем знаете?

— Кое-что знаю, но вам не скажу. Недостаточно для того, чтобы попробовать его найти, но достаточно, чтобы начать задавать вопросы Римме. А она, знаете ли, сразу догадается, кто поделился информацией. Но вы знаете… нет смысла его искать. Это такая давняя история… Кире она ничем не поможет.

— Может, у нее будет хоть один родной человек, который ее любит? Разве этого мало?

— Если бы он хотел иметь дочь, он был бы рядом.

— Бо-о-ори-и-ис!!! — закричали со стороны дома.

— Извините, мне пора.

— Не сказал? — спросила Кира, когда Илья сел в машину.

— О чем?

— Ой, Илья Сергеевич… Я, конечно, по губам читать не умею, но далеко не дура. О чем еще вы могли спрашивать отчима? Вернее, о ком.

— Не сказал, — признался Илья. — Кира…

— Давайте обратно в Питер, — сказала Кира водителю, а потом повернулась к Илье и добавила тихо-тихо: — Не надо говорить мне, как вы сожалеете. И что если бы знали, то не стали бы настаивать. Я знала, что так будет. Теперь знаете и вы. Забыть не получится, но и говорить об этом я не хочу. Простите за дерзкие слова, или накажите, если нужно, но эта страница закрыта.

Илья кивнул, а потом сгреб Киру в охапку и прижал к себе. Она прижалась к нему, и даже пару раз всхлипнула, пряча лицо на его груди.

— Куда везти? — спросил водитель, когда они подъехали к городу. — На вокзал?

— Нет. — Илья назвал адрес. — Заедем ненадолго к моему другу, — пояснил он Кире. — А потом уже домой.