Глава 10

Арианна

Словно вынырнув из затяжного кошмарного сновидения, я какое-то время силилась понять, что случилось? Последнее осознанное воспоминание казалось странно размытым. Тепла присутствия неймарца я не ощущала. Зато в полной мере могла прочувствовать присутствие Алади…

В моем теле бушевал смертоносный смерч. Ледяная сила, на удивление преисполненная злостью, сжалась в тугие кольца, взвиваясь внутри с ужасающей мощью. Словно разрушительная воронка после неведомого взрыва. И я отчетливо ощутила — причина запредельного недовольства богини не кто иной, как Тьер-Тенг. Но что он сделал? И что вообще случилось, почему я не помню ничего такого… значимого? Явно не его упрямые и в чем-то уже ожидаемые попытки себя контролировать так взбудоражили этот холод? Но богиня же готова была выжидать?.. И сам неймарец признавался, что долго сопротивляться не сможет!

Внутренним толчком своей воли Алади заставила меня распахнуть глаза. И это стало первым пусть и крошечным движением. Словно бы я, не помня себя, на пределе сил пробежала целый марафон. И сейчас каждая — абсолютно каждая — мышца в моем теле мучительно болит, взывая к разуму, допустившему такую фатальную перегрузку.

У меня случился провал в памяти? Но как я не напрягалась, пытаясь разобраться в воспоминаниях, ничего вразумительного в них не находила. Последнее, что помнила до пробуждения в нынешнем жалком состоянии и вовсе были уверенные объятия неймарца, прикосновение его лица к моим волосам… Алади же стремилась именно к этому? Все, как это не ужасно, шло согласно ее планам? Почему же монструозная сила сейчас так бушует, немногим не закипая от гнева?.. Невероятно… и непонятно.

Но мое смятение, как и мучительные ощущения от мышечных спазмов не волновали богиню. Глаза нужны были ей, чтобы наблюдать… за капитаном. Странно, она заставила меня буквально впиться в него взглядом. Лицо мужчины было так близко, позволив мне осознать собственное положение. Определенно я лежу, а он наклонился ко мне. И тут запоздалым осознанием пришло ощущение крошечной искорки боли — он коснулся моей ладони?

Значит, я снова «неприкосновенна»?

— Ааа…

Очередной ментальный удар плетью чужой воли — словно на тело плеснули кипятком. Забыв о ноющих мышцах, я рывком подскочила на месте, одновременно хватаясь руками за горло. Кричать стало — больно.

Смотрела только на него! Этого желала Алади, этого сейчас жаждала я. Мне страшно, и глаза — единственный способ сообщить об этом мужчине, сейчас единственному во вселенной от кого я отчаянно надеюсь получить помощь. Даже защиту! Спасение? Или… я заблуждаюсь? И в моих глазах сейчас — ледяная безмятежность замерзшего озера? И Леакрэ не сможет увидеть и понять мою мольбу, поверит и в мое предательство?..

Вокруг, определенно, что-то происходит. Невольно я подмечаю тени — кто-то еще движется в этой каюте. Слышу голос. Чужой! И тут же понимаю — Найгур. Но что он говорит я не слышу — все застилает шум стучащей в ушах крови. Это не мешает мне подобно марионетке, вовсе перестав ощущать свое тело, так же резко подняться на ноги. В тот же миг кусок укрывавшей меня грубой ткани упал, а свет вокруг померк. Я узнала уже знакомое явление — карминового красные крылья неймарца обвились вокруг моего тела, укрывая его от всех.

— Отпусти, я ухожу!

Мои губы двигались, безлико произнося фразу, которую вложила в них Алади. Она же заставила меня вырываться. Одновременно я поняла, что Леакрэ так тянет время и… пытается под пологом из своих крыльев натянуть на меня какую-то теплую одежду. Откуда она у него? А сам неймарец как и прежде в одних брюках.

Удивительный мужчина — даже я сейчас не способна думать о собственном облике. Тем более, испытывать стыд или мерзнуть. Когда боишься до смерти — смущение и волнение о впечатлениях других не кажутся достойными внимания.

— Куда и зачем? Не беги отсюда.

