Глава 11

– Что мне ей сказать? Что сказать?! – нервным полушепотом вопрошала Жанна, расхаживая по комнате и хватаясь за голову.

Мы с ней закрылись в моей спальне. Даррэн остался в гостиной на первом этаже – сторожить яйцо рааха.

Пришел день икс: Жанна должна доложить на меня своей заказчице. Я бы, может, и хотела пойти с ней, понаблюдать со стороны, но пока решила не рисковать. Совсем не уверена, что меня не вычислят. А проколоться, тем более на начальном этапе, совсем не хочется.

– Так, Жанна. Успокойся. Если ты будешь нервничать даже больше, чем при предыдущей встрече, это вызовет подозрения.

– Какой кошмар! – завопила Жанна.

– Тише! Даррэн может решить, что тебя здесь убивают. Прибежит еще во всеоружии… – я передернула плечами, представляя эту тьму, так неприятную мне.

– Даррэн не прибежит, если будут убивать меня. Я всего лишь служанка.

– Прибежит как миленький. Ведь если убивают тебя, то потом примутся и за меня…

Почему-то мое заявление успокоило Жанну. Она перевела дыхание, заходила из стороны в сторону.

– Мне не поверят. Просто не поверят…

– Поверят, если не врать.

– Сказать, что к вам приходит его величество Эроан?!

– Ну конечно, Жанна! Это невозможно скрыть. Он постоянно топчется с плотоядными цветами перед калиткой. Соседи и прохожие наверняка становились свидетелями столь удивительного зрелища. Если ты будешь говорить, что никто ко мне не приходит, наша заказчица сразу заподозрит неладное. Но самое главное… знаешь что?

– Что?

– Никто не знает, что происходит у меня за забором и за закрытыми дверями! – заявила я, многозначительно поднимая палец.

– Хотите сказать… – оживилась Жанна, – что в этом можно соврать? Ой, а что тогда сказать? Что вы… хм… а что вы делаете?

– Полагаю, вариант «кормим горанзию по очереди» – не пройдет, – хмыкнула я.

– Наверное, нет…

– Вот что. Мы немного поиграем. Нам ведь нужно не просто докладывать всякую ерунду, но и выяснять потихоньку, кто такая заказчица, зачем ей следить за мной. Поэтому скажешь так. К леди Вивьене частенько стал наведываться император. Почти каждый день. Начинай обязательно с императора. Это важно, чтобы создать нужный эффект.

Жанна кивнула. Достав блокнотик с карандашом, принялась строчить.

– Правильно, записывай, – одобрила я. – Так ты будешь выглядеть более ответственной и надежной. Сразу видно, что серьезно к делу подошла. Скажешь, что… мы тебя постоянно выгоняем, двери запираем. И вообще, наверное, это какая-то магия, потому что ты не смогла подсмотреть, чем занимаемся.

– А в какой комнате?

– Молодец, Жанна! – я расплылась в улыбке. – Схватываешь налету. Скажи, что в гостиной. Как мы поднимаемся наверх, ты не видела, но я не раз выгоняла тебя, оставаясь с императором наедине…

– Какой кошмар… – Жанна покраснела. – Вы за репутацию не переживаете?

– А ты мне назови хоть одну леди, чья репутация пострадала за связь с императором.

Жанна задумалась. И не смогла привести ни одного примера.

Да, гулящие девушки в этом обществе не приветствуются. Но император – другое дело. Если уж сам император не пренебрег, значит, девушка стоящая. Видимо, количество брошенных Эроаном леди не достигло критической массы, чтобы повернуть все наоборот. Например, можно будет сказать, что испробованные императором оказались ни на что не годны. Или у Эроана настолько дурной вкус, что нужно выбирать как раз тех, на кого он внимания не обращает.

– Когда будешь об этом рассказывать, внимательно наблюдай за реакцией. Затем добавишь, что глава императорской службы безопасности стал ко мне наведываться тоже… И опять наблюдаешь за реакцией. Нам нужно выяснить, интересуют ли заказчицу мои любовные похождения, или все же что-то другое.

