Глава 38. Больше не подруга

Солейн 

Я бы помог Йоре даже если бы она не расплакалась у меня на глазах. Но, узнав о том, что девушка потеряла брата, твердо решил не только проводить её в столицу, но и разобраться с тем, кто в этом виноват. 

Представил, как бы горевала Диана, если бы со мной случилась беда и обе души сковало холодом. Не мог я допустить, чтобы она за меня переживала. А значит, нужно было поскорее заканчивать мои дела в Терсии и возвращаться домой к сестре и моей обычной жизни. 

— Значит, не вернёшь мне документ? — в очередной раз спросила Йора, когда до столицы  оставалось каких-то пару часов пути. 

— Нет. У меня сохраннее. Да и мне куда проще получить аудиенцию у вашего правителя, чем тебе, — подмигнул девушке, давая понять, что всё будет хорошо, и чего бы она ни добивалась, у неё это получится так или иначе. 

Ночь мы провели на том постоялом дворе. А на утро Йора договорилась с хозяйкой, которая распорядилась найти нам лошадей и даже выдала тёплый паёк в дорогу. Сердобольная старушка долго обнимала травницу на прощение и желала ей удачи в её нелёгком деле. Если бы Йора не сказала, что седовласая бабулька и есть хозяйка заведения, где нас так радушно приняли, ни за что бы не поверил, что такой человек может, кхм, заведовать и кухней и жрицами любви. 

Но в одном я был уверен, терсийка не солгала, когда сказала, что владелица постоялого двора помогла ей в трудную минуту. Такая и впрямь могла. 

Совсем скоро мы должны были прибыть в столицу. Погода стояла ясная, мороз трескучий. Дорога по торговому тракту оказалась расчищенной и удобной. Из-за низкой температуры воздуха снег буквально трещал под копытами лошадей, из их носа и рта вырывались клубы белого пара, напоминая о том, что север не просто так зовётся суровым краем. 

— Расскажи немного о своей жизни, — обратился к травнице, так как молча ехать было уж совсем неловко. 

— Да что рассказывать? Деревенское бытие нехитрое. Работа да дом. Лес, заготовки, хлопоты по хозяйству, — пожала она плечами, не выпуская поводьев. Видно было, что в седле девушка держалась неуверенно. 

— Ты же говорила, что служила у господина, — напомнил ей я. Мог бы, конечно, покопаться в её сознании, но это казалось мне низким и недостойным диала. Тем более, что беседа помогала наладить отношения с моей новой знакомой. 

— Было дело, — Йора опустила глаза. — С детства я дружила с одной девочкой. Её мечтой было покинуть деревню и жить в богатом красивом доме, пусть и служанкой. После совершеннолетия, когда стало можно работать на господ, мы с ней подались в поместье диала Фрейма, местного богача и заведующего пограничным перевалом. Его отец вхож во дворец. Говорят, какой-то министр. 

Йора говорила медленно и тихо. Будто боялась, что кто-то может услышать, хотя на тракте не было ни единой живой души. Только где-то далеко в лесу притаились в сугробах лисицы, охотившиеся на зайцев. 

— Мы пошли туда, ни на что не надеясь. И нам отказали, но молодой господин Фрейм заметил нас, когда мы уже покидали поместье, и приказал принять обеих в служанки. Если бы я только знала, к чему это приведёт, то бежала бы оттуда сломя голову, — всхлипнула девушка. 

— Ты о брате? 

— И о нём тоже. 

— Прости. Если тебе неприятно об этом говорить, то можешь не продолжать. Надеюсь, с подругой ничего не случилось? — заметил её реакцию и решил сменить тему. 

— У неё всё прекрасно. Она надолго в поместье Фрейм не задержалась. Уже через месяц сбежала, бросив меня одну, и подалась в наложницы к правителю, когда объявили очередной отбор. Видно, только этого и ждала. Ведь известия об этом можно услышать только в домах богатеев. До деревень такие новости не доходят. Не подруга она мне больше, — вздохнула Йора. 

