Глава 245: Успешная сдача экзамена

245: Успешная сдача экзамена «Поздравляем, господин Лин! Вы успешно сдали экзамен и заняли тридцать второе место».

Весть пришла в резиденцию Линь за наградой, и весь клан Линь собрался там.

«Господину Линю всего восемнадцать, верно? Он уже сдал императорский экзамен?»

«В самом деле! И я слышал, что он еще не женат».

Соседи оживленно обсуждали прибытие старейшины семьи Линь, который запускал фейерверки и щедро раздавал награды.

Прошло много лет с тех пор, как семья Линь выдвинула столь молодого и успешного кандидата.

Члены семьи проводили Линь Юнь И внутрь, бормоча:

– И, быстро возложи благовония и поклонись отцу и старшей сестре!»

Услышав это, госпожа Лин расплакалась и умоляюще сказала сыну:

– Иди вперед».

Они ждали этого дня слишком много лет! Линь Юнь И совершил ритуалы в честь своих предков и общался со старейшинами семьи.

«В этом году столица выдвинула несколько молодых и успешных кандидатов, самый младший из которых — представитель семьи Лу».

Услышав о Лу Чангуне, он заметил:

– Лу Чангун был прилежным учеником в академии, чрезвычайно талантливым, и, кроме того, его… сначала обучала его старшая сестра».

Члены семьи Линь кивнули:

– Действительно, это ребенок, которого обучала Юньвань».

«Увы, как жаль... твоя сестра больше не может видеть».

Линь Юньи опустил голову, на его лице читалась глубокая скорбь.

Глава клана затронул вопрос о перспективах замужества Линь Юньи, и госпожа Линь радостно воскликнула:

– Пока ничего не решено!»

Глава клана сказал:

– Не спешите, городские экзамены состоятся в феврале следующего года. С учетом нынешнего рейтинга Юньи, получение более высокой степени практически гарантировано».

Это утверждение несколько преувеличено.

Но сам Линь Юньи был полон решимости воплотить это в жизнь.

У входа в резиденцию маркиза Удина семья Лу также запустила связку петард.

Лу Чжэнлю был взволнован больше всех, словно сам сдал экзамен.

«Награждайте всех, даже детей, не будьте скупыми».

Он очень великодушно дал указания управляющему передним двором.

Стюард, тоже выглядевший довольным, достал мешок с серебряными и медными монетами, чтобы наградить тех, кто пришел поздравить его.

Лу Чжэнлю приветствовал гостей у входа:

– Чангун…»

Обернувшись, он никого там не увидел.

«Куда сбежал мальчик?»

«Ничего страшного, сегодня день великой радости. Главное – это праздник, а еще есть вдовствующая дама; я должен пойти и поделиться с ней этой хорошей новостью».

«Бабушка, Чангун сдала императорский экзамен и получила степень лиценциата в пятнадцать лет!»

Старуха Лу, чей разум был затуманен лекарствами, отреагировала с отвращением, услышав имя Лу Чангуна, и пренебрежительно махнула рукой:

– Убирайтесь! Пусть уходите! Он не из нашей семьи Лу!»

«Бабушка, Чангун успешно сдал экзамены, как ты можешь быть такой растерянной?»

Лу Чжэнлю сжал губы, чувствуя беспокойство:

– Бабушка, у семьи Лу теперь есть поддержка. Чангун давно записан в нашем семейном реестре. Как же он может не быть Лу?»

Старушка Лу продолжала ворчать и жаловаться.

Лу Чжэнлю покачал головой:

– Зачем я вообще тебе это рассказываю?»

Старушка сошла с ума.

Когда он повернулся, чтобы уйти, то услышал хриплый голос старухи из постели:

– Она… она вернулась? Она вернулась?»

Лу Чжэнлю сделал паузу, затем обернулся и спросил:

– Бабушка, кто тебе это рассказал?»

Конечно, она знала об этом из сплетен няни Ян и других.

Старушка Лу, плача, спросила:

– Чжэнлю, это правда? Неужели Юньвань действительно вернулся?»

Лу Чжэнлю на мгновение опешился, а затем сказал:

– Я не знаю».

Он отправился на поиски Лу Чангуна. В такой радостный день отец и сын должны были праздновать вместе. Он планировал представить его всем родственникам и друзьям маркизского дома Удин, провозгласив:

– Этот талантливый ребенок — мой и… мой сын».

Он — сын его и Юнван.