Он точно бормочет это, чтобы выиграть пару секундочек. Но таким тоном, что моя душа разрывается на части. Сигнал мне? Намек, что он понимает? «Слышит» мои беззвучные призывы о помощи? Или я схожу с ума в плену дурманящих иллюзий, обещающих шанс на спасение?

Не понимаю его…

— Я ухожу на второй звездолет.

Вновь мои губы безразлично и так несоответственно дерганным движениям измученного тела озвучивают целеуказание от богини.

Ничего хорошего в этом приказе нет — даже по прежним намекам неймарца, я поняла, что там ждет что-то страшное. Значит, богиня изменила планы? Ей больше не нужен это ребенок? Или…

— Пойду с тобой, если поведешь.

В отличие от Алади, я не сразу понимаю, о чем ответ капитана. Но когда, спустя секунды, ледяные узоры на коже меркнут, а Тьер-Тенг хватает мою ладонь, выпуская из-под полога своих крыльев, догадываюсь — его условие в том, что мы пойдем, держась за руки?

От этого на душе становится и радостно, и горько одновременно. Да, если входить в какую-то космическую версию «пещеры кошмаров», то лучше с ним. Тут я эгоистично малодушна, ужас сильнее желания помочь мужчине, которого я прежде понимала неправильно, мужчине, которого втянула в огромную беду. Но… в силах Алади моментально лишить нас и этой иллюзорной свободы.

Богине до моих переживаний дела нет, едва ладонь Леакрэ стискивает мою, она заставляет решительно двинуться к выходу. Или тому, что прежде было выходом… Кажется, кто-то с нечеловеческой силой просто вырвал эту на вид прочную дверь, смяв в комок как бумажную салфетку. Это прошло мимо меня?!

И тут неймарец вновь поразил, переключил все внимание на себя. В такой момент не позволил отступить, безропотно подчинившись довлеющему надо мной кошмару. Оказалось, достаточно его легкого рывка, и я со своим неспособным противостоять силе человеческим телом отлетела назад, чтобы врезаться в мужскую грудь. Оказавшись в кольце его рук, растерянно подняла голову, желая понять: зачем?

Ответ пришел без слов. Ответ в его стремительно приблизившемся лице, в твердых губах, пленивших мои. Такой несвоевременный, нелепый и, наверное, неуместный поцелуй. В чем-то сбивающий с толку и раздражающий даже Алади. Поцелуй-обещание? Поцелуй-признание? Поцелуй-утешение? Или намек мне: любовь победит все, просто доверься?

Любовь? Почему вдруг в голове всплыло это слово. Посреди хаоса паники и вакханалии неприятностей? И рядом с тем, кто прежде казался… воплощением неприязни, олицетворением неприятия? Сам был моим ожившим страхом?

Или я предчувствую печальный финал, расставание навеки? И, как говорят, в такие моменты вижу всю свою жизнь в новом свете? И начинаю понимать то, что прежде не замечала. Или не хотела замечать…

На какие-то секунды — бесконечно длинные мгновения — исчезает даже давление Алади. Словно у меня и вовсе нет тела, оно и не нужно мне. Как и ему… Такое теплое, сокрушительно реальное и по-настоящему живое прикосновение. Мои губы и его… И целый шквал неожиданно согревающих чувств. Благодарность, облегчение, умиление, радость, но главное — нежность. Какая-то запредельная и переполняющая до предела нежность. Я словно эликсир жизни пью ее с его губ, и тут же отдаю назад, стремясь поделиться самым ценным. Кажется, наши души сейчас взвиваются над взбунтовавшимися в протесте телами, кружатся в чарующем танце восторга и откровения, игнорируя всеобщее ошеломление.

Впрочем, этот праздник чувств не угоден здесь никому. Восхитительный образ разлетается на осколки, когда тело неуклюжим рывком отступает в сторону. Меня вновь отрывает от этого мужчины, унося в неизвестность. Но на сей раз, это происходит вопреки моему желанию.

Делая повторный шаг к выходу, продолжая тянуть за собой Леакрэ, вдруг ощущаю легчайшее пожатие. Простой жест ободрения и поддержки. Но для меня он так значим, так о многом говорит… Сердце взорвалось жаром сильнейших эмоций. Вдруг, я поняла, что прежнего страха нет. Как если бы с поцелуем мой невероятный эксжених отдал мне и львиную порцию своей силы духа, уверенности.