Жанна кивнула, продолжая старательно записывать.

– За ним тоже понаблюдать особо, увы, не удалось. Вроде бы разговариваем, но так странно друг на друга смотрим. И гоним тебя, гоним! Наконец, ты порадуешь заказчицу вопросом: нужно ли выяснить, к кому расположены мои симпатии и кто из этих двоих мной интересуется.

– Я все записала, леди! Все сделаю, как вы сказали! – заверила Жанна.

Я с любопытством отметила, что процесс конспектирования помог служанке успокоиться и взять себя в руки.

– Тогда иди, Жанна. Ты полностью готова к встрече.

Отправив служанку, я ненадолго еще задержалась и только потом спустилась со второго этажа. Чтобы Даррэн не подумал, будто мы с Жанной вдвоем сидели, обсуждали что-то.

Не обращая внимания на тяжелый взгляд, прошла на кухню, взяла миску с мясом и отправилась кормить обе горанзии. Об этих плотоядных цветах, кстати, тоже успела почитать!

Оказывается, я не прокололась. Разве что выставила себя сумасшедшей, которая может любить подобных монстров, но это ерунда. Единственный способ более-менее усмирить горанзию быстро – хорошенько ее накормить. И то насыщения горанзия не чувствует, так что если почует рядом возможную добычу – все равно будет кидаться.

Манит ее все мясное: будь то птичка, окорок или рука человека, собственно, к человеку приделанная.

Но есть один секрет. Горанзия реагирует не только на движение. Она чувствует запах. И запоминает его. Скажем, пару раз можно накормить горанзию протухшей рыбой, а вот в третий раз она покусает, скорее, руку кормящую, чем эту дрянь в себя вберет. Но если один и тот же человек постоянно кормит горанзию, то она не будет на него набрасываться! Примет за своего и будет терпеливо ждать кусочек сочного мяса.

Чтобы приручить, требуется время. Так что без владения магией или без плотных перчаток у меня на самом деле не было шансов подойти к горанзии безбоязненно. По крайней мере, в первые дни ее появления.

Но теперь я твердо решила кормить хищных питомцев сама.

Чувствуя на спине мрачный взгляд Даррэна, кидала кусочки мяса то одной, то другой горанзии, и умилялась раздающемуся хрусту. Теперь я точно знала, что он возникает из-за наличия у цветка крохотных зубчиков. Они расположены так плотно друг к другу, что при пережевывании пищи создают подобный звук.

Пока темный маг молчал, я размышляла. О нем и об императоре.

После того, как я сказала Эроану «покажи мне себя», он устроил потрясающее свидание. Мы гуляли по прекрасному саду, а потом сидели у водопада и разговаривали. Просто разговаривали обо всем на свете.

Я не знаю, к чему это приведет. Я ведь дала Эроану понять, что меня интересуют долгосрочные отношения, а не кратковременное развлечение постельного характера. Эроану нужно именно это – затащить меня в постель. Но пока я буду узнавать его, он будет узнавать меня. Может ли это на что-то повлиять? Не знаю. Не удивлюсь, если в скором времени Эроану надоест, и он найдет более сговорчивую добычу, которая совершенно точно уложится в систему его ценностей.

Я подозревала, конечно, однако в разговоре с Эроаном увидела это отчетливо: Эроан не просто так считает женщин лишь постельным развлечением, ни на что больше не годным. Уверена, были и другие. Наверное, к нему приходили не только ради денег и статусного положения, но Эроан не пытался их рассмотреть. Раз за разом он доказывал себе, что прав в своем отношении. Видел только меркантильность, поиск выгоды и наивные мечты встать рядом с императором рука об руку, надеть корону с алым камнем в центре – символом императорской власти.

Да, большинство были именно такими – видели в Эроане не мужчину, а императора, который может столько всего дать. Ну а другим сам Эроан не оставлял шанса, раз за разом применяя испытанную схему. «Я тебе деньги, а ты мне – свое тело, пока не надоест».

Эроан даже не хотел, чтобы было иначе. Ведь с привычным проще.

