Глава 25

Хлопок оказался таким мощным, что ладонь загорелась, а проклятый вампир даже не дернулся, только взглянул на меня с новой волной ярости и скривил губы.

— Сам виноват. Я предупреждала, кретин.

Хотела отступить от него, спиной прижимаясь к стенке и опираясь на нее всем телом, но колени подогнулись, и я начала съезжать вниз.

Кейн вышел из своего злого ступора и рукой припечатал меня к стене, сжимая окровавленное горло, которое невыносимо жгло.

— Я тебя убью, — процедил сквозь зубы, но я только хмыкнула.

В очередь, сын нехорошей женщины! Перед тобой очередь из твоих братьев, что видят во мне только пузырек с кровью, который пока нельзя откупоривать. Еще пара каких-то паршивых дней и меня подадут как горячее блюдо на ужин.

— Вперед. Мне пофиг уже.

— Идиотка.

Пальцы на шее расслабились, и этот... кровосос прижался губами к кровоточащим проколам, облизывая их как огромный пес.

— Ладно, я уже успокоился, — как не в чем ни бывало, сказал он. — Давай повторим, мармеладка?

— Да отвали же ты!

Трепыхаясь в его захвате, я попыталась избавиться от ненавистного общества, но вампир рассмеялся, разворачивая меня к себе спиной и недвусмысленно укладывая ладонь на мое бедро.

— Я не закончил, но очень настроен это сделать, так что продолжай вырываться, меня это возбуждает.

— Ну, хватит, — всхлипнула, осознавая, что бессильна.

Голова кружилась, шея болела, и слабость после оргазма давали о себе знать. Еще меня смущало, что мои вещи превратились в рванину.

— Хм, — хмыкнул мне в шею, — должна будешь.

— Перебьешься.

— Я тебя так затрахаю, что ходить не сможешь, поняла? — угрожающе прошипел он.

— Я тебя не хочу!

— Себе не ври, а? Метка-то красивая вышла, большая. Значит, что? Я красавчик, — самодовольно заявил Кейн, подхватывая меня на руки и забрасывая на собственные плечи. — Отдохнешь и отдашь. С процентами.

— Это еще с какими?

Коридоры вокруг запестрили, размываясь в одну смазанную картинку, и только когда я услышала хлопок двери, мир замер.

Мы оказались в какой-то темнице с черными стенами, запахом сырости и гробом.

Гробом! Открытым!

Первая мысль была о том, что Кейн решил меня заныкать и дождаться, пока я умру сама, от голода или нехватки воздуха. Здесь кричи не кричи, никто не услышит, судя по отсутствию окон, мы где-то в подвале.

И когда вампир начал аккуратно, но уверенно укладывать меня в ящик, я заорала.

— Аааа!

— И чего ты голосишь?

— Кейн! Не делай этого!

— Этого чего?

— Не оставляй меня здесь! Я обещаю, не буду тебе даже на глаза попадаться! Отпусти!

Но он только фыркнул себе под нос и силой вдавил меня в дно, забираясь и вытягиваясь рядом. Крышка над головой захлопнулась, и я испуганно икнула, вжатая немаленьким Кейном в стенку.

— Спи.

— Эээ...

— Это моя кровать. Спи, говорю.

— Но я не хочу! Выпусти меня!

— Если не хочешь, продолжим, на чем остановились, — сверкнув злыми глазами, сказал он, и я примолкла, но ненадолго:

— Меня Ранчо потеряет...

— Его проблемы.

Замолчала.

А что ему еще сказать? Он все равно не слушает! Подумала сбежать, когда он уснет, но вампир, будто прочитав мои мысли, тут же обнял меня, сжимая так, что плечо жалобно хрустнуло.

— Спать. Есть. Трахаться.

— Это весь твой план?

— Нет. Но подробностей ты не узнаешь.

Кто бы сомневался.

