Глава 1

Леакрэ

— Вернул беглянку?

Едва распознав мигающий на крошечной панели возле кровати сигнал вызова, я поспешил покинуть спальню и уединился в помещении с центральной управляющей системой «Эндорры». Она находилась в моих личных апартаментах, и доступа кроме меня сюда никто не имел. Впрочем, нет, теперь на это способна еще Арианна.

— Ты не пробовал синхронизировать время с режимом на моем звездолете? — недовольный необходимостью покинуть, наконец-то, уснувшую девушку, сразу дал понять брату, что он объявился в неурочный час. — Выдернул меня из кровати.

— Что-то не припомню прежде возмущений по этому поводу, — сухо отрубил он. — У меня тут одно космическое сражение за одним, так что будь счастлив, что я в принципе нашел время для беседы.

Я моментально насторожился.

— Эйшавый активизировались?

— Не больше чем обычно, — разуверил брат. — Это уже стало рутинными приграничными стычками. Абсолютный паритет сил — даже потерь почти нет с обеих сторон. Нелепое противостояние.

Да, наши воинственные соседи не жалеют безвольных ресурсов, вновь и вновь обращая против нас создания нашей же конфедерации. Поначалу, это даже создало проблемы, т. к. патрулирующий приграничный сектор крейсеры не атаковали корабли конфедерации, пусть даже и движущиеся из-за внешних пределов, полагая что они заблудились или сбились с верного курса. Именно тогда была самой высокой величина потерь в живой силе.

Печальный опыт сделал свое дело — сейчас уничтожается всякий космический объект, не реагирующий на нужные сигналы. Мы поняли, что для физического воплощения атаки эйшавый могут использовать только обитателей нашего же мира с их ресурсами, вынудив нас в итоге воевать против себя же.

— Мы старательно отслеживаем все пропажи и исчезновения кораблей любого класса в пределах конфедерации, но всякий раз эйшавый насылают на наш флот несоизмеримо большее количество атакующих объектов. Определенно, есть место и возможно не одно, где штампуют их.

— Угу. Причем силами конфедерации. И мы продолжаем безрезультатно искать. Как поразительно.

На лице брата не было и намека на озвученные эмоции, лишь легкая тень усталости.

— Не совсем безрезультатно. — поспешил я напомнить. — Придерживаемся моей стратегии. Я уже объяснял тебе, лишь позволив им проникнуть внутрь нашей защиты, сможем атаковать в ответ. Эту борьбу не выиграть силой. Экспансия неизбежна, все мы это понимаем. Вопрос лишь в потерях, которые окажутся приемлемыми.

— Рассуждая о потерях, ты помнишь, что тоже окажешься в числе потерявших. Твоя беглянка? Ты все еще уверен, что справишься? Родители очень переживают.

— Догадываюсь, — они единственные из нас кто способен на такие волнения. — И Арианна вернулась, сейчас уже спит. Я как раз наблюдал за ней, когда заметил твой вызов.

— Этот контакт не отследят?

— Нет. Я позаботился об этом. Система внутри системы, такой ее создал еще отец. В мой личный жилой блок никто не проникнет. Ты же лучше сам беспокойся о сохранении тайны.

— Я не отдал свой эниар женщине, — со значением в тоне откликнулся брат, сверкнув взглядом. — Ты наиболее уязвим из нас.

— Это было единственное в тех обстоятельствах, что я мог сделать, чтобы спасти ей жизнь.

— Ты уже объяснял, — сжатые до узкой линии губы брата выдавали его неодобрение. — Но это не умаляет угрозы. Землянка подчинена ей полностью?

На миг я задержался с ответом, что конечно заметил брат.

— Практически, да. Но она пытается сопротивляться. Мне так порой кажется, уж слишком противоречиво фонит ее сознание, а поступки… Я упомянул утром, что Ари покинула мое убежище с явной решимостью никогда не возвращаться? И решил выждать, понаблюдать, резонно рассчитывая на мотивацию Алади. И уже вечером она явилась сама.

— Так только хуже. Эта девушка выдержит?

— Сам беспокоюсь об этом. Сейчас перед тем как Ари уснула, попросил ее стать уступчивее, позволить богине верховодить во всем. Намекнул, что в ответ она получит больше свободы. Сейчас даже говорить со мной не способна — полагаю, проявленная накануне строптивость и ее демарш прогневили «патронессу». Но… не уверен, что она сможет уступить. Богиня вынуждает ее делать именно то, что не свойственно Ари по своей природе, противоречит ее сознанию, пусть она и не способна осознать причин своего протеста, но борется инстинктивно.

