Глава 7. Огненное погребение

Когда я открыла глаза, солнца уже приближались друг к другу. По местному времени сейчас часов десять — половина одиннадцатого. Я потянулась и бездумно улыбнулась. Как хорошо, когда ничего не болит, я чувствую себя отдохнувшей, и в дверь не ломится никакая похотливая скотина. В нашем мире я даже не подозревала, насколько прекрасно такое утро!

Я сползла с постели и отправилась в ванную. Риг, конечно, явится, но позже. Жаль, не спросила у Оина, когда начнётся и сколько продлится это их огненное погребение.

Когда я умылась, в комнате уже ожидала Вероника в сером платье со стоячим воротничком.

— Доброе утро, — я зевнула. — Вам идёт этот цвет.

— Ох, Наташенька, лучше, если я не буду его носить. У нас это цвет траура, — без особой трагичности в голосе объяснила женщина. — Скоро предадут огню тех несчастных, убитых мерзкими ириу. Все в нашем мире одеты в серое, на воротах и домах висят серые ленты. Я принесла тебе вот это, — она протянула мне свёрнутую серую материю. — Будет неприлично, если ты покажешься в окне в красном наряде или вообще без одежды.

Я развернула серую ткань. Надо же, мне дали платье! Прямого покроя, наглухо закрытое, под горло, с пуговицами спереди. Я с удовольствием надела его и лишь потом спросила:

— Зачем мне показываться в окне?

— А разве ты не будешь смотреть погребение? — искренне удивилась Вероника. — Это очень яркое зрелище, весь город соберётся. Женщинам там быть не положено, но мы с тобой сможем наблюдать за ритуалом из окна моей комнаты.

На языке вертелся вопрос, можно ли поесть в день траура. Я прикусила язык — вдруг это прозвучит бестактно? Лучше промолчу, всё равно скоро узнаю ответ. И верно — как только мы вошли в комнату Вероники, в глаза бросился поднос на столике. Я сглотнула слюну: в нос ударил потрясающе вкусный запах. В тарелках лежали шашлыки и грибы, нанизанные на шпажки.

— Завтракаем скоренько, ритуал вот-вот начнётся, — сказала Вероника.

Лично я спокойно могла бы есть, глядя на труп бывшего "хозяина", но говорить об этом, конечно, не стала. Мать рига быстро жевала шашлык, успевая при этом причитать об убитых:

— Такая потеря для нашей земли! Крвен — один из сильнейших воинов, великолепный следопыт, прекрасной души человек…

Я впилась зубами в сочное, пахнущее дымом костра мясо. Интересно, если бы Вероника хоть раз побывала в постели с этим человеком, она бы смогла говорить о его прекрасной душе? У меня для этого сильнейшего воина было пожелание гореть синим пламенем. Сегодня оно и осуществится. Жаль только, что вместе с ним и кудрявым луром не будет гореть Каирн. Мир стал бы без него гораздо чище.

— А лур, Дэлин, — совсем ещё мальчик, — не унималась Вероника. — Как у подлых убийц могла подняться рука на спящего?!

Я сочувственно кивнула и отправила в рот печёный гриб. А как ещё можно было бы убить лура, с его-то взглядом? Только выждать момент, когда его глаза окажутся надолго закрыты. Мне вновь припомнилось, какое представление "совсем ещё мальчик" устроил на отборе наложницы для рига. Может, у меня самой и не поднялась бы рука прирезать парня, но к его убийце я могла чувствовать только симпатию.

— Ты ведь видела Дэлина? Такой молодой, такой красивый, — печально вещала мать рига.

Я не заметила ничего красивого в томном, слащавом блондинчике со светлыми сонными глазами. Воспоминание о нём сопровождалось чувством глубокого и стойкого отвращения. Молчание становилось уже неприличным, пора хоть что-то ответить. И разумеется, мой ответ должен понравиться Веронике.

— Да, видела, — проникновенно отозвалась я. — Это большая потеря для земли рига.

— Как ты хорошо понимаешь наш мир, — прокурлыкала женщина. — Ты очень быстро стала его частью. Говорят, ты ночью была у Оина?