Ну а я… захотела показать ему другую сторону.

Нет конечно, я не рассчитывала на отношения, о которых говорила. Меня подослал орден, и этого не изменить. Рано или поздно мне придется выполнить задание или сбежать, скрываясь от мести недовольного ордена. Я не смогу остаться рядом с Эроаном. Но… хочу, чтобы он знал: бывает по-другому. Быть может, он еще встретит женщину, которая так же, как и я, увидит в нем не только императора, но и потрясающего мужчину.

Однако, учитывая обстоятельства с раахом, на ближайшее время я здесь задержусь. Эроан и Даррэн – друзья. По крайней мере, насколько могут дружить император и глава службы безопасности. Даррэн меня ненавидит. А это значит что? Нужно как-то попытаться найти с ним общий язык. Пока я здесь, пока все же остаюсь рядом с императором, я не хочу каждый раз вздрагивать, ожидая подвоха от темного мага.

Закончив с горанзиями, повернулась к Даррэну. Тот все еще сверлил меня недовольным взглядом.

– Чаю? – предложила я. – Ты с самого утра на страже и, кажется, ничего не ел.

– Будешь строить из себя заботливую мамашу? – он кривовато усмехнулся.

Главное – сохранять спокойствие. И не показывать, как он меня бесит!

– Я слишком молода для мамаши, тебе не кажется? Но если ты не хочешь, то не настаиваю. Зато я хочу – и пойду пить чай.

Пошла. Ненадолго. Через пару минут вернулась в гостиную с чайником и двумя чашками чая. Присела за столик, налила себе. Подержала в руках, пока кипяток остывает.

Даррэн снова принялся сверлить меня взглядом.

– Кухня для чаепития, значит, уже не подходит?

– Мой дом, – я пожала плечами. – Где хочу – там и пью.

Поставила чашку, встала. Под скептическим взглядом темного мага снова отправилась на кухню. Наверное, он решил, что победил, но возрадоваться не успел – я вернулась с блюдом печенья. Жанна напекла – у нее очень вкусно получается! Если задуматься, не служанка – сокровище! Готовит вкусно, убирает начисто, еще и шпионские игры потихоньку осваивает.

С невозмутимым видом присела обратно на диван и принялась за печенье с чаем.

– Мое предложение в силе, если захочешь, – я знаком показала на угощения.

Даррэн оказался все-таки голоден. Присел, налил себе чаю. А когда взялся за печенье, я еще раз сходила на кухню и принесла хлеб, сыр и колбасу. Не в виде бутерброда, конечно. Пусть сам собирает, если захочет. И то, и другое уже нарезано.

Разговаривать с голодным мужчиной – то еще удовольствие. Так что я не спешила. Для виду тоже кусочек сыра съела, чтобы не подумал, будто все это ему. За Эроаном я поухаживала. За этим – не собираюсь.

Чуть позже, с наслаждением допивая мятно-апельсиновый чай – я к нему тоже пристрастилась – заговорила:

– Сколько тебе лет, Даррэн?

– Зачем тебе? – он насторожился.

– Интересно. И все же?

– Тридцать пять.

– А на службу ты берешь с двадцати трех… Я восхищаюсь тобой, Даррэн. – Маг приподнял бровь, а я продолжала: – Всего тридцать пять – и уже на столь высоком, важном посту. Я вижу, как ты стараешься. Как защищаешь Эроана. Я восхищаюсь, глядя, как серьезно, как вдумчиво и внимательно ты подходишь к своей работе. Настоящая, искренняя верность – это так важно. Эроану очень повезло, что рядом с ним столь надежный человек.

– Задобрить меня решила? Еда, похвала… на меня такое не действует, – он недобро усмехнулся.

– Тебе слышится в моих словах фальшь? Может быть, ты считаешь, что твой профессионализм, твоя верность работе и Эроану – все это недостойно восхищения? Или хотя бы уважения.

– К чему ты клонишь, Вивьена?

Уже не просто «девка». Прогресс, однако.

– К тому, что я прекрасно понимаю, почему ты так относишься ко мне. «Взялась неведомо откуда, крутится вокруг императора. Кто такая, зачем, чего она хочет».