Но он столкнулся с Ге Баор, у которой на лице было очень недовольное выражение.

Увидев Лу Чжэнлю, Гэ Баор тоже на мгновение опешился.

Лу Чжэнлю спросил:

– Что ты здесь делаешь?»

В день большого праздника она должна была быть занята ведением домашнего хозяйства, а вместо этого бездельничала.

Гэ Баоэр должна была выглядеть жизнерадостной; ей нужно было показать великодушие хозяйки дома.

По мере того как Лу Чангун приобретал всё больший авторитет в семье Лу, она опасалась, что её сын окажется в тени. Даже если это было лишь показухой, ей нужно было поддерживать видимость гармонии.

Она выдавила из себя улыбку:

– Чангун сдал экзамены. Я пойду в кладовку за кое-чем для него. В конце концов, я его тетя; я должна его поздравить».

Лу Чжэнлю кивнул:

– Через несколько дней у нас будет банкет в особняке.

Быстро подготовь список гостей и сервировку стола».

– Да." Как раз когда Гэ Баоэр собиралась уйти, её служанка неуклюже подбежала и сказала:

– Тётя, госпожа просила…» Увидев Лу Чжэнлю, она замолчала, быстро склонила голову и сказала:

– Господин».

Лу Чжэнлю нахмурился:

– Почему ты так безрассудно бежишь?»

Гэ Баоэр, чувствуя себя виноватой, сжала платок и отругала служанку:

– Оставь нас в покое».

– Да..." «Стоп!» — крикнул Лу Чжэнлю служанке, холодно глядя на неё. — «Вы только что сказали:

– госпожа просила…“ Госпожа Чен? Что ей нужно?»

Служанка посмотрела на Ге Баоэра.

Лу Чжэнлю безэмоционально произнес:

– Если ты не заговоришь, я немедленно прикажу тебя казнить».

– Владелец!" Испуганная служанка опустилась на колени и умоляюще прошептала:

– Пожалуйста, господин, пощадите мою жизнь».

Она выпалила все, что касалось расследования госпожи Чен в отношении лиц, ранее служивших в окружении Линь Юньвань.

«Я всего лишь посыльный!»

Лу Чжэнлю махнул рукой, отпустив служанку, а затем спросил Гэ Баоэра:

– Что ты на самом деле задумала?»

Ге Баоэр больше не мог сдерживаться.

С нее хватит! «Учитель, я отказываюсь верить, что я единственный, кто интересуется, действительно ли она Линь Юньвань!»

У Гэ Баоэр по-прежнему была светлая кожа, и хотя ее миндалевидные глаза были покрыты морщинами и темными кругами, в них сохранялась та амбициозность, которая была у нее, когда она впервые вошла в особняк.

Она вызывающе парировала:

– Раз ты знаешь, что она не умерла, неужели у тебя нет никаких мыслей по этому поводу?»

Лу Чжэнлю был ошеломлен.

С тех пор как он узнал о переносе могил семьи Линь и задумался над событиями прошлого, начиная с предполагаемой гибели Линь Юньвань в результате пожара и заканчивая принуждением Линь Юньи к подписанию документов о разводе, а также над стремлением семьи Линь к миру, он все понял.

«Я знаю... она не умерла».

Лу Чжэнлю закрыл глаза и тихо произнес:

– Теперь она — принцесса-консорт принца Хуана».

Она была вне его досягаемости.

Он насмешливо спросил Гэ Баоэра:

– Неужели ты думаешь, что со своими сомнительными делами в поместье Синго можешь сделать что угодно с принцессой-консортом принца Хуана?»

«Не обманывайте себя».

Гэ Баоэр, запрокинув голову, спросила:

– А что, если я найду доказательства, чтобы разоблачить её? Вы хотите раскрыть её истинную личность или позволить ей и дальше жить в достатке рядом с принцем Хуанем?»

Она усмехнулась:

– Ты сохранил за собой статус главной жены, и ради неё ты оставил Чангуна единственным законным сыном, даже отрицая собственное происхождение! А как же она? Какую жизнь она сейчас ведёт? Беззаботную и счастливую».

Рот Лу Чжэнлю дернулся.

Он едва мог разобрать свой голос, но спросил:

– Что вы собираетесь делать?»

Гэ Баоэр слегка улыбнулся и сказал:

– Моя мать проверила. Служанки Пинъе и Таое живут со своими мужьями с момента их замужества, и Линь Юньвань не видела их с тех пор, как вернулась в столицу. Хотя они поддерживают связь с семьей Линь, а семья Линь имела дела с особняком Ван, это не компрометирует».