— Ты все еще распознаешь в ней дейрану? Даже с учетом присутствия чуждой силы?

— Да. Осознаю это как неизменную данность.

— Но Алади в любой момент может заставить ее использовать эниар. Почему до сих пор она этого не сделала?

— Причин, наверняка, множество. Это же совершенно иное мышление, другие категории перерождения. Возможно, она опасается навредить себе, доподлинно не зная всех процессов, связанных с первородными. Пока она пробует, ищет способ спровоцировать меня собственными силами. Вернее, силами Ари.

— Как только осознает, что способ лишь один — тебе придется очень сложно. И помощи не будет. Почему ты уверен, что справишься? Отец сказал, противостоять невозможно — ты изменишься, чувства и страсть обрушатся лавиной.

— Чувства отца не подписывали маме смертельный приговор. Какой у меня есть выбор? Только справиться с собой.

— Ты не убедил меня — слишком зыбкие аргументы.

— Убедил или нет — какая разница? Все мы осознаем, что это новый этап, эволюция неизбежна. Или станем совершеннее, или останемся в прошлом. В любом случае, так случилось, что это моя проблема. У тебя эйшавый под боком, разбирайся со своей частью задачи.

— Кстати, о них, ты же не забываешь контролировать курс?

— Не беспокойся, я не беспечен. Тут относительно безопасно, сердце системы под моим контролем, Ари тоже рядом. Днем, когда она ушла, мелькнула мысль, что Алади решила сделать из нее заложника. Но… планы богини идут другим путем.

— Именно. И мы и близко не представляем каким.

— Вообще-то, представляем.

— Строим догадки. Но у каждой из сторон может быть свой хитрый план. Не попадись в ловушку, брат. Помощи не будет. Сколько не первородных неймарцев на «Эндорре»?

— Трое. Но второй помощник все еще в коме.

— Но ты ощущаешь его сознание?

— Да.

— Как и Осолии с Найгуром?

— Определенно, иначе.

— Ясно. Надеюсь твои рассуждения верны.

— У меня есть задумка. Хочу предложить Арианне повлиять на него? Заставить выйти из этого состояния.

— Арианне? Алади ты хочешь сказать? Позволишь ей подобраться к Тергю, пока он беззащитен? Очередные потери, брат, которые ты готов допустить?

— Нет, все будет под контролем. И иного способа проверить гипотезу нет.

— Пусть твоя самоуверенность не доведет нас всех до беды.

— Давно ли ты стал так пуглив?

— Наверное, это зависть, — с усмешкой.

— Проблем с эйшавый тебе недостаточно? Желаешь покрутиться и на моем месте.

— Тут другое. Как бы все не было сложно, но ты нашел дейрану.

— Что ж, и твое время придет, как твердит мама.

— Да. — сухо кивнув, брат на миг посмотрел куда-то за пределы экрана. — Засекли очередной объект, пойду проконтролирую нейтрализацию. Подчиняющего влияния эйшавый никто не отменял, только неймарское сознание эффективно противостоит ему.

Пока противостоит…

И всякий раз мы с братом спорили о моем выборе. Продолжая сидеть в кресле и бездумно всматриваясь в экран, я невольно вспомнил предыдущий разговор.

— Сознанию под силу изменить реальность. Я когда-то уже сказал Ари об этом, но она не услышала, — тогда пожаловался я брату.

— Да, с землянами это бывает постоянно. Как тебя угораздило распознать в ней дейрану, меня не отпускает эта мысль?

— Заметил, ты твердишь мне ее неизменно. Почему ты о родителях такого не думаешь?

— Они странная случайность, которая только подтверждает печальную данность.

При этом брат состроил довольно выразительную физиономию: чудаки.

— Вот посмотрю я на тебя, когда найдешь свою женщину.

— Точно, она не будет с Земли!

— Я даже посмеюсь, если ты ошибешься.

Брат скептически поджал губы, явно решив, что на этом тема его брачных перспектив себя исчерпала.

— А что с гирденцией?

— Отдал ее Ари.

— Зачем? Мало от Оболтуса натерпелся? Что если она не сможет контролировать питомца? И в итоге ты получишь непредсказуемую, способную размножаться и игнорировать всех и вся проблему. Это в дополнение к уже имеющимся.