– Я знаю, чего ты хочешь.

– Чего же? – полюбопытствовала я, расслабленно отпивая чай.

Чтобы снять возражения, нужно для начала их узнать.

– Ты пытаешься казаться другой, выделяться среди остальных. Но на самом деле ты такая же, как все. Ты хочешь заинтересовать Эроана, хочешь стать его постоянной любовницей. Вероятно, ты веришь, что у тебя получится задержаться подле него дольше, чем удается остальным. Но могу тебя заверить: ничего не выйдет. Не трать время понапрасну, не надейся. Эроан верен себе.

Не ответ, а кладезь ценной информации! Даррэн, подозреваю, так и не понял, чему я вдруг обрадовалась.

– Начнем с того, что выделиться у меня на самом деле получилось, – я улыбнулась. – Или у вас по дворцу леди с раахами разгуливают?

Возмущенное лицо мага нужно было видеть.

– Это всего лишь стечение обстоятельств, но я уже задержалась дольше остальных. Как быстро Эроан теряет интерес обычно? Через одну-две ночи? А наше совместное времяпрепровождение затянулось.

– Стечение обстоятельств, ты верно заметила.

– Не приписываю себе лишнего, так и говорю – стечение обстоятельств, – согласилась мягко. – Ты сказал, что Эроан верен себе. Что это значит?

– Значит, что он знает цену женщинам. И не будет менять что-либо ради тебя.

– Почему Эроан считает, что всем женщинам нужно от него только одно? – полюбопытствовала я.

– Потому что так и есть. Потому что каждая… я повторюсь, каждая пыталась получить от него подарки, каждая требовала все больше и больше. Почему-то все они считали, что их тело стоит всех тех побрякушек, которые они выпрашивали, – Даррэн надменно усмехнулся. Он явно пытался оскорбить заодно и меня, но я не оскорбилась.

– Ну, хорошо, – я примирительно улыбнулась. – А чего требую я?

– Ты? – он прищурился. – Ты хитрее и пока делаешь вид, будто все это тебе неинтересно. Но женщины – приземленные существа. Те, кому не нужны драгоценности, хотят денег и власти, хотят дорогие дома, путешествия и всеобщее поклонение. – И каждое слово ядом сочится. Сколько же ненависти!

Ну нет, в такие дебри я не полезу. Достаточно и того, что с Эроаном на эту тему побеседовала.

– Давай остановимся на том, что пока я не требовала от Эроана ничего. Может быть, настаивала на капельке своей свободы, желая остаться здесь, в доме, который снимаю сама, за свои деньги, а не переезжать во дворец на все готовое. Опять же, ты можешь только предполагать, но пока не знаешь наверняка, почему я не хочу во дворец. Да-да, ты озвучивал свои подозрения. Но это лишь твои подозрения, ничем не подтвержденные.

– Может быть, тогда приоткроешь завесу тайны? Расскажешь, чего на самом деле ты добиваешься? – голос Даррэна зазвучал вкрадчиво. Но только идиотка после всего разговора обманулась бы этим голосом.

– Добиваюсь здесь пока не я. – Вот так, получай щелчок по носу! А то выставил меня интриганкой, управляющей императором. Не захотел бы Эроан – не стал за мной ухаживать. В конце концов, я нож к его горлу не приставляла со словами: «Гони горанзию!» – Но если сформулировать именно так, чего добиваюсь я… Пожалуй, уважения. Капельку искренности. Хочу, чтобы Эроан увидел меня настоящую так же, как вижу в нем я не императора, а весьма интересного мужчину.

– И его статус, конечно, никакого значения не имеет, – скептически хмыкнул темный маг.

Два одинаковых разговора за небольшой промежуток времени – это уже начинает надоедать. Ведут себя так, будто друг у друга списывают: одни и те же мысли транслируют.

– Подозреваю, мои слова сейчас ничего не изменят. Чего ты опасаешься, Даррэн? Разве я могу навредить Эроану? Что такое страшное может произойти, если я еще немного задержусь рядом, как ты сам говоришь?