И когда она только успевает узнавать новости замка? Я точно помню, что слышала похрапывание матери рига, когда вышла из комнаты Оина. Значит, по комнатам уже успела разнестись свежая новость.

Ни капли негатива в вопросе Вероники я не услышала. В её голосе звучало всего лишь женское любопытство.

— Да, была, — я скромно опустила глаза. — Риг сказал, что Оин должен остаться доволен мной.

— Да, это очень важно, Наташа, — она заговорила тише. — Понимаю, тебе, конечно, трудно придётся, но если ты приглянулась Оину — тебе необходимо идти к нему в опочивальню, как только он позовёт.

Я вздохнула с облегчением. Ириу не болтлив, если даже вездесущая Вероника не в курсе, что я пришла к нему сама. Да и ригу Оин не рассказал подробностей. До меня только сейчас дошло: вчера со стороны всё выглядело так, будто это Оин позвал меня к себе.

— Почему? — спросила я.

— Дорогая, Оин просто незаменим! Он — единственный, кто представляет, как могут думать наши враги. Оин — главный советник Каирна. А ещё он унаследовал от ириу дар целительства. Я заметила, что ты сегодня выглядишь гораздо лучше. Он лечил тебя, это сразу видно, так что ты должна была оценить его способности. Оин — единственный целитель на всё поселение. Но мальчик — наполовину наш, и ему необходимо получать энергию так же, как и всем мужчинам земли ригов. Ему нужна женщина. Проблема в том, что Оин ни за что не тронет её силой. Ох уж эти предрассудки ириу! В Оине они пока что непобедимы. Каирн постоянно предлагал ему самых разных девушек, но Оин должен чувствовать от женщины желание. Или хотя бы не ощущать, что с ним совершенно не хотят лечь в постель.

Я понимающе закивала.

— Теперь я вижу, как это важно. Конечно, Оин будет получать от меня всё, что захочет.

— Я знала, что ты — умница и всё поймёшь, — просияла улыбкой Вероника.

А что тут непонятного? Я оказалась в постели единственного целителя на всё поселение райгов. Разумеется, Каирн с радостью поделится с таким ценным человеком своей наложницей — как куском мяса или кружкой воды. Теперь надо стараться, чтобы Оина всё устраивало. Я почти уверена, что если он попросит отдать меня, Каирн уступит, не задумываясь. Риг равнодушен ко мне, он не откажет нужному человеку в такой мелочи. Каирн просто проведёт очередной отбор наложниц, найдёт себе новую жертву, и я избавлюсь от этого садиста.

При мысли о новой жертве рига на душе стало противно. Но такую роскошь, как жалость и самопожертвование, я себе позволить не могу. Надо выбираться от Каирна, и неважно, что тут будет происходить потом. Рано или поздно риг всё равно захочет получить новую девушку.

С улицы донёсся шум голосов и грохот.

— Начинается! — Вероника кинулась к окну.

Я встала рядом. Отсюда было видно ту самую площадь перед замком, где собравшиеся зеваки совсем недавно делали ставки на наложниц. Теперь там шевелилась огромная серая людская масса. Наверное на площади собрались все мужчины — подданные рига, от мальчишек до древних стариков. Некоторых седобородых дедушек поддерживали под руки по двое крепких мужчин. Все собравшиеся что-то кричали. В центре возвышалась гора хвороста метра в два высотой с углублением в центре. На длинном красном полотнище там лежали три трупа. Покойников обрядили в белые одежды. Левая рука у каждого вытянута вдоль тела, правая лежит на сердце.

Вокруг будущего костра стояли несколько человек в местной камуфляжной форме и с блестящими металлическими палками в обеих руках. Они со всей дури лупили палкой о палку. Если в комнате с закрытым окном стоит такой шум, то на площади сейчас, наверно, оглохнуть можно.

— Они отгоняют злых духов, чтобы не тревожили умерших, а потом злых духов навсегда прогонит очистительный огонь, — сказала Вероника. — Сейчас Каирн будет держать речь.

Я вгляделась в толпу. Риг стоял с мрачным видом у горы хвороста и что-то говорил Оину. Тот коротко кивнул и тут же смешался с толпой.

