Глава 151: Приданое

151: Приданое Хотя люди из обоих домов разошлись, их мысли всё ещё были встревожены.

Вернувшись в свои комнаты, они продолжили обсуждать дела второго дома, дома Восточного Линь.

Хозяйка дома Линь в Западной Лини восхищалась:

– Старшая госпожа действительно решительна, раз так публично всё оформила. Она совсем не защищала второго господина и госпожу».

«Я слышал, что старшая госпожа, похоже, отдавала предпочтение одним перед другими…»

Хозяйка усмехнулась:

– Вы ошибаетесь. Фаворитизм так не работает».

Она продолжила:

– Сегодняшние события были значительными. Если бы старшая госпожа не поступила должным образом, это создало бы проблемы для второго хозяина».

«Какие же могут быть неприятности?»

Хозяйка взглянула на женщин из дома и промолчала.

Старейшина госпожа Лин все еще была разгневана.

Она редко выходила из себя. За годы жизни она пережила немало бурь, но когда дело касалось её собственного сына, всё всегда было по-другому.

Линь Хуабинь промерз до костей и больше не хотел спорить с матерью.

Если бы об этом стало известно, это было бы расценено как отсутствие у него сыновней почтительности! Несмотря на слова матери, он не сходил с улыбкой:

– Мама, ты права. Это моя вина, что я не был хорошим отцом».

«Мама, пожалуйста, успокойся. Это еще и моя ошибка как мужа».

Старейшина госпожа Лин почувствовала боль в сердце.

Она глубоко вздохнула и тихо спросила:

– Э-э, вы меня обвиняете?»

Линь Хуабинь помолчала, а затем улыбнулась:

– Мама, как я могу тебя винить?»

«Ты меня вырастил. Я не могу выразить свою благодарность словами, не говоря уже о том, чтобы быть тебе послушным».

Старейшина госпожа Лин слабо улыбнулась.

Она знала своего сына лучше, чем кто бы то ни было.

«Э-э, тогда скажите, если бы я не разобрался с Лин Сяном и не оправдал Юньвань, что бы сказал суд?»

Линь Хуабинь спокойно ответил:

– Разве вы сами этого не говорили? Она виновата, и обращение к судье — это не такое уж большое дело».

«Более того, если бы вы её не отпустили, как бы она смогла добраться до магистрата?»

Старейшина госпожа Линь холодно спросила:

– Вы не подумали о том, как ей, бывшей служанке дома Линь, удалось попасть ко мне?»

«Смелость оскорбить семью Линь... Если бы я не отпустил её, это бы её остановило?»

«Если бы я не оправдал Лин Сяна, многие бы это сделали!»

«Что бы тогда сказали о вас и вашей жене посторонние? Жестоко по отношению к законной дочери первой жены, и даже…»

Она не хотела продолжать.

Линь Хуабинь был ошеломлён.

В разгар хаоса он совсем забыл об этом! По его телу пробежал холодок, и он продолжал думать: "Неужели это Чжао Цзинъи?" Но Чжао Цзинъи не производил впечатления человека, склонного к интригам.

Известный своей честностью и порядочностью, Чжао Цзинъи никогда бы не испортил празднование дня рождения своей матери.

Старейшина госпожа Лин устало посмотрела на своего второго сына:

– Ты кого-то обидел, и даже не знаешь, кого!»

Лицо Линь Хуабина побледнело, и он сказал:

– Я не такой уравновешенный, как мой старший брат, и не такой умный, как мой младший брат».

«Э-э, вам не нужно так со мной разговаривать».

Линь Хуабинь выдавил из себя горькую улыбку:

– Мама, что ты хочешь, чтобы я сказал? Всего за один день я стал бессердечным отцом и неверным сыном».

«В этой жизни я никогда не смогу превзойти свою роль ступеньки на пути к успеху для моего старшего и младшего братьев!»

«Мама, я правда не обижаюсь на тебя, просто чувствую себя потерянным...

Почему... почему ты никогда не заботилась обо мне так, как заботишься о моих старших и младших братьях?»

Старейшина госпожа Лин чуть не упала в обморок.

Испытывая трудности, она сказала:

– Пустая репутация бесполезна».

«Если ты почтительный сын и добрый отец, никто не сможет тебя оклеветать».

«Дитя, ты не трехлетний. Если ты действительно не хочешь слушать, то какими бы правильными ни были мои слова, они бесполезны…»

Мама Фан вмешалась:

– Второй господин, старшей госпоже нужно вернуться домой. Путешествие было утомительным, а сегодня вечером дома банкет. Вам с госпожой следует вернуться первыми!»

– ...Хорошо." Линь Хуабинь кивнул.

Госпожа Чжэн, опустив голову, встала и последовала за ним, не смея произнести ни слова.

Как только он ушел, старейшина госпожа Лин закашлялась кровью.