Ссылаясь на кровопотерю, на секундочку закрыла глаза, уткнувшись лбом в грудь Кейна, и неожиданно для себя отключилась.

— Костры! Костры! Эти твари опять точат колья!

— Каво? — спросонок я даже не сразу поняла, где нахожусь.

— Колья!— судорожно вскрикнул Кейн и вжал меня носом в грудь.

— Кейн! Проснись! Ты меня задушишь!

— Цсссс... — зашипел змеей он и, поймав мою мочку губами, легонько ее пососал. — Кошмар приснился. Рад, что это ты.

— Приятно слышать. Кейн, мне пора.

— На твоем месте я бы сейчас лежал и не двигался.

— Это еще почему?

— Снаружи ходит мой брат, Алиний, и он идет по твоему запаху, мармеладка. Он такой вкусный… Манящий… Я бы сам поехал головой, но все здесь и без этого уверены, что я уже давно съехал по фазе.

— Даже у меня сомнений нет, — тихонько буркнула я.

— Воот, а я о чем, — разочаровано вздохнув, вампир продолжил. — То, что я вижу это не сумасшествие, хотя иногда я считал, что лучше бы это было безумием. Это пересечения времен, сети реальности и каждый взмах бабочки, что своим крылом меняет ее. А их так много, и я не знаю, какую выбрать.

—  А какая тебе по душе? — на свой страх и риск спросила я, все еще вжатая в вампирскую грудь лицом.

— Та, в которой я могу украсть тебя. Все так чудесно, но я чувствую печаль и грусть. Не свою, разумеется, — уточнил он, и я едва не фыркнула. — Есть еще одна, она тоже привлекательна на мой взгляд.

— И что там?

— Хм… — задумчиво протянул вампир, рисуя пальцами узоры на моей коже. — Да, без сомнения! Оооо…

Меня пугала его заинтересованность чем-то эфемерным, в тот момент, когда именно я была рядом. Не знаю, насколько Кейн не здоров, но я чувствовала себя крайне странно в моменты вот таких его «приходов».

— Замечательная возможность, мармеладка!

— О чем ты говоришь?

— Я решил, какую нить мне стоит выбрать, и мне нравится итог, да, он превосходный, — с придыханием говорил он, разворачивая мое лицо в себе. Я, конечно, его не видела в темноте закрытого гроба, но не сложно было догадаться, где вампирская голова, а где все остальное. — Прямо сейчас, поцелуй меня, Элис.

— С чего ради? — нахмурилась я, не испытывая восторгов от придыханий вампира, который что-то задумал.

— Потому что с этого поцелуя начнется новая дорога, которую я продумал, целиком и полностью. Она прекрасна для нас.

— Нас?!

— Конечно, не думала же ты, что я теперь куда-то денусь? Неееет, у меня другой план. Сейчас сюда войдет Деймон, — шептал вампир, покрывая мое лицо крохотными нежными поцелуями, — он спросит тебя «Элис, что он с тобой сделал?», ты должна ответить ему «Запустил путь».

— Что? Не понимаю, — сопротивление против губ Кейна терпело поражение.

Вампир был слишком голоден, чему-то радовался с детской непосредственностью, чем пугал меня еще больше чем прежде.

— Просто повтори, что я сказал, — прошептал он, и Деймон, как и говорил Кейн, резко открыл крышку гроба, заставляя меня, сощуриться от хоть и тусклого, но все же света.

Секунду он молчал, разглядываю  нашу нестандартную парочку, укомплектованную в гробу, а потом снял с себя пиджак и накрыл им мое голое тело.

— Элис, что он с тобой сделал? — спросил он, и я напряженно сглотнула ком в горле, не понимая, почему так нервничаю.

— Запустил путь.

Голос дрогнул, а тело Кейна рядом затряслось от довольного смеха. Он закрыл свои холодные синие глаза и улыбался, позволяя широкой груди подниматься с каждым вдохом.

Мне стало просто страшно.