При взгляде на ириу я неожиданно почувствовала возбуждение. С ума схожу, что ли? Мало мне рига по два раза в день?! Впрочем, было бы хуже, если бы целитель был мне отвратителен. Раз я собираюсь сменить "хозяина", испытывать к Оину желание не так уж и плохо.

Риг поднял руку, и шум тут же смолк. В тишине голос Каирна зазвучал решительно и мрачно. Я не могла разобрать слов, но Вероника тут же начала объяснять:

— Риг призывает отмщенье на голову подлых убийц. Сейчас он вспомнит заслуги каждого из умерших, потом весь народ поклянётся отомстить ириу за своих великих сынов. А дальше тела погибших будут преданы огню.

Я невольно вспомнила комментаторов в новостях и прямых трансляциях по телевизору различных церемоний. Как и они, мать рига забегала вперёд событий, стремясь рассказать обо всём и сразу. Интересно, почему перестали стучать металлические палки? Чисто технически это понятно — Каирна просто не будет слышно среди грохота. Но ведь шум, по местным верованиям, должен отгонять от мертвецов злых духов. Или слова рига для толпы важнее, чем безопасность мёртвых?

— Речь правителя тоже отгоняет злых духов? — спросила я, стараясь, чтобы это прозвучало как можно наивнее.

— Да, когда говорит риг, всё зло уходит прочь, — на полном серьёзе заявила Вероника. — Поэтому в замке царит такая светлая атмосфера

По-моему, если злые духи действительно существуют, то весь этот мир просто кишит ими. А если женщина действительно считает атмосферу замка рига светлой, могу только посочувствовать. В нашем мире я видела дома гораздо приятнее.

На площади началось небольшое движение. Толпа отхлынула, потеснилась, образуя четыре прохода к будущему костру. С разных сторон к куче хвороста медленно, торжественно шагали четыре человека с зажжёнными факелами. Они встали по разные стороны от будущего костра и скорбно склонили головы. Оин снова появился возле рига, тот продолжал что-то вещать. Каирн говорил всё громче, призывно взмахивая руками. В паузах толпа отвечала правителю дружными воинственными воплями, и тогда риг застывал в эффектной позе с воздетой в сторону хвороста рукой. Выглядел он при этом как памятник самому себе.

Я с сожалением покосилась на недоеденное мясо. Была бы одна в комнате — точно смотрела бы это шоу под шашлычок, но при Веронике нельзя. Она не поймёт, почему я не испытываю ни малейшего сожаления из-за смерти Крвена, лура и третьего мужика — смотрителя дркуна, которого я, к счастью, не знала. Наверняка, тот ещё был подонок, должность обязывала.

Любопытный у нас сегодня завтрак. Пожарить шашлык — целое дело. Неужели кто-то занимался этим в день траура? Я была уверена, что все в замке, кроме меня и матери рига, так или иначе участвовали в подготовке к огненному погребению.

— Вероника, кто жарил шашлыки? — поинтересовалась я. — Разве не все были заняты подготовкой к церемонии?

— Оин, — отозвалась женщина. — Он с утра испытывал, какой хворост лучше горит.

Я чуть не фыркнула, представив безумную картину: ириу пускает часть дров для погребального костра на приготовление шашлычка. Вот уж точно — безэмоциональная особь, даже меня превзошёл! Или это считается здесь нормальным?

Риг, наконец, смолк и картинно склонил голову перед горой хвороста. Мужчины в жёлто-серой форме снова загремели металлом. Четверо с факелами как по команде поднесли огонь к груде сухих веток. Костёр вспыхнул моментально. Несколько языков пламени потянулись друг ко другу и сплелись в единое целое, всю погребальную дровяную гору охватил огонь. Факельщики и риг довольно быстро отступили от него, нарушая торжественную неспешность ритуала.

— Бензином облили, что ли? — вслух подумала я.

— Не знаю, чем Оин обработал дрова, — ответила Вероника, печально глядя на высокий столб пламени. — Какая разница? Главное — достойно проводить умерших.

За бушующим огнём уже нельзя было разглядеть погибших, чёрный дым застилал всю площадь. Сквозь него было видно, как серая людская масса отступает подальше от огненной могилы. Я мысленно порадовалась, что окно закрыто. Представляю, какой запах стоит сейчас на площади! Да ещё и дым костра разъедает глаза собравшимся.

