Глава 263: Мисс Сюй

263: Мисс Сюй "Мать." Линь Юньи вышла из кабинета, приближались экзамены. Если она сдаст императорские экзамены, то вскоре последуют дворцовые.

У него действительно не было времени на общение с родственниками.

Однако, учитывая небольшое количество людей в доме, полагаться исключительно на мать может быть недостаточно.

Госпожа Лин жестом подозвала:

– Подойдите и поздоровайтесь со старшими».

Линь Юньи пришла выразить почтение старейшинам, и группа незамужних девушек, увидев такого красивого и образованного ученого, внезапно покраснела.

Один из них даже опрокинул чашку, обжегши человека, находившегося рядом.

Это было действительно крайне невежливо.

Девочка была в ужасе, ее лицо покраснело еще сильнее, чем прежде.

Линь Юньи, не отводя взгляда в сторону, сказала госпоже Линь:

– Мама, пожалуйста, попросите служанок убрать».

Госпожа Лин кивнула:

– Хорошо, хорошо», и велела служанкам помочь.

Женщина в простой одежде уже быстро помогала горничным убираться и даже проводила обожженную девочку в боковую комнату.

Линь Юньи немного постоял, а затем извинился и ушел.

У него было слишком много родственниц женского пола; он не мог оставаться там бесконечно.

Госпожа Лин сказала:

– Можете идти».

Линь Юньи повернулась, чтобы уйти, и увидела женщину, которая помогла ей ранее.

На ней была лишь одна серебряная заколка, и по сравнению с другими присутствующими девушками она выглядела почти ничем не украшенной.

Заметив, что Линь Юньи смотрит на нее, женщина быстро опустила голову и почтительно поприветствовала его.

Линь Юньи заметил, что ее рука слегка покраснела. Он лишь мельком взглянул, не осмеливаясь смотреть дальше, и направился во двор.

Женщина тоже обожглась чаем, но не придала этому особого значения.

Выйдя на свежий воздух, она вернулась и продолжила стоять рядом со своей мачехой.

Вскоре кто-то из переднего двора подошел, чтобы передать сообщение госпоже Линь, которая, услышав слова своего сына, взглянула на женщину.

Точное сообщение Линь Юньи было таким:

– Девочка в серо-голубом платье с одной серебряной заколкой, очень тихая и мало говорит. Она обожгла руку; мама, пожалуйста, обработай её каким-нибудь лекарством».

После того как госпожа Лин рассадила гостей, она отправилась играть в карточные игры с листьями.

Она тихо отвела девочку в сторону, чтобы нанести лекарство.

«Мадам, моя фамилия Сюй».

Госпожа Сюй была очень мягкой и доброй. Хотя на первый взгляд она казалась скромной, в своих действиях она отличалась грацией и спокойствием.

Госпожа Линь улыбнулась:

– Я не разглядела вас раньше, когда вы стояли. Я подумала, что вы…» из семьи молодой жены.

Мисс Сюй держала голову опущенной, незаметной и ненавязчивой.

Только сейчас госпожа Линь ясно увидела, что та одета как незамужняя девушка.

Мисс Сюй спокойно сказала:

– Я на несколько лет старше своих сестер, поэтому мне вполне достаточно постоять еще немного».

Госпожа Лин вела себя настолько хорошо, что это тронуло ее до глубины души.

Она спросила:

– У вас болит рука?»

Мисс Сюй покачала головой:

– Ожог незначительный. Я взяла немного снега и уже приложила холодный компресс. Волдырей или шрамов не будет. Немного болит, но я могу потерпеть».

Госпожа Лин была очень впечатлена.

Эта девушка говорила ясно и осмысленно, спокойно и уравновешенно, и, казалось, обладала широким кругозором.

«Девушка говорила о каких-либо помолвках?»

Леди Лин, чувствуя себя самонадеянной, быстро добавила:

– Я питаю к вам нежные чувства, юная леди…»

Госпожа Сюй застенчиво опустила голову и сказала:

– Было предложение руки и сердца, но его отменили…»

Бросить женщину в браке считалось крайне позорным поступком.

Леди Лин, не желая вдаваться в подробности, улыбнулась и сказала:

– Такой прекрасной молодой леди, как вы, не стоит беспокоиться о поиске мужа».

Госпожа Сюй слабо улыбнулась.