— Предвижу, так и будет. Она не восприняла его серьезно. Но выхода не было, боюсь, что Ари очень одиноко в последнее время.

— Ты в отношении этой девушки сам на себя не похож. Щедр до абсурда: и эниар, и гирденция, и даже свою суть на откуп ее прихоти не пожалел.

— Ты же понимаешь, все что с ней стряслось — моя вина.

— Не переоценивай себя. Она могла бы спокойно последовать тем путем, что ты приоткрыл. Но предпочла протест и очевидные глупости. И сейчас своему одиночеству может предпочесть тебя, но продолжает пестовать его, полагая своим единственным выбором.

— Это от неуверенности в себе. С самого начала я понимал, она не верит в себя. Поэтому и меня не может принять в качестве свей пары. Просто не понимает, что это возможно. Реально даже.

— Мама хотя бы доверяла отцу. Пусть и не сразу, но когда их отношения стали реальностью… А между вами пропасть. И что ты будешь делать?

— Ждать пока она научится понимать себя. Когда-то это у нее было. Что я еще могу?

— Алади ждать не станет. Для нее зрелость послушницы роли не играет. Пока Ари отбросит все ненужное и осознает значимое, богиня уже найдет способ до тебя добраться. Тем более, далеко искать не надо.

Помолчав недолго, признался:

— Так уж сложилось, именно моя дейрана стала орудием этой борьбы. И для нее эта участь слишком трудна. Я… часто сожалею о том, что допустил нашу встречу, сделал Ари неизбежной мишенью.

— Мама бы расстроилась, узнай она об этом.

— Знаю. Она склонна ожидать от собратьев большего.

— А ты не склонен? Совсем не рассчитываешь на девушку? В чем тогда смысл твоего ожидания?

— Я очень даже на нее рассчитываю, ты совершенно не прав, брат! Напоминаю, я осознаю ее так отчетливо, словно часть себя. Пришло время для нас узнать друг друга. И я добьюсь ее доверия, для начала.

— И ты думаешь об этом сейчас? Когда эйшавый так сильны?

— Для меня Ари действительно важнее.

Брат чуть подался назад, коснувшись затылком спинки кресла. Некоторое время он сверлил меня знакомым с детства взглядом, означавшим: как бы понять, что творится в его голове?

— Ты же знаешь, как важна осторожность? Ты все контролируешь? Малейшая деталь, крошечный промах, и…

— Да. Не волнуйся.

Обменявшись сухими кивками, мы разорвали связь.

Следуя собственным словам, я заглянул в личный и подвластный только мне системный центр управления всеми процессами корабля. Привычно сверив курс и все показатели полета, зафиксировал для себя данные. Поступать так стало уже рутинной привычкой.

Мысли же в это время крутились вокруг Ари и нашего прошлого опыта отношений. Год с небольшим назад все было иначе. Тогда я уходил из ее дома изгнанный и проклятый, совершенно не понимая в чем причина ее гнева, даже ненависти… Тот котенок, я спас его, осознанно избавил от мук. И сейчас поступил бы так же. Но для Арианны тот случай словно стал пограничной чертой. Пропастью, что разделила жизнь на «до» и «после». Изменила ее.

Тогда уходя в ночь, я пытался решить для себя стоит ли и дальше настаивать, цепляясь за ту, что столь очевидно не желает этого. Как и все земляне действует по принципу: если не можешь что-то получить, то лучше это разрушить. Вот только Ари и сама толком не осознавала к чему так отчаянно стремилась. И от чего бежала. Бежала, выставляя колючки наружу и всякий раз отгораживаясь от мира в укромном пространстве своей раковины.

Но я это понял сегодня.

Дело в одиночестве. В том, что живет глубоко в ее сердце, сокрытое от всех и медленно расползающееся холодом ожесточения по ее душе. Душе, которая должна была родиться не в этом месте и не в это время. Душа мечтательницы и бунтарки. В этом вся проблема с землянами!

И душа ее так отчаянно жаждала ощутить родственный отклик, согреться в тепле понимания и близости, что не способна была довериться, осознать верный путь. Девушка, которая боялась сама себя. Той силы чувств, нерастраченной любви, нежности и надежды, что сокрыты так глубоко в ее сердце.