Каирн вошёл в комнату неслышно, когда мы ещё стояли у окна. Я даже не заметила, как он исчез с площади.

— Пошли! — коротко бросил риг. — Ты мне нужна.

На этот раз всё было грубо, но быстро. Каирн просто втолкнул меня в опочивальню, прижал к стене и задрал платье. Несколько минут терпимой боли — и всё закончилось.

До вечера мужчин в замке не было ни видно, ни слышно.

— Ушли на поиски нор ириу, — объяснила за обедом Вероника. — Оин ещё вчера предлагал помощь, но риг был уверен, что его воины сами обнаружат тайные ходы. Сейчас они пошли втроём с луром. Оин посмотрит, где были убиты несчастные, и постарается найти в окрестностях укромные места для подземных тоннелей.

Удачи я им в этом не желала, но то, что все трое ушли, — очень хорошо. Я хотела передышки. Не думала, что тишина и покой могут доставить такое наслаждение. Вероника ушла вниз, и с площадки можно было слышать её голос. Женщина то давала указания слугам, то болтала с кем-то, то напевала странные мотивы, которые мне было бы сложно запомнить.

Я разглядывала из окна вымощенный камнем внутренний двор замка. Наверное, ириу не умеют проходить сквозь камни, иначе вся площадь была бы бордовой от защитного мха. Как же Крвен так оплошал — не защитил свой дом? И чего ждали ириу, почему не убили его раньше? Помню, что возможностей для этого было много. Они могли прийти любой ночью, но медлили. Хотели одновременно нанести несколько ударов? Тогда опять вопрос: зачем им это? Пока ириу добились только того, что страшно разозлили рига и его подданных. Если лур доберётся хотя бы до одного хода — всем подземным жителям придётся плохо.

Задача на логику. Убиты важные для крохотного государства опытный воин и лур, а также мелкая сошка — смотритель дркуна. Вопрос: почему именно они и зачем врагам райгов было это делать? В государстве остались ещё два лура, много воинов, а уж найти другого смотрителя для местного публичного дома наверняка не проблема.

Решили освободить девчонок, не прошедших отбор рига, и Эльзу, которую получил Крвен? Похоже на то, я не вижу другого повода убивать смотрителя дркуна. Но для этого ириу должны были, как минимум, знать подробности — кто из девушек где оказался. Да и почему украли именно их? Насколько я поняла, тут чуть ли не в каждом доме по наложнице, только выбирай.

Информации мало, приму как данность: ириу хотели забрать девушек. И тут возникает самый интересный вопрос. Кто рассказал им об отборе и о том, где искать девчонок? В принципе, кто угодно — на отборе была толпа зрителей, да плюс зеваки перед замком. Весь мир райгов был в курсе, и кто-то донёс информацию до врагов. Неужели Каирн не понимает этого? По идее, ему надо было бы не норы искать, а трясти своих подданных. Позвать лура и задать каждому человеку всего один вопрос: "Общался ли ты с врагами?" Предателя вычислили бы за день. Но я, конечно, не собиралась предлагать правителю этот рецепт. Пусть обшаривает хоть всю землю райгов — метр за метром. По крайней мере, риг избавит меня на это время от своего присутствия.

Следующая логическая цепочка касалась лура. К похищенным девушкам он имел очень отдалённое отношение. Если убивать всех, кто успел над ними так или иначе поиздеваться, пришлось бы перебить несколько десятков человек. Да и действовал лур по приказу рига.

Вариантов я видела два. Первый: Крвена и смотрителя убивали одни ириу, лура — другие. Ночью из-под земли вышли две группы или два человека с разными целями. И тогда около дома лура можно вообще не искать никаких нор: убийцы могли появиться из-под земли, если не планировали никого забирать с собой.

Второй вариант: убийцы были одни и те же, просто совместили две цели. В любом случае, лура уничтожили как опасного врага, насчёт Крвена — не знаю, не уверена в его особой ценности. А вот смотритель дркуна стал просто препятствием на пути к девушкам, как и двое оказавшихся там посетителей, которых ириу просто обезвредили — ранили.