После того как гости разошлись, госпожа Линь сказала Линь Юньи:

– Я последовала вашему совету и отправила лекарство госпоже Сюй».

– Сюй?" Линь Юньи спросила:

– Она наша родственница?»

Леди Лин ответила:

– Далекого родственника, вы бы и не вспомнили».

Линь Юньи не стала задавать дополнительных вопросов, сосредоточившись на подготовке к императорским экзаменам.

В начале января Ци Цзайцзюнь был заперт во дворце, беспокойный и стремящийся покинуть его.

Он обратился к императору Цзин Шуню с мольбой:

– Императорский прадед, я хочу покинуть дворец и поиграть».

Император Цзин Шунь покачал головой и сказал:

– Я не могу покинуть дворец».

Привыкнув к свободе, царившей в Цзянцяне, Ци Цзайцзюнь спросил:

– Почему вы не можете покинуть дворец?»

Император Цзин Шунь вывел его на прогулку в Императорский сад, который по тем временам не представлял собой ничего особенного.

Он объяснил:

– Потому что я — император».

«Разве император не может покинуть дворец?» — не понял Ци Цзайцзюнь.

«Дело не в том, что я не могу уйти, а в том, что я не могу уйти по своему желанию», — сказал император Цзин Шунь, неся на руках Ци Цзайцзюня.

Ци Цзайцзюнь, прислонившись к его плечу, спросил:

– Но как Сын Неба, разве ты не можешь покинуть дворец по своему желанию?»

Император Цзин Шунь рассмеялся:

– Именно из-за моего высокого положения я не могу спокойно покинуть дворец».

Ци Цзайцзюнь, менее воодушевленный, заметил:

– Тогда быть императором, похоже, не очень-то весело».

Император Цзин Шунь от души рассмеялся:

– Цзюньэр, быть императором означает не иметь контроля над собственной жизнью».

Разочарованный Ци Цзайцзюнь сказал:

– Императорский прадед, я хочу домой».

Император Цзин Шунь не сразу согласился, заявив:

– Подождите ещё немного, я вас позже устраню».

– Я думала, тебе нельзя выходить на улицу?" Император Цзин Шунь ответил:

– Я покажу тебе, что значит не контролировать собственную жизнь».

Это пробудило интерес Ци Цзайцзюня.

Зимой темнеет рано. Император Цзин Шунь переоделся в другой наряд и отвёз Ци Цзайцзюня в резиденцию наследного принца.

Кронпринцесса была поражена и с недоверием спросила своих слуг:

– Император пришел?»

«Да, он приехал вместе с наследным принцем».

Кронпринцесса поспешно собралась, сказав:

– Я немедленно пойду их встречать».

Слуга сказал:

– Ваше Высочество наследная принцесса, император распорядился, что нет необходимости в официальном приеме; он здесь только для того, чтобы навестить наследного принца».

Кронпринцесса все же переоделась, чтобы встретиться с ними.

Ци Цзайцзюнь уже бывал в резиденции наследного принца. Как только он вошел, он взволновался и недовольно сказал:

– Императорский прадед, вы хотите навестить наследного принца? Цзюньэр не хочет идти».

Император Цзин Шунь строго спросил:

– Ты забыл, что я тебе сказал?»

Ци Цзайцзюнь вспомнил слова императора о чувстве потери контроля.

– Но..." «Никаких „но“ нет. Пойдемте со мной», — сказал император Цзиншунь.

Император Цзиншунь взял Цицзайцзюня на руки и отправился прямо к наследному принцу.

Супруга наследного принца встретила их у резиденции. Император Цзиншунь спокойно сказал:

– Встаньте. Отведите меня к наследному принцу».

– Да." Супруга наследного принца отпустила слуг и позволила войти императору Цзиншуню и Цицзайцзюню.

Наследный принц все еще крепко спал и выглядел истощенным.

Супруга наследного принца взглянула на него и тихо заплакала. Однако она не осмелилась громко плакать перед императором.

Император Цзиншунь махнул рукой, давая ей знак отступить.

После ухода супруги наследного принца глаза императора Цзиншуня слегка покраснели, и его голос смягчился:

– Цзюньэр, ты видела? Это беспомощность супруги наследного принца. Она скорбит по мужу, но не смеет громко плакать в моем присутствии, ибо это было бы серьезным неуважением».

