Глава 57

Реми Стивен тяжело дышит, когда я, раздирая ладони, умудряюсь подползти к нему. – Эй… Ты чего?.. – Привет, – он улыбается, но я сразу понимаю: что‑то не так. – Ты… Господи, ты ранен! Это из‑за меня! Чёрт. Чёрт‑чёрт‑чёрт… – всхлипываю, пока мои руки мечутся по его телу. Всё левое плечо уже в крови, а чёрная рубашка почти целиком стала блестяще‑бордовой. – Реми… – Да?.. – давлюсь слезами и с бесполезным упорством, забыв о страхе крови, сжимаю его рану, но потом замечаю ещё одну чуть ниже. – О нет. Господи, какая я дура… – Нет. Это не из‑за тебя. Нет. Они бы… – Стивен тяжело откашливается. – Они бы стреляли в любом случае… – Прости‑и‑и… – реву в голос, не зная, чем помочь. – Стивен, пожалуйста… – Д‑держи, – окровавленными пальцами он с трудом выуживает из кармана золотое кольцо. – Отыграл… – Нет, подожди! Скорая, нам нужно вызвать скорую! Да! – вытягиваю чудом уцелевший телефон из заднего кармана. Он скользит, так и норовя грохнуться на асфальт. – Сейчас. Сейчас… Всё будет… – Тыкаю на цифры: девять, один, один. На дисплее отпечатываются алые следы. – Кажется, всё… – Стивен запрокидывает голову. – Стихло… – Вы позвонили в службу спасения… Мои губы дрожат, зуб на зуб не попадает, но я тараторю в трубку адрес и кое‑как описываю характер ранений, пока слёзы градом бегут по щекам, смешиваясь с потёками крови и осевшей пыли. – Спасатели и полиция в пути, мэм. Кто‑то уже звонил по вашему происшествию две минуты назад. – Реми… – Они уже едут! Едут! – Реми… – Стивен с трудом моргает, но продолжает улыбаться. – Потерпи, прошу тебя. Потерпи немного! – обнимаю его за шею, а саму колотит так, что мышцы сводит от судорог. – Пожалуйста, нет! – Я всё продумал… Всё учёл. Но… Кажется… – он еле сглатывает сквозь довольную ухмылку. – Кажется, нам не светит «долго и счастливо». – Нет, не говори так! Нет! Ты не имеешь права! Нет, Стивен, прошу тебя! – отчаянно скулю, прижимаясь губами к его виску и щеке. – Нет же! – Я люблю тебя, – его голос шелестит так тихо на фоне быстро приближающихся сирен, что поначалу, мне кажется, будто я ослышалась. – Нет! Ты обещал! Ты обещал мне, Стивен! Ты просил меня довериться тебе! – Да… И я профакапился… Бывает… – Заткни‑и‑ись… – Мэм, отойдите! Мэм!!! Кто‑то оттаскивает меня от Стивена. Перед глазами мелькают десятки людей. Я снова слышу мужские крики. Приказы бросить оружие. Отборный мат голосом проклятого Дэвида Картера. Волна ненависти накрывает меня с головой: это ОН должен был погибнуть! ОН должен был схватить пулю! Почему ОН жив, а Стивен… Стивен! – Нет, пожалуйста! Можно мне с вами?! – вырываю локоть из рук полицейского и бегу обратно к машине скорой помощи, но двери захлопываются прямо перед моим носом, а по барабанным перепонкам оглушающе ударяет новая волна сирен. – Нет… Нет… Ноги подкашиваются, и я валюсь на асфальт, провожая взглядом быстро удаляющуюся скорую. Следом за ней стартует ещё одна. И ещё. Я вся в крови. Своей. Стивена. Голова раскалывается на части. Гортань свело. Разжимаю окаменевший кулак и тупо пялюсь на кольцо. Квадратный рубин в золотой оправе помутнел, потому что тоже в крови. Надеваю его на безымянный палец и прячу лицо в ладонях. Звуки вокруг теряют чёткость. Резко темнеет. И я проваливаюсь в пустоту… * * *Реми – Милая. Милая, очнись. Откуда‑то издалека раздаётся