Мама Фан сочувственно сказала:

– Все знают, что за человек второй господин.

Зачем вообще с ним спорить?»

Старейшина госпожа Лин беспомощно ответила:

– Он мой сын».

Мама Фан вздохнула.

«Такой сын мог бы и не родиться! Но я не могу сказать таких резких слов.

Матери, наверное, невыносимо это слышать».

Старейшина госпожа Лин успокоилась и сказала: "...Это моя ошибка в его обучении".

Мама Фан посоветовала:

– Не вини себя. Я наблюдала за характером всех трёх учителей».

«Старший учитель всегда был уравновешенным и амбициозным, а младший с детства отличался умом и добротой. Что касается второго учителя…»

«Простите за прямолинейность, но не у каждого ребенка доброе сердце.

Некоторых можно научить, а некоторых нет. Второй тип относится ко второму.

Что бы вы для него ни делали, он будет верить только тому, что видит. Такому человеку вы уже ничем не поможете».

Старейшина госпожа Линь сказала:

– Именно моя небрежность в те годы сбила его с пути истинного, позволив госпоже Чжэн воспользоваться этим. Без согласия его родителей они осмелились вступить в тайные отношения!»

«Он думает, что я ничего не знаю, но я знаю всё!»

«Даже если бы я согласился на её вступление в семью, другие старейшины семьи Линь не согласились бы».

«После всех перипетий она все равно вышла замуж за члена нашей семьи и доставила нам бесконечные неприятности. Мне следовало быть более твердым...» Мама Фань покачала головой:

– Госпожа Чжэн – грозная женщина, ждет мужа до такого возраста и отказывается выходить замуж за кого-либо другого. Если бы вы были строже, хозяин бы вас по-настоящему возненавидел».

«Если бы эта пара была неискренней, с этим было бы проще справиться».

«Но тогда они действительно любили друг друга. Было бы трагедией, если бы старшее поколение не одобрило их отношения».

После непродолжительного обсуждения прошлого настроение старейшины госпожи Линь немного улучшилось, и мама Фань спросила:

– Вы действительно собираетесь расследовать дело Лин Сяна?»

Старейшина госпожа Лин подтвердила:

– Конечно, я проведу расследование».

«Если не будет конкретных доказательств, и если госпожа Чжэн в будущем создаст ещё больше проблем, что тогда случится с Юньвань?»

Мама Фан улыбнулась:

– Ты беспокоишься, что второй господин может кого-то обидеть, не так ли?»

Старейшина госпожа Лин хранила молчание.

Было неясно, кто привёл сюда Лин Сяна.

«Госпожа, вы хотите увидеть Лин Сян? Она находится в последней комнате, её охраняют люди главной жены. Если вы хотите её увидеть… сомневаюсь, что главная жена будет против».

Линь Юньвань кивнула:

– Пойдемте к ней».

Она решила встретиться с Лин Сяном наедине, а Си Руо ждала снаружи.

Лин Сян выглядела несколько невменяемой, прежде чем стала чрезмерно возбужденной, а теперь ее взгляд казался безумным.

«Лин Сян?»

Линь Юньвань позвала её, но ответа не последовало. Она тихо сказала:

– Не бойся. Тебе ничего не угрожает. Обещанное старшей госпожой серебро — твоё, и я тоже дам тебе обещанное серебро».

Лин Сян пришла в себя и вдруг вцепилась в платье Линь Юньвань, воскликнув:

– Мисс! Я знаю! Я всё поняла!»

«Что ты знаешь?»

Лин Сян зловеще рассмеялся:

– Неудивительно, что госпожа осмелилась накачать себя наркотиками. Всё это ради приданого первой госпожи!»

«Мисс, вам нельзя уходить! Откуда у мадам взялось приданое первой мадам?»

Линь Юньвань нахмурилась:

– Приданое?»

Лин Сян, сидя на полу и обнимая колени, сказала:

– Разве ты не знаешь? Твоя биологическая мать двадцать лет назад была дочерью самого богатого купца в Цзян Цяне. Ее приданое было огромным, как реки и горы! Хозяйка, должно быть, очень хотела его заполучить!»

«Мадам убила не двух зайцев одним выстрелом, а трёх…»

«Ха-ха, она избавилась от двух заноз в боку и сколотила целое состояние. Какая же я была глупая! Как я могла этого не заметить раньше! Какая же я тупица!»

У Линь Юньвань произошло озарение, и это неудивительно... Если расследование продолжится, оно станет бесконечным! Старейшина госпожа Лин действительно обладала глубокой дальновидностью, продумывая всё до мелочей.

Дом Истории Персонажи Монеты Таксономии Глоссарий Азиатский Первое в мире сообщество по переводу азиатских BL-романов, основанное на краудсорсинге.

Наложница пользуется большим предпочтением, чем жена? Я отказываюсь быть хозяйкой этого маркизского дома.