Интересно, зачем им понадобились девчонки с отбора? Насколько я поняла, у ириу хватает женщин. Да и напуганы девушки так, что вряд ли захотят переспать с кем-то из спасителей. А ириу не трогают девушку против её желания, даже Оин.

В голове начала выстраиваться следующая цепочка. Оин был на отборе. Оин наверняка знал, куда отправили девушек. Не удивлюсь, если он этим и распоряжался. Может ли Оин поставлять информацию ириу? Что, если он обманывает Каирна? Я всерьёз задумалась. Нет, вряд ли. Он уже два года в замке, лечит рига и его приближённых, стал правой рукой правителя. Каирн советуется с Оином и доверяет ему. При желании Оин за одну ночь мог бы перебить всех, кто находится в замке, включая самого рига. Даже лур доверяет целителю и спокойно поворачивается к нему спиной. Нет, Оин не может быть предателем. У него есть все возможности устроить мгновенную революцию. Если бы хотел — давно воспользовался бы ими. Скорее всего, информатор ириу вообще не из замка.

Мои мысли прервал Оин. Он заглянул в комнату в желто-серой одежде местных воинов.

— Зайдёшь ко мне после ужина.

Голос ириу прозвучал совершенно бесстрастно, как будто между нами ничего не произошло. Таким тоном зовут подчинённого, чтобы дать ему не слишком важное поручение.

— А если риг?.. — начала я.

— Риг сегодня к тебе не придёт.

Оин вышел и аккуратно закрыл за собой дверь. Это был приятный сюрприз. Я морально готовилась к долгому истязанию: "хозяин" наверняка устал за день и должен был напитаться энергией. То, что Каирн не придёт, само по себе прекрасно, но для этого мира — очень странно.

От Вероники за ужином я узнала, что Оин нашёл только один ход — недалеко от дркуна.

— Представь себе, сколько народу ходило мимо еле заметного пригорка, а то и наступало на него, — возбуждённо рассказывала мать рига. — Ход закрывала доска, присыпанная землёй, и никто даже не догадывался, что путь к врагам совсем рядом.

— Интересно, чем они копают эти ходы? — спросила я. — Да ещё и в темноте, под землёй.

— Ириу давно выдрессировали рутов и киреек… — Вероника осеклась, встретив мой недоумевающий взгляд. — Ах да, ты же не знаешь! Всё время забываю, что ты попала сюда совсем недавно. Руты живут под землёй, они вроде кротов, только зрячие и с кошку размером. Мы думаем, что именно руты и копают ходы для ириу.

Я слегка зависла, представляя зрячего крота размером с кошку, а затем нескольких крото-кошек, роющих подземный ход. Ну, допустим, хотя эту картину и сложно вообразить.

— А кирейка? — спросила я.

— Толстенькая птица, большая, яркая — в чёрную и оранжевую полоску.

— На индюшку похожа? — я вспомнила птиц, пролетавших над домом Крвена. — Я таких видела.

— Где?! — заметно насторожилась Вероника.

Что-то я расслабилась, так недолго и проговориться о подземном ходе во дворе Крвена. Кирейка ведь нырнула именно туда.

— Они пролетали над домом Крвена, — при упоминании о покойнике я попыталась придать лицу печальное выражение. — Красивые птицы.

— В темноте их оранжевые перья светятся, — сообщила женщина. — И освещают пещеры ириу. Кирейки живут в пещерах, как летучие мыши. Иногда им нужно вылетать сюда, чтобы напитать перья солнечным лучами — иначе свет киреек становится тусклым, а сами птицы начинают чахнуть. Куда они летели? — Вероника вцепились в мою руку. — В какую сторону?

— От калитки к огороду Крвена и дальше, через забор, — не моргнув, соврала я.

Пусть поищут ход у соседей воина. И вообще надо отвлечь Веронику от опасной темы.

— Так один ход нашли? — поспешно продолжила я. — Воины уже спустились по нему к ириу?

— Увы, он засыпан землёй на многие метры, — вздохнула женщина. — Оин говорит, что эту нору наверняка заложили кучей камней так, что не пробьёшься. Некоторые воины предлагали достать оружие в вашем мире и взорвать ход, а потом и пещеры ириу. Но это очень опасно: наш мир слишком мал, подземный взрыв может его разрушить.