Я же только в очередной раз убедился, что Эргард — просто позёр, раз меняет наложниц как перчатки. Женился бы повторно и не устраивал цирк. Женщину на одну ночь можно найти и другим способом. К чему всё эти отборы и показуха? Если так сильно любил супругу, что поверил наговорам на Дикею и обвинил нас в её смерти, что же он такой гарем кормит? 

— Наш правитель очень мудрый и рассудительный. Народу при нём зажилось лучше, чем прежде. Да и не любил он супругу, говорят, — вернула меня из моих мыслей Йора. Видимо, последнее я происнёс вслух. — И детей не было у них. Хотя, немудрено. Супружеский долг — процедура похуже истязания. Я бы тоже не горела желанием повторять её снова и снова, каким бы добрым и любящим ни был мой муж. Ой! Что это я? — заметив мою реакцию на её слова осеклась травница. — Мне об этом теперь даже думать не стоит. Деревенские парни на меня и тогда-то не смотрели, а после того как я уехала и вовсе…

— Погоди, — не удержался я. — Что значит похуже истязания? Мы точно об одном и том же говорим? — я, конечно, не был рабом сладострастия, но никогда не отказывался приятно провести время в компании красивой женщины. Тем более, что желающих скрасить мой досуг всегда было немало, и ни одна не жаловалась на процесс. 

— Конечно! — выпалила девушка так эмоционально, что выпустила из рук поводья и, в попытке их поймать, чуть не вывалилась из седла. 

“Была ни была!”: решил я, и всё же использовал на ней толику своей магии, придавая уверенности в управлении животиной. Йора тут же приосанилась и поудобнее устроилась в седле, без труда подхватив поводья рукой.  

Вот только для этого мне понадобилось проникнуть в её сознание и лишь слегка коснуться самых ярких воспоминаний травницы. И тут я понял, каким всё это время был идиотом. Она же практически открытым текстом сказала, что пережила трагедию, после которой замуж ей путь заказан. 

— Йора, — обратился к ней внезапно охрипшим голосом. — Твой брат ведь погиб не потому что пытался выкрасть это соглашение? 

Девушка испуганно посмотрела на меня, закусила губы и молча помотала головой. 

— Украсть его пыталась ты. И украла, — продолжил я, а она согласно кивнула. — Фрейм узнал, и тебе грозила смерть. 

Её глаза наполнились слезами, и она только что-то неразборчиво промычала в ответ. 

— Ты нравилась ему. Именно поэтому он приказал взять тебя и твою подругу в служанки. А когда ты оступилась, он решил совместить приятное с полезным, — озвучил наконец то, что мельком увидел в её сознании. Ещё бы после такого она не считала мерзостью то, что происходит между мужчиной и женщиной, когда те остаётся наедине.

— Почти. Сначала он заманил меня в свою спальню и принудил к…В общем сбежать от такого сильного мага я не смогла, — сказала она, вздыхая в который уже раз. — Соглашение я украла уже после. Потому что хотела отомстить. Брат узнал об этом, попросил господина жениться и поплатился жизнью за дерзость, — девушка гордо вскинула голову. — Но он ответит! За всё ответит. И за моё бесчестье и за смерть брата.  

— Ответит, обещаю, — впервые в жизни дал слово диала смертной простолюдинке. И почувствовал как внутри бурлит магия, готовая вырваться наружу и сделать из мага, обидевшего эту искреннюю и добрую травницу, не просто марионетку, а куклу без воли к жизни. 

Я понимал её брата. Стоило только представить, что кто-то насильно принудит МОЮ сестру к близости, пальцы до хруста сжимали поводья, а челюсти сводило от напряжения. Я бы не задумываясь убил за неё! Растратил весь резерв до капли, но заставил её обидчика пожалеть, как бы силён он ни был. 

Дальше мы ехали молча. Йора, погрузившись в свои мысли, я — занятый тем, чтобы не допустить преждевременного выброса магии. Нужно было сначала встретиться с Эргардом и решить свои дела, и только после заняться подонком Фреймом. 

Поэтому когда на горизонте показалась окраина столичного города, я всё же вернул девушке документ. Йора заулыбалась в предвкушении, а я понял, что просто не будет, потому что мысли о том, что с ней приключилось занимали всё моё сознание, не давая сосредоточиться на том, зачем я прибыл в Терсию.