– Ничего. Ты ничего ему не сделаешь. Только зря потратишь его и свое время.

– Я так понимаю, Эроан не ищет для себя императрицу.

– Если бы даже искал, это была бы не ты.

– Конечно, не спорю. Но судя по всему, Эроан ищет развлечений. Раз уж женщины ни на что больше не годны. Тогда что он теряет, ухаживая за мной? Не думаю, что есть какие-то сроки: «Переспать с двести девятой девушкой до конца месяца».

Даррэн фыркнул. Я продолжила:

– Тогда какая разница, как быстро Эроан ко мне охладеет? Прямо сейчас или через пару недель. Чем рискует Эроан и чем рискуешь ты?

– Мы не рискуем. С тобой – нет.

– Тогда в чем причина для такой ненависти? Я не смогу навредить Эроану. Не смогу отнять его драгоценное время. Если бы он искал достойную императрицу – тогда, понятное дело, зачем отвлекаться от поиска на меня. А так… получается, что вы оба ничем не рискуете. Хочет Эроан за мной ухаживать – пусть ухаживает. Я не понимаю, почему это так задевает тебя.

– Ты рассуждаешь здраво. Мне удивительно, что ты не хочешь попытать удачу в надежде занять место императрицы. Может быть, ты врешь, а может, на самом деле понимаешь, насколько ты далека от статуса императрицы.

– Даррэн, но ведь ты – глава службы безопасности. Уверена… нет, не просто уверена – вижу, что ты не просто так получил эту должность. Не сомневаюсь, ты можешь определить: вру я или нет, когда говорю, что не надеюсь на трон императрицы.

Темный маг с подозрением всмотрелся в мое лицо. Какое-то странное упрямство боролось в нем с профессиональным чутьем.

– Хорошо, я тебе верю. На трон императрицы ты не метишь. Тогда что тебе нужно?

– Мне нравится Эроан, – я улыбнулась. – Нравится проводить с ним время. Только и всего. Но я понимаю, что задевает именно тебя. Только дело не во мне. Дело в раахе. Ты же сам прекрасно это понимаешь: если бы не яйцо рааха, тебе бы не пришлось целыми днями сидеть в моем доме. Но ты сторожишь не меня, а рааха.

– Конечно. Ты не так важна, чтобы сторожить именно тебя.

Наконец-то!

– Тогда предлагаю немного потерпеть. Зачем нам враждовать? Я ни на что не претендую. А если начну выпрашивать что-нибудь этакое… драгоценности или оплату аренды жилья, так даже лучше. Эроан быстрее разочаруется и найдет себе новое увлечение. Поэтому… я предлагаю прекратить вражду и смириться с тем, что какое-то время нам с тобой придется находиться в одном помещении. Ради рааха.

Даррэн молчал. Секунду, две. Три…

– Хорошо, Вивьена. Признаю, ты меня раздражаешь одним своим видом. Но, как ты верно заметила, я не просто так занимаю должность главы службы безопасности. Я смогу контролировать себя и не выказывать свою раздражительность столь явно. И раз уж мы заговорили о раахе… для него будет лучше, если ты привыкнешь к темной магии как можно скорее. Или все же тянешь специально?

А вот это уже не очень хорошо! Не успела возрадоваться победе, как угодила в ловушку. Но Даррэн – тот, кто он есть. Конечно, он не может упустить такую возможность и не загнать меня в угол. Или… только попытаться.

– Ты видел мою реакцию на тьму, – заметила я.

– Видел.

– Мне холодно, страшно и просто плохо. Трясет с кошмарной силой! Хотя я стараюсь терпеть. Конечно, я могу быть коварной обольстительницей, которая специально тянет время за счет рааха. Но неужели ты не допускаешь и мысли, что мне может быть банально страшно?

– Я не стану тебе вредить. С тобой ничего не случится.

– Но ты сам говорил, что твоя цель – заставить меня поверить, будто я могу умереть. Там, в моменте, мне будет так страшно и плохо, что я буду с жизнью прощаться.