Почему она стала такой? Почему перестала открыто мечтать о звездах, как когда-то в детстве?..

В тот вечер я уходил с мыслями об ошибке. Пусть и знал, что она именно та самая, предназначенная мне женщина. Но одновременно и понимал, что ее словно поразил необратимый недуг, разъедающий сознание и ожесточивший душу, изменив до неузнаваемости, искорежив и превратив в кого-то… чужого.

Сделаю ли я очередной шаг навстречу? Имею ли право? Снова сам попробую достучаться до ее сознания? До ее сердца, как привычнее полагать землянам. Решу ли хотя бы позвонить ей вновь?

Но ответ нашелся сам. Утром Арианна впервые первая связалась со мной.

***

— Мм… Леакрэ, — бойко с немного натянутой улыбкой произнесла она, едва экран визосвязи в номере отеля, где я остановился, просветлел. И тут же сбившись замолчала, словно забыла все что намеревалась сказать, едва увидев меня. Или так непривычно оказалось обращаться ко мне неофициально? — Прости за вчерашнее.

Собравшись и пробормотав последнее, девушка отвела взгляд.

— Да. Я понимаю.

Что еще можно ответить? Уж точно не озвучить мгновенно зародившееся подозрение, что сегодняшнюю ночь не только я провел в размышлениях.

— Ты можешь прийти сегодня к нам? У меня выходной. — Ари продолжала тараторить, словно повторяла заранее заученный текст. И лишь изредка бросала на меня прямые взгляды, чаще поглядывая по сторонам. — Проведем его вместе. Как… как жених с невестой? Ты был прав, нам необходимо узнать друг друга лучше.

Неожиданно. И такой поворот породил массу вопросов. Все они, большей частью, не предвещали чего-то хорошего. Ее слова не соответствовали ни характеру, ни убеждениям нынешней Арианны. Я больше обрадовался бы утренним упрекам, продолжавшим ее вчерашнее возмущение.

— Скоро буду.

Едва предупредил, как с натужной улыбкой собеседница отключилась, оборвав вызов. Собираясь на встречу, никак не мог отделаться от убеждения: планы на сближение с будущей дейраной осуществить не удастся. Образ девочки, что отпечатался в сознании, оказался далек от нынешней Арианны.

— Расскажешь мне о себе?

Удивительные перемены продолжились. Едва я переступил порог родительского дома своей избранницы, как был с очевидным смущением утянут хозяйкой в комнату. А там она усадила меня на диван и… уселась рядом. И это после того как всячески избегала приближаться ко мне, сторонилась прикосновений и категорично отвергала любой намек на перспективное супружество? Интересно.

— Что бы ты хотела узнать?

Спросил спокойно и максимально доброжелательно, не желая разрушить впервые с момента повторной встречи ставшую конструктивной атмосферу между нами.

Прислушавшись к разрозненным и в чем-то смятенным импульсам женского сознания, уверился: Ари выбрала для себя линию поведения. Определилась с приоритетами и планами на жизнь? Возможно, обсудила свои сомнения с отцом и будет придерживаться линии на сближение?

Это было бы разумно, очень здравомысляще. Но именно поэтому такой вариант пришлось сразу отвергнуть. Эта земная девушка, как и большинство ее соплеменников, опиралась на чувства и эмоции, принимая решения. А если учесть ее вчерашнее состояние, то сегодня она не способна была бы так кардинально поменяться. Значит? Усыпляет мою бдительность?

Мысленно я улыбнулся, решив самонадеянно позволить ей это. Сменю напористость на выжидательную тактику. Становление семейной связи — это не тот вопрос, где уместна спешка.

— Мм… — она немного подумала и… склонила голову мне на плечо! — Столько всего, масса вопросов в голове. Пожалуй, начну с простого. С предпочтений в пище?

Покосившись на ее макушку, отчетливо осознал, что страх перед моей близостью не исчез. Но она пыталась сейчас подавить его, заставив себя прижаться к мужчине, что действительно пугает ее. Однако, какие старания!

— Я всеяден. Вот серьезно, как-то не привык в этом вопросе привередничать. Белки, жиры, углеводы — не важно, что и в каком виде есть, главное их наличие. Земная пища мне хорошо знакома, думаю объяснять почему не требуется. А что же нравится тебе?

На миг Ари оцепенела, но быстро собралась и встрепенулась, избавившись от мимолетной скованности.