«А как же госпожа Го? Она тоже ее не навещала?»

Лу Чжэнлю внезапно вспомнил этого человека.

Ге Баоэр сказал:

– Эта одинокая старая вдова давно уехала, и теперь ее нигде не найти».

Лу Чжэнлю усмехнулся:

– Значит, все ваши поиски ни к чему не привели?»

«Кто это сказал?»

Гэ Баоэр с гордостью сказал:

– Дочь Цзян Цяньлиня, вышедшая замуж и переехавшая в столицу со своим мужем Вэнь Хаем, который тоже приехал на экзамены. Вы знаете, к какой родственной связи она принадлежит принцессе-консорту принца Хуана?»

Лу Чжэнлю не знал.

С тех пор как его изгнали из семьи Линь, он намеренно избегал узнавать что-либо о Линь Юньвань.

Он боялся, что мысли о ней в объятиях принца Хуана сведут его с ума.

«Они сёстры! И всё же семья Вэнь живёт в простом съёмном доме».

«Учитель, вам это кажется нормальным?»

Это было ненормально, но Лу Чжэнлю больше не хотел об этом знать.

Он холодно сказал:

– Давайте остановимся здесь. Не дайте мне узнать, что вы ведёте семью Лу к тому, чтобы она сама себе вырыла могилу. Чангун вот-вот станет Цзиньши, а у нашей семьи Лу ещё впереди будущее».

С этими словами он ушёл.

Гэ Баоэр прикусила губу, ее нежные черты лица исказились в злобную усмешку.

«Я отказываюсь верить, что, имея на руках все доказательства, вы все еще можете сдерживаться...» Она велела своей служанке:

– Приготовьте карету, я еду к семье Вэнь».

Она была убеждена, что, получив щедрое вознаграждение, Вэнь Хай и Линь Юньцзяо не будут молчать.

«Старший брат, ты сдал экзамены, разве тебе не нужно приветствовать гостей?»

Муэр, держа в руках ручку, отвлекся на звуки гонгов и барабанов снаружи.

Лу Чангун равнодушно ответил:

– Сосредоточься».

Муэр надула губы и спросила:

– Старший брат, мне действительно нужно научиться писать?»

«Девушке следует научиться писать, чтобы быть мудрой и рассудительной, а также знать, как защитить себя перед лицом несправедливости».

Муэр, недоумевая, спросила:

– Старший брат, ты не можешь меня защитить?»

Лу Чангун улыбнулся и погладил её по голове:

– Могу. Но ты же девочка, и я не всегда могу быть рядом, чтобы защитить тебя».

– Почему это?" «Потому что, когда Муэр вырастет, она выйдет замуж».

Муэр отложила кисть и с улыбкой сказала:

– Тогда Муэр ни за кого не выйдет замуж и навсегда останется с матерью и старшим братом».

Лу Чангун положила кисть обратно в руку, держа свою маленькую ручку, и сказала:

– Начни с этой».

Муэр высунула язык.

Все ее маленькие уловки были разгаданы ее старшим братом.

Лу Чангун легонько постучал её по голове:

– После того, как ты выучишь триста иероглифов „Цянь“, старший брат научит тебя боксу. Когда ты подрастёшь, мы будем практиковаться в фехтовании. А ещё мы сможем покататься на лошадях».

– Действительно?" Глаза Муэра внезапно загорелись.

«Ммм».

Муэр вновь обрела энтузиазм к занятиям писательским мастерством.

Чжу Цин вошла с выпечкой и, улыбаясь, сказала:

– Молодой господин, почему вы сегодня обучаете Муэр письму? У вас сегодня важный день, разве вы не должны быть на встрече с гостями?»

Лу Чангун, не оборачиваясь, мягко произнес:

– Мамы здесь нет».

Чжу Цин вдруг почувствовала себя подавленной и вздохнула:

– Наверняка бабушка на небесах знает. Я верю, что это её благословение помогло тебе сдать экзамен».

Лу Чангун сжал губы в легкой улыбке.

Его мать, вероятно, знала бы, что он сдал экзамен.

Дом Истории Персонажи Монеты Таксономии Глоссарий Азиатский Первое в мире сообщество по переводу азиатских BL-романов, основанное на краудсорсинге.

Наложница пользуется большим предпочтением, чем жена? Я отказываюсь быть хозяйкой этого маркизского дома.