– А ты не прощайся с жизнью. Ты к магии обращайся и защищайся наконец.

– Никто никогда не знает, как поведет себя в стрессовой, опасной для жизни ситуации.

– Это так. Но с магией все более предсказуемо. Нам нужно пробудить твои инстинкты. Твой свет пробудится, если погрузить тебя во тьму.

– Хорошо. Я согласна обсудить этот метод с тобой и Эроаном, когда он придет.

– Предлагала мир, а теперь не доверяешь мне?

– Доверие из воздуха не берется. Тебе ли этого не знать?

– А к Эроану доверие откуда взялось? Я не понимаю тебя, Вивьена. А может быть, как раз понимаю. Ты умная, сообразительная, хитрая. Но ты – всего лишь юная девушка. Тебе хочется романтики. Ты хочешь верить, будто Эроан защитит тебя, не даст в обиду злому темному магу. Эроан на самом деле тебя бережет, но лишь до поры до времени. Если встанет вопрос: ты или раах, он выберет рааха. Если нужно будет действовать быстро – он сам попросит меня погрузить тебя во тьму. И спокойно будет наблюдать, как ты кричишь и корчишься от ужаса. Если нужно будет забрать рааха силой – он сделает это. Даже если разрыв связи с раахом приведет к твоей смерти. Эроан – император. И этим все сказано.

Они еще удивляются, почему это женщины не видят в Эроане мужчину – только императора.

Конечно, озвучивать свои мысли не стала. У меня иная цель.

– Я прекрасно осознаю, что благополучие империи важнее, чем жизнь какой-то девчонки, – спокойно заметила. – Мы с тобой договорились потерпеть друг друга и не враждовать. Я верю, что ты не собираешься мне вредить. Не из отношения ко мне, а из верности своему императору и его приказам. Но гораздо лучше будет, если во время эксперимента рядом окажется сторонний наблюдатель. Он сможет подкорректировать происходящее и в крайнем случае прекратить. Я за то, чтобы у меня была страховка. Хотя бы даже в виде императора, который, в первую очередь, думает об империи.

В задумчивом молчании я зажевала еще одну печеньку. И пододвинула к Даррэну блюдо:

– Попробуй. Жанна печет прекрасное печенье.

– В свете последних договоренностей, надо полагать, что оно не отравлено? – Даррэн кривовато усмехнулся. Шутит – прогресс!

– Договоренностей мы достигли только сейчас, а печенье я принесла с кухни несколько раньше, – улыбнулась хитро. – Так что рекомендую просканировать магией.

А он взял и просканировал! Я с интересом наблюдала, как Даррэн направляет щуп тьмы к печенью и погружает в него. Содрогнулась, представив, что тьма может точно так же погрузиться в меня.

– Не отравлено, – констатировал маг.

– Но есть его после таких издевательств будешь сам, – сказала я, поднимаясь с дивана.

Жанна пришла! И мне очень нужно с ней поговорить.

Только через полчаса нам с Жанной удалось уединиться так, чтобы не вызвать у Даррэна подозрений. Было бы, конечно, странно, если бы леди побежала встречать свою служанку с распростертыми объятиями. Так что, проинспектировав покупки, я заказала ужин и отправилась в сад. Вскоре ко мне присоединилась Жанна. Растения давно пора слегка подстричь. И вон тот кустик пересадить.

Если подумать, это крайне неудобно: шифроваться в собственном доме! Но уж что есть. Пока придется потерпеть.

– Это я во всем виновата, леди Вивьена, – вздыхала Жанна, ползая между кустами. – У меня совершенно ничего не получается.

– Расскажи по порядку. Как прошла встреча?

– Мы отошли чуть в сторону от толпы, и женщина потребовала доложить все, что я успела узнать. Я рассказала. Все, как вы велели. Сказала, что его величество стал часто наведываться, но я не знаю, с какой целью и чем вы занимаетесь за закрытыми дверями.

– Так и сказала? – я улыбнулась.