Конечно, неизвестное будущее и жутковатые планы Алади все так же страшат. Но сейчас я вижу все в новом свете. Кажется, понимаю… даже не понимая толком. Но точно знаю, что обязана просто довериться Леакрэ и поддержать, чем возможно.

Прежде чем я успеваю осознать это, моя ладонь в легчайшем движении сжимается в ответ. Как, если бы я не чувствовала собственного тела? Импульс недоумения взвился внутри — богиня тоже поражена крошечным неповиновением?

Тут же все мысли о случайности вылетели из головы — мы, ведомые моим целеустремленным продвижением под контролем Алади, преодолеваем коридор и оказываемся в одном из больших залов «Эндорры»… сейчас битком заполненном членами экипажа. И все они неподвижно, подобно замерзшим статуям стоят, как-то даже лениво и безучастно наблюдая наше путешествие.

Испугавшись в первый момент, я пыталась понять, усердно всматриваясь в лица, ища намек на… поддержку? Борьбу? И ничего не видела! Вообще. Не различала черт, даже расовых особенностей, толпящихся вокруг членов экипажа. Для меня все они слились в безликую серую застывшую массу, словно сестры — служительницы в храме на Альдис, сокрытые однотипными балахонами. Алади не желала их видеть? По ощущениям богиня безразлична к толпе, для нее — их словно нет.

Хотя, нет. Есть рядом что-то, вызвавшее ее интерес! Я ощутила его, послушно повернув голову в сторону. И посмотрела не на Леакрэ. Что же это?

Неймарец, очевидно, определился быстрее. Не сбавляя темпа, на ходу он чуть наклонился и рукой подхватил что-то, метнувшееся к нам под ноги. Затем протянул мне… ужавшегося до коренастого кактуса Колючку! Прежде чем я успела толком удивиться, а Алади отреагировать, нежданный питомец шустро протянул ко мне удлинившиеся прямо на глазах отростки-щупальца, оплетя ими мою шею.

Все случилось так быстро, что следующий шаг я сделала уже с… «терновыми бусами» на шее — едва устроившись на моей груди гирденция ощерилась проклюнувшимися иглами с ядом. На случай, если кто-то рядом вознамерится сдернуть мое живое «украшение»?

Нервно покосившись в стороны, в шоке поняла — все-все идут с нами. Безмолвно, неслышно и как-то… неестественно синхронно движутся следом, обступив плотным полукругом. Вновь в памяти мелькнул образ из прошлого — так же перемещались по Альдис старшие жрицы.

Безмолвное, мрачное и в чем-то торжественное шествие. Как путь на эшафот…

С этим конвоем мы добрались до шлюзового этажа. На визуализированном экране информация: стыковочный коридор установлен. В него мы и вошли, оставив «Эндорру» позади.

Не думать о том, что ждет по ту сторону перехода, я не могу. В памяти свежи ужасающие впечатления от проверки силой Алади после особенного дня. Но ощущение теплой ладони Леакрэ и незначительной тяжести на груди — успокаивали. По крайней мере, я не узнаю этого в одиночестве.

— Ты наверняка боишься, — неймарец не спрашивал, а утверждал, продолжая ровно шагать рядом. — Во многом нутро пристыковавшегося крейсера схоже с местом, что ты уже видела.

Он говорил о храме на Альдис? Больше же не о чем. Благодарно замерев в душе, я вслушивалась в каждое слово мужчины. Даже Алади вслушивалась — интерес чуждой воли был очевиден мне. Но раз Тьер-Тенг говорит об этом, значит… можно? Он решил объясниться. Раскрыть карты? Или намерен перехватить инициативу? Сейчас Леакрэ выглядел собранным, в чем-то даже прежним. Разве что, слишком часто бросал на меня внимательные взгляды. Беспокоился?

— Помнишь, я просил тебя подумать, зачем богине заходить так далеко? Она жаждет подчинить своей вере и научению обитателей конфедерации? Распространить свой культ на планеты содружества, заменив служением существующую структуру?

Да! Я уцепилась за разговор, принуждая себя думать только о голосе капитана, только о поднятой теме. Это позволяло сдержать панику, возникающую при одной лишь мысли о чреве звездолета, на борт которого мы вступили. Если оно как Альдис..