Цицзайцзюнь невинно посмотрел в глаза императору Цзиншуню и спросил:

– Императорский дед, неужели и вы бессильны?»

Император Цзиншунь хранил молчание и проводил Цицзайцзюня внутрь.

Наследный принц проснулся, постепенно приходя в себя. Он не мог поверить своим глазам и протянул слабую, холодную и безжизненную руку. "Отец? Джунэр?" «Неужели мне это снится?..» Император Цзиншунь держал за руку своего старшего сына, которая оказалась такой же холодной, как он и ожидал.

«Нет, Иэр, ты не спишь».

Цизайцзюнь на мгновение замер, а затем внезапно улыбнулся:

– Должно быть, это сон… Это точно сон… Так давно сын не называл себя Иэром».

Император Цзиншунь испытывал глубокую печаль.

Однако короли редко проливают слезы. Он сунул руку сына под теплое одеяло и тихо спросил:

– Иэр, хочешь ли ты еще что-нибудь сказать отцу?»

Цизайцзюнь знал, что это не сон.

Руки реального человека были теплыми, но во сне руки отца и матери всегда казались ему холодными.

Он покачал головой и сказал:

– Отец, нет, всё пропало».

Император Цзиншунь подвел Цицзайцзюня ближе и снова спросил:

– Хочешь что-нибудь сказать Цзюньэру? Не хочешь ли с ним увидеться?»

Цизайцзюнь полез под подушку и нашел там такую же нефритовую заколку для волос.

Дрожа, он протянул его отцу, лицо его было бледным, как снег. «Джунер, если тебе это не нужно, отдай отцу».

Император Цзиншунь толкнул Цицзайцзюня и сказал:

– Иди».

Цизайцзюнь колебался, прежде чем принять это предложение, но в данной ситуации, похоже, у него не было выбора.

Он забрал нефритовую заколку и инстинктивно произнес:

– Спасибо, Ваше Высочество».

Император Цзиншунь улыбнулся и взъерошил волосы:

– Наш Цзюньэр — хороший ребёнок. Но… теперь вы должны называть меня дядей».

Он крепко погладил Цицзайцзюня по голове.

Цицжайцзюнь поморщился от боли и снова сказал:

– Спасибо, дядя Цзюнь».

Цизайцзюнь не смог сдержать смех.

Император Цзиншунь и Цицзайцзюнь молчали. Отец и сын много лет не общались, и им уже давно не до непринужденных бесед.

Не в силах больше ждать, Цицзайцзюнь умолял императора Цзиншуня:

– Императорский дед, раз вы с дядей не разговариваете, я… я выйду первым!»

Цизайцзюнь добавил:

– Отец, я устал».

Император Цзиншунь кивнул и сказал:

– Мы с Цзюньэр обязательно придем к вам еще в будущем».

– Хорошо." Когда император Цзиншунь сопровождал Цицзайцзюня обратно во дворец, он по дороге спросил:

– Понимаешь ли ты, что значит быть беспомощным?»

Цизайцзюнь дотронулся до головы.

Величие, которым обладал его императорский дед, было в десять раз больше, чем у его отца, и он никогда не стеснялся подшучивать над ним.

У него только что действительно сильно болела голова.

– ...Да, я понимаю." «Я не хочу быть императором!» — раздраженно воскликнул Цицзайцзюнь.

Император Цзиншунь усмехнулся:

– Это не вам решать».

«Истинное чувство беспомощности предопределено в момент вашего появления на свет. То, что вы должны делать, то, что вам следует делать, уже предопределено».

Цицзайцзюнь прислонился к груди императора Цзиншуня и заснул.

Вернувшись во дворец, император Цзин Шунь сразу же отправился осматривать памятники.

Внутренние проблемы перевешивали внешние угрозы, а государственные дела были обременительными.

В феврале состоялась очередная императорская аттестация, на которой наблюдалось, как из года в год новые чиновники сменяют старых… Каждый день, проведенный им в качестве императора, был днем, когда он не контролировал собственную жизнь.

Дом Истории Персонажи Монеты Таксономии Глоссарий Азиатский Первое в мире сообщество по переводу азиатских BL-романов, основанное на краудсорсинге.

Наложница пользуется большим предпочтением, чем жена? Я отказываюсь быть хозяйкой этого маркизского дома.