– Да-да, все так! – заверила служанка. – А женщина… Я не знаю! Наверное, это я глупая и совершенно не разбираюсь в людях! Она казалась заинтересованной, но не очень сильно. Покивала, велела продолжать. И когда я сказала про лорда Даррэна, она не изменилась в лице. Может, немного удивилась, но не более. Наверное, это я не заметила и ничего не поняла.

На самом деле не такая уж странная картина.

– Она не уточнила, на что тебе следует обратить внимание в дальнейшем?

– Как вы и велели, я спросила, нужно ли выяснить, кто из этих двоих заинтересован вами. Она подтвердила… И все! Мне больше ничего не удалось выяснить!

Жанна хотела прижать ладони к лицу, но вовремя остановилась, заметив, что они в земле.

– Все в порядке, Жанна. Как я уже говорила, о визитах Эроана знает вся улица. О визитах Даррэна не знает никто – он у калитки не топчется, сразу в дом перемещается. Такая сдержанная реакция, скорее всего, означает, что девушка – лицо не слишком заинтересованное. Думаю, она так же, как и ты, выполняет свою работу.

– Значит… ее кто-то нанял, чтобы она наняла меня?

– Скорее всего. Были дополнительные вопросы? Или это все?

– Она еще спросила, чем вы обычно занимаетесь, когда двери не закрыты. И куда ходите… Я сказала, что вы читаете книги и гуляете. Часто библиотеку посещаете. Не стоило? – перепугалась служанка.

– Хорошо, Жанна. Ты все сделала правильно. А теперь можешь идти, пока Даррэн не хватился нас обеих.

Пожалуй, из нанимательницы вытащить ничего не получится. Нужно копать дальше. Проследить, например, куда она пойдет после встречи с Жанной.

Если нанимательница на самом деле не заинтересована, может быть опасно в дальнейшем экспериментировать с докладами. На любую информацию она отреагирует одинаково, а вот последствия могут настигнуть меня совершенно неожиданно и с любой стороны.

Впрочем, остается еще один вариант. Возможно, эта женщина – профессионал и прекрасно себя контролирует. Тогда это либо орден, либо кто-то очень серьезный и очень заинтересованный, раз уж нанял профессионала. В случае с орденом все не так плохо: даже если поймают на слежке, у меня будет объяснение. Я ведь не хотела, чтобы моя служанка докладывала обо мне неизвестно кому. А вот если не орден… могут возникнуть серьезные проблемы.

Нужно хорошенько подумать, прежде чем действовать.

Эроан, как всегда, пришел ближе к вечеру. На этот раз без цветов. Шепнул: «У меня кое-что есть для тебя» – и прошел в гостиную.

– Мы с Вивьеной побеседовали, – заявил Даррэн, – и пришли к выводу, что ее следует погрузить во тьму полностью. Иначе можно долго ждать, когда свет отзовется.

Эроан перевел взгляд на меня.

– Я так понимаю, предложил все это Даррэн, а ты согласилась?

– Я предложила обсудить это с тобой, – я улыбнулась, присаживаясь на диван.

– Рад, что ты доверяешь моему мнению.

Даррэн фыркнул. Видимо, вспомнил разговор о доверии.

– Полагаю, это может сработать, – продолжил император задумчиво. – Может подстегнуть процесс. Но тебе это не понравится, Вивьена. Сильно не понравится. Этот метод очень жесткий. Ты хочешь рискнуть?

– У нас есть время, чтобы не рисковать?

– Есть. Я предполагал, что мы будем постепенно приучать тебя к магии тьмы. Однако… я не могу гарантировать, что однажды не придется тебя поторопить.

– Тогда я готова рискнуть. Один раз. Сегодня.

В конце концов, мне и самой хочется поскорее пробудить свою магию. В этом мире наличие магии очень важно. Я бы чувствовала себя спокойнее, если бы процесс уже сдвинулся с мертвой точки. Если бы могла начать учиться управлять магическим даром.

– Что ж… если ты хочешь – действуете. Я подстрахую.

– Даррэн? – я вопросительно взглянула на мага.

