Глава 26

Я вылезла из гроба, поправила на себе пиджак и, сдув упавшие на лицо волосы, задрала подбородок, попав в объятия Деймона.

— Детка, ты же шутишь? — промурлыкал он, дорожкой щекочущего дыхания скользя по моему виску к щеке, дальше к уху и спускаясь к шее. — Иначе я сейчас запущу в тебя кое-что другое.

— И кажется, я уже чувствую — что, — сглотнула я, чувствуя упирающуюся в мое бедро знакомую дубину. — Ну или — кого. Не знаю, даете ли вы, вампиры, своим дружкам имена…

Деймон поднял лицо, чуть нахмурился, что сделало его совершенно неотразимым альфа-самцом, и переглянулся с Кейном. Не знаю, что сделал тот — закатил глаза, покрутил у виска или притворился мертвым, но уголок губ Деймона азартно дернулся.

— Тебя Ранчодас к этим смехотворным выкрутасам приучил?

— Господи Иисусе, давайте Ранчо сюда не приплетать.

— Что ты сказала? — Деймона оттолкнуло от меня, как от какой-то гадости.

Ух ты, батюшки, «Господи Иисусе» ему не понравилось.

— А что у вас на завтрак? — сменила я тему разговора.

Разочарованный утренним обломом Деймон отпустил меня и принялся дергаными движениями поправлять свою вампирскую рубашку, словно я измяла ее, пока он меня тискал.

— А что ты хочешь? — спросил он без особого энтузиазма. Типа — выбирай что хочешь, но у нас только квашеная капуста и пареная репа.

— Лобстера, — не растерялась я. — Но сначала в душ. А то я уже дважды в гробах повалялась. Почти то же самое, что в могиле побывать, — последнее я пробурчала под нос, чтобы снизить риск обидеть кровососов до минимума. Вдруг мне с ними еще детей крестить!

— Кейн, займись, — скомандовал Деймон, и я уже мысленно прикинула, как Кейн в костюме для дайвинга плавает на дне океана с гарпуном и подсекает лобстеров. Случайно хрюкнула, вместо красивого кокетливого хихиканья и поймала на себе полный боли взгляд Деймона. Кажется, теперь у него окончательно упал.

Вот и отлично, им же беднягам способствую не стереть стручки до ритуальной оргии, которая, надеюсь, не состоится.

— И самогоночки, — сказала я вслед уходящему из усыпальницы Кейну.

Он на секунду замер, обернулся и растерянно посмотрел на Деймона. У них головы словно стали прозрачными, и я видела, как внутри зашевелились заржавевшие шестеренки.

— Супер, — выдавил Кейн. — Только смотаюсь лет на двести назад… за аппаратом…

— Да я пошутила. Расслабься, милый, — усмехнулась я, проходя мимо него и ноготками проведя по его щеке и подбородку. А напоследок шлепнула его по упругой булке и подмигнула. Может, удастся его начисто лишить рассудка, и его братья займутся его душевным здоровьем, забыв о ритуале.

В поисках своей комнаты обогнула чертову дюжину коридоров, но наткнулась не на Ранчо, а на симпатичного, хоть и ушастого вампиреныша. Сначала решила, что прислуга. Едва не потребовала проводить меня. Да он опередил, представившись:

— Алиний, детка.

Нагло взял мою руку, поднес к своим губам и поцеловал. А пока я губами шлепала, обвил мою талию ручищей, притянул к себе и набросился на мои губы поцелуем — таким бешеным, будто решил высосать из меня весь воздух и душу.

Я замахала руками, едва ли не синея от недостатка кислорода, кое-как оттолкнула нахала и, вытирая губы тыльной стороной ладони, возмутилась:

— Совсем оборзел?! Еще раз прикоснешься ко мне, и я все расскажу Деймону. Не думаю, что ему понравится твоя инициативность. Не припомню, когда это он дал вам команду сосаться со мной по углам!

Алиний остолбенел, почесал затылок, чем дал понять, что выходец не из старой эпохи. Аристократ восемнадцатого века не вел бы себя по-пацански.

— Ты такая вкусная, что сложно устоять.

— А, вон оно чо, Михалыч! Наверное, у вас поэтому до сих пор все ритуалы проваливались? Ваши драаханки попросту не доживали до ритуала, вы их раньше до дна иссушали?

— Прости, — пискнул он таким виноватым тоном, что я даже растрогалась.

Вполне милый мальчик. Просто голодненький. Его бы причесать, приодеть, приласкать — и нормальная такая зверушка. Тапочки всегда принесет.

— Ладно, — смилостивилась я, поймав себя на мысли, что целуется Алиний неплохо. — Проводи меня в мою комнату, и я ничего не расскажу Деймону.

Глазки Алиния сразу заблестели, зубки обнажились за веселой улыбкой. Подставив мне локоть, он почти любезным кивком указал наше направление.

Пальчиками вцепившись в его руку, я прогулочным шагом пошла в указанном направлении и, не теряясь, заговорила:

— Слушай, Алиний, не подскажешь, что значит — запустить путь? Случайно услышала где-то, что-то вспомнилось.

— В смысле? — засмеялся он. — Ты не знаешь, что такое запустить путь? С какой ты планеты?

— Ну у нас в школах такое не преподают, — пожала я плечами как можно ленивее.

— Это типа эффекта бабочки, понимаешь? То есть запустивший путь уже знает, что произойдет в дальнейшем, и выбирает лучшее решение.

— Ясновидение, что ли?

— Считай, что так. Только в данном случае запустивший путь может влиять на ход событий.

Хреново влияет, раз лобстера не предвидел, подумала я, борясь с довольной ухмылкой.

— Вот мы и пришли.

Я узнаю знакомую дверь, и на сердце становится теплее, что за ней скучает мой Ранчо, в объятиях которого я снова ощущу надежность и веру. Мой сладкий вибро-заяц…

— Алиса??? — слышу я откуда-то со стороны, не успев открыть дверь.

Поворачиваю голову, и меня охватывает жгучей смесью эмоций от удивления до злости. Скрещиваю руки на груди и, исподлобья глядя на своего приятеля из сферы финансовой аналитики, «дружелюбно» цежу сквозь зубы:

— Раэлис Таасер!