— Нет, нет, обо мне не будем. В самом деле? Со мной все прозаично и обыденно.

Вот это тоже плохой признак! Осторожно отстранившись, я перехватил девушку за плечи, дождавшись пока она неохотно поднимет на меня взгляд.

— Не думаю, что стоит мне уделять больше внимания. Будем искренни друг с другом, чтобы научиться понимать? Мне так же интересно узнать больше о тебе. Не оставляй меня с ощущением, что и сейчас разделяешь нас, превознося меня и принижая собственную значимость. Если уж стараться понять друг друга, то прежде надо научиться равноправному партнерству?

Как зачарованная, Ари смотрела на меня все то время, что я говорил. Но едва замолчал, как она опустила взгляд.

— Да… Я буду стараться. Но мне… сложно сразу так… привыкну постепенно.

— Понимаю. На счет «сразу так», сегодняшнее твое предложение — самое неожиданное, что мог преподнести день. Ты удивила меня. Спасибо, что решила дать нам шанс. Неожиданно, особенно после вчерашнего случая.

Дам повод объясниться — нельзя оставлять такие болезненные эмоции невысказанными.

— Котенок? — плечом привалившись к спинке дивана, Арианна притянула колени к подбородку и обняла их руками. Затем бросила на меня удивительно трогательный взгляд. — Я похоронила его у дерева за домом.

Молча слушал. Это пристрастие землян придавать такую значимость ритуалам, призванным ознаменовать смерть, никогда не понимал. Они одновременно верят в наличие души, но на деле куда больше превозносят тело.

— Мне надо извиниться? За вчерашний гнев?

Вновь стремительный взгляд на мое лицо и быстро опущенные веки. Но ранимость и толику грусти в глубине ее глаз я заметить успел.

— Нет. Я понимаю, что шокировал тебя. Достаточно знать, что ты успокоилась и поняла.

— Я… поняла.

Пустые слова. Сознание давало четкий сигнал: она так и не приняла мой поступок. Что ж, остается надежда, что со временем сможет.

Ненадолго мы замолчали, размышляя каждый о своем.

— Леакрэ?

— Мм?

— Это же не ошибка? Твой приезд? И это… предложение мне быть с тобой? — немного покраснев, Ари склонилась лицом к коленям, пряча от меня глаза. — Я… серьезно тебе нравлюсь?

— Не ошибка.

— Странная убежденность. Разве можно быть уверенным в… чувствах?

— В чувствах? Точно нет. Но тут другое, это больше, это осмысленнее. Просто доверься мне — ты будешь счастлива рядом. Пусть тебе и не верится в это сейчас. Я понимаю, как это пугающе — такие кардинальные перемены. Но если ты прислушаешься к голосу разума — поймешь, что я прав.

— Голосу разума? — она невнятно переспросила, как если бы именно эти мои слова удивили ее больше всего. Или задели?

— Звучит непривычно?

— Как-то бесчувственно. — она призналась, слегка пожав плечами и опустив взгляд. Голос звучал глухо. — Без обид, но ты не похож на влюбленного. И это меня… беспокоит.

— Когда узнаешь меня лучше, ты поймешь, что сдержанность не признак отсутствия интереса. Скорее данность моей натуры.

— О, так ты просто себе на уме. Тогда понятно.

— Значит, тебя больше не пугает необходимость стать моей… невестой?

— Не знаю. — тут Ари точно деликатно ушла от ответа. — Но я решила узнать тебя. Ты можешь жить у нас, отец не будет против. А мне… я так быстрее привыкну.

— Ко мне?

— Да. Буду наблюдать как ты ешь, как спишь, говоришь с моим отцом, стану гулять с тобой, держась за руку, даже решусь поцеловать, покажу красоту и уникальность своего мира. И буду расспрашивать и расспрашивать тебя обо всем! Я же верно придумала? Так мы сблизимся… жених?

— Попробуем.

Сомнения мои лишь крепли: будущая дейрана что-то задумала. Но с другой стороны намерения Ари совпадали с пожеланиями мамы, буду следовать им.

Да, сегодня она сама не своя. Но никто не может измениться в одночасье. Крошечные изменения заметны не сразу. Они копятся день за днем и однажды лавиной выплескиваются наружу. Гибель котенка стала лишь поводом проявиться переменам. И мне полезно будет присматривать за ходом «ломки» сознания лично. Переехать сюда — хороший вариант. Как и проводить вдвоем больше времени. Сейчас я готов был аплодировать Ари. Осталось дождаться, когда она поймет, что оба мы не идеальны. И от нее я не жду идеальности!