голос отца. Я вижу сон. Кажется, сижу у бассейна в нашем доме и слежу за закатом… – Реми, зайка. – А… – с трудом разлепляю веки. – Папа? Где я? Что… – Тише. Всё хорошо. – Не понимаю… Вокруг всё ещё темно, и спросонок я не сразу осознаю. – Тебе сейчас нельзя… – Стивен! – подскакиваю, словно ужаленная. – Папа, где он?! Что с ним?! – Милая, пожалуйста! – отец обхватывает ладонями мои плечи и пытается усадить обратно в постель. – Нет! – я вырываюсь, но в следующее мгновение дикая боль пронзает мою голову, – О чёрт… – и я валюсь обратно на подушку. – Что со мной? Где Стивен… – Ты дома. Он в больнице. – Он жив?! – от громкости собственного голоса снова болезненно морщусь. – Я не знаю. Правда. Мне позвонили из бостонской неотложки, потому что я, к счастью, числился первым у тебя в телефоне в списке для экстренных вызовов. Я забрал тебя домой. Ты не помнишь? Ты была в сознании… Подтягиваю колени к груди и упираюсь в них лбом в попытках справиться с болью. Окончательно прихожу в себя, чувствую, как всё тело ломит. Ссадины и синяки неприятно отзываются то тут, то там. Висок заклеен пластырем, кожа на ладонях содрана, и от каждого лишнего движения горит. – Ты можешь позвонить в госпиталь и узнать, как там Стивен? – шепчу сквозь пальцы. – Я пока не знаю, куда именно его увезли, прости. Всеми вопросами занимался его помощник. Генри, кажется… – Гарри, – поправляю безэмоционально. – Значит, надо позвонить ему. Где мой телефон? – Реми, тебе нужно прийти в се… – Где? Мой? Телефон?! Отец тяжело вздыхает и с явной неохотой протягивает гаджет. – Спасибо. Приоткрыв один глаз, пролистываю контакты до номера Гарри. Нажимаю кнопку вызова и включаю громкую связь. На втором гудке раздаётся мерзопакостное «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Звоню ещё раз. И ещё. И ещё. – Реми, хватит, – на седьмой попытке отец забирает телефон, и я наталкиваюсь на его строгий взгляд. – Тебе обязательно позвонят, как только что‑то прояснится. – Надеюсь… А сколько сейчас времени? – Три часа ночи. – И зачем ты меня разбудил? – Ты кричала. – Неправда. Мне ничего не снилось. – Но ты кричала. – Я не помню… – Тебе выписали седативное. Могу принести таблетки, если не получается справиться с нервозностью. – Пап, – всхлипываю, шмыгая носом. Отец смягчается и присаживается ближе, крепко обняв меня. Слёзы моментально прорывают оборону, и вот я уже реву навзрыд, уткнувшись в его плечо. – Милая… Всё наладится, – он поглаживает меня по спине и целует в макушку. – Всё будет хорошо… – Мы медленно покачиваемся в полутьме спальни, а слёзы всё текут и текут, и лучше мне не становится. – А если он умрёт? Я не переживу… – Он так дорог тебе? – Па‑па‑а‑а… – скулю в голос и поднимаю левую ладонь с кольцом. – Я без него не смогу! – Всё наладится, – повторяет отец. – Всё обязательно наладится… Не знаю, сколько мы так просидели, и не помню, как снова провалилась в сон. В объятиях тревожной дрёмы скорее чувствую, чем слышу телефонный звонок. Слепо шарю ладонью рядом с подушкой и с трудом фокусирую взгляд на имени. – Боже, Гарри! – чуть не падаю с кровати от нетерпения. – Где вы?! Что со Стивеном? – Реми, ты ведь дома у отца? – Да… Ответь, как Стивен?! Пожалуйста! – Я приеду минут через двадцать, – голос Гарри звучит до жути устало, и я начинаю догадываться…