Зачем все это Алади? Этот вопрос я столько раз задавала себе. Больше того, недоумевала: почему именно сейчас? В той информации, что я собрала об Альдис еще на Земле, явно значилось — храм существует несколько сотен лет. Неужели неймарцы просмотрели угрозу у себя под боком, позволив ей созреть и оформиться? И почему сейчас в оцепенении растерянности во мне замерла ледяная сила богини?

— Алади — миф. — спокойно шагая вперед, игнорируя толпу «истуканов» из членов экипажа, идущую следом, капитан успокаивающим тоном продолжил «лекцию». И не факт, что она адресовалась только мне! Судя по реакции чуждой воли — ее вниманием Тьер-Тенг тоже завладел. — Конечно, на просторах конфедерации масса чудаков и отшельников, стремящихся во что-то верить и придумывающих себе очередных «всеобъясняющих» божеств. Мы никогда не видели в этом проблемы, всего лишь неизбежный этап в развитии любой цивилизации, еще не осознавшей, что потребность верить в сверхъестественное — признак незнания. Так и храм на Альдис до определенного момента был банальной станцией-общиной с прислужницами очередной надуманной богини. Так продолжалось пока кое-чему не понадобилось достаточно удаленное от основных планет конфедерации место. Место где, не привлекая лишнего внимания, можно было бы… перевоплотиться.

Кое-чему? Перевоплотиться?

Сосредоточенно слушая, я все же ощутила знакомый холод — он волнами накатывал нам навстречу, явно распространяясь со второго звездолета.

— Я же говорил тебе об экспансии? — вновь ободряющее пожатие от Леакрэ, заставившее мою тревогу чуть стихнуть. — Она тем эффективнее, чем незаметнее. Так верно полагал наш враг: отвлекающая шумиха и никаких потерь. Но этот принцип подходит обоим сторонам. Мы намеренно позволили зайти ситуации так далеко, наблюдая. И изучая…

Словно что-то ухнуло в груди, на миг волной прокатившись до пяток. Если я перестала понимать Леакрэ, то Алади… что-то богине очень не понравилось сейчас в словах неймарца.

— Всего три вопроса интересовали первородных, — перехватив мою руку плотнее, Тьер-Тенг второй обвил плечи, теснее привлекая к себе. Вовремя! Ледяная сила внутри словно взорвалась, заставив мое тело пошатнуться. — Подчинено ли это влияние единому центру, разуму, как мы его для себя обозначили. На какое расстояние распространяется эффект воздействия? И… как далеко оно готово зайти?

Все остановились. Словно кто-то невидимый выдернул шнур, обеспечивающий всеобщую подпитку, и мир вокруг в мгновение ока замер нелепой пантомимой. Вот Найгур справа в виде статуи, занесшей ногу для очередного шага. Рядом Осолия в странном жесте смятения вскинувшая вперед руки. И многие-многие фигуры незнакомых, а сейчас и мало меня заботящие членов экипажа «Эндорры». Даже я «встала» памятником самой себе, послушная одномоментному хлесткому приказу.

Только Леакрэ с непринужденной расслабленностью покачивался, переступая с ноги на ногу. И многозначительно тряс головой, сверля меня явно сожалеющим и извиняющимся взглядом. Последнее так изумило — подобного выражения лица за неймарцем прежде я не замечала, что немного смягчило шок от происходящего.

Почему Алади… или то, что укрылось за ширмой культа богини, так поражено последними словами Тьер-Тенга. Я чувствовала холодное раздражение, расчетливую задумчивость подчинившей меня воли. Сейчас то, что поселилось во мне корректирует планы, узнав о чем-то от капитана «Эндорры»?

— Это была хорошая попытка. Пожалуй, лучшая из тех, с которыми мы столкнулись за тысячелетия формирования конфедерации. — неймарец сдержанно кивнул, выражая одобрение? Я уже совершенно запуталась в этом «диалоге» между ним и безмолвствующей во мне… чьей-то волей. — Ари, ты ведь задаешься вопросом — о чем я говорю? Об эйшавый! Так когда-то мы назвали неизвестную материю, с которой столкнулись на границе конфедерации. Она не имела физического воплощения, но была разумна. Разумна и голодна…

Эйшавый?!