– Начнем так же, как обычно. Садись, как тебе удобнее. А дальше… нам нужно пробудить твои инстинкты. Обращение к магии станет частью твоих инстинктов, но чтобы это произошло, не сдерживай себя. Не терпи. Поняла? Терпеть нельзя. Делай то, к чему будет стремиться твое тело. Захочешь кричать – кричи. Захочешь уничтожить меня – действуй. Попробуй нанести удар своей магией.

– Я поняла, – решительно кивнула.

Откинувшись на спинку дивана, прикрыла глаза.

А дальше был настоящий кошмар. Не знаю, что там Даррэн говорил о погружении во тьму, но это было не оно. Не совсем оно…

Сначала тьма наполнила комнату холодными клубами. Неприятными, но уже привычными. Затем клубы начали стремительно уплотняться. Несколько секунд – и я не могла сделать вдох: настолько они стали густыми! Тьма застревала. Забивала рот и нос, липла к телу чем-то мерзким, густым. Я хотела закричать, но у меня не получилось.

Не стоило открывать рот. Тьма скользнула в меня!

Я распахнула глаза. Ничего не видя, не ориентируясь, бросилась бежать.

Каково бежать, когда с самого начала нет кислорода? Но моим кислородом сделалась тьма.

Я чувствовала, как она отравляет мой организм, а погибнуть не дает, подменяя собой так необходимый мне воздух. Я металась из стороны в сторону, отбивалась от тьмы и беззвучно кричала. Обо что-то споткнулась, упала. Но тьма спружинила под моими ладонями и потекла по телу жидкими путами.

Я забарахталась в этом кошмаре, отчаянно силясь вдохнуть кислород, а не эту дрянь. Снова закричала… и из моего тела вырвался свет.

Вот когда пришла боль. Я ощущала горячую, обжигающую волну. Это было подобно извержению вулкана. Нестерпимо горячий поток должен был прорваться сквозь меня, сжигая клетки собственного тела. Но не прорвался. Сквозь пелену чудовищной боли я ощутила, как свет брызнул золотистыми искрами. Слабый и беспомощный.

Пришла в себя в объятиях Эроана. Он сидел на диване и прижимал меня к себе, поглаживая по лицу. Отвел со лба мокрую прядку волос, всмотрелся в глаза.

– Как ты, Вивьена?

– Паршиво, – призналась я.

Даррэн без всяких подсказок подал стакан воды. Догадался, видимо, по хриплому голосу.

Я выпила все и бессильно откинулась на руку императора.

Хотелось спать. А лучше – сдохнуть.

Тьфу! Никаких сдохнуть. Один раз уже померла. Второй раз в ближайшие семьдесят лет повторять не планирую.

– Лежи, не дергайся. Или тебя смущают мои объятия?

– Не смущают, – вяло откликнулась я и повисла тряпочкой. – Получилось?

– Да. Твой свет наконец пробудился. Ты остаешься загадкой. Магия не очень сильная, но сильнее, чем я предполагал. Она должна была проявить себя раньше.

– Значит, я уникум, – слабо улыбнулась.

– Похоже на то.

– Более чем, – вставил Даррэн. – Я не заметил в свете дополнительных примесей. Нужен более сильный всплеск, чтобы определить, какая стихия примешалась.

А вот это уже не очень хорошо. Им не стоит знать, что в моем свете почти нет примесей, потому что он почти первозданный. Радует, что темные маги не столь чувствительны к свету. Иначе я бы уже нажила неприятности.

– Определим. Позже, – заверил Эроан. – Это поможет наиболее эффективно использовать твою магию, Вивьена.

Я согласно кивнула.

– Похоже, сегодняшнее свидание отменяется, – император вздохнул. – Ты не против, если отнесу тебя в спальню?

– Не против… – тем более я сама могла пошевелить только пальцем. Или вот кивнуть осторожно.

Эроан поднялся со мной на руках.

– Но завтра никаких экспериментов! Отдыхать будешь.

Я спорить не стала.

Задумалась только: откуда взялась боль и почему из всей этой лавины света выплеснулись только жалкие искры? Я же в тот момент собой не управляла и не могла намеренно замаскироваться.