Я сочувственно кивнула. Значит, эта война может длиться веками. Хотя, если ириу перебьют всех луров, их шансы станут гораздо выше.

— Хорошо у вас, но мне пора, — я поднялась с кресла.

— Не спеши, риг сегодня к тебе не придёт, — живо сообщила Вероника. — Он был в дркуне.

Я напряглась. Так вот где Каирн напитался энергией! Какая-то девушка сегодня мучительно расплачивалась за неудачные поиски подземного хода. Только бы не выдать отвращения, моё лицо должно быть маской полного спокойствия. Значит, риг не прочь иногда заглянуть в местный публичный дом… Стоп!

— Здесь несколько дркунов? — уточнила я насколько могла небрежно. — Я думала, он один.

— Разумеется, один, наш мир не такой уж большой, — Вероника поморщилась. — Такая неприятная тема… Почему тебя это интересует?

— Просто не понимаю, — я старательно округляла глаза. — Девушек оттуда увели, смотрителя убили…

— Ах, ты об этом, — протянула женщина. — В дркуне всегда есть хотя бы одна женщина. Или из строптивых наложниц, или просто приносит доход хозяину: за таких платят из казны рига. Да и новый смотритель быстро нашёлся.

Да уж, я была наивной, когда подумала, что дркун какое-то время не будет работать.

— Мне, правда, пора, — я скромно опустила глаза. — Оин сказал, чтобы я зашла.

— Вот как? — в голосе Вероники прозвучали удивлённые нотки. — Он никогда никого к себе не звал. Даже Эльза бегала к нему не так уж часто. Боюсь, через год-другой он может попросить тебя у Каирна, и риг, конечно, уступит. Впрочем, даже если и так, ты всё равно останешься в замке, — от этой мысли женщина повеселела. — И мы так же будем видеться каждый день.

— Угу, — промычала я.

Век бы не видеть ни рига, ни его замок, ни сумасшедшую Веронику! Да и с Оином связываться не слишком хотелось. Кто знает, что у него на уме?

Попрощавшись с Вероникой, я открыла дверь и замерла, на пару секунд даже дышать перестала. Двое смуглых крепких длинноволосых мужчин в тёмных хламидах типа пончо, как у обитателей замка, укладывали на бордовый мох лицом вниз тело лура. Из чёрной мантии на спине торчала рукоятка кинжала. Или ножа, я не слишком в этом разбираюсь. Крови на мантии было совсем немного, всего несколько капель. Лур был мёртв, его тело выглядело как бесформенный мешок. Умерший ворон в луже крови. 1439f7c

Я вздохнула поглубже. Сейчас нет времени для эмоций и поэтических сравнений! Я и так потеряла драгоценные две секунды или даже три. Мужчины подняли головы, резко распрямили спины. Убийцы — невысокие, по сравнению с подданными рига, коренастые. Как я и думала, на руках у обоих — по шесть пальцев.

Я дрожащей рукой показала на дверь своей комнаты. Они не медлили. Дверь беззвучно открылась, пропуская двух ириу. А теперь пора мне и отреагировать на тело в коридоре.

— Наташа, что с тобой? Тебе плохо? — раздался сзади встревоженный голос Вероники.

Я машинально повернулась так, чтобы она не смогла увидеть, как бесшумно закрывается дверь опочивальни.

— Там…там лур, — выдохнула я.

Даже притворяться не пришлось, голос действительно задрожал. Не такая уж я и безэмоциональная. Лура было не жаль, я просто испугалась до паники. Что я натворила?! Если меня поймают на помощи врагам — страшно представить, какое наказание придумает Каирн. О чём только думали два подземных жителя, когда проникли в замок? Отсюда почти невозможно будет выбраться. И как они вообще смогли незаметно попасть на второй этаж?

Вероника за моей спиной пронзительно завизжала. Потом подумаю об ириу, а если повезёт — то смогу и поговорить с ними. Женщин, как я понимаю, эти люди не обижают, иначе просто убили бы меня как свидетеля, а потом — и Веронику. Сейчас мне надо срочно сообразить, что рассказывать ригу.

— Убииилииии! — надрывалась мать рига. — Помогииитеее!