Чего она ждет от меня? Ей непонятны мои намерения? Конечно, для нее все это слишком неожиданно и нелогично. Слишком быстро! Только вот времени у меня нет, и возможности объясниться пока — тоже. Понимаю, что она просто не поймет, не услышит. Не пожелает услышать.

Остается стать тем, кто понятен ей? Неужели, вести себя как землянин? Нет, нет смысла обманывать ее, создавая иллюзию другого мужчины. Но… я могу ухаживать как ее соплеменники? Это не должно ее напугать, оттолкнуть?

— И чем займемся?

Арианна придвинулась теснее и, не отводя от меня настороженного взгляда, немного робко взяла за руку. Расслабившись, позволил ее пальцам переплестись с моими. Плавно, словно ожидая что я отстранюсь, поднесла мою ладонь к лицу и потерлась о нее щекой.

Жест удивил, но одновременно и отозвался в сознании правильностью происходящего. Спокойно наблюдая за своей избранницей размышлял об ощущении тепла, что подарило ее прикосновение. Когда и она поймет, что мы подходим друг другу и примет дар моего выбора, позволив мне тем самым проявить отклик полный чувств. Заручившись ее доверием, смогу открыться и сам, рассказав про эниар, про первородность. Только надо убедить Ари поверить в меня.

— Приготовим вместе обед? Сделаем приятное твоему отцу?

— Обед?! — замерев, Арианна ошеломленно уставилась на меня. Во взгляде ее промелькнула обида. — Ты совсем бесчувственный что ли? И говоришь, что я тебе нравлюсь? И при этом, когда я напрашиваюсь на поцелуй заводишь речь об обеде?

На миг опустив взгляд, позволил губам чуть дрогнуть в намеке на улыбку.

— А ты предпочитаешь поцелуй? Что ж…

Робость никогда не была свойственна мне. Так и в тот раз, уверенно, но не слишком спешно, давая избраннице передумать, притянул девушку к себе. Чуть склонившись очень медленно приблизил свои губы к ее и коснулся стремительным легчайшим поцелуем. Ари вздрогнула, не сумев совладать с собой, лишь подтвердив то, что я и так ощущал в ее сознании — сумбур и страх. Она так старательно скрывала панику, что царила в ее голове, так явно следовала выбранному плану. Зачем?

Но если ей так проще? И если эта попытка преодолеть страх передо мной поможет ей принять меня? Я могу сделать вид, что верю ей.

— Говори мне чего ты хочешь, невеста? Я мысли читать не умею.

Знает ли она какой смятенный у нее сейчас взгляд? Ха! Решила поразить меня своей смелостью, даже назвала женихом. Но сама и близко не готова представить меня в этом качестве. Но при этом такая задира, что решилась поиграть со мной и запутать. Восхищение — это новая для меня мысль, новое знание о ней. Знание, что усиливает интерес.

На миг зажмурившись, она выпалила.

— Я бы хотела нормальное свидание. Извини за те, что были прежде. Мне в самом деле стало интересно, как должна чувствовать себя девушка, если ее парень… ну, супергерой, наверное. По меркам Земли ты кто-то подобный. Пока у меня не очень-то выходит, но утром я решила, что попробовать можно? Ведь, даже неймарец не заставит меня поступить против своей воли, если в итоге решу, что не смогу рядом — не заставишь выйти замуж. А пока представлю, что я — героиня фильма и подружка самого невероятного парня на Земле.

— Что если я украду тебя и никогда не верну? Придется выходить. — невольно я подмигнул Ари, увидев в миг вытянувшееся лицо девушки. На самом деле она размышляла о такой вероятности? Страшилась ее? — И да, обещаю тебе, у нас будет нормальное свидание. Однажды.

— Это невозможно. — Она отвела взгляд. — На Земле уж точно, тут ты моментально становишься эпицентром внимания. И это… все усложняет.

— Думаешь, девушкам супергероев приходится просто?

— В кино они обычно тоже не так просты, умеют удивить неожиданным сюрпризом.

— Что ж, придется открыть в тебе скрытые таланты.

Уверенно перехватив ее ладонь, обнял своими руками. Идея с прикосновениями мне понравилась — будем вместе привыкать, учиться чувствовать друг друга. Раз уж ей удалось удивить меня сегодня…

— Значит, обед? — не сразу, но Ари отстранилась. Но я осознал важность и этого мгновения — надо запомнить каждое, их должно становиться больше и больше, это станет знаком того, что мы идем вперед — навстречу друг другу. Пугать — последнее что я желал в отношении этой девушки. Поднявшись она кивнула в сторону кухни. — Ты хоть знаешь, как готовить?

— Прежде чем задавать такие вопросы, вспомни кто моя мать?

— О! Как я упустила из вида этот момент! Мать супергероя! Вот в чем вся суть легенды, она знает секрет воспитания супергероя?!

— Придется мне соответствовать твоим представлениям…

— Трудно придется?

— Еще как. Надеюсь, не отрежу себе палец.

— Бедняга. Но делать нечего, за эту ночь я убедила себя стать невестой супергероя. Попытайся хотя бы…

Потянувшись, поднялся, бросив быстрый взгляд на показатели маршрута. Надсистема управления «Эндоррой» четко фиксировала все происходящее на корабле. Пора вернуться к своей спящей дейране. Почему вдруг мне вспомнился именно тот день на Земле?

После него было много других дней, которые мы провели рядом. Жили в одном доме, иногда засыпали рядом на диване, вместе что-то читая, рассматривая и споря до изнеможения, даже гуляли вдвоем, правда, всегда ночами и в каких-то по возможности нелюдных местах. И даже снова начали разговаривать о звездах… Мы старательно шутихи и баловалась, всеми силами избегая острых углов. Мы старались казаться друг другу не теми, кто есть на самом деле, скрывали порывы и следовали шаблону, что приняли оба, даже прекрасно понимая, что он — лишь игра.

Ари удалось отвлечь меня, обмануть и сбежать. Или я сам был готов обмануться и почему-то позволил ей это сделать?

Прежде чем отправиться в спальню, заглянул к гирденции. Надоедливый потомок Оболтуса обнаружился в экстазе покачивающимся в своем горшке. Даже беглый взгляд подсказал мне — питомец изрядно разросся, а прошли сутки с небольшим. Значит, и тут проблема неизбежна. Эх, Ари…

Приняв случившееся как данность, я развернулся в направлении, в котором особенно и вопреки всему хотелось идти — к ней.

— Теперь права на ошибку нет, — немного понаблюдав за беспокойно спящей девушкой, опустившись на кровать и склонившись к ее лицу, шепнул очень тихо. — Ты доигралась.

Мои губы застыли в паре миллиметров от лица, испещренного голубоватыми узорами. Конечно, я не мог причинить своей женщине боль. Впрочем, в будущем мне неизбежно предстоит сделать это. Больше никакого притворства — нам предстоит увидеть друг друга настоящими. Сочтет ли она меня жестоким, уверившись в природу карателя? Приму ли я ее трусость, признав, что это неизбежное непонимание себя и неспособность бороться за нас? Ни один из нас не идеален, увы.

Чем дольше тепло моего дыхания соприкасалось с ее кожей, тем сильнее тускнели злополучные узоры силы на щеках жрицы, призванной донести до меня волю Алади. Богиня отступала, скрываясь и таясь где-то в глубине тела своей земной пленницы, предлагая мне то, что — и она это знает — я желаю вернуть.

Приманка должна быть достойной. Ради чего-то иного добыча не войдет в капкан. Смогу ли я избежать ощущения схлопнувшейся позади клетки?

Алади открыто предложила мне свою жрицу, отринув собственные же правила. Может ли быть, что наши цели на данном этапе совпадают? Вздохнув, я медленно поднес ладонь к лицу Арианны, желая отвести мешающую ее дыханию прядку. И заодно проверить…

Пальцы поначалу почти невесомо и осторожно, но затем более уверенно скользнули по скулам ничего не подозревающей девушки.

Да, сомнений нет, я могу коснуться ее в любой момент. Пока… Пока это в интересах Алади. Пока капкан не сработает, и беспечная влекомая манящим даром добыча в него не попадется.

— И только ты спишь и ничего не знаешь, — расхрабрившись и коснувшись ее губ мимолетным поцелуем, тихо шепнул избраннице. — Так бесстрашно спишь в окружении чудовищ. Какое же из них сожрет тебя, малышка